Научный архив: статьи

Накопленный в России и Западной Европе опыт взаимодействия высших учебных заведений и религиозных сообществ отличается исторической протяженностью и обусловлен форматом церковно-государственных отношений. В связи с этим можно говорить о наличии конфессиональных и национальных моделей образования, специфика которых заключается в определении места религиозной идентичности в университетской среде. В системе высшего образования религиозные дискурсы выстраиваются вокруг вопроса о присутствии теологии в университете. Будучи их видом, конфессиональные дискурсы направлены на поддержание связи с христианскими традициями и церквями. Конфессии наделяют учебные заведения атрибутами и дефинициями, объединенными в категорию «университет в конфессиональных дискурсах». Эти дискурсы содержатся в справочных материалах, способствующих пониманию конкретных течений христианства. Проведенный анализ конфессиональных энциклопедий показал, что западные традиции обладают сходным видением средневекового и актуального состояния университета. Католический и протестантский дискурсы расходятся в оценках влияния светских властей на университеты и выявленных причинах секуляризации образовательного пространства. Передача собственной идентичности требует от религиозных акторов использования специальных маркеров, включенных в категорию «конфессиональные дискурсы в университете». Анализ сайтов высших учебных заведений позволил установить страновые особенности функционирования указанных дискурсов. Для государств Западной Европы характерен акцент на социальную ориентированность и международную кооперацию конфессиональных институций. В России православный дискурс оказывается сфокусирован на вопросах государственно-конфессионального регулирования теологического образования, реализуемого в стенах университета

Letters from Russia by Robert Watt, published in Denmark in 1867, were born as a result of the Danish writer’s trip to Russia to cover Princess Dagmar of Denmark’s arrival in Russia and wedding with Grand Duke Alexander Alexandrovich in 1866. Robert Watt was a journalist, a writer, a translator, and the artistic director of Tivoli Gardens amusement park from 1866 to his death in 1894. Letters from Russia contains seventeen chapters, in which the writer describes his impressions of his trip to Russia, from the moment he said farewell to Denmark standing on the deck of “Mermaid” frigate, which was raising sails heading to Kronstadt, to the ceremonial reception of the Danish Princess. Road diaries of those who travelled across Russia have always been an important source of information about the country and the epoch, and Robert Watt’s book is no exception. Watt’s book is partly a guidebook — he describes all places of interest in Moscow and St Petersburg, but he also ponders on specific features of life in Russia and the national character. Most of his characteristics are highly positive, he doesn’t pay much attention to unsightly sides of life. The observer’s assessment depends on their personality, previous experience, the recipient (in this case the book was aimed at the Danish reader), and the political situation. We could assume that as the writer was sent to Russia to cover Princess Dagmar of Denmark’s wedding he did not intend to pay attention to the ugly sides of the Russian life. Nevertheless, Robert Watt’s book, unknown to a wide audience in Denmark and Russia, is an important cultural monument which supplements the history of relations between Denmark and Russia

В статье рассматриваются преступные деяния киевского режима против мирных граждан Украины, населения Крыма, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, Запорожской и Херсонской областей, а также приграничных территорий Российской Федерации. Уделяется значительное внимание причинам государственного переворота 2014 г. Важное место в работе отводится становлению и развитию праворадикальных и националистических партий, а также их участию в формировании таких неонацистских вооруженных отрядов, как «Азов»1, «Айдар»2, «Кракен» и др. Именно они были включены в состав национальной гвардии Украины и совершают кровавые преступления против мирного населения Украины и приграничных территорий Российской Федерации. Целью данной статьи является анализ преступных деяний украинской армии против гражданского населения и выявление реакции на них отечественных и зарубежных экспертов и политологов. Методологическую основу работы составляют историко-правовой и сравнительно-правовой методы. Делается вывод о том, что помощь Украине со стороны США и других стран Организации Североатлантического альянса (НАТО) новейшими вооружениями, разведывательными данными и советниками свидетельствует об их непосредственном участии в совершении кровавых преступлений.

