Научный архив: статьи

Под переводческой проксемикой в данной статье понимается пространственное расположение и невербальная коммуникация (в первую очередь позиции) переводчика относительно других участников опосредованной переводом межкультурной коммуникации. Переводческими проксемическими позициями (ППП) называются типовые (узнаваемые) проксемические модели невербального поведения переводчика в пространстве относительно других участников профессиональной коммуникации (межсубъектное пространство), опосредованной переводом (микропространство). Цель данной работы - систематизировать представления о проксемических позициях в переводческой деятельности. В качестве материала для исследования использовались фотографии переводчиков в различных ситуациях профессионального общения. Анализ ППП проводится с учетом двух основных проксемических позиций - «стоя» и «сидя», включая такие ядерные проксемические переводческие позиции, как «стоит сзади / рядом / напротив (лицом к собеседнику) / впереди / сзади»; «сидит рядом / сбоку / напротив / впереди». В ходе исследования уточнены основные ППП в положении переводчика «стоя» и их вариации. Показано, что основная ППП «стоит впереди» является комбинированной и может сочетать разные проксемические модели невербального поведения.

Статья посвящена описанию и анализу прагматических особенностей использования фразеологических единиц (ФЕ) как средств художественного перевода. Проведенное исследование конкретизирует и систематизирует сведения о прагматическом потенциале ФЕ в контексте изучения индивидуального стиля переводчика. Источником практического материала послужил первый перевод романа М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» на французский язык, выполненный родственником поэта А. А. Столыпиным (Монго) (1816-1858) и опубликованный в период с конца сентября по начало ноября 1843 года в парижской газете La Démocratie pacifique: journal des intérêts des gouvernements et des peuples .

Исследование проведено в русле продукто-ориентированного дескриптивного направления с использованием функционального, лексико-семантического и количественного видов анализа. Для более наглядной экспликации данных использован прием обратного перевода. Проведенный анализ позволяет прийти к выводу о приверженности переводчика к использованию ФЕ для передачи «свободных» языковых единиц.

Установлено, что выявленные ФЕ отличаются семантической вариативностью и служат переводчику для достижения двух основных коммуникативных намерений: внесению в текст субъективных описаний и характеристик, а также актуализации дополнительных иронических смыслов.

При переводе жанровой прозы, например детективного рассказа или рассказа с элементами детектива, крайне важно отнестись со всем возможным вниманием к «уликам», ведущим к пониманию скрытой, подтекстовой информации - деталям экспозиции, взаимоотношениям героев, описанию конфликта.

Перевод в этом случае должен обладать качествами не только художественной, но и информационной эквивалентности. В статье рассматриваются варианты перевода скрытой информации в рассказе Эдгара По The Cask of Amontillado, а именно вопрос о третьем, невидимом герое одной из сюжетных линий повествования. Идея, нравственный вывод рассказа зависят от признания или непризнания самого факта существования этого персонажа. Актуальность исследования обусловлена тем, что споры о природе этого героя ведутся в американском литературоведении уже десятки лет, а единое мнение отсутствует.

В статье предпринимается попытка логизировать разные мнения, выразить свое и обосновать его. Проблема рассматривается посредством анализа различных переводов на разные языки. Такой подход применительно к этой конкретной задаче ранее не предпринимался и носит характер научной новизны.

Выбранная тема также представляется удачной для демонстрации положительного ответа на вечный переводческий вопрос: «Нужно ли заново переводить уже переведенные тексты?».

