Научный архив: статьи

Рассматриваются эффективность, а также критерии правомерности применения сотрудниками полиции административно-правовых мер пресечения в процессе выявления, предотвращения противоправных и общественно опасных деяний в семейно-бытовой сфере. Приводятся доводы о необходимости стандартизации процедуры пресечения правонарушений в рассматриваемой сфере исходя из типовой ситуации, в которой совершается противоправное деяние.

Опираясь на действующее административное законодательство, автор указывает на специфику выбора мер полицейского реагирования (пресечения) в семейно-бытовой сфере, а также на необходимость и целесообразность их применения в зависимости от уровня общественной опасности совершаемого деяния, намерений правонарушителя, пола, возраста и места происшествия.

Автор выделяет типовые ситуации совершения правонарушений в рассматриваемой сфере общественных отношений, однако подчеркивает динамичность и непредсказуемость развития ситуации от простого словесного семейно-бытового конфликта до совершения насильственного преступления и соответственно вариативность применения мер пресечения.

Действия должностных лиц полиции, наделенных соответствующими государственно-властными полномочиями, пресекающих правонарушения, должны в полной мере соответствовать создавшейся обстановке, характеру и степени опасности действий правонарушителя. При этом правомерность действий складывается из знания цели, оснований применения меры пресечения, а также порядка ее реализации.

Рассматривается участие полиции в реализации мер санитарно-эпидемиологического характера в исторической ретроспективе. Именно историко-правовое исследование обосновывает необходимость и целесообразность участия полиции в проведении санитарно-эпидемиологических мероприятий. Актуальность темы заключается в том, что распространение коронавирусной инфекции отразилось на деятельности полиции, сотрудники которой осуществляли ранее не свойственные им должностные обязанности, но выполняя одно из своих главных предназначений - охрану здоровья и жизни человека.

В результате изучения материалов были сформулированы особенности становления и развития санитарного законодательства; обобщены виды мероприятий санитарно-эпидемиологического характера, в реализации которых задействована полиция; предложена новая форма оказания содействия медицинским работникам со стороны должностных лиц полиции.

Цель исследования. Анализ полномочий полиции по реализации санитарно-эпидемиологических мероприятий с момента ее учреждения до настоящего времени, а также выявление основных причин и необходимости включения полиции в сферу санитарно-эпидемиологической деятельности.

Выводы. Основными направлениями деятельности полиции в обеспечении санитарно-эпидемиологической безопасности населения являются: 0беспечение общественной безопасности; пресечение незаконной торговли и распространения поддельных или некачественных товаров; борьба с преступлениями в сфере здравоохранения; беспечение соблюдения правил карантина и самоизоляции.

Предметом исследования статьи выступают сущностные признаки специальных средств, применяемых сотрудниками органов внутренних дел (полиции), их соотнесение с иными предметами, используемыми в целях реализации функций, исполняемых органами внутренних дел. Указываются статистические сведения применения сотрудниками органов внутренних дел (полиции) физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия, исследуются регламентирующие их применение положения нормативных правовых актов, изучаются ранее сформулированные учеными-административистами дефиниции термина «специальное средство», обобщается перечень специальных средств, используемых уполномоченными должностными лицами, устанавливаются признаки, определяющие сущность специальных средств, кроме того, рассматривается вопрос применения специальных средств гражданами. По результатам проведенной работы определяются тенденции развития правового института применения специальных средств, формируются предположения о необходимости расширения номенклатуры специальных средств полиции, что позволит повысить эффективность полицейской деятельности, обеспечив возможность использования правоохранительными органами достижений научно-технического прогресса, и нивелировать опасности, появляющиеся в ходе эволюционного развития государства и общества. Статья также содержит предложения по нормативному закреплению дефиниции термина «специальное средство» и по совершенствованию применяемых сотрудниками органов внутренних дел (полиции) мер физического принуждения.

