SCI Библиотека

Преподавание математики в школе в новых условиях должно обеспечить прочное и сознательное овладение основами математических знаний и привитие учащимся умений применять эти знания к решению практических вопросов.

Одним из средств решения этой задачи является использование на уроках арифметики исторических сведений, раскрывающих учащимся пути возникновения арифметических понятий из трудовой деятельности человека и определяющих место математики в истории культуры.

Настоящая книга должна помочь учителю улучшить преподавание арифметики.

Книга Джона Ревалда „История импрессионизма“, вышедшая в 1946 году в Нью-Йорке, рассчитана на широкий круг читателей. Она написана увлекательно, красочно, легко, не загромождена ни специальными терминами, ни отвлеченными рассуждениями. Но, в отличие от многих других популярных книг по искусству, живая форма изложения соединена в ней с точностью и строгостью подлинно научного исследования.

Именно потому эта работа, посвященная одному из художественных течений прошлого столетия, завоевала такую большую известность не только среди широких читательских кругов, интересующихся историей искусства. Ее высоко оценили специалисты искусствоведы, и теперь она справедливо считается одним из самых серьезных трудов, посвященных изучению импрессионизма во Франции. В 1949 году „История импрессионизма“ была переведена на итальянский, в 1955 — на французский, в 1958 — на немецкий языки.

Труд профессора Кантонского университета Ян Юн-го „История древнекитайской идеологии“ — одна из интересных попыток исследовать с позиций марксизма-ленинизма историю философских направлений древнего Китая. Автор раскрывает связь проблематики древней философии с запросами социальной борьбы в обществе, борьбы материализма с идеализмом. В книге анализируются древнейшие источники китайской письменности.

При переводе по указанию автора сделаны незначительные изменения и сокращения, главным образом за счет отдельных уточнений и переводов в оригинальном тексте с древнекитайского на современный китайский язык.

Обстоятельный труд Играра Алиева является одним из первых в советской науке солидных исследований исторических судеб племен и народов, населявших западные области Ирана, по преимуществу земли, где впоследствии складывается Мидийское государство, с древнейших времен вплоть до последней четверти VI в. до н. э. Главное внимание нашего автора сосредоточено на проблемах мидийской истории, пионером разработки которой у нас в Союзе он и является.

Предлагаемая работа — итог ряда предшествующих исследований автора, посвященных изучению социально-экономической и политической истории, культуры, этногенеза и языков племен Мидии. Первые его небольшие работы, относящиеся к указанной области науки, появились в печати почти десять лет тому назад. С тех пор И. Г. Алиев занимается углубленной разработкой интересующих его проблем и аналитическими и этикетическими методами, и это исследование должно рассматриваться как сводный труд, плод многолетних работ нашего автора.

Перед читателями лежит хорошая, интересная книжка. Написана она давно — в начале нынешнего столетия. В ней собрано несколько историй. Их главными героями являются мальчики — неглупые, веселые, немного озорные, в общем — хорошие ребята. Но, к несчастью, они бедные и находятся в довольно-таки сложных взаимоотношениях с окружающим миром.

Этот мир населен взрослыми, из которых каждый, вероятно, считает себя умным: взрослые всегда страшно высокого мнения о себе. Но скажите, пожалуйста, почему они, в таком случае, не могут понять девятилетнего мальчика?

XVII и особенно XVIII века — время необычайно пышного расцвета во Франции так называемого утопического романа. Нигде и никогда ни раньше, ни позже утопический роман не занимал в литературе такого места, как во Франции этого периода.

Большое число и большой успех произведений этого типа отражали несомненно социальные моменты глубокого исторического значения: широко распространенное недовольство масс общественным порядком и отсутствие в социальной действительности материальных условий, необходимых для преобразования общества в интересах недовольных.

Утопической литературе, о которой мы говорим, присущи уравнительные или социалистические тенденции; утопические изображения идеального общественного строя отвечали неясным еще чаяниям эксплуатируемых — городской и деревенской бедноты. Буржуазия искала и находила другие способы выражения своего недовольства и своих положений — более конкретные и более прямые.

Здравствуй. Вот я и добрался. Теперь не страшны дальние расстояния. От Москвы до Петрозаводска летел всего три часа. А от Петрозаводска до места назначения ещё два, уже на вертолёте. Здесь вертолёты в большом ходу — посёлки от города расположены далеко, и женщины по воскресеньям даже на базар летают на вертолётах…

Летел я, летел и залетел в лесные края. Завод стоит на лесной вырубке, а дома — прямо в лесу, тесным кольцом. Улицы — лесные тропинки. Электрические лампочки висят на деревьях.

По своя характер включение в том III „Гръцки извори за българската история“ се разпределят на няколко основни групи. Сравнително най-многочислен са паметниците с агиографски характер. Тук трябва да отнесем извадките от Йоан Москос (починал в 619 г.), житието на Давий, анонимното житие на Симеон Дивногорец (съставено, както изглежда, през първата половина на VII в.), „Чудесата на св. Димитър Солунски“, житието на Давид Солунски (съставено между 707 и 717 г.), най-сетне житието на Стефан Млади (съставено след 767 г.).

По-голямата част от тези агиографски текстове съдържат откъслични сведения във връзка с българската история. Въпреки агиографските паметници обаче се намират „Чудесата на св. Димитър Солунски“, които са едно от редките произведени на провинциалната византийска книжнина и съдържат едни от най-ценните сведения, с които разполагаме днес относно социално-икономическите отношения впред славяните през VII—VIII в., както и множество вести за славянските походи в балканските веми, обсадите на втория град във Византийската империя Солун и т. н. Въпреки своя подчертан агиографски характер „Чудесата на св. Димитър Солунски“ трябва да бъдат окачествени като един от най-важните извори за историята на южните славяни през епохата на тяхното настаняване в балканските земи.

Эту «Историю физики» я писал по приглашению проф. Ротхаккера для «Истории наук»; ее объем поэтому был заранее ограничен. Подробное изложение дано Э. Хоппе в «Handbuch der Physik» (1926) и в трехтомном сочинении Ф. Розенбергера (1882—1890). Но написанная мной небольшая книга занимается больше современностью; особое значение придается развитию физики за последние сто лет.

Мой верный друг д-р Арнольд Берлинер, основатель и в течение долгого времени редактор журнала «Naturwissenschaften», значительно способствовал моему решению предпринять такую, несколько необычную для меня, работу. Он часто настаивал на необходимости переработать историю физики под современным углом зрения. Этот взгляд человека, наделенного таким тонким и верным чутьем в отношении духовных потребностей человечества, постоянно руководил мною во время этой работы. Берлинер в 1942 г. кончил жизнь самоубийством из-за антисемитских преследований. Посвящаю эту книжку его памяти.

«Памятники средневековой истории народов Центральной и Восточной Европы» ставят своей задачей познакомить читателей с наиболее выдающимися средневековыми восточнославянскими, византийскими, чешскими, польскими, венгерскими, румынскими, болгарскими, сербскими и хорватскими источниками.

Источники эти разнообразны. К ним принадлежат произведения средневековых историков, хронистов, памятники агиографической и эпистолярной литературы; некоторые юридические и актовые материалы.