Научный архив: статьи

Коммеморация боев за Петроград 1919 г. являлась одним из ключевых направлений советской государственной политики памяти во второй половине 1930-х - начале 1940-х гг. Частным проявлением этого стало создание тематического музея, посвященного эпизоду Гражданской войны: ораниенбаумского Музея обороны Петрограда. Первым директором данного учреждения стал Ф. А. Эккер, видевший вверенный ему институт памяти в качестве центра изучения и популяризации всего военно-исторического наследия северо-востока Ленинградской области. Подобный подход встретил противодействие со стороны ряда представителей музейного сообщества Ленинграда, но получил поддержку местного политического руководства. В настоящей статье анализируются социокультурные факторы, детерминировавшие деятельность Ф. А. Эккера в Ораниенбауме и обусловившие ее результаты.

В статье анализируется отображение роли СССР во Второй мировой войне в британских школьных учебниках истории. Приоритетное внимание уделено дипломатической борьбе великих держав в предвоенный период, периоду «коренного перелома» и общей оценке вклада советского народа в победу над странами «оси». Цель работы – определить сюжеты, для которых характерен консенсус авторов учебных пособий, и события, вызывающие разногласия историков. В основе исследования лежит качественный контент-анализ содержания десяти учебников, опубликованных после 2000 г., с использованием сравнительного метода. Сделан вывод о том, что для отображения роли СССР в войне характерна двойственность: с одной стороны, Советский Союз рассматривается как государство Антигитлеровской коалиции, внёсшее решающий вклад в победу; с другой – как олицетворение тоталитаризма, борьбу с которым Великобритания вела на протяжении всего ХХ в. Сюжеты, не укладывающиеся в эти рамки, в учебниках не отображаются. В контексте провала политики «умиротворения» авторы учебников ставят вопрос и о роли советской дипломатии в развязывании конфликта – здесь спектр позиций гораздо многообразнее. Данное исследование является первой попыткой сопоставительного анализа содержания британских уче ников истории на фоне разворачивающихся «войн памяти» между Россией и Западом. Практическая значимость работы – формирование аналитической основы для определения перспективных областей сближения Москвы и Лондона при потенциальном переходе к совместному преодолению «исторических травм»

Распад социалистического блока и трансформация системы международных отношений в 1990-е гг. стали катализатором для возникновения новых форм выражения национальной идентичности. Этот процесс неразрывно связан с обращением к прошлому, переосмыслением опыта XX в., преодолением травм коллективной памяти и конструированием новых исторических нарративов. Особенно актуальными вопросы памяти и исторического прошлого стали для постсоциалистических государств, где в 2000-е гг. начали активно создаваться различные «учреждения памяти», первым из которых стал Институт национальной памяти в Польше в 1998 г. Среди таких учреждений для авторов статьи интерес представляет Национальный институт памяти Словакии, учреждённый в 2004 г., и основанный в 2007 г. Институт изучения тоталитарных режимов в Чехии. Декларированная цель создания обоих институтов – правдивый рассказ о фашизме и коммунистическом строе, раскрытие документов и представление реальной картины истории Чехословакии второй половины XX в. Учитывая общность исторического прошлого двух стран в рамках единого чехословацкого государства, интересно сравнить степень влияния каждого из Институтов на формирование национальной истории и её особенности в обеих странах

В статье проанализирован коммеморационный опыт Британии в контексте системного изучения исторической политики на современном этапе развития страны. Цель исследования заключается в анализе форм и способов презентации битвы на реке Сомма в качестве исторической реальности. Выделяются особенности британского опыта сохранения памяти о событии и репрезентации среди массовой аудитории. Автор прослеживает развитие представлений о событии в научных и научно-популярных материалах в качестве коллективной травмы, память о которой отражена в британской историографии с момента формирования в 1916 г. Коллективная память о событиях Первой мировой войны в Британии носит неоднозначный и дискуссионный характер, особенно битва на реке Сомма, изменившая представление людей о вооруженном конфликте. Исторический нарратив сражения состоит в героизации подвига экспедиционных войск на Западном фронте и критике командующих вооруженными силами, ответственных за массовые боевые потери

