В рамках теории перколяции предложено описание аномально высокой (до ~150) степени усиления нанокомпозитов полиуретан/графен. Для этой цели использованы модели случайной смеси резисторов (ССР или предел «муравья») и случайной сверхпроводящей сетки резисторов (ССС или предел «термита»). Показано, что первая модель применима к описанию нанокомпозитов ниже порога перколяции графена по схеме перекрытия его пластин, а вторая – выше порога перколяции. Достижение порога перколяции изменяет тип армирующего элемента структуры нанокомпозита от межфазных областей до собственно 2D-нанонаполнителя (графена). Указанный переход обусловлен изменением структуры 2D-нанонаполнителя в полимерной матрице от стохастической до выстроенной (планарной), что количественно можно описать с помощью размерности каркаса частиц (агрегатов частиц) 2D-нанонаполнителя. Реализация указанных выше аномально высоких значений степени усиления возможна только в модели ССС или пределе «термита» при достижении отрицательных величин критических перколяционных индексов. Кроме того, предел «термита» реализуется при условии, что проводимость плохого проводника в случайной смеси равна единице, а хорошего – бесконечности. На практике применительно к полимерным нанокомпозитам это условие означает небольшое, но конечное значение модуля упругости полимерной матрицы (для полиуретана он равен 10 МПа) и очень высокий модуль упругости 2D-нанонаполнителя (для графена это показатель составляет 106 МПа). Предложенная модель хорошо согласуется с экспериментальными результатами как качественно, так и количественно.
В настоящей публикации впервые обобщены данные о научных исследованиях в области изучения традиционной якутской металлургии. В работе приведены важнейшие историко-этнографические и археологические источники по заявленной проблематике. Автором продемонстрирован процесс накопления исторических знаний о производстве железа якутами в эпохи позднего средневековья и нового времени. В работе определены этапы истории исследования традиционной металлургии якутов, дана характеристика каждому периоду, выделены существующие проблемы.
Введение. Развитие современной медицины характеризуется технологическим прогрессом, с усложнением инструментов, процедур, манипуляций. С ростом внедрения сложных диагностических и лечебных технологий соответственно растет число потенциальных осложнений, неудач, ошибок. Качественная медицинская помощь – это помощь без грубых ошибок. Напряженность вокруг врачебных ошибок стимулировала законодательно закрепить и расширить применение таких понятий, как «медицинский инцидент», «страховой случай». Данные термины неоднозначны, характер их взаимоотношения с понятиями «врачебная ошибка» и «ятрогения» четко не определен, что затрудняет понимание и контроль проблемы «врачебных ошибок». Цель исследования: определение общего и различия между понятиями «врачебная ошибка» и «медицинский инцидент». Материалы и методы. Материалы исследования: действующие законы в сфере здравоохранения, статьи, отражающие проблему медицинского инцидента и врачебных ошибок за последние пять лет. Методы исследования: аксиоматический и общелогические (анализ и синтез, индукция и дедукция, аналогия и т. д.). Результаты. Медицинский инцидент – многозначное понятие, означающее как событие, причинившее вред здоровью пациента, так и прошедшее без этого вреда. Медицинский инцидент – широкое понятие, которое вбирает в себя термины «ятрогения», «врачебная ошибка» и «страховой случай». Попытки заменить понятие «врачебная ошибка» медицинским инцидентом ведут не только к путанице, а, главным образом, к подмене сущности явления. Такая подмена осложняет важный процесс в медицине – анализ и обучение на ошибках. Заключение. Необходимо различать виновность врачебной ошибки в юридическом поле от виновности в моральном поле. Показаны общее и различие между понятиями врачебная ошибка «невиновная в юридическом поле» и «виновная в юридическом поле». Недостаточное понимание и неопределенность позиций в проблеме врачебных ошибок обусловливают крайности в подходах к её решению. Теория врачебных ошибок, одним из аспектов которой является упорядочение обсуждаемых понятий, является отдельным разделом науки. Без специального изучения данного вопроса сложно ожидать понимания проблемы ошибок и её удовлетворительного контроля.
