Научный архив: статьи

В статье на материале русских фольклорных духовных стихов рассматривается мотив плача. Тема плача выражена при помощи образа слез, который выступает в трех основных значениях: а) слезы умильные; б) слезы покаянные; в) слезы как естественный выразитель сильной бытовой эмоции (горе, скорбь, отчаяние, боль, страх, радость, надежда). В последнем случае имеется добавочная символическая коннотация: слеза предстает как субстанция жизненной силы. В отдельных случаях необходимо констатировать полисемантизм фольклорного образа. Фольклористический анализ осуществляется с учетом исторического контекста, художественно-эстетических традиций, стоящих за мотивом плача и образом слез. Отмечается роль топики христианской культуры в распространении в народной традиции образов умильных и покаянных слез. Помимо книжных, выявляются фольклорные истоки мотива, устанавливается историко-этнографическая и семантическая связь некоторых типов плачевых духовных стихов с народными причитаниями. Обосновывается выделение плача в отдельную жанровую разновидность лирического (лиро-эпического) покаянного духовного стиха

В статье представлен комплексный анализ эволюции философского осмысления феномена войны от раннего Средневековья до современности. Исследование охватывает ключевые этапы развития теории войны: от христианской доктрины справедливой войны Августина Блаженного и Амвросия Медиоланского до секуляризированных теорий Нового времени и современных подходов. Особое внимание уделяется трансформации понимания войны в контексте развития философской мысли: от метафорического осмысления как «царя всего» до концептуализации как инструмента правового регулирования международных отношений. В работе анализируется переход от теологического обоснования войны к правовому и затем к либерально-гуманистическому подходу, где центральным становится принцип защиты прав человека, а определяющая роль Бога в легитимации войны подменяется ключевой ролью государства. Автор демонстрирует преемственность философских идей о войне и их трансформацию под влиянием социально-политических изменений. Исследование выявляет, как современные теории справедливой войны, сохраняя элементы августиновского подхода, интегрируют либеральные ценности и принципы защиты прав человека, формируя новый взгляд на допустимость и ограничения применения военной силы в международных отношениях, что приводит к закономерному оправданию войны как формы организованного насилия

Представлены результаты исследования категории общественного порядка в раннефеодальном уголовном законодательстве с апеллированием к иным памятникам древнерусской письменности, в которых раскрыта содержательная сторона порядка в обществе того периода. Обосновывается вывод о влиянии христианско-нравственной морали на правила жития в сферах общественной жизни, включая брачно-семейные отношения, определяя отношения между сословиями и в сфере государственного управления в целях формирования нравственных отношений между членами общества.

В статье представлен общий обзор особенностей религиозной составляющей в художественном творчестве Дороти Л. Сэйерс, а также последовательный анализ роли и функций христианской тематики, библейских образов, мотивов и аллюзий в ее поэтических произведениях, пьесах и детективных романах. Актуальность и новизна исследования обусловлены тем, что в российском литературоведении творчество Д. Л. Сэйерс остается сравнительно малоизученным; кроме того, поскольку цельность художественного мира и принципы художественного творчества Сэйерс во многом обусловлены именно опорой на иудео-христианскую парадигму, качественное исследование христианской тематики, составляющей стержневую часть ее религиозных поэтических и драматургических произведений, а также изучение роли и функций библейских аллюзий как важной части вертикального контекста ее «светских» детективных романов остается обязательным условием адекватного понимания авторского замысла Сэйерс, особенно ввиду разработанной ею философии о тринитарной природе художественного творчества. С помощью биографического, историко-культурного методов, а также структурно-типологического и структурно-семиотического анализа текста автор рассматривает использование Сэйерс библейских элементов в произведениях разных жанров и приходит к выводу, что вне зависимости от того, является ли религиозная составляющая центральной и сюжето- и темообразующей или разрабатывается на уровне второстепенных тем, сюжетных линий и персонажей, общий подход Сэйерс к христианским идеям и текстам можно охарактеризовать как «субверсивную ортодоксию»: Сэйерс подрывает целый ряд устоявшихся литературных и культурных традиций, шокируя читателя неортодоксальным, провокационным подходом к библейскому материалу, и одновременно подчеркивает, что эта провокационность и радикальность являются единственно адекватным отражением и воплощением традиционных христианских догматов, субверсивных по своей природе. Никоим образом не используя свои детективные романы для продвижения собственных религиозных убеждений или в качестве христианской пропаганды, Сэйерс тем не менее постоянно привносит в свою детективную прозу богословское измерение, признавая органически присущие детективному жанру теологические проблемы и решая их в русле той же «субверсивной ортокдсии», которая лежит в основе ее общего подхода к христианским идеям и текстам: не скатываясь в релятивизм, она воплощает традиционные христианские доктрины в новые, оригинальные формы, чтобы снова подчеркнуть их субверсивный, радикальный характер.