Цель. Исследовать влияние среды функционирования в Дальневосточном регионе на особенности полицейской деятельности местных подразделений государственного аппарата Российской империи в конце XIX – начале XX вв.
Процедура и методы. На основе анализа архивных источников, нормативно-правовых актов Российской империи и научных исследований отечественных учёных-полицеистов рассмотрена проблема охраны общественного порядка и борьбы с преступностью на Дальнем Востоке России, влияние региональных особенностей на функционирование полицейских и иные государственные органы, а также органы местного самоуправления и общественные формирования правоохранительной направленности.
Результаты. Сделан вывод о том, что к субъектам полицейской деятельности на Дальнем Востоке России в конце XIX – начале XX вв. следует отнести не только полицейские органы, но и достаточно широкий круг иных органов государства и местного самоуправления, а также общественных формирований. Без их участия местная полиция вряд ли смогла бы справиться с большим количеством вызовов и угроз, имеющих разноплановый характер и несущих вред не только правам и законным интересам частных лиц, общественному порядку и общественной безопасности в регионе, но иногда и национальной безопасности России на Дальнем Востоке. Такая практика была вынужденным выходом из сложного положения, и хотя местные руководители понимали её ущербность, но обстоятельства не давали им другой возможности. Теоретическая и/или практическая значимость. Представлено теоретическое обоснование закономерности возникновения особенностей полицейской деятельности на Дальнем Востоке России в конце XIX – начале XX вв., в частности, практики возложения полицейских обязанностей на иные государственные органы, органы местного самоуправления и общественные формирования правоохранительной направленности.

В статье исследовано телефонное мошенничество как новый вид преступлений и острая социальная проблема. Обращено внимание на комплексный характер проблемы, поскольку ее следует рассматривать в плоскости разных дисциплин: общей юриспруденции, криминологии, социальной психологии, социальной инженерии, информационных технологий. Даны оценки Банка России о масштабах распространения этого вида преступлений и сумме похищенных денежных средств. Согласно статистике, большинство мошеннических схем базируется на приемах социальной инженерии. Указаны результаты социологического опроса населения, проведенного под руководством авторов статьи. Утверждается, что в настоящее время охват населения этим видом преступлений незначителен, но одновременно большинство граждан допускают, что могут оказаться жертвой телефонных мошенников. Десятая часть людей, получающих звонки с незнакомого номера, не прерывают разговор, даже определив, что звонит мошенник. Тем самым они оказываются в ситуации наибольшего риска. Сделан вывод о том, что в борьбе с телефонным мошенничеством граждане не занимают активную позицию и очень редко обращаются в полицию с сообщением о подозрительных звонках. По результатам исследования даны рекомендации относительно совершенствования системы профилактики и борьбы с телефонным мошенничеством.

Представлен коллективный портрет уездного исправника Сибири на примере изучения биографий глав полиции Кузнецкого и Мариинского уездов. Для его составления выделены ключевые параметры: происхождение, образование, возраст и чин на момент вступления в должность, предыдущая должность, время нахождения в должности главы полиции, дальнейшая судьба. Проведение исследования базируется на методах просопографии. Основные источники изучения биографий чиновников - личные дела, формулярные списки и приказы о перемещении по службе. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.

Введение. При решении проблемы взаимодействия полиции и институтов гражданского общества по участию в реализации правоохранительной функции государства опыт полиции зарубежных стран может быть актуален для выработки новых концептуальных положений и догматических решений, адекватных условиям современности.

Исследование внедренных в зарубежных странах различных моделей организации деятельности полиции позволит выявить общие закономерности и предложить более действенные и эффективные меры по организации взаимодействия полиции и институтов гражданского общества в России.

Цель исследования: на основе теоретико-правового анализа моделей организации деятельности полиции зарубежных стран выявить наиболее эффективные управленческие механизмы формирования взаимодействия полиции и институтов гражданского общества при реализации правоохранительной функции государства.

Теоретические аспекты организации местного самоуправления, традиционно исторически связанного с функционированием полиции, отражены в диссертационных исследованиях Е. С. Горбатюка1, И. А. Горшеневой2, Д. О. Ежевского3, А. М. Кононова4 и др.

Сравнительный анализ полицейской деятельности зарубежных государств, в том числе при сотрудничестве с институтами гражданского общества, проведен в исследованиях И. А. Андреевой5[1], А. В. Быкова6, Д. В. Васильева7, А. В. Губанова8, Е. В. Киричёк9, А. К. Киселёва [2], О. Б. Мороза10, В. Ф. Саетгараева11, А. И. Степанян12[3] и др. Вопросы формирования полиции и общества рассматривали в своих трудах П. Н. Кобец [4], Н. С. Нижник [5], Г. Р. Рустемова, И. С. Приходько [6] и др. Для выявления и оценки механизмов партнёрства полиции и общества использована теория взаимосвязи между местной политической культурой и организацией деятельности полиции (Дж. К. Уилсон).

