В книге В. М. Дукова «Закон сохранения энергии» (1961) раскрывается один из фундаментальных законов природы — закон сохранения и превращения энергии. Автор последовательно излагает историю становления этого закона, демонстрирует его проявления в различных разделах физики (механике, термодинамике, электродинамике), приводит ключевые опыты (в том числе классические эксперименты Джоуля), обосновывает невозможность вечного двигателя как прямое следствие закона сохранения энергии. Особое внимание уделено связи закона с материалистическим мировоззрением и его роли в технических расчётах. Издание, выпущенное в серии «Народный университет культуры», адресовано широкому кругу читателей — от учащихся старших классов до любителей науки, желающих осмыслить базовые принципы естествознания.
Цель этой антологии — показать на образцах русской поэзии особенности русского стиха. История стиха — существенная часть истории поэзии, поэтому книга в значительной мере отражает и ее историю. Однако стихотворные произведения подбирались здесь прежде всего для показа истории развития русского стиха, его метрики, ритмики, строфики, интонации.
В каждый исторический период были излюбленные жанры, стихотворные размеры, строфы и т. п., ими писались и пишутся сотни и тысячи стихотворений. Но лучшие поэты постоянно искали новые выразительные средства, и нередко единичные в свое время формы становились впоследствии широко распространенными. Поэтому в антологии наряду с популярными формами представлены и более редкие. В результате количественное соотношение популярных и более редких размеров и строф здесь нарушено; зато ярче рисуется картина поэтических поисков каждой поры.
Категория падежа является одной из основополагающих словоизменительных категорий даргинского языка, которая проливает свет и на понимание отдельных вопросов синтаксиса, орфографии и орфоэпии. Исходя из этого, школьная программа, естественно, предусматривает изучение целого ряда явлений, имеющих то или иное отношение к этой категории. Однако все это в учебниках даргинского языка освещается довольно элементарно, с вынужденной фрагментарностью и неполнотой. К тому же проблема данной категории является не разработанной в ряде своих важнейших частей — вопросах становления и развития, диалектного своеобразия и т. д.
О том, в каком затруднительном положении порою может оказаться учитель при изучении падежей даргинского языка, очень удачно сказано в недавно вышедшем методическом пособии «В поисках нового» 1. Его автор, обобщая многолетний опыт преподавания, в разделе «Мысли о падежах даргинского языка» подробно останавливается на том, какие трудности для успешного усвоения учащимися падежей порождает недостаточная научная изученность отдельных аспектов темы.
В учебнике рассматриваются основные виды источников, используемых при изучении новой и новейшей истории.
Большое место отводится методике анализа источников, сведениям о местах их хранения, состояния научного освоения и публикациях в странах Европы и Америки.
В книге рассматриваются эстетическая мысль Индии с конца XIX в. до 70-х годов XX в., связь индийской теории искусства с современным ей художественным процессом и общественно-политическими течениями.
Некоторое внимание уделено художественной культуре и теории в древности и раннее средневековье.
Новое слово в области исторических исследований произносится не столь уж часто, но если оно все же произнесено, то производит такое же сильное впечатление, как и открытие в любой другой области научного познания. Английский историк-марксист Джордж Роде в ходе своих многолетних и кропотливых исследований открыл и скрупулезнейшим образом изучил целую серию народных движений в Англии и во Франции в XVIII—первой половине XIX в., о которых в науке до этого либо ничего не было известно, кроме эпизодических упоминаний даже в самых подробных работах, посвященных этому периоду, либо если они и были известны, то рассматривались вне широкого контекста социальной истории.
Научная заслуга Роде в том и состоит, что он сумел осмыслить цепь внешне разрозненных и разнохарактерных, стихийных и локальных взрывов социального возмущения и протеста народных низов — голодных бунтов, крестьянских восстаний, ранних форм рабочего движения — как глубокую закономерность завершающей фазы переходной эпохи от феодализма к капитализму. И эту закономерность он проследил параллельно на документальном материале, касающемся двух стран — Англии и Франции, в каждой из которых исторический процесс в этот период имел свою специфику.
