Научный архив: статьи

В предлагаемой рецензии дается обзор монографии доктора исторических наук, профессора Санкт-Петербургского государственного университета А. С. Пученкова «Первый год Добровольческой армии: от возникновения “Алексеевской организации” до образования Вооруженных Сил на Юге России (ноябрь 1917–декабрь 1918 года)», вышедшей в 2021 г. в издательстве «Владимир Даль» в Санкт-Петербурге. Предполагается, что это начало кропотливого поэтапного исследования внутренней жизни Добровольческой армии на всем протяжении Гражданской войны, но пока что автор сосредоточился на первом годе существования данной армии и военно-политического движения. В изданном труде А. С. Пученкова даны тонкие психологические портреты вождей Добровольческой армии, проанализированы их взаимоотношения, а также влияние этих взаимоотношений на политику Белого движения и на практику его борьбы. Большое внимание уделено взаимоотношениям между лидерами добровольческого движения и белого казачьего движения, хотя конфликт между ними достиг своего апогея уже в 1919 г. Описывая ход военных действий на Юге России в 1918 г., автор осветил многие до сих пор слабо изученные вопросы — ситуацию на Кубани внутри советских сил, конфликт между партийным руководством и главкомом И. Л. Сорокиным. В целом работа отличается большой точностью в деталях и привлечением значительного корпуса источникового материала

В статье рассматриваются основные этапы становления и использования концепта идеологии в гуманитарном знании и общественно-политических практиках. Автор прослеживает развитие понятия идеология в качестве теории и практики, начиная с первого упоминания у Дестюта де Траси, затем в текстах мыслителей эпохи Просвещения, авторов XIX в. и теоретиков марксизма XX в. Автор показывает, что интерес западного Просвещения к идеологии был связан с либеральной философией, основанной на поддержке свободы личности, частной собственности, рынка и ограниченной государственной власти. Особое внимание уделяется роли глубоких социальных конфликтов в возникновении идеологий, а также языку как фактору формирования идеологем. Наконец, автор останавливается на иллюзиях конца холодной войны об исчезновении идеологий, рассматривая эти представления как новую идеологию. Автор приходит к выводу, что забвение идеологии и отказ от ее изучения делает невозможным формирование целостной исследовательской практики в области гуманитарных наук, основанной на изучении общеразделяемого сознания

В конце Гражданской войны Советская Россия, несмотря на победу над белыми, столкнулась с острейшим внутриполитическим кризисом — массовое повстанческое движение, охватившее многие регионы страны, сочеталось с усилением разногласий в РКП(б) и появлением внутрипартийной оппозиции. Несмотря на суровую борьбу с оппозиционерами и запрет фракционной деятельности в РКП(б), принятый Х съездом РКП(б) в марте 1921 г., оппозиционные настроения проникли и в среду армейских коммунистов, где стали возникать свои группировки. В 1921 г. ВЧК раскрыла дело так называемой «Донской повстанческой армии», фигурантами которого были красные командиры — члены РКП(б), примыкавшие к «рабочей оппозиции». На основе документов Центрального архива Федеральной службы безопасности России и других источников, в том числе материалов Российского государственного архива социально-политической истории и периодической печати, в статье проанализирована содержательная сторона дела и делаются выводы относительно реальных масштабов организации. Показано, что перед судом предстала небольшая группа красных командиров, пытавшихся сначала легальными путями (например, через обращение к В. И. Ленину), а затем нелегально влиять на внутреннюю политику, проводившуюся руководством РКП(б)

В статье исследуются перспективы экономического развития как последствия длительной войны. Для анализа взят конкретный регион — север европейской России (Архангельская губерния), который получил шанс вырваться из депрессивного состояния в связи со своим геополитическим положением в период Первой мировой войны (как имеющий выход в открытый Мировой океан для важных в условиях войны контактов между странами Антанты). Специфика этого региона заключается в невозможности самостоятельного развития без решающей поддержки государственного центра. Немалую долю в поддержании местной экономики играли и различные формы экспортно-импортной деятельности, связывающие Архангельскую губернию с центральными районами России и отдельными европейскими странами. Причина — в природно-климатических условиях, которые, при больших запасах природных ресурсов, делали население зависимым от внешнего подвоза продовольствия. История региона показывает, что периоды возрастания государственного интереса сменяются равнодушием, что ведет к оттоку населения и архаизации хозяйственной жизни. Близость к морским путям сделала Архангельскую губернию привлекательным источником сырья для мирового рынка, а Первая мировая война, когда в регионе заметным стало присутствие представителей стран-союзниц, эта привлекательность еще более возросла. При этом экономически активная общественность губернии стремилась воспользоваться создавшимися условиями (вниманием со стороны правительства) и приступить к самостоятельному развитию региона, при минимальном привлечении иностранных инвестиций. Однако послевоенные события, связанные с отрывом региона от центра страны, усугубили внешнюю зависимость населения от жизненно необходимых поставок в обмен на сырье. Дальнейшая индустриализация региона осуществлялась вновь в условиях особой его роли для развития страны и в качестве необходимых мер включала плановое ведение хозяйства и жесткую расстановку приоритетов