Методы. Исследование опирается на системный подход, общенаучные методы (прежде всего анализа и синтеза), метод материалистической диалектики; специальные методы: сравнительно-исторический, формально-юридический; историко-правовой анализ, хронологический метод.

Результаты. Исследованные модели организации полицейской деятельности в зарубежных государствах являются производными от родового понятия «сервисная модель организации полицейской службы», направлены на социальную сплоченность, стабильность при высоком уровне участия граждан и актуальны для различных стран.

Приоритетной задачей МВД России является социальная направленность деятельности, позволяющая подразделениям полиции при решении возложенных на них задач наиболее полно использовать социальный и общественный потенциал российского общества.

Введение. Статья посвящена исследованию ряда историко-правовых проблем, связанных с оценкой результатов судебной реформы Александра II (вторая половина XIX века).

Размышляя о том, применим ли опыт этой реформы для конституционного строя современной России, автор полагает, что хотя император Александр II не решился на полномасштабные конституционные преобразования и октроирование конституции, но его реформы в комплексе и системном единстве конституировали принципиально новый государственный паттерн, который при сохранении принципа самодержавия и ряда иных ключевых признаков неограниченной монархии продемонстрировал существенно обновленные государственно-правовые формы организации и деятельности публичной власти.

При всей привлекательности замыслов Александра II мы не можем сегодня сказать, что они действительно необходимы современной России в их полноте и аутентичности, но, что весьма важно при современной теоретико-методологической оценке судебной реформы, - это прагматичность государственной администрации второй половины XIX века, которая предпочла путь демократизации сначала судебной системы и земского самоуправления, и лишь затем, если это вообще было нужно для соответствующих историко-правовых условий развития российской государственности того периода, - конституционализацию народного представительства, всеобщих и равных выборов, многопартийности, разделения властей и верховенства прав человека.

Методы. В работе применялся комплекс методов, которые выработаны и апробированы историко-правовой наукой и теорией государства и права. Особенно активно использовались методы анализа и синтеза, индукции и дедукции, диалектический подход, метод сравнительного правоведения.

Результаты. Автор доказывает, что имеющаяся в современной России правоохранительная система неидеальна, несовершенна и не должна подвергаться в связи с этим теоретико-методологической идеализации.

В числе прочего судебная деятельность, прокурорская, следственная и полицейская практика нуждаются в дальнейшей гуманизации на основе требований конституционных принципов и норм. Значительное содействие в достижении данной цели могло бы оказать частичное использование опыта судебной реформы второй половины XIX века, особенно в аспекте институционализации судов с участием присяжных заседателей.

Введение. В статье рассматриваются вопросы эффективности одного из направлений деятельности полиции в сфере специальной профилактики правонарушений - пресечения наиболее опасных насильственных посягательств, причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, посредством применения сотрудниками полиции физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия.

Отсутствие согласованности в правовом регулировании, в частности, условий правомерности необходимой обороны в Уголовном кодексе Российской Федерации и Федеральном законе от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» приводит к межотраслевой конкуренции не противоречащих друг другу норм различных отраслей права, регулирующих родственные общественные отношения в сфере защиты личности и прав обороняющегося или других лиц, но - с разной степенью конкретизации правового предписания. В ряде случаев создавшееся положение ведет к снижению эффективности защиты личности от насильственных посягательств, наступлению возможных негативных последствий для личной безопасности самого представителя власти, находящегося под защитой государства от правового произвола и судебных ошибок.

Методы. Методологическую основу исследования составили универсальные положения диалектического метода познания, а также общенаучные и частнонаучные методы (анализа и синтеза; сравнительно-правовой; формально-логический; системный подход и контент-анализ).

Результаты. На примере применения сотрудниками полиции уголовно-правовых мер специальной профилактики насильственных правонарушений в ситуациях необходимой обороны и ряда других обстоятельств, исключающих преступность деяния, сформулированы основные задачи по снижению отрицательного эффекта межотраслевой конкуренции уголовного и служебного законодательства.

Введение. Термин «органы внутренних дел» настолько широко вошел в наш обиход (и в научный в том числе), что создается впечатление, будто он существовал всегда. Может показаться, что он претендует на некое базовое теоретическое понятие. В данной статье осуществлена попытка прояснить эту ситуацию, выяснить, когда и при каких обстоятельствах в делопроизводственный и научный оборот вошли понятия «внутренние дела», «органы Министерства внутренних дел», «учреждения внутренних дел», «органы внутренних дел». Эта задача представляется нам насущной и весьма актуальной.