В работе проведено исследование режимов производственных операций одностороннего шлифования и полирования подложек приборных пластин сапфира и карбида кремния с целью получения высокого качества обработанной поверхности. При достижении в течение операций шлифования и полирования толщины подложки 150 мкм получено высокое качество поверхности с показателем шероховатости около 2 нм и разбросом по толщине пластины не более 2 мкм.
Не в добрый час началось его премьерство и не добром оно кончилось. Оно началось под знаком контр-революционных потуг и покушений. Эти покушения не удались: революция сохраняла еще слишком много накопленных сил, а у плутократии не было ничего, кроме ярости, клеветы и жалких, распыленных обрывков паризма. Контр-революция не удалась во время июльской смуты. Но наступила прочная, упорная, глубокая реакция.
Эта реакция была и раньше. Уже два месяца назад, с началом первой «коалиции», революция после некоторых зигзагов и колебаний вышла на прямую дорогу деградации и упадка. Но до сих пор этот процесс имел пассивный характер; теперь, при Керенском, реакция стала активной. До сих пор реакционные классы оборонялись; теперь буржуазный блок перешел в наступление. Раньше, до июльских дней, реакция выражалась в свободе саботажа, в невозбранном пренебрежении нуждами революции; сейчас, при Керенском-премьере, началась действенная ликвидация рабоче-крестьянских завоеваний. Правительство цензовика Львова вело с революцией борьбу на истощение; правительство демократа и социалиста Керенского повело эту борьбу на сокрушение… Факты и итоги мы увидим в этой книге.
Сюда мы должны устремить все наше внимание… При этом нам придется иметь дело с тремя группами проблем. Ибо каждый государственный переворот имеет, во-первых, свою идеологию или философию; во-вторых, свою политику; и в-третьих, свою стратегию.
Можно, пожалуй, это выразить и несколько конкретнее, в более скромной форме. Нам предстоит иметь дело с программой переворота, с его тактикой и с его организацией.
Период от ликвидации корниловщины до победы советской власти (1 сентября по 1 ноября 1917) был первоначально описан мною в одной книге. В процессе печатания пришлось эту — шестую — книгу, в виду слишком большого ее объема, разделить пополам. По содержанию, это вполне возможно и удобно. В седьмую книгу выделен «октябрьский переворот» и его «артиллерийская подготовка».
Но, к сожалению, не в пример предыдущим книгам, здесь не вполне выдержана хронология: подготовка к «октябрю» описана мной, начиная с первых чисел месяца, тогда как в настоящей (шестой) книге «предпарламент» описан до самого начала восстания. Для читателей, имеющих намерение прочитать все написанное мной — от корниловщины до конца — такое расположение материала, конечно не представляет никаких неудобств. Для тех же, кто интересуется специально открытым переворотом, выделение седьмой книги имеет свои выгоды.
Начиная с 6-го мая «дела и дни» семнадцатого года уже невозможно припомнить, как прежде; и не было бы никакого смысла в том, чтобы их с прежней подробностью описать. Новое содержание прибавлялось к истории революции теперь уже не днями, а разве только неделями — и то небольшими дозами, сравнительно с предыдущими эпохами, из коих первая была эпохой единого демократического фронта под знаком циммервальда, а вторая — эпоха образования единого буржуазного фронта под знаком борьбы с циммервальдом и с пролетарской революцией.
Труд написан нами, главным образом, на основании архивных источников и отчасти тех печатных материалов, которые появились по истории этой кампании у нас и заграницей.
Само собой разумеется, что главное свое внимание авторы обратили на польские источники. В отношении последних надо оговориться, что они являются довольно тенденционными в силу того, что польская военно-научная мысль избегает останавливаться на слабых сторонах своей армии и своей стратегии.
Второй том тесно примыкает к первому и отражает крупные этапы и частные эпизоды распада и возрождения международного социализма на основе войны и военной политики правящих классов. Мы старались в „Нашем Слове“ регистрировать внутреннюю жизнь социалистических партий, по крайней мере, важнейших стран.
Но иностранная пресса доходила неправильно, немецкая—контрабандным или полуконтрабандным путем. Что касается французского социализма, мы не только имели, разумеется, возможность следить за его жизнью вблизи, но и принимали в ней активное участие.