Научный архив: статьи

Статья представляет обзор докладов ежегодной научной конференции «Алешинские чтения – 2025», посвященной теме «Пространство, время, событие: различие философских традиций». В рамках конференции, организованной философским факультетом РГГУ совместно с Научным советом при президиуме РАН по методологии искусственного интеллекта и когнитивных исследований (НСМИИ РАН) и Русским религиоведческим обществом, прозвучало более 80 докладов. Работа проходила в десяти тематических секциях, а также в формате круглого стола и презентаций новейших монографий по теме конференции. В обзоре последовательно излагаются основные идеи пленарных докладов и секционных выступлений. Обсуждается многоуровневый характер проблематики пространства и времени – от трансцендентально-эпистемологических оснований и феноменологии сознания до историко-философской методологии и спекулятивных онтологий. Отмечается продуктивность диалога между различными философскими подходами (феноменология, посткантианство, психоанализ, русский платонизм, теология, эстетика и др.) в осмыслении темпоральности и пространственности.

Настоящая статья посвящена феномену симулякров, а именно их конструированию в цифровом пространстве. Авторы уделили особое внимание влиянию симулякров на сознание людей через социальные сети, которые при повсеместной цифровизации в Российской Федерации получили широкое распространение в массах. В условиях информационного переизбытка и постоянного взаимодействия с медиа-контентом, симулякры становятся не просто отражением реальности, но и её заменой. Авторы считают, что в современной действительности блогеры превращают конструирование симулякров, пусть и не умышленно, в своеобразный бизнес. Они создают образы и narratives, которые формируют общественное мнение и влияют на восприятие действительности. В этом контексте симулякры играют двойную роль: с одной стороны, они могут служить источником вдохновения и новых идей, с другой - способствуют искажению реальности, создавая иллюзии, которые могут затмить истинное восприятие мира. Таким образом, важно критически осмысливать контент, который мы потребляем, чтобы избежать манипуляций и сохранить подлинность нашего восприятия.

Цель исследования - описание особенностей концепта СТРАХ на материале сказки. Задачи - определить концепт СТРАХ как базовую эмоцию, формирующую человеческое восприятие мира, описать эмоциональный концепт СТРАХ, влияющий на индивидуальное поведение человека и отражающий культурные и социальные нормы, присущие разным народам. Исследование показало, что восприятие страха в сказочном пространстве предполагает скорее тенденцию к усилению интенсивности эмоции страха в зависимости от кульминации события, чем некую границу между состоянием безумия и душевной болезни героя в художественных произведениях (романы военного или детективного жанра). Исследование концепта СТРАХ в сказке требует междисциплинарного подхода, так как оно находится на пересечении нескольких научных парадигм. Язык сказки как культурный код нации представляет собой архаичные представления и ценностные доминанты. Как элемент народной мудрости сказка адаптируется к новым условиям жизни. Исследуя образы и действия персонажей как носителей страха, можно представить и расширить культурные стереотипы и нормы культуры, что вносит вклад в изучение культурно-эмоциональных концептов в современной литературе. В качестве материалов исследования выступили сказки «Күөрэгэй» («Жаворонок») Т. Е. Сметанина и «Арай биирдэ бааһынаҕа» («Однажды на пашне…») Л. М. Сабарайкиной-Алтаана. Основными методами исследования концепта СТРАХ послужили метод сплошной выборки, метод лингвокультурологического анализа, описательный метод, включающий приемы наблюдения и обобщения.

В статье рассматривается способ реализации системного подхода в психологии и педагогике посредством трехмерно-базисной стратегии системного описания типологий, предложенной Ольгой Александровной Малышевой. Охарактеризована сущность данной стратегии, состоящая в описании типологической информации на основе обобщенного трехмерного измерительного базиса, который представляет собой трехмерное иерархическое погружение в пространство психолого-педагогической информации. Предлагаемая концепция позволяет значительно улучшить психолого-педагогическую типологизацию информации и на этой основе уточнить существующее и создать новое научное знание, что, в свою очередь, улучшит информационное обеспечение исследовательской и учебно-познавательной деятельности научных сотрудников, преподавателей, практических психологов, обучающихся вузов.

В своих программных трудах Рене Декарт, помимо выстраивания впечатляющей метафизической системы, раз за разом раздает обещания счастья, которое непременно должно сопровождать занятия философией по новому образцу. В чем именно состоит это счастье и способна ли картезианская конструкция выполнить данное обещание? Для кого оно может наступить