Научный архив: статьи

Статья посвящена актуальным вопросам формирования и воспитания би(поли)лингвальной личности как социальной потребности современного общества. Особое внимание автор обращает на статистические данные последних лет, иллюстрирующие сокращение количества обучающихся на родном языке в школах республик Тыва и Башкортостан.

Предлагается социолингвистическая модель функционирования языков в образовательной сфере республик, характерной особенностью которых является многоязычие. Объектом настоящего исследования является социолингвистическая модель функционирования языков в образовательном пространстве указанных полиэтнических регионов. Предметом анализа выступает структура и качественное содержание данной модели в её корреляции с направлениями языковой политики, осуществляемой в данных регионах. Одной из действенных мер является организация полилингвальных школ, которые предусматривают создание мотивирующей образовательной среды, сохранение национальной идентичности, языка и культуры жителей полиэтнических регионов.

Автор приходит к выводу о том, что социолингвистическая модель функционирования языков в образовательном пространстве полиэтнического региона должна основываться на практической реализации положений языковой политики, при которой миноритарные и мажоритарные народы имели бы возможность получать образование на родных языках, овладевая одновременно общегосударственным русским языком, а также региональными и иностранными языками.

В основе представленного исследования лежал сравнительный анализ экономической эффективности монометода реконструкции молочной железы (МЖ) с применением технологии липографтинга и традиционных методов реконструкции, таких как двухэтапный метод «экспандер – имплантат» и метод TRAM-лоскута.

Проведенный сравнительный анализ свидетельствует о том, что метод реконструкции МЖ с использованием технологии липографтинга имеет сопоставимую эффективность с традиционными методами, но является статистически значимо более экономичным (p < 0,05).

Цель исследования: провести сравнительный анализ клинико-инструментальных характеристик тканей молочных желез у пациенток с тубулярной деформацией I–II типа и с гипомастией для морфофункционального обоснования выбора препекторальной субфасциальной плоскости установки импланта.

Материал и методы. В проспективное когортное исследование были включены 116 пациенток: 47 женщин с тубулярной деформацией молочных желез (ТДМЖ) I–II типа и 69 – с гипомастией без признаков констрикции. Оценку состояния тканей выполняли с использованием пинч-теста, ультразвукового исследования, эластографии и визуальной шкалы эхогенности. Измеряли толщины покровных тканей молочных желез и большой грудной мышцы (БГМ), определяли эхогенность и жесткость мягких тканей.

Результаты. При ТДМЖ регистрировалась статистически значимо большая толщина покровных тканей, чем при гипомастии (9,1 ± 1,8 против (5,3 ± 1,5) мм; p < 0,001), повышенная эхогенность (4,3 ± 0,7 против (2,8 ± 0,5) балла; p < 0,001), жесткость по SWE (66,4 ± 9,2 против (39,7 ± 6,8) кПа; p < 0,001) и strain ratio (2,9 ± 0,4 против 1,7 ± 0,3; p < 0,001). У пациенток с ТДМЖ установлена также гипертрофия БГМ.

Заключение. На основании морфофункциональных особенностей покровных тканей верхнего полюса молочных желез при ТДМЖ I–II типа подтверждается состоятельность мягкотканного покрова верхнего полюса МЖ, что позволяет обосновать возможность формирования препекторального кармана без вовлечения БГМ. Такой подход снижает риск анимационных деформаций, гиперкоррекции верхнего полюса и послеоперационного болевого синдрома, обеспечивая более физиологичный и предсказуемый эстетический результат.

Рак молочной железы (МЖ) является одним из самых распространенных видов злокачественных опухолей среди женского населения не только в Российской Федерации, но и во всем мире. Поскольку основным способом лечения этой онкопатологии является хирургический, подразумевающий удаление органа, существует необходимость воссоздания последнего.

Цель исследования: сравнение данных мировых исследований, посвященных изучению качества жизни пациенток, перенесших нелоскутные реконструкции молочной железы после мастэктомии, на основании опросников Breast-Q и HADS.

Поиск литературы проводился в базах данных PubMed, eLibrary и Cyberleninka за период с 2016 по 2025 г. Для поиска применяли ключевые слова: «quality of life» (качество жизни), «breast reconstruction» (реконструкция молочной железы), «breast implant» (эндопротез молочной железы), «mesh implant» (сетчатый имплант), «Breast-Q», «HADS». Анализу подвергались оригинальные исследования, метаанализы, рандомизированные контролируемые исследования и систематические обзоры. Изучены данные о влиянии различных факторов на удовлетворенность пациенток внешним видом реконструированных МЖ и качество жизни (КЖ) в аспектах физического, психосоциального и сексуального благополучия, а также на уровень тревоги и депрессии в послеоперационном периоде.

Установлено, что применение одномоментной препекторальной реконструкции МЖ ассоциировано с более высокими показателями КЖ и низкими индексами тревоги и депрессии. Снижение показателей КЖ ассоциировано с появлением любого осложнения в послеоперационном периоде. Для определения степени влияния лучевой терапии, вида эндопротеза и его дополнительного укрытия сетчатым имплантом на показатели КЖ требуются дальнейшие исследования.

Представлены результаты исследования, основанного на теории потенциальных возможностей и анализе полевых данных о повседневном опыте женщин сельских общин Босоре и Абирем (Гана). Подчеркнута необходимость применения государственными и частными организациями комплексного подхода при условии активного участия членов сообщества к устранению коренных причин бесправия женщин Ганы.