В статье представлен комплексный анализ эволюции философского осмысления феномена войны от раннего Средневековья до современности. Исследование охватывает ключевые этапы развития теории войны: от христианской доктрины справедливой войны Августина Блаженного и Амвросия Медиоланского до секуляризированных теорий Нового времени и современных подходов. Особое внимание уделяется трансформации понимания войны в контексте развития философской мысли: от метафорического осмысления как «царя всего» до концептуализации как инструмента правового регулирования международных отношений. В работе анализируется переход от теологического обоснования войны к правовому и затем к либерально-гуманистическому подходу, где центральным становится принцип защиты прав человека, а определяющая роль Бога в легитимации войны подменяется ключевой ролью государства. Автор демонстрирует преемственность философских идей о войне и их трансформацию под влиянием социально-политических изменений. Исследование выявляет, как современные теории справедливой войны, сохраняя элементы августиновского подхода, интегрируют либеральные ценности и принципы защиты прав человека, формируя новый взгляд на допустимость и ограничения применения военной силы в международных отношениях, что приводит к закономерному оправданию войны как формы организованного насилия

Предметом настоящего исследования являются ранее не использовавшиеся широко в научном обороте воспоминания рядовых и профессиональных революционеров Сибири.

Цель статьи – привлечение внимания исследователей к рассматриваемым источникам (эго-документам по истории революционного движения конца XIX – начала XX вв., Октябрьской революции и Гражданской войны, отложившимся в фонде Сибирской историко-партийной комиссии (Сибистпарта) Государственного архива Новосибирской области П–5), а также обоснование их высокого научно-исследовательского потенциала.

Рассматриваются деятельность Сибирского Истпарта как нового центра развития исторической науки и основного собирателя и публикатора ценных эго-документов, особенности выявленных воспоминаний как исторического источника, специфика работы с ними; дается анализ некоторых воспоминаний для апробации методов такой работы. Методология исследования включает дискурс-анализ, биографический подход, метод источниковедения. Изучение материалов фонда П–5 позволило составить классификацию по уровню литературного профессионализма авторов и по характеру содержания всего массива воспоминаний, собранных Сибистпартом; выявить особенности языкового стиля мемуариста и его мышления; выделить те сюжеты, на которые он более всего обратил внимание, подробно их описывая и давая собственную оценку; наметить перспективы исследования этих эго-документов. Сделаны выводы о высокой информационной ценности рассматриваемых исторических источников, предложены возможные тематические и методологические направления работы с мемуарами, написанными в первой половине XX в.

Агитационно-пропагандистская работа Российской коммунистической партии (большевиков) в годы Гражданской войны и иностранной интервенции играла ключевую роль не только в укреплении власти и мобилизации населения, но и в идеологической борьбе и военных победах. В условиях ожесточенного противостояния с белыми армиями и интервентами к различным категориям населения применялись разные формы и методы агитации и пропаганды. Делается вывод, что агитационно-пропагандистская работа среди красноармейцев (включая нерусских красноармейцев-интернационалистов), рабочих, крестьян, не русскоязычных жителей России, белогвардейцев и интервентов стала не просто инструментом влияния, а фактором выживания советской власти и победы над врагами. Современная международная обстановка, проведение специальной военной операции побуждают нас обращаться к положительной практике ведения агитационно-пропагандистской работы РКП(б) в период Гражданской войны, чтобы эффективно использовать ее богатый опыт в современной информационной войне с нашими идейными противниками в целях укрепления национальной безопасности, консолидации российского общества, сохранения национального культурного наследия.

Алтайский округ обладал колоссальными запасами полезных ископаемых, древесного и минерального топлива, а потому имел критически важное значение в условиях Гражданской войны. В статье рассматривается процесс административно-территориального раздела бывшего Алтайского округа после Февральской революции. На основе неопубликованных документов центрального и региональных архивов, а также материалов периодической печати автор впервые реконструирует процесс распада алтайского хозяйственно-территориального комплекса в 1917–1919 гг. В основу работы положена модернизационная парадигма, применяются историко-генетический и историко-системный методы. В работе показано, как в течение 1917–1919 гг. происходило уменьшение территории земельно-лесного и горнозаводского хозяйства бывшего Алтайского округа. Автор отмечает, что разработка первых планов раздела Алтайского округа относится к осени 1917 г., но сам процесс передачи лесничеств и арендных районов в ведение соседних губернских учреждений начался весной 1918 г. и был завершен только к концу 1919 г. К этому времени в ведение соседних управлений земледелия и государственных имуществ перешла треть административно-хозяйственных единиц бывшего кабинетского округа, были уменьшены границы Алтайского горного округа. Сделан вывод, что несмотря на неоднократную смену власти в регионе, в целом процесс распада алтайского хозяйственно-территориального комплекса характеризуется общей преемственностью курса разных правительств на сокращение подведомственного пространства, стремлением к сближению хозяйственных и административных границ губерний. Однако неоднократная смена власти, широкомасштабное партизанское движение и аграрные беспорядки на территории региона значительно увеличили длительность данного процесса. Основным импульсом преобразовательной деятельности оставалась местная инициатива, административный аппарат центрального правительства в должной мере не был осведомлен о реальной ситуации на местах.