Статья посвящена философскому осмыслению антиномии войны и военной службы в контексте христианского вероучения, выявляющего глубинную противоречивость этих социальных явлений. Особое внимание уделяется аксиологическим, теологическим и этическим аспектам проблемы, включая вопросы морального оправдания войны, различия между агрессией и обороной, справедливой и несправедливой войнами, а также роли военнослужащего в защите Отечества и его духовных ценностей. Подчеркивается, что война, будучи злом, может быть нравственно оправдана в случаях восстановления справедливости, защиты страны, веры и свободы. Однако соблюдение морально-этических стандартов военнослужащими даже в условиях справедливой войны является обязательным условием, так как в противном случае их действия могут привести к усугублению зла. В статье рассматриваются дилеммы, с которыми сталкиваются воины в период боевых действий, включая противоречия между христианскими принципами (например, «не убий» и «возлюби врага») и необходимостью выполнения тактических задач. Отмечается значимость внутреннего приятия духовных и нравственных стандартов современным защитником Отечества, важность сохранения высокого уровня его личной ответственности и приверженности общехристианским моральным идеалам в условиях вооруженных конфликтов. Обосновывается необходимость формирования структурами Министерства обороны РФ образа современного военнослужащего, сочетающего качества мужества, милосердия, готовности к самопожертвованию и духовной чистоты, и организации деятельности воспитательных органов по его реализации. Методологическая основа исследования включает сравнительно-исторический, теологический, аксиологический и герменевтический методы. Результаты исследования могут быть использованы для дальнейшего осмысления роли войны в контексте религиозной философии и формирования этических стандартов поведения военнослужащих.

Целью работы является рассмотрение философии пола, как она представлена у В. В. Розанова. Главным образом это будет достигнуто посредством обращения к антропологическому феномену, названному Розановым «людьми лунного света» или «средним полом», «третьим полом». Автор исходит из гипотезы, согласно которой в основе философствования Розанова находится антропологическая проблематика, именно антропологические взгляды определяют его онтологию и теологию. Главным философским методом исследования в данной статье, сконцентрированной вокруг трудов Розанова, является герменевтика. Кроме того, в статье задействованы такие общенаучные методы исследования, как анализ, синтез и аналогия. Так, например, проводится сопоставительный анализ с другими историософскими построениями русской философии рубежа XIX-XX веков, в рамках которых эсхатологическая тема неотделима от метафизики пола и любви. В результате автор приходит к выводу, что в основе конфликта В. В. Розанова с христианством (сначала историческим, а потом как таковым) лежит его тенденция к отрицанию догмата о грехопадении, который в христианской антропологии является существенным наравне с идеей о богоподобии человека.

Введение. В статье рассматривается специфика развития и исторического наследия партийной системы России и европейских демократических институтов. Исследуются первопричины зарождения народного представительства в политической сфере жизни, проведен сравнительный анализ опыта стран Запада и России. Предмет исследования - Российский социум и политическое устройство современной России.

Цель исследования - выявить и обосновать необходимость начать рассматривать возможности реформирования политических институтов с целью создания новой архитектуры законодательной власти в корне отличной от Западной модели.

Материалы и методы. В статье использованы материалы отечественных и зарубежных научных источников. Методологическую основу исследования составили следующие общенаучные и специальные методы: компаративный метод; метод системного анализа; аналитический метод; институциональный метод; исторический метод; цивилизационный и идентитарный подходы.

Результаты исследования. В России эволюция институтов власти, начиная с вечевых собраний и Земских соборов, заложила принципиальные основы правомерности и законности в общественном сознании, которые кардинально отличаются от западной политической культуры Великобритании и Соединенных Штатов Америки. Вопреки распространенному мнению, в статье делаются выводы об ошибочности веры в аксиому универсальности и безальтернативности западной демократической модели партийной системы, показывается невозможность ее эффективной имплементации в России, вследствие уникальности российской цивилизации и культуры и особенностей духовного, исторического и социального развития.

