SCI Библиотека

Третья книга английского автора Джима Корбетта (1875 — 1955) имеет частично автобиографический характер.

Она состоит из очерков о жизни и труде беднейших индийцев: крестьян — арендаторов земель Джима Корбетта, работников железной дороги, на которой автор 21 год прослужил подрядчиком по погрузке-разгрузке и пр.

Представлен ряд трогательных историй, свидетельствующих о бескорыстной помощи Корбетта и простых индийцев беднякам, попавшим в трудное положение.

Интересны детали быта и обычаев жителей Северной Индии в первой половине XX века. В определённом смысле данный труд не менее занимателен, чем произведения Дж. Корбетта о тиграх и леопардах-людоедах.

Пятая книга английского автора Джима Корбетта (1875 — 1955) в основной части завершает хронику ликвидации людоедов Кумаона (Северная Индия), в том числе Панарского леопарда, убившего много больше людей (четыреста), чем знаменитый леопард из Рудрапраяга.

Впечатляет охота на Талладешского людоеда, когда тяжело больной, полуоглохший и полуослепший Корбетт лунной ночью в одиночку выслеживал в джунглях недобитого зверя.

В отдельном очерке, стоящем особняком, рассказывается о попытках автора добыть некоего тигра (не людоеда), «пользующегося покровительством» местного храма.

Первая книга английского автора Джима Корбетта (1875 — 1955) посвящена его деятельности по ликвидации в предгорьях Гималаев (Кумаон, Индия) тигров-людоедов и, попутно, нападавших на скот леопардов.

Впечатляет число жертв каждого тигра-людоеда; достаточно сказать, что первый зверь, уничтоженный Дж. Корбеттом, успел растерзать до этого 434 человека.

Охота на людоедов и встречи с их жертвами (мёртвыми и тяжело ранеными) описывается автором в хроникальном стиле, практически без эмоций.

В настоящем выпуске „Записей Прошлого“ печатаются четыре главы (III—VI) из „Воспоминаний“ Б. Н. Чичерина, отрывок из которых (главы VIII—X) был напечатан в одном из предшествующих выпусков под заглавием: „Московский университет. 1861—1868 г. г.“ Издаваемые в настоящее время главы говорят об Москве на переломе между царствованиями Николая I и Александра II (1845—1857), главным образом, об Московском университете и об литературном движении той эпохи.

В жизни Б. Н. Чичерина охватываемый ими период был поворотным моментом, который определил всю дальнейшую его деятельность и заложил основание его политического и научного миросозерцания. То были годы студенчества и подготовки к профессуре, годы, наложившие на Чичерина глубокий отпечаток, когда он впервые вошел в соприкосновение с широкими научными и литературными кругами, впервые втянулся в круг глубоких умственных интересов, впервые поставил себе краеугольные вопросы и попытался найти им разрешение.

В октябре 1924 г. исполняется сто лет со дня открытия Московского Малого театра. Пишущий эти строки впервые переступил его порог в 1891 г., т. е. тридцать три года тому назад, и с тех пор был и остается неизменным посетителем спектаклей этого театра. Бывали годы, — целые десятилетия, — когда не пропускалась ни одна премьера. Каждое первое представление новой пьесы, — всегда большое событие в жизни Москвы, — «как свет в ночи», властно и повелительно тянуло в театр.

Таким образом, целая треть славного векового существования Малого театра прошла перед его глазами.

Наши разногласия о профсоюзах не лежат в области принципиальной оценки профсоюзов. Цитируемые нередко тов. Троцким известные пункты нашей программы о роли профсоюзов и резолюция IX съезда партии о профсоюзах остаются (и останутся) в силе. Никто не спорит, что профсоюзы и органы хозяйства должны проникать и будут проникать друг в друга взаимно («сращивание»).

Никто не спорит, что настоящий момент хозяйственного возрождения страны диктует постепенное превращение, пока еще на словах только, производственных союзов в союзы действительно производственные, способные поставить на ноги основные отрасли нашей промышленности. Короче, наши разногласия — не принципиальные разногласия.

Мое исследование, посвященное одной из самых основных проблем праистории Израиля, нуждается еще в целом ряде существенных дополнений. Таковые будут прибавлены ко второму изданию моей книжки, которое появится, надеюсь я, скоро при наступлении более благоприятных условий. К настоящему же изданию моей брошюры я прошу отнестись снисходительно.

Многие недочеты, как то неудовлетворительная транскрипция египетских и семитических слов, неполнота научного аппарата в примечаниях и т. п. вызваны современным положением книгопечатания. Считаю приятным долгом принести мою глубокую благодарность учителю моему акад. Б. А. Тураеву, коллеге моему В. К. Шилейко за многочисленные пояснения и советы и К. В. Аркадакскому за содействие и помощь в деле издания моего исследования.

История Америки начинается в Европе. Нить событий, соединяющая современную жизнь Нового Света с отдаленным прошлым, тянется через Испанию, Англию, Францию и Италию, захватывая Грецию и Азию, но не восходит, как думают, — через древние индейские и ирокезские племена, — к пещерным людям и к доисторическим обитателям заатлантического материка.

Именно в Европе возникли зародыши и, отчасти, законченные формы современной общественно-социальной жизни Нового Света.

Федералистические идеи, ставящие своею целью установление федеративного государственного устройства, в своем историческом развитии создали три вида федерализма:

Феодальный федерализм, борющийся с централизмом абсолютизма, торгового капитала и вырастающей промышленной буржуазии.

Мелкобуржуазный федерализм с анархическим уклоном, направленный против социально-экономического угнетения торгового и промышленного капитала, политически организованного в централизованном государстве.

Национально-государственный федерализм, связанный с развитием промышленного капитализма в национально-угнетенных странах, борющийся с политическим и экономическим централизмом великодержавных наций и государств.

Проблема абстрактного труда продолжает приковывать к себе внимание наших экономистов-марксистов. И это вполне понятно, ибо от того или иного решения этой проблемы, занимающей центральное место в экономической системе Маркса, зависит и учение о стоимости и построение и понимание всех остальных категорий Марксовой политической экономии. В решении этой проблемы наметилось три направления: социологическое, натуралистическое (технологическое и физиологическое) и эклектическое, сочетающее принципы двух первых решений.

Дискуссия ведется вокруг построений И. И. Рубина, которые развиты им в его «Очерках по теории стоимости Маркса» и в последней его статье-докладе: «Абстрактный труд и стоимость в системе Маркса». Первое, социологическое решение проблемы, намеченное И. Рубиным в строгом соответствии с духом учения Маркса, решительно отклоняет всякую попытку внести в категорию «стоимости», «абстрактного труда», элементы от технологии или физиологии: в абстрактном труде, в стоимости, в меновой стоимости, а следовательно, в деньгах, в капитале и пр. нет ни грана от технологии, физиологии, от вещества, вообще от «физического».