This paper examines the representation of the “other” culture in 19 th-century travelogues, using the examples of Robert Watt’s Traveller’s account Letters from Russia (1867) and Bayard Taylor’s Northern Travel: Summer and Winter Pictures of Sweden, Denmark and Lapland (1857). The traditions of travelling and their reflection in both travelogues are presented, including the popularity of routes to Russia and Northern Europe. The cultural background of the travelogue genre of the mid-19th century is identified, as well as the characteristic features of travelogues, among which is the traveller’s perception of the “other” culture in comparison with his own culture or previously perceived ones. The subject of this study is the individual narrative strategies used by the authors to achieve the goal of conveying their own perception of the “other” world to the reader. A comparative analysis of the narrative structure and dialogicality of the authors’ narrative is made, including the representation of the “other” culture through the traditional documentary structure of travelogues; the static and dynamic nature of the narrative is revealed, the intention is the pinnacle of the journey. The consideration of the “other” culture analyses stereotypes specific to the regions of the narrative, the debunking or confirmation of pre-existing knowledge; the relationship between the cultural and natural features of the regions. The narrators’ immersion in the “other” culture and the narration of their own experiences and feelings during the journey are described. The inevitability of dialogue between “other” and “own” culture, their rapprochement or estrangement is the basis of the travelogue genre

Целью данной работы является выявление культурно-аксиологических основ проэкологического поведения молодёжи России и Японии. Для проведения эмпирического исследования была использована выборка из студентов гуманитарных специальностей в количестве 370 человек [Челябинский государственный университет (Россия, N=223), университет Эхиме (Япония, N=147)]. В эмпирической части исследования не удалось доказать значимость различий в ценностях разных культурных выборок. Однако факторный анализ позволил выявить разницу в структуре аксиологических основ студентов России и Японии. Результаты на российской выборке продемонстрировали трехфакторную аксиологическую структуру, ориентированную на ценности социального взаимодействия, статусно-гедонистические ценности и ценности роста и развития. В то время как на японской выборке проявилось два фактора, объединивших ценности социального сотрудничества и материально-гедонистические факторы.

В статье на основе предложенных редакцией журнала «Новое прошлое /The New Past» вопросов для дискуссии рассматриваются основные тенденции изучения взаимоотношений Московской Руси и пост-ордынских государств в раннее Новое время. Отталкиваясь от достижений современной отечественной историографии (работ А. Л. Хорошкевич, В. В. Трепавлова, И. В. Зайцева, А. В. Белякова и других), автор рассматривает проблему т. н. политического наследия Золотой Орды, предлагая отделять реальное политическое наследство, выразившееся в подчинении бывших ордынских улусов, от наследия идеологического, которое никогда не существовало в виде оформленной внешнеполитической концепции. Отмечая актуализацию золотоордынского нарратива в общественном сознании после 1991 г. и появление новых, позитивных по сравнению с прошлым, коннотаций в его оценке, автор подчеркивает, что в то же время этот нарратив не особенно сочетается с политикой исторической памяти современного российского государства, которая концентрируется на военных победах и триумфах прошлого.

Публикация подготовлена в плане актуальной дискуссии о судьбах приграничных славяно-тюркских взаимоотношений как очень противоречивых и многогранных. Показаны разноплановость интересов с обеих сторон, разграничение и взаимосвязь оседлого и кочевого мира. Обозначен т. н. «интерстадиал» (лат. «зазор между ступенями») как практически непременный этап вхождения ханств, орд и родоплеменных структур в состав Российского государства. Подчеркнут разноуровневый характер общения в сферах власти и дипломатии, боевой конкуренции и в личных контактах, непременных в соседних этносах. Привлечены примеры перехода от Астраханского ханства к российскому Астраханскому воеводству. Как любопытные предметы для рассмотрения предстают менявшие друг друга ситуации «войн» и «мира», положения «свои — чужие» в необычных вариантах «свои, осевшие среди чужих» и «чужие, но все более близкие к своим». Некоторые ситуации пока еще малоизучены: об особых интересах Османской Турции на Дону и на Волге, о мирном курултае на р. Казанке в середине августа 1551 г., о традициях трактовок давних событий, переживших столетия до наших дней и др

В статье рассматривается вопрос об истории изучения завоевании Казанского ханства и влияние идеологии на историографический процесс. В отечественной историографии сложились различные концепции по этой проблеме. Первая, широко распространенная в державной российской и советской историографии, утверждает, что завоевание Казани и Поволжья Русским царством было вызвано необходимостью и имело целью обезопасить свои границы от татарских вторжений, разорявших русские земли; само завоевание было целиком прогрессивным явлением и принесло народам Поволжья процветание, приобщив их к высокой русской культуре. Данная концепция не просто опирается на поддержку государства, но и является важнейшей часть державной идеологии. Вторая сложилась в татарской историографии еще во второй половине XIX в. и распространилась в российской либеральной историографии в 1920-е и 1990–2000-е гг., утверждая мысль о захватнической внешней политике Русского царства и колониальном характере порабощения народов Поволжья. Становление многонациональной России как демократического федеративного государства предполагает выработку иных, чем в империи, концепций своего возникновения, которые смогут представить более сложный и многомерный взгляд на историю