Обсуждение и заключение. Попытки трансформации российского политического сознания, игнорирующие сложившиеся исторические, социокультурные реалии при построении партийной системы, на сегодняшний день не приносят ожидаемых результатов. Более того, ориентация на западные шаблоны уже не раз подрывала стабильность и единство России, что означает вероятность возникновения нового кризиса в будущем, если страна откажется от формирования своего подхода к управлению в политике. Необходимо начать обсуждение возможностей создания новой архитектуры законодательной власти в корне отличной от моделей иной нам Западной цивилизации.

В «Армянской книге канонов», кодифицированной впервые католикосом св. Йовханнэсом III Одзнеци (717–728), под № 42 числятся девять «Канонов святого собора, созванного в Феодосиополе, который ныне зовется городом Карин». В преамбуле протокола говорится об армяно-романо-византийском совместном соборе, состоявшемся по велению императора Юстиниана и под председательством армянского католикоса Сахака. Со времен патриарха Константинопольского ААЦ Магакии (1896–1908) в научных кругах бытует мнение о том, что речь идет о католикосе Сахаке III Дзорапореци (677–704) и императоре Юстиниане II (685–695, 705–711), так как два правила из девяти якобы не были актуальными в более ранние эпохи. А подготовивший в 1964–1971 гг. критическое издание «Армянской книги канонов» В. А. Акопян, в виду полного отсутствия сведений о «Канонах святого собора, созванного в Феодосиополе…», в раннесредневековой литературе, а также своеобразного определения догматов православия в преамбуле его Акта, впервые заявил о «поддельном оригинале» данного документа. Однако анализ тех же двух правил, непрямые ссылки на три из девяти правил в грамоте Степаноса, епископа Сюникского (ум. 735 г.), адресованной в Антиохию, анализ контекста преамбулы Синодального акта, наконец косвенные упоминания в двух нарративных источниках сведений о созыве подобного собора, позволили автору не только доказать их аутентичность. Как наглядно продемонстрировано в статье, «Каноны святого собора, созванного в Феодосиополе…», вполне могли быть приняты под председательством католикоса Сахака II Улкеци (534–539) и по велению императора Юстиниана I Великого (527–565) в 534 или 535 гг. Дело в том, что определение догматов православия в них полностью соответствовало духу так называемого в церковной литературе «непредвиденного» богословского указа Юстиниана Великого 533 г.

В статье исследуются реализация концепта «сакральное» в бытовом пространстве повестей Н. В. Гоголя и И. С. Шмелева, его интерпретация в художественном мире обоих писателей, а также аксиологическое обоснование сакрализации материального мира в данных произведениях. В работе отмечается схожий взгляд писателей на гармонию материального и духовного мира, единство бытового и бытийного начал, а также внимание авторов к тайным и сокровенным смыслам повседневной жизни героев. Отдельно выделяется мотив вторжения темных и зловещих сил, противопоставляемых замкнутому сакральному пространству в текстах повестей, образующих ключевую онтологическую оппозицию «зло - добро». Особое внимание уделяется символическому значению бытовых образов и духовному контексту авторского изображения домашнего уклада, кулинарной культуры и повседневной жизни.

В предлагаемой вниманию читателя статье анализируется специфика богословского мышления крупного средневекового армянского богослова и церковного деятеля периода Армянского Киликийского царства Святого Нерсеса Шнорали (Нерсес Благодатный, XII в.), проявившаяся в спорах о божественной природе, рассматриваемой через призму идеи объединения Армянской Апостольской Святой и Греко-византийской церквей. Стержневыми в статье являются три взаимосвязанные идеи: 1. Как и все предшествующие ему армянские мыслители и богословы, начиная с основателя армянской патристики Месропа Маштоца (ок. 361–362 — 440 гг.), Нерсес Шнорали преследовал цель защиты автокефалии Армянской церкви, а через это — обоснования («оправдания») исторического существования армянской нации (сохранения её культурной самобытности); 2. Рефлексируя над вопросом о союзе христианских церквей, Нерсес Шнорали поднялся над политической составляющей раскола Вселенской церкви, предложив свою версию решения этой многотрудной задачи — объединение христианских церквей на основе высших/вечных духовно-нравственных ценностей, что, собственно, и является сутью христианского мировоззрения; 3. С целью обоснования возможности и необходимости восстановления целостности и единства Вселенской церкви Шнорали изменил плоскость, методологию и язык (категориально-понятийный аппарат) богословских дискуссий, что предвосхитило ряд важнейших достижений культуры, философии и богословия XX в. Исходным методологическим принципом данного исследования является характеризуемая как историческая закономерность корреляционная связь между политикой и религией. Статья состоит из вводной части, в которой дана характеристика личности и деятельности Шнорали, краткого исторического очерка взаимоотношений между Армянской и Греко византийскими церквами, богословско-критического анализа, связанного с вопросом о союзе церквей корпуса положений Шнорали, а также заключения, содержащего основные выводы статьи. В качестве основного исследовательского материала использованы первоисточники на армянском языке, каковыми служат прежде всего труды самого Шнорали, и в первую очередь — его переписка с византийским императором Мануилом и Патриархом Константинополя Михаилом. Использованная в статье научно-исследовательская литература состоит из трудов корифеев армянской науки. Основным выводом статьи является следующее положение. Шнорали привнёс большой вклад в историю общехристианского богословия, заложив основы несвойственного Средневековью искусства богословской дискуссии. Тем самым он определил истинно христианский путь достижения единства Вселенской церкви, что позволяет назвать его предтечей экуменизма.