В современном мире политика играет огромную роль, определяя направление социального, экономического, гуманитарного и культурного развития государств. В условиях демократизации государственных институтов и стремительного развития информационных технологий появляются все новые способы участия граждан в политической жизни страны, а значит, также усиливается необходимость эффективного диалога между политиками и их избирателями. Эту функцию берет на себя политическая реклама. Необходимость удовлетворения множества различных потребностей, способствовавших зарождению феномена политической рекламы, а также появление новых технологий и развитие СМИ и сети-интернет, привели к стремительным и повсеместным изменениям в области политической рекламы, произошла ее актуализация и появились новые виды и классификации. В условиях глобализации, когда люди разных стран и культур становятся ближе друг к другу, появляется необходимость сокращения коммуникационного разрыва посредством изучения картины мира людей, говорящих на разных языках. Этому способствует качественный перевод, учитывающий все тонкости текстов высокой образности, к которым относится политическая реклама. Цель исследования заключается в том, чтобы подобрать способы перевода политической рекламы на русский язык с сохранением как стиля и лингвокультурных особенностей политической рекламы различных жанров, так и ее семантической и прагматической функций. Предметом исследования являются лингвокультурные особенности политической рекламы, используемые в ней эксплицитные и имплицитные средства подачи информации, лингвистические способы достижения перлокутивного эффекта и суггестивные способы манипуляции общественным мнением, а также приемы передачи различных рекламных жанров с английского на русский язык. Объектом исследования является политическая реклама в США и Великобритании в период с 2000-го по 2020-й год. В данной статье будут представлены некоторые примеры использования культурных реалий в различных жанрах политической рекламы в США и Великобритании и cпособы их перевода, которые являются частью более обширного продолжающегося исследования того же автора.

Трактат Лю Се (465/466-520/522) «Вэнь синь дяо лун» из 50 глав в наиболее систематической и полной форме представляет традиционную литературную теорию, литературной критику и историю древней и раннесредневековой литературы Китая. Его первый полный западный перевод на английский язык Винсента Ши (Vincent Yu-chung Shih, 施友忠, Ши Ючжун, 1902-2001) увидел свет только в 1959 году. В статье рассматриваются рецензии конца 1959 - начала 1961 годов зарубежных специалистов-литературоведов на перевод В. Ши. В них содержатся разноплановые оценки, предложения и критика первого иноязычного издания «Вэнь синь дяо лун», что является важным ресурсом для выработки параметров полного научного издания трактата на русском языке. Выбор трактата Лю Се в качестве источника у рецензентов не вызвал возражений. Отмечалась смелость переводчика, который взялся за столь трудный текст. Замечания касались структуры книги (Введение, текст перевода, Примечания, Глоссарий, Указатель), исполнения перевода, содержания Введения и научного аппарата книги. Перевод Винсента Ши стал значительным явлением в исследовании «Вэнь синь дяо лун» в мировой синологии. Рецензии указали на объективные трудности, многие из которых остаются актуальными до сих пор и связанны с недостатком переводов и изученности древней и раннесредневековой китайской литературы. Конец XX - начало XXI веков ознаменовались появлением семи новых переводов трактата на европейские языки, которые были вынуждены обращаться к переводу В. Ши, полемизировать или соглашаться с ним как в вопросах собственно перевода, так и в вопросах организации издания.

Национальный имидж - это основное проявление комплексной силы страны, включающее в себя как общую идентификацию страны ее населением, так и общее восприятие международной общественностью различных аспектов страны. В последние годы по мере усиления позиций Китая на международной арене, его образ все чаще оказывается в центре внимания зарубежных СМИ. В формировании имиджа Китая можно выделить самоформирование и формирование имиджа другими инстанциями. В статье рассматривается изучение самоформирования имиджа китайского правительства, являющегося неотъемлемой частью имиджа Китая. В качестве исследовательского корпуса взят «Доклад о работе правительства КНР 2002-2022 гг.» и его перевод на русский язык, в качестве сравнительно-сопоставительного корпуса - «Послание Федеральному Собранию РФ». На основе трехмерной модели дискурс-анализа и с использованием метода корпусного исследования в данной статье описываются лингвистические особенности русского перевода Доклада о работе правительства КНР путем подсчета высокочастотных слов и тематических слов в русском переводе доклада, объясняется процесс участия перевода в дискурсивной практике, делается попытка объяснить основные факторы процесса дискурсивной практики через анализ социальной практики. Результаты исследования показывают, что использование высокочастотных слов и тематических слов в русском переводе доклада успешно формирует образ китайского государства как авторитетного и строгого, ориентированного на людей, реалистичного, всеобъемлющего, заслуживающего доверия и последовательного в достижении целей. В результате анализа социальной практики дискурсивного процесса текста было установлено, что на дискурсивный процесс русского перевода доклада оказывают влияние такие факторы социальной практики как факторы общественного развития и политические факторы. Практическая значимость данного исследования заключается в объяснении процесса социальной практики формирования имиджа страны через дискурсивную практику в процессе перевода Доклада, что позволит создать основу для самостоятельного формирования национального имиджа в переводе политического дискурса.