Рассмотрены ключевые коммеморативные практики, связанные с именем И. Канта, на территории Калининградской области в постсоветский период. На протяжении 1990—2000-х гг. в результате роста интереса к довоенному прошлому региона, следствием чего стало расширение ландшафта связанных и связываемых с Кантом «мест памяти», произошло закрепление образа философа в культурной памяти калининградцев в статусе «своего» исторического деятеля. Основными событиями этого периода стали установка памятника Канту, восстановление Кафедрального собора (у стен которого расположена усыпальница философа) и появление имени Канта в названии университета. Сегодня, согласно результатам массовых социологических опросов, Кант остается несомненным лидером списка ассоциируемых с регионом исторических деятелей. Его имя прочно закрепилось в качестве туристического и маркетингового бренда Калининградской области. Несмотря на то что образ Канта интегрирован в культурную память калининградцев, он сохраняет и конфликтный потенциал: в регионе существует слой «активистов», воспринимающих Канта как чуждый символ, что, в свою очередь, приводит к «мемориальным столкновениям»

Актуальность и цели. Необходимость сохранения исторической памяти и ее популяризации среди широких слоев населения остается одной из наиболее актуальных проблем современной исторической науки. Защита и популяризация различных объектов историко-культурного наследия, в особенности мест памяти, является одной из приоритетных задач государства, поскольку способствует сохранению коллективной памяти о важнейших вехах и событиях истории государства и общества и, кроме того, обладает огромным потенциалом для воспитания подрастающих поколений. Одной из основных общественных организаций, созданных с целью обеспечения защиты и пропаганды исторических памятников, является Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры. Всестороннее изучение опыта деятельности Общества по выявлению, сохранению и популяризации историко-культурных и мемориальных памятников приобретает большое значение в условиях современной внешнеполитической ситуации, когда вопрос сохранения исторической памяти встает особенно остро. Материалы и методы. Основным источником информации о деятельности Пензенского областного отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры служат документальные материалы Государственного архива Пензенской области, в частности фонд Р-2470, в котором представлены приказы, постановления, решения Президиума и Пленума Пензенского областного отделения Общества; планы, отчеты и справки о деятельности областного отделения и его городских и районных ячеек; финансовые сметы доходов и расходов местного отделения и прочие материалы. Методологическая база исследования включает в себя комплекс общенаучных и конкретно-исторических методов научного анализа. Результаты. Представлен анализ деятельности Пензенского областного отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры с момента его учреждения в 1966 г. до 1980 г.; изучены ключевые этапы его становления и основные направления работы Общества. Прослеживается динамика роста численного состава членов Пензенского областного отделения Общества по мере расширения масштабов его деятельности. Представлен анализ основных проблем организации деятельности Общества на региональном уровне на примере становления Пензенского областного отделения Общества. Выводы. Деятельность Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры является ярким примером того, как инициатива «снизу» способствовала совершенствованию курса мемориальной политики государственного руководства. Активная позиция членов Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры оказывала влияние на принятие новых законодательных актов об охране и реставрации памятников истории и культуры, в том числе Закона СССР от 29.10.1976 № 4692 «Об охране и использовании памятников истории и культуры». По инициативе Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры была увековечена память многих общественно-политических деятелей, выявлены ранее неизвестные имена героев боевых действий, возрождены некоторые историко-культурные памятники, утраченные в годы ведения Гражданской и Великой Отечественной войн. Члены Общества принимали активное участие в выработке постановлений о возвращении исторических названий улицам и площадям, а также присвоении имен героев Великой Отечественной войны, видных общественно-политических деятелей и деятелей культуры и искусства школам и иным учреждениям образования и культуры. И в то же время на пути своего становления Обществу пришлось преодолеть немало препятствий, начиная от недостатка финансирования, что особенно остро ощущалось на региональном уровне, и заканчивая неготовностью широкой общественности и ряда политических структур принимать активное участие в деятельности по выявлению, сохранению и популяризации историко-культурного наследия.