Методы. Исследование опиралось на диалектику, выступающую как общую методологию научного познания. Были использованы общенаучные, специальные, частнонаучные методы. Осуществлено изучение соответствующих исторических документов с применением анализа, синтеза, индукции и дедукции. Полученные результаты обработаны с помощью интерпретативного метода. Проведено сравнение функций и подразделений Министерства внутренних дел в различные исторические периоды. Принцип историзма позволил исследовать динамику становления и развития терминов «внутренние дела», «органы внутренних дел».

Результаты и их обсуждение. Выявлено, что сами понятия «внутренние дела», «органы внутренних дел» и другие их производные появились только в конце XVIII века. В «Таинственной конституции» Н. И. Панин наметил новую систему центральных органов отраслевого государственного управления. Одним из восьми направлений «государственного правления» он выделил «Духовной закон и нравы гражданств, что называется внутреннею политикою». В сентябре 1802 г. были созданы восемь министерств. Семь из них «специализированные», профильные: военно-сухопутное, военно-морское, юстиции, коммерции, финансов, иностранных дел, народного просвещения. А руководство остальными сферами деятельности общества и государства было поручено Министерству внутренних дел. Министерство внутренних дел заняло исключительное положение в части руководства местами: ему были подчинены губернаторы, органы местного самоуправления. Но понятие «внутренние дела» не было точно определено еще очень длительное время.

Так продолжалось до начала ХХ века и в послереволюционные годы. Многочисленные реорганизации Министерства так и не позволили окончательно сформировать определение рассматриваемых терминов.

Заключение. В результате исследования авторы приходят к выводу, что понятие «органы внутренних дел» не может претендовать на универсальное применение к различным историческим периодам, поскольку отсутствуют единые критерии отнесения функций, выполняющихся теми или иными звеньями государственного аппарата, к «внутренним делам».

Введение. Статья посвящена анализу территориального распространения антиправительственных изданий партией социалистов-революционеров на территории трех уездов Пензенской губернии в 1900-1904 гг.

Материалы и методы. В исследовании используются материалы центральных и региональных архивов. При проведении исследования использовались проблемно-хронологический метод и микроисторический подход. Результаты исследования. В статье указывается, что первоначально печатные издания эсеров проникали в мордовские уезды из-за пределов Пензенской губернии. Картина менялась с созданием губернской, а затем и местных партийных групп. Распространение нелегальной литературы превращалось в основной вид деятельности местных эсеров. Пик распространения агитационной продукции пришелся на 1903 г., что соотносится с общероссийским революционным подъемом. В рассматриваемый период времени было засвидетельствовано обнаружение более 300 разных наименований партийной литературы, но в пределах небольших расстояний от места их производства. Полиции также не удалось задержать ни одного агитатора, которые так и проходят по отчетам, как неизвестные лица. С разгромом местных партийных организаций число нелегальной литературы начало сокращаться и к 1904 г. стало минимальным. Обсуждение и заключение. Исследование показало, что лидером в плане обнаружения эсеровской литературы являлся Инсарский уезд, на территории которого работала самая активная в пропагандистском плане партийная группа. Однако агитация населения местными эсерами в рассматриваемый период не была прямой, партийные представители занимались лишь безадресным разбрасыванием брошюр и прокламаций.

Цель работы состоит в разработке предложений по оптимизации мер, направленных на предотвращение распространения и популяризации употребления наркотических средств и психотропных веществ на территории Российской Федерации.

Методологическую основу исследования составили логический, диалектический методы, метод теоретического прогнозирования и теоретического исследования.

Выводы. Авторы приходят к выводу о необходимости расширения понятия «пропаганда» наркотических средств и психотропных веществ. Предлагается внести поправки в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон «О наркотических средствах и психотропных веществах» с целью определения противоправного характера скрытой пропаганды и рекламы употребления и распространения наркотических средств и психотропных веществ.

Научная и практическая значимость работы состоит в обосновании необходимости реформ действующей институциональной и правовой базы, а также совершенствования форм противодействия преступным группировкам, специализирующимся на производстве и сбыте наркотических средств и психотропных веществ.