В статье анализируются практики обращения к предшествующему опыту в один из переломных для отечества периодов 1917-1919 гг. Осознание такой необходимости у вовлеченных в противостояние сторон появилось тогда отнюдь не сразу. Оказавшаяся у власти группировка РСДРП(б), в отличие от оппонентов, имела возможность опираться на сформулированные ранее программные установки, что в условиях революционного кризиса и являвшейся его отражением Гражданской войны предоставляло немалые преимущества. Из-за отсутствия предварительно составленной идеологической платформы организаторы белого движения на Юге России ставку делали на разрабатывавшиеся и частично осуществлявшиеся ранее реформы. Реализация и эффективность задействовавшихся ими мотивирующих воздействий остается неизученной. С учетом допустимого объема в представляемом исследовании рассмотрены лишь наиболее значимые аспекты. Использовавшиеся же результативные и неудачные подходы, по мнению автора, актуальны и при устранении современных представляющих опасность для российской государственности угроз.

Вторая мировая война в Азии в отечественной историографии традиционно представлено куда скромнее, чем европейский театр боевых действий. Такой подход обусловлен вовлеченностью Советского Союза в борьбу за выживание с Германией, по сравнению с которой противостояние с Японией меркнет. Однако современные условия так называемых новых войн ставят на повестку дня изучение вооруженных конфликтов 1920 и 1930-х гг. (бои на КВЖД, эра милитаристов в Китае, конфликты на о. Хасан и р. Халхин-Гол, походы РККА в Синьцзян), которые происходили в условиях нечетких границ между территориями, де-факто появившимися после распада империи Цин. Как и в современных военных операциях за пределами страны, участвующие контингенты нередко маскировались. Скажем, красноармейцы в Синьцзяне и советские летчики в Центральном Китае официально позиционировались как белогвардейские формирования и могли получать оплату от союзных Москве центров силы в Поднебесной (что отчасти роднит их с современными ЧВК по всему миру). Войны в Китае второй четверти XX в. часто велись непосредственно частными армиями, и даже войска достаточно централизованной Японии нередко действовали по приказу квантунских генералов без согласования с правительством в Токио. Как и в современных военных конфликтах на Ближнем Востоке, одни и те же высокопоставленные деятели могли успеть несколько раз сменить свою позицию в ходе ситуативно образовывающихся союзов.

Статья посвящена реконструкции политической мысли русской антибольшевистской эмиграции в Польше в период советско-польской войны и последующих переговоров о мире. Источниками выступили материалы варшавской газеты «Свобода», издававшейся Русским Политическим Комитетом (РПК) во главе с Б. В. Савинковым. Подчёркивается, что, действуя на чужой территории, эмигранты создавали идеологические предпосылки для русско-польского сотрудничества. Указывается, что польские власти испытывали недоверие к Белому движению, видя в нём потенциально враждебную Польше силу. Показано, что РПК старался рассеять эти подозрения и декларировал откровенно полонофильскую позицию, чем, в свою очередь, раздражал правый фланг русской общественности (монархистов и сторонников «Единой и Неделимой России»). Автор приходит к выводу о том, что глава РПК Б. В. Савинков в годы Гражданской войны усваивает националистический дискурс, в чём можно усмотреть влияние Юзефа Пилсудского — социалиста, революционера и националиста. Поднимается вопрос о независимой Польше как источнике вдохновения эмигрантов-демократов, надеявшихся на аналогичное пробуждение русского национального самосознания. Актуальность исследования обусловлена необходимостью изучения Гражданской войны в контексте истории идей.

Целью статьи является исследование процесса установления советской власти в Туркестане в 1917-1924 гг. Авторы показывают, что установление советского строя в Туркестане происходило в сложных условиях сопротивления противников новой власти, иностранной интервенции и внутренних контрреволюционных выступлений. Наряду с созданием регулярной армии для защиты молодой государственности предпринимались меры социально-политического, экономического и идеологического характера.