Статья: ИММАНУИЛ КАНТ В КУЛЬТУРНОЙ ПАМЯТИ КАЛИНИНГРАДЦЕВ (ПОСТСОВЕТСКИЙ ПЕРИОД) (2023)

Опубликованная в 2023 г. в издательстве «Норма» монография омских юристов М. А. Кожевиной и Т. Ф. Ящук «Эволюция науки истории права и государства России (XVIII—XX вв.)» [2] подытожила несколько лет плодотворных исследований авторов, отмеченных помимо прочего и несколькими предшествующими значимыми работами [1; 3]. В новой же монографии мы видим комплексную, целостную картину истории нашей научной дисциплины, сконструированную на крепком методологическом основании и подкрепленную широчайшей источниковой базой

Рассмотрена проблема развития института государства — наблюдателя при ЕАЭС. Предпринята попытка оценить возможности обретения полного членства нынешними государствами-наблюдателями и увеличения числа государств — наблюдателей при ЕАЭС. На основании анализа нормативно- правовых актов, а также привлечения средств сопоставительного позиционного анализа установлено, что относительно поздно возникший институт лишь к 2023 г. обрел более или менее завершенный вид. Основное внимание в работе автор акцентирует на международно- политической полезности статуса государства-наблюдателя и на проблемах его действительной реализации. Дано сравнение позиционирования Молдовы, Кубы и Узбекистана как государств — наблюдателей при ЕАЭС. Особое внимание уделено ранжированию факторов, препятствующих и способствующих эффективной реализации специфического международно-политического статуса. Обоснован вывод, что к числу первых можно отнести слабость национальной экономики и внутриполитическую нестабильность, а к числу вторых — наличие политической воли консолидированной правящей элиты и социальную востребованность интеграционного предложения. Автор приходит к выводу о двух принципиально возможных сценариях институционального развития Союза: а) углубление интеграции; б) расширение интеграционного пространства благодаря продвижению договорной политики. Список вероятных в будущем государств — наблюдателей при ЕАЭС невелик: Китай, Вьетнам, Иран, Сербия, Сингапур. По мере нормализации армяно- азербайджанских отношений и интеграционного продвижения Узбекистана такой же статус, возможно, смогут получить Азербайджан и Таджикистан

Представлена краткая биография Фридриха Мюнцера (1868—1942) — крупного немецкого историка Античности, специалиста по римской политической истории. За годы жизни Мюнцер преподавал в Базельском, Кёнигсбергском и Мюнстерском университетах, отличался высокой творческой активностью, опубликовал многочисленные работы по древней истории. Его судьба оказалась трагической — Мюнцер стал одной из жертв национал-социалистического режима в Германии и умер в концентрационном лагере Терезиенштадт. Охарактеризован «кёнигсбергский период» (1912—1921) в его карьере — время преподавания в университете Альбертина и написания ряда важных научных работ, в том числе фундаментальной монографии по истории римских аристократических партий и семейств. Состояние источников не дает возможности реконструировать повседневную жизнь профессора Альбертины с достаточной полнотой. Тем не менее в статье предпринята попытка воссоздать обстоятельства личной и профессиональной жизни Мюнцера в Кёнигсберге (адаптация после переезда, занятость в университете), также высказан ряд предположений о круге общения ученого. Обосновано предложение увековечить в Калининграде память видного немецкого антиковеда

Исследована система подготовки научных кадров по истории русского государства и права на юридических факультетах русского зарубежья в Харбине и Праге в 1920— 1930-е гг. Основными источниками служат делопроизводственная документация из фондов российских архивов (Государственного архива Российской Федерации, архива РАН, Госархива Ростовской области), мемуары и публицистика эмигрантов-современников. Обоснован вывод, что система подготовки по этой дисциплине не успела сложиться в дореволюционной Российской империи, так как сам разряд присуждения ученых степеней «История русского права» был введен только в 1915 г. В силу этого подготовка оставленных по кафедре для приготовления к профессорскому званию магистрантов носила в высших учебных заведениях русской эмиграции во многом новаторский характер. Значительное внимание подготовке специалистов по истории русского права уделялось на обоих факультетах, однако недостаток остепененных научных кадров в Харбине приводил к необходимости направления магистрантов в европейские научные центры. В Праге же сложилась самостоятельная система подготовки по дисциплине. Итог тем не менее оказался малопродуктивным — по истории русского права в рамках русской дореволюционной традиции была защищена одна магистерская и одна докторская диссертация (М. В. Шахматовым)

Рассмотрен вопрос о месте старообрядческой общины Северо-Западного края Российской империи в процессе русификации этих земель в XIX — начале XX в. Для достижения цели исследования решены следующие задачи: сделан исторический обзор становления общины в Великом княжестве Литовском; дана характеристика существованию старообрядческой общины края в составе Российской империи; рассмотрены обстоятельства расселения представителей общины на территории Северо-Западного края; приведена динамика изменения численности этой общины. Религиозные особенности этноконфессиональной группы великоросского народа проанализированы как в региональном, так и в общегосударственном контексте. Прослежены становление и распространение «легального старообрядчества», или единоверия, а также социальная специфика старообрядческой общины Северо-Западного края. Особое внимание уделено сложным отношениям государственной власти и официальной церкви к старообрядцам Северо-Западного края. Интерес к теме связан с изучением роли и места старообрядческой общины в системе этнических и конфессиональных отношений, которые сложились в Северо-Западном крае в период его нахождения в составе Российской империи. Рассмотрена также роль общины в процессе русификации Северо-Западного края после подавления Польского восстания 1863—1864 гг. Трансграничные отношения старообрядцев Северо-Западного края с их единоверцами из Войновской общины Восточной Пруссии представляют также краеведческий интерес