Актуальность и цели. Одним из способов идеологической мобилизации граждан является организация массовых юбилейных торжеств, обладающая большим потенциалом в деле патриотического воспитания населения. Участие в массовых патриотических мероприятиях, в том числе праздновании юбилейных дат, связанных с ключевыми событиями истории государства, является обязательным элементом государственной программы патриотического воспитания. Одним из наиболее значимых идеологических символов отечественной истории является память о событиях и героях Великой Отечественной войны, способствующая сохранению культурной идентичности народа и обладающая огромным влиянием на общественное сознание. Значительный опыт организации и проведения юбилейных торжеств в честь памятных дат военной истории государства был накоплен еще в годы существования СССР. Цель работы - проанализировать региональные особенности и ключевые направления мемориальной политики партийного руководства СССР 1950-1970-х гг. в области организации празднования юбилеев и памятных дат Великой Отечественной войны (на примере Пензенской области). Материалы и методы. Источниковая база исследования представлена документальными материалами Государственного архива Пензенской области, а также материалами региональной периодической печати (газет «Пензенская правда», «Молодой ленинец»). Методологическая база исследования включает в себя комплекс общенаучных и конкретно-исторических методов научного анализа. Результаты. Представлен анализ причин и динамики изменения организации массовых юбилейных торжеств на территории Пензенской области в указанный временной период. Автор представил подробный разбор различных направлений работы советского руководства в лице Пензенского облисполкома и Обкома КПСС в деле сохранения исторической памяти о события и героях Великой Отечественной войны. Изучены различные формы массово-политической работы на предприятиях по организации праздничных мероприятий, а также способы привлечения подрастающего поколения к участию в проведении юбилейных торжеств как обязательного элемента государственной программы патриотического воспитания населения. Выводы. Организация юбилейных торжеств, посвященных празднованию Победы в Великой Отечественной войне, являлась ключевым элементом мемориальной политики государственного руководства СССР. Особо значительное внимание этому вопросу уделялось в период 1960-1970-х гг. в связи с празднованием 20- и 30-летия Победы. Целью проведения массовых юбилейных торжеств, с одной стороны, являлось патриотическое воспитание населения на примерах мужества и героизма, проявленного солдатами и офицерами Красной армии и тружениками тыла. А с другой - партийное руководство СССР преследовало цель продемонстрировать мировому сообществу оборонную мощь Советского государства, его выдающийся экономический рост и сплоченность советского народа в деле сохранения памяти о Великой Победе и ее значение для всего прогрессивного мира, в связи с чем проведение юбилейных торжеств нередко приобретало широкий размах и сопровождалось массированной поддержкой средств массовой информации. Изучение опыта советского руководства позволяет нам оценить эффективность применения различных методов и способов сохранения исторической памяти о ключевых событиях военной истории современного российского государства.

В статье характеризуется пропагандистская деятельность городских и сельских общественных массовых библиотек Новосибирской области в контексте изучения истории государственной политики памяти советского периода (в 1960-х — первой половине 1980-х гг.). Выявляются политикоидеологические, социально-культурные и материально-бытовые условия и факторы, влиявшие на эту деятельность. Устанавливаются ее формы и методы. Автор указывает на основные исторические символы, использовавшиеся библиотечными работникам, и раскрывает их смыслы. Исследование опирается на проблемное поле Memory Studies. Основные источники исследования — делопроизводственные документы, отражающие деятельность сети общественных массовых библиотек Новосибирской области. Сделан вывод о том, что в изучаемый период они централизованно, активно и широко транслировали советский коммеморативный метанарратив, используя разнообразные формы и методы пропаганды. Однако в 1970-е годы прежде довольно высокий интерес читателей к повторявшимся библиотечным коммеморациям снижался, что отражало общий кризис идеологии. Позитивно оценивается опыт развития библиотеками исторического краеведения, формирования у читателей интереса к локальной истории, ее публичных обсуждений в библиотеках, способствовавших усложнению коллективной памяти жителей региона и некоторой демократизации их взглядов.

Данное исследование посвящено Чумбокской трагедии в Ачехе, рассматриваемой сквозь призму политики памяти, с упором на необходимость помнить прошлое на фоне меняющихся политических и культурных контекстов. Политика памяти выступает одновременно в качестве научной критики и стратегического инструмента, направленного против доминирующих исторических нарративов. В исследовании, проведенном в округе Пиде – эпицентре конфликта, представление о котором наиболее искаженно в истории Чумбока, применяется качественный метод с целью изучения реальной динамики. Результаты исследования показали, что нарушения прав человека не ограничивались периодом с декабря 1945 по апрель 1946 г., а продолжались во время восстания движения Даруль Ислам и Исламской Армии Индонезии, возглавленного председателем PUSA Тенгку Даудом Бёрё в 1953 г. Полевые исследования показывают, что преследования, безнаказанность, принудительные браки и конфискация имущества семей улебаланг продолжались до 1950-х гг. Кроме того, исследование выявляет сложные социально-культурные проблемы в Пиде, указывая на то, что модели насилия и захвата имущества были более запутанными и продолжительными, что расширяет понимание долгосрочных последствий конфликта в Чумбоке.

В статье отмечается, что города-герои играли значимую роль в увековечивании памяти в СССР о событиях Великой Отечественной войны. Однако обстоятельствам самого присуждения почетного звания в историографии уделяется недостаточно внимания, в том числе, в связи с отсутствием в распоряжении исследователей необходимых источников. Цель публикации - ввести в научный оборот документы о попытке присвоения Новороссийску почетного звания города-героя в 1958 г. С инициативой об этом выступили Новороссийский горком КПСС и горисполком. Мемориальную инициативу поддержали Краснодарский крайком КПСС и крайисполком, а также командование Черноморского флота. Однако партийное руководство отказалось принять решение. Соответствующее обоснование подготовил военно-исторический отдел Военно-научного управления Генерального штаба Советской армии. В нем рассматривалось появление данного почетного звания, сравнивался вклад разных городов-героев в историю Великой Отечественной войны по длительности их обороны, количеству прикованных сил врага и понесенных им потерь, масштабам участия населения под руководством партийных организаций. В результате делался вывод о том, что оборона Новороссийска не может быть поставлена рядом с обороной Ленинграда, Сталинграда, Севастополя и Одессы, ранее признанных городами-героями. В публикации представлены четыре взаимосвязанных документа: выписка из протокола заседания бюро Краснодарского краевого комитета КПСС и крайисполкома, направленная в ЦК КПСС, в которой содержатся предложение разрешить Новороссийскому горкому КПСС и горисполкому провести празднование 15-й годовщины освобождения города от оккупантов, просьбы присвоить Новороссийску звание города-героя и наградить 150-200 активных участников его обороны, освобождения и восстановления; ходатайство командования Черноморского флота в Президиум ЦК КПСС о присвоении Новороссийску звания города-героя; замечания начальника военно-исторического отдела Военно-научного управления Генерального штаба Советской армии генерал-лейтенанта С. П. Платонова; информация о принятом решении заведующего отделом партийных органов ЦК КПСС по РСФСР В. М. Чураева. Информативная ценность документов оценивается с учетом принципа историзма, с использованием проблемно-хронологического, ретроспективного и диахронного методов, а также источниковедческого анализа, что позволило проследить динамику в разработке и реализации мемориальной инициативы в контексте событий периода «оттепели». Публикация позволяет ответить и на более общие вопросы отношения советского руководства к почетному званию города-героя, раскрыть его символическое значение.

В статье на основе предложенных редакцией журнала «Новое прошлое /The New Past» вопросов для дискуссии рассматриваются основные тенденции изучения взаимоотношений Московской Руси и пост-ордынских государств в раннее Новое время. Отталкиваясь от достижений современной отечественной историографии (работ А. Л. Хорошкевич, В. В. Трепавлова, И. В. Зайцева, А. В. Белякова и других), автор рассматривает проблему т. н. политического наследия Золотой Орды, предлагая отделять реальное политическое наследство, выразившееся в подчинении бывших ордынских улусов, от наследия идеологического, которое никогда не существовало в виде оформленной внешнеполитической концепции. Отмечая актуализацию золотоордынского нарратива в общественном сознании после 1991 г. и появление новых, позитивных по сравнению с прошлым, коннотаций в его оценке, автор подчеркивает, что в то же время этот нарратив не особенно сочетается с политикой исторической памяти современного российского государства, которая концентрируется на военных победах и триумфах прошлого.

Депортация, осуществленная в 1943 и 1944 гг., занимает ключевую позицию в политике памяти карачаево-балкарского народа. В статье рассматривается существующая разница в формах взаимодействия с памятью о депортации в Карачаево-Черкесии и Кабардино-Балкарии. На основании собранных материалов был проведен качественный текстуальный анализ в рамках стратегии кейс-стади. Введенный концепт «режим памяти» и полученные новые данные с интернет-портала «Кавказский Узел», а также с официальных сайтов глав республик позволяют обнаружить различия в подходах к работе с памятью о депортации в дискурсивном и мемориальном пространствах. Автор приходит к выводу, что разница связана с наличием сильной контгруппы (кабардинцев), которая претендует на доминирование собственного исторического нарратива в Кабардино-Балкарии. Неразрешенные территориальные споры и незавершенность процесса реабилитации балкарского народа усиливают конфронтацию памяти. В тоже время формирование карачаевского нарратива происходит в компромиссной среде, а интерпретация этнического прошлого занимает доминирующие позиции в Карачаево-Черкесии