Актуальность исследования обусловлена тем, что мягкая сила образования является одним из важных инструментов, который Турция, выступая конкурентом России, использует на постсоветском пространстве. В задачи исследования входит анализ институализации процесса экспорта высшего образования Турции и динамика поступления в университеты этой страны студентов из пяти стран Центральной Азии с 2013 по 2023 г. Обращается внимание на гендерную составляющую студентов. Делается вывод о том, что экспорт высшего образования Турции подвержен влиянию политической конъюнктуры, его динамика носит восходящий характер с заметным ее повышением в последние два года.

Статья посвящена изучению сценической поэтики спектакля Р. Р. Кудашова «Мы» (2009), поставленного на сцене Санкт-Петербургского Большого театра кукол на основе одноименного романа-антиутопии Е. И. Замятина. Реконструкция и последующий анализ спектакля позволили определить все составляющие его сценической поэтики (жанр, режиссерский сюжет, сценографическое решение, структура сценического образа, принцип связи сцены и зрительного зала, способ существования актера, приемы актерской игры, драматургия спектакля). Научная новизна статьи заключается в изучении специфических черт режиссуры Кудашова, в определении основных характеристик его режиссерской методологии. В результате был доказан традиционалистский характер режиссуры Кудашова, что выразилось в обращении к опыту театральных исканий В. Э. Мейерхольда (разрушение сценической иллюзии и обнажение театральной механики; использование слуг просцениума; прием игры с вещью; аттракционы как способ управления ритмом спектакля; контрапункт режиссера; и др.) и Е. Б. Вахтангова (игровой способ существования актера; связь сцены и зрительного зала на игровой основе; и др.).

На примере спектакля Юрия Бутусова «Король Лир», поставленного в театре «Сатирикон» в 2006 году, говорится о соединении разных переводов в работе режиссера с текстом пьесы. В процессе репетиций Бутусов и актеры создали текстовую партитуру, компонуя переводы Пастернака, Дружинина, Сороки, Щепкиной-Куперник. Синтез переводов становится прежде всего способом работы с актерами - так обретается уникальная речевая партитура каждого персонажа, наиболее точно соотносящаяся с индивидуальностями актеров.

В статье поэтапно воссоздается творческая биография Прасковьи Ивановны Мятлевой (1772-1859) - актрисы-любителя и театрального деятеля, большую часть жизни посвятившей сцене - от придворного театра Екатерины II до собственного - в усадьбе Знаменка. В основу положены неизвестные архивные источники, мемуары, сведения из Камер-фурьерских церемониальных журналов.

В статье рассматривается употребление союза но в особом типе текста — древнерусских оригинальных молитвах. Их автором является писатель XII в. Кирилл Туровский, который оставил большое творческое наследие: повествовательные произведения, гомилии и цикл седмичных молитв. Молитвы писателя принадлежат к литературным и богослужебным текстам одновременно. В них чередуются славословие, покаяние и прошение. Союз но употребляется в одной предикативной единице, противопоставляя однородные члены предложения; в сложной синтаксической конструкции, сопоставимой со сложносочиненным предложением, противопоставляя (и в то же время соединяя) ее части; в сложной синтаксической конструкции, сопоставимой со сложноподчиненным предложением (как соотносительный союз: аще (и)… но); в начале синтаксической конструкции (начинательный, или инициальный, но). Для молитв Кирилла характерен союз но, находящийся в начале предложения; в молитвах он выступает как текстообразующий. Союз присоединяет, противопоставляя, новую структурную часть текста (обычно прошение после покаяния); употребляется в пределах одной текстовой структуры, присоединяя продолжение покаяния и прошения; маркирует переход от библейской цитаты к авторскому тексту. Союз но может быть сверхфразовым, когда он присоединяет не одну, а несколько предикативных единиц

Статья посвящена изъяснительным союзам в оригинальных древнерусских памятниках. В различных непереводных текстах древнерусского периода встречается большое разнообразие изъяснительных союзов: в этой роли представлены аже, ако, да, єже, иже, како, оже, око, яко. Большинство из них не слишком частотны. Наиболее распространённые изъяснительные союзы в древнерусском языке — яко и оже. Между ними и разворачивается основная конкуренция. Как показывают данные исследованных текстов, вариант яко употреблялся без каких-либо жанровых или стилистических ограничений и может считаться нейтральным («нулевым») вариантом, изначально опирающимся на книжную традицию. Если в памятнике возможно употребление оже (этот союз отсутствует в таких жанрах, как жития, гомилетика, гномические сочинения и хожения), то древнерусский союз вытесняет яко из употребления в первую очередь при глаголах ‘(у)видеть’, ‘(у)слышать’ и ‘(у)знать’. Вероятно, это связано с семантическим противопоставлением яко–оже в живом древнерусском языке. Прочнее всего яко держится при глаголах речи и разных контекстах клятвы (в том числе с конструкциями типа цѣловати крьстъ). Два менее распространённых союза аже и како в изъяснительной функции распределяются в зависимости от структуры: к-ак-о, так же как j-ак-о, прежде всего употребляется при глаголах речи и конструкциях цѣловати крьстъ, а а-же, как о-же, тяготеет главным образом к ‘(у)слышать’ и ‘(у)знать’.

В качестве объекта анализа избирается слово информационный, связанное, как и его производящее, с ключевым понятием в аксиосфере цифрового общества — «информацией». На основе наблюдений за сочетаемостью прилагательного по Национальному корпусу русского языка делаются выводы о качественно-количественных изменениях в синтагматике данного слова и его чрезвычайной комбинаторной активности. В статье выделяются и описываются основные метафорические модели, используемые в медийной речи, с учётом их динамики и частотности. Расширение круга сочетаемости прилагательного информационный, его высокая частотность и наличие нескольких сокращённых вариантов (инфо-, информ-) свидетельствуют об актуализации информации в современной ценностной картине мира