Распад Золотой Орды (Улуса Джучи) показан в статье как следствие многочисленных исторических ситуаций, возникших на обширном пространстве Евразии. Статья также посвящена выявлению тенденций, связанных с возникновением и развитием постордынских ханств, образовавшихся после распада Улуса Джучи. Показано, что возникшие на территории бывшей Золотой Орды «наследные» ханства продолжили золотоордынские этнополитические и культурно-цивилизационные традиции. Сделан вывод о том, что при всех реликтах единства Золотой Орды нельзя не видеть усиливавшуюся тенденцию к взаимному отдалению постордынских государств друг от друга. Выявленные авторами противоречивые тенденции развития ханств представлены на фоне отношений «нового» тюрко-татарского мира с Московским (Российским) государством. Стороны активно влияли друг на друга не только в военном отношении. В середине XVI в., с завоеванием Казанского ханства, начался новый этап во взаимоотношениях Москвы и постордынских ханств, амбивалентные оценки которых органично отразились в русской литературе второй половины XVI–XVII вв., включая популярную в российском обществе «Казанскую историю»

В статье рассматриваются особенности интеграционных процессов на Северном Кавказе. Анализируется специфика взаимодействия народов региона с российской властью. Показано влияние империи на процесс консолидации местных сообществ. Выясняются причины, затруднявшие трансформацию региона в соответствии с общегосударственными правилами межэтнического сосуществования. Демонстрируется преемственность задач, решаемых властями как в дореволюционный, так и в советский и постсоветский периоды. В значительной степени модернизация региона была инициирована государством, создававшим условия по выходу из состояния локальной обособленности. Существенную роль в этом процессе играло и играет русское население. Обеспечивая условия для сохранения народов Северного Кавказа в социокультурном, политическом и экономическом поле российской державности, власти готовы нести серьезные издержки, не только финансово подпитывая местную субъектность, но и предоставляя ей существенную автономию. Интеграционные усилия России заслужили неоднозначную оценку в исторической памяти народов региона, что используется в современной политической практике, в том числе в выстраиваемом диалоге с федеральным центром.

В современной России пространственное развитие и вопросы его стратегирования предельно актуализированы, выступая приоритетом в том числе для общественной географии. Реализация императивов полномасштабного, детализированного учёта местных условий социально - экономической динамики, а также приоритезации направлений государственной и корпоративной активности предполагают «муниципализацию» исследовательских подходов в увязке с идентификацией геостратегических интересов страны и соответствующей типологизацией территорий.

Цель статьи концептуальное обоснование «геостратегических муниципальных образований» как особого общественно-географического феномена и объекта региональной (муниципальной) политики. Охарактеризован опыт использования категории «геостратегическая территория» в системе стратегирования пространственного развития Российской Федерации: акцентированы его сильные и слабые стороны. Дано определение «геостратегии», обосновано представление о практической множественности геостратегий в системе государственного регулирования, показано, что «геостратегичность» ситуативна и контекстна. Предложено вычленять и обособлять «геостратегические муниципальные образования» по параметрам их «значимости проблемности», смещая акценты с территорий, выступающих реципиентами федеральной поддержки, в пользу муниципальных образований, выполняющих «опорные» функции в экономической, геополитической и этнокультурной сферах.

В статье рассматривается категория «успешная женщина» на сопоставительном материале современных российской и китайской лингвокультур. Цель исследования - выяснить, каким образом концепт «успешность», в частности, такой его фрагмент, как «успешная женщина», реализуется в русской и китайской лингвокультурах. Материалом для написания статьи послужили работы отечественных и зарубежных исследователей в области аксиологии, социологии, социальной психологии, социолингвистики, культурологии и лингвокультурологии, а также собственные исследования автора статьи. В статье подтверждается выдвинутая гипотеза, что характеристики «успешной женщины» не являются постоянными и зависят от особенностей национального культурного развития этноса.