Статья посвящена проблеме межъязыковой псевдоэквивалентности в целом, приводится расширенное определение данного феномена, классификация по объему семантического значения (абсолютные, частичные, контекстуальные) и анализируется функционирование псевдоэквивалентов русского и английского, русского и французского, русского и испанского языков в политическом медиатексте на примере интервью В.В. Путина американскому каналу и его переводах на английский, французский и испанский языки.

В статье рассматриваются способы перевода на русский язык неологизмов, появившихся во французском языке во время пандемии коронавируса 2019-2022 годов.

В данной статье рассматриваются возможные способы передачи русских пословиц и поговорок. Описаны стратегии перевода русских фразеологических единиц в немецких переводах классиков отечественной литературы.

В статье предлагается сравнительный анализ трех переводов (А. Александру, З. Канаса, С. Патадзиса) с русского на новогреческий язык эпизода разговора Раскольникова с Мармеладовым. В основе исповедального сказа героя о своей жизни и его семье лежат оформленные и скрытые евангельские цитаты и аллюзии, фокусирующие внимание на особой роли Сони в преображении Раскольникова. Переводчику как профессиональному читателю необходимо распознать эту центральную смысловую линию и адекватно воспроизвести, используя ресурсы переводящего языка. Однако критический разбор вторичных текстов и сопоставление их с оригиналом убеждают в том, что евангельские цитаты и аллюзии далеко не во всех случаях воспроизведены в полном смысловом объеме. Евангельский текст часто не распознается переводчиками, которые, стремясь приблизить мысль Достоевского к читателю, не знающему литургический текст, осознанно упрощают перевод. Преобладающим трансформационным приемом является перифраза. Случаи прямого цитирования Нового Завета на разговорной форме древнегреческого языка, диалекте койне, языке богослужения, редки. Делается вывод о том, что переводчики, выступая интерпретаторами авторской идеи, нередко нарушают стратегию Достоевского, основанную на сотрудничестве с читателем.

Статья написана в форме рецензии на новую книгу дальневосточных ученых. Коллективная монография “Переводческая рецепция стихов и прозы японских поэтов” (2024) оценивается положительно, как перспективный опыт нового поколения переводчиков, опирающихся на классические традиции в донесении смысла оригинального произведения посредством русского и английского языков. Одновременно с этим акцентируется внимание на наиболее ярких примерах переводов в монографии.

    Рассмотрена проблема определения скрытых заимствований в русском языке кон­ца XX — начала XXI века. Авторы обращают особое внимание на выражения, транс­лирующие смыслы, знаковой «формой» для которых становятся имеющиеся в языке-реципиенте языковые средства. Механизм встраивания семантической кальки в уже существующую модель означивания показан на примере коллокации «как по мне» и ее взаимодействия с исконно русским маркером личного мнения «по мне», обладающим длительной историей употребления. Проведенное корпусное исследование и кон­текст­ный семантический и сравнительный анализ позволил авторам прийти к сле­дующим вы­водам: коллокация «как по мне» представляет собой кальку с англоамери­канизма «as for me / as to me» и конкурирует с другой формой скрытого заимствования — «для меня» («for me / to me»); сосуществуя в языке-реципиенте с присущим ему выражением «по мне», скрытая калька выглядит структурно-семантическим вари­антом этого выражения с усилительным наращением. Приведены данные опроса носи­телей русского языка, относящих в подавляющем большинстве «как по мне» к просто­речной или сни­женно-разговорной лексике, притом что в речевой практике коллока­ция используется образованными людьми в самых разных функциональных сферах, в том числе в СМИ, переводах художественной литературы и кинодубляже.