Князь Петр Андреевич Вяземский родился в 1792 году в Москве. За свою долгую, 86-летнюю жизнь он пережил несколько крутых «сломов» времени — таких состояний общества, когда кажется, что недавнее прошлое ушло безвозвратно, а настоящая история начинается только сейчас. Это историческое самоощущение воспринималось им позднее неизменно скептически — вероятно, именно потому, что первый опыт такого самоощущения был пережит им в юности всерьез и исчерпан вполне.
Сложная и причудливая жизнь старой, «допотопной», по выражению самого Вяземского, Москвы, одним из средоточий которой был дом его отца, князя Андрея Ивановича, после московского пожара 1812 года уже никогда не смогла восстановиться в прежнем виде. Вяземский потерял мать в 1802 году, отца в 1807-м, старшую сестру в 1810-м. Но прошлое ушло, оставив богатые дары — дружбу и покровительство старого приятеля отца, Ю. А. Нелединского-Мелецкого (опекуна Вяземского), Карамзина, женившегося в 1804 году на побочной дочери князя Андрея Ивановича, Е. А. Колывановой, литераторов, появившихся в доме Вяземских с приходом Карамзина: Дмитриева, Жуковского, В. Л. Пушкина.
17 января 1970 года неизвестный белый американец выстрелом в спину тяжело ранил индейца из племени ассинибойнов по имени Хэнк Адамс. Раненый был руководителем небольшой организации «За выживание индейцев штата Вашингтон», которая вела упорную борьбу против ограничений на рыбную ловлю для коренных жителей Америки. Когда Адамс спросили, знает ли он стрелявшего в него человека, индейский вожак ответил: «Я видел его тысячу раз в кафетериях, я видел его тысячу раз в судах среди присяжных, в тысячах разных организаций и одетым в тысячу различных мундиров.
Каждый индеец был ранен им еще прежде тысячу раз». В этих словах заключен глубокий и печальный смысл: белый расизм и вся существующая в Соединенных Штатах социально-политическая система с самого начала колонизации континента европейцами были направлены против коренного населения Америки. Американский индеец — исконный первоявитель и хозяин Нового Света — оказался для алчных устремлений колонизаторов преградой, мешавшей утверждению в Америке бесчеловечных порядков буржуазного общества.
В развитии современной искусствоведческой науки исследование русского художественного наследия XVIII века составляет одну из самых важных и неотложных задач.
Это был век активной перестройки общественного сознания, формирования национальных школ в русском искусстве. Огромные сдвиги в области идеологии и культуры, утрата политического господства церкви и укрепление нового светского мировоззрения, рост русского государства и его прочное утверждение в европейской международной системе вызвали к жизни мощный приток творческих сил.
Освобожденное от суровых норм средневекового религиозного аскетизма, русское искусство смело вошло в строй общеевропейской культуры и сразу же заявило о себе как о своеобразном и самобытном явлении, берущем свои истоки в жизни народа. Формируется русская литература нового времени, закладываются основы нового литературного языка. Образный строй русской действительности, психологический склад русского человека впервые получают глубокое воплощение в живописи, в творениях русских художников.
В настоящее время в западной, прежде всего в социал-демократической, литературе проявляется большой интерес к тому течению в социал-реформизме, которое общепринято называть австромарксизмом. Издан ряд работ, посвященных основоположникам концепции австромарксизма, проведен ряд международных конференций. Многие авторы, рассматривая австромарксизм как левое крыло социал-демократии, пытаются установить связь между ним и так называемым еврокоммунизмом.
Интерес к австромарксизму совпал, и далеко не случайно, с мировым экономическим кризисом, разразившимся в 70-е годы, глубина, широта охвата и продолжительность которого оказались беспрецедентными. Длительное, сравнительно спокойное, прерываемое незначительными по масштабам кризисами послевоенное развитие в странах Запада привело к распространению иллюзий о возможности относительно бесконфликтного поступательного движения капитализма.