Настоящая книга посвящена древнейшим эпохам истории человеческого общества на территории Советского Союза — периода первобытно-общинного и рабовладельческого строя.
Первобытно-общинный строй — это первая социально-экономическая формация, древнейший из известных человеческому обществу типов производственных отношений, соответствующий наиболее низкому уровню развития производительных сил — «каменному веку» и началу периода металла.
В книге, на основе собранных и систематизированных архивных документов и изучения осуществленных построек, автор излагает творческую биографию архитектора И. В. Еготова, одного из крупнейших зодчих Москвы конца XVIII века. Автор анализирует лучшие проекты и постройки Еготова: Военный госпиталь, усадьбу Люблино, Оружейную палату, усадьбу Ярополец Гончаровых и др., а также определяет роль и место Еготова в истории русской архитектуры и классической школе М. Ф. Казакова. Книга иллюстрирована фотографиями с произведений Еготова, в том числе с проектов, публикуемых впервые.
Настоящие «Очерки истории СССР» посвящены истории нашей Родины во второй половине XVIII в. В России в течение этого периода продолжала господствовать феодально-крепостническая формация. Новые процессы, которые протекали внутри феодально-крепостнического строя, были еще недостаточны для его крушения. Явления буржуазного характера нарастали из десятилетия в десятилетие. С середины XVIII в. буржуазные отношения проявлялись более отчетливо, чем прежде, а с 90-х годов процесс разложения феодально-крепостнического строя в России был уже вполне ощутим.
Настоящий том «Очерков» охватывает время с 50-х годов по начало 90-х годов XVIII в. Важнейшим событием этого периода является Крестьянская война 1773—1775 гг.
Мидийское государство и предшествовавшее ему государство Манна представляли собой в древности значительные державы. Особенно значительной и важной была историческая роль Мидийской державы, несмотря на относительную кратковременность ее существования. Мидия свергла многовековое иго Ассирии, которой была подчинена почти вся западная Азия, отразила скифское нашествие и вовлекла в государственную жизнь целый ряд народов, ранее живших первобытным строем.
В пределах Мидийской державы, по-видимому, впервые получила официальное распространение разновидность тех учений, которые впоследствии легли в основу догматической религии зороастризма и которые сыграли немаловажную роль в идеологическом развитии древнего мира.
Настоящая книга посвящена древнейшим эпохам истории человеческого общества на территории Советского Союза — периодам первобытно-общинного и рабовладельческого строя.
Первобытно-общинный строй — это первая социально-экономическая формация, древнейший из известных человеческому обществу типов производственных отношений, соответствующий наиболее низкому уровню развития производительных сил — «каменному веку» и началу периода металла.
Литературное наследие Гая Цецилия Плиния Секунда Младшего состоит из девяти книг писем к друзьям (куда входит 247 писем), переписки его с императором Траяном, состоящей из 122 писем, и Панегирика Траяну. Это все, что сохранилось до нашего времени.
История литературного наследия Плиния такова. Панегирик Траяну, написанный в 100 г. н. э., стал известен привилегированным слоям римского общества, несомненно, сейчас же после его произнесения. В это время Плиний был уже известным автором речей и стихов, не дошедших до нас, которые читались с интересом не только в Риме, но и в провинции, как он сам об этом пишет. Письма его, изданные в трех томах, нашли, по-видимому, тоже широкое распространение еще при его жизни. Переписка же Плиния с Траяном, естественно, не получила огласки при жизни императора, поскольку носила характер официальных документов политического и в некоторых случаях даже секретного значения.
В последние годы вышли в свет в Париже и Ереване исследования Н. Адонца и Г. Капанцяна, в которых приведены и подвергнуты подробному разбору имеющиеся в хеттских надписях сведения о царстве Хайаса-Аззи и, кроме того, в тесной связи с древнейшей историей Армянского нагорья рассмотрен вопрос об этногенезе современных хайев-армян¹.
Авторы этих исследований, следуя мнению хеттологов и кунеологов Э. Форрера, А. Унгнада и других, царство Хайаса-Аззи помещают в верховьях реки Евфрата в северо-западной Армении и столицей его считают нынешний Кемах на реке Евфрате.
Предлагаемый вниманию читателей I том «Очерков по истории Башкирской АССР» представляет собой первую попытку систематического изложения узловых вопросов истории Башкирии с древнейших времен до Великой Октябрьской социалистической революции. При составлении «Очерков» авторский коллектив руководствовался Постановлением ЦК ВКП(б) «О состоянии и мерах улучшения агитационно-пропагандистской работы в Башкирской партийной организации».
Центральный Комитет Коммунистической партии поставил перед историками Башкирии ответственную задачу — «создание произведений, правдиво отображающих историю башкирского народа, его лучшие национальные традиции, совместную с русским народом борьбу против царизма и иноземных поработителей, достижения башкирского народа за годы Советской власти, борьбу башкирского народа против немецко-фашистских захватчиков»¹.
Капитальный труд П. И. Лященко по «Истории народного хозяйства СССР», опубликованный в одном томе еще в 1939 г., а затем в 1947—1948 гг. уже в двух томах, в настоящее время, со включением третьего тома, посвященного целиком эпохе социализма, охватывает весь период экономического развития нашей страны, начиная с доисторических времен и кончая 1950 г.
Исходной установкой покойного автора в его работе была руководящая мысль, что история развития общества — это, прежде всего, история развития производства, история способов производства, сменяющихся на протяжении веков, история развития производительных сил и производственных отношений людей. Эта вполне правильная установка помогла автору дать достаточно развернутую картину смены хозяйственных формаций на территории СССР с древнейших времен и мобилизовать для ее всестороннего освещения огромный арсенал конкретных фактов.
Кодификация римского права, произведенная в VI веке, является одним из следствий кризиса рабовладельческой системы хозяйства. Одного этого объяснения еще недостаточно для уяснения непосредственных причин осуществления кодификации в той форме, которая была избрана. Для объяснения, если можно так выразиться, юридических причин кодификации мы должны обратить внимание на нестабильность отдельных частей древнего права и необходимость принятия мер для достижения современности и определенности права. Этот вопрос не подвергся еще систематической разработке в буржуазной литературе, которая довольствуется общими и голословными утверждениями.
Достаточно напомнить, что один из наиболее видных дореволюционных русских романистов, И. А. Покровский, ограничивается таким утверждением: «Чувствовалась общая потребность в полном и официальном пересмотре всей правовой системы, в подведении итогов всего многовекового развития» (стр. 175). Здесь не указано, кем это «чувствовалось» и в чем заключалась эта «общая потребность», а о «подведении итогов» можно было бы сказать лишь в смысле «итогов» определенного периода (ведь, основываясь на Дигестах, и в дальнейшем в течение ряда веков продолжалось развитие византийского права).