Это исследование систематически выявило и перечислило прямые ссылки Аквината на двух наиболее часто цитируемых исламских и иудейских философов, Авиценну, Аверроэса, раввина Моисея и Авицеброна, в Summa Theologiæ (ST), проанализировало аргументативные ответы Аквината на их философские позиции и, основываясь на соответствии или расхождении Фомы Аквинского с цитируемой и приписываемой философской мыслью, классифицировало их в соответствии с согласием, частичным согласием/несогласием и несогласием. Кроме того, исследование сравнило эти аргументы с их локусом в ST, позицией Аквината и философским и конфессиональным происхождением. Это исследование представило новую методологию, основанную на данных, которая объединила традиционный текстовый и философский качественный анализ со структурированным количественным анализом и строгим перекрестным исследованием данных, что дало точные качественные и количественные результаты и заполнило существующий пробел в томистской науке. Результаты показали, что взаимодействие Фомы Аквинского с этими философами было стратегически избирательным. Аргументы Аквината, основанные на прямых ссылках, были наиболее распространены в ST I, за которым следовали ST Supplement и ST I–II. Напротив, ST II–II и ST III характеризовались минимальной вовлеченностью. Авиценна и Аверроэс были главными объектами аргументов Аквината, тогда как раввин Маймонид, в меньшей степени, Авицеброн получили меньше внимания. Корреляционная модель, выявленная здесь, берет свое начало в реализации Аквинатом аристотелевской перипатетической философии и авраамического библейского богословия. Получение Фомой Аквинским знаний из расходящихся философских традиций представляет собой критический элемент томистского теологического синтеза, усиливая философски экспансивный, но доктринально последовательный характер ST. Кроме того, это свидетельствует о том, что философское богословие Аквината как научная дисциплина созрело в глубоко динамичном взаимодействии с исламскими и иудейскими традициями, оставаясь влиятельным на протяжении последних 750 лет с момента составления ST.

В данном исследовании рассматриваются гостиницы «Гелуш» и «Хана Хассо», расположенные в городской заповедной зоне Мидьята в провинции Мардин, Турция. Две гостиницы находятся на расстоянии примерно 100 метров друг от друга. В отличие от гостиниц в соседних крупных городах Мардин, Амид, Хин-Кейфа и Аль-Руха, которые были построены преимущественно по заказу мусульманских покровителей, эти два здания были построены видными христианскими сирийскими протестантскими семьями, а именно Гелле Хырмиз (1862–1915) и Мусой Шаммасом (1861–1915). Хотя на самих зданиях нет надписей, указывающих на точную дату постройки, предполагается, что они были построены в конце XIX или начале XX вв. Эта датировка основана на двух ключевых факторах: во-первых, архитектурной планировке и стилистических особенностях гостиниц, а во-вторых, на продолжительности жизни их владельцев, Мусы Шаммаса и семьи Хырмиз. Они были родом из Мосула и в тот период активно действовали в Мидьяте. Изначально предназначенные для поддержки коммерческой деятельности и развития торговли в Мидьяте, обе гостиницы с тех пор утратили свою первоначальную функцию. Сегодня гостиница «Гелуш» используется как ресторан и кафе, а гостиница «Хана Хассо» используется как частная резиденция со скотом во дворе. В данной статье представлен подробный анализ гостиниц «Гелуш» и «Хана Хассо», которые являются важными образцами сирийско-христианской архитектуры в регионе и ранее не изучались одновременно с исторической и архитектурной точек зрения. Статья также проливает свет на жизнь их основателей, а также подтверждает значительную социально-культурную роль немусульманских жителей в городском развитии Мидьята в поздний османский период.