Предпринята попытка определить воззрения варшавских позитивистов на Январское восстание. Автор обращается к литературным сочинениям, письмам и воспоминаниям представителей варшавского позитивизма и приходит к выводу, что подавление восстания 1863—1864 гг. во многом способствовало формированию идеологии данного философского течения. Позитивисты открыто осуждали польское освободительное движение, полагая, что вооруженные столкновения приведут польскую нацию к исчезновению. Несмотря на это, они с большим почтением относились к участникам Январского восстания, осознавая вместе с тем тщетность вооруженных методов борьбы за независимость Польши. Помимо критики польского освободительного движения, варшавские позитивисты негативно оценивали и представителей консервативной польской аристократии, которые продолжали жить прошлым, романтизируя польские восстания и их участников, игнорируя в то же время потребности, стремления и желания нижестоящих слоев польского общества. Свои взгляды на насильственные способы борьбы за независимость польских земель варшавские позитивисты также выражали в мемуарах, письмах и литературных произведениях

В исследовании представлена концепция особого доказательственного значения результатов оперативного эксперимента и проверочной закупки. Оно обусловлено тем, что эти действия отражают событие преступления, совершаемое под контролем оперуполномоченных. Для снятия сомнений в допустимости задокументированных результатов подобных оперативно-розыскных мероприятий разрабатывается правовой стандарт их проведения. В отличие от отраслевых разработок относительно такого рода правового стандарта предлагается межотраслевой правовой стандарт. Он включает уголовно-процессуальные нормы, нормы уголовно-розыскного права, а также судебные прецеденты. Выполнение этого стандарта должно гарантировать допустимость использования в уголовно-процессуальном доказывании результатов данных оперативно-розыскных мероприятий. Одновременно должны быть обеспечены права лица, изобличаемого в совершении преступления. Проанализированы материально-правовая и процедурная составляющие стандарта правомерного проведения оперативного эксперимента и проверочной закупки. Сформулирован материально-правовой критерий отграничения правомерного оперативного эксперимента и проверочной закупки от провокации. Приведены критерии процессуальной составляющей данного правового стандарта. В заключение производится синтез всех анализируемых слагаемых в виде общего стандарта деятельности оперуполномоченных, органов предварительного расследования и прокурора по формированию доказательств обвинения из результатов оперативного эксперимента и проверочной закупки. Сделанные выводы могут быть использованы в сфере оперативно-розыскной деятельности и уголовно-процессуального доказывания для снятия правовой неопределенности и повышения эффективности уголовного преследования лиц, совершивших тяжкие, скрытые преступления. Кроме того, может быть снижен профессиональный риск для сотрудников оперативных аппаратов, уполномоченных на проведение этих мероприятий

Проанализированы наиболее значимые вопросы правового регулирования и криминалистического обеспечения предъявления живых лиц для опознания, проводимого в рамках досудебного производства. Приведены эмпирические материалы, которые иллюстрируют типичные ошибки, допускаемые при проведении данного действия. Также авторы раскрывают необходимость работы с понятыми лицами при проведении опознания. Рассмотрены примеры процессуальных и криминалистических ошибок при производстве предъявления для опознания людей в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым. Определена сущность предъявления для опознания как самостоятельного следственного действия, порядок производства которого регламентируется ст. 193 УПК РФ. Выделен главный признак опознания — отождествление (идентификация) предъявляемого объекта. Обоснован вывод, что именно это отождествление является процессуальной формой криминалистической идентификации

Рассмотрена трансформация юридического статуса сельскохозяйственных кооперативов в России с момента прихода к власти Временного правительства до 1929 г., времени ликвидации этого вида кооперации. Исследование демонстрирует изменения кооперативного законодательства после Февральской революции 1917 г. вплоть до конца 1920-х гг. — от расширения демократических основ деятельности кооперативных товариществ до полного упразднения сельскохозяйственной кооперации как отдельного вида данного социально-экономического движения. Законодательство Временного правительства о кооперации, в том числе о сельскохозяйственной, расширило права сельскохозяйственных товариществ, закрепило единый юридический статус всех видов кооперативов, впервые ввело в правовой оборот понятие «кооперативное товарищество», разрешило кооперативам объединяться в союзы, а также сформировало четкий алгоритм организации деятельности товариществ. Этап «военного коммунизма» отмечен крайне жесткими мерами в отношении огосударствления кооперации. В период новой экономической политики законодатель реципировал имперское кооперативное законодательство, дав кооперации демократические права и свободы. Это было обусловлено тяжелым финансовым положением населения, прежде всего крестьян, а также острым дефицитом продовольственных товаров. Политика построения социалистического государства определила дальнейшую судьбу сельскохозяйственной кооперации, как и кооперации в целом, реорганизовав ее из частноправового в публично-правовой институт и лишив ее тем самым основных принципов, на которых она зиждилась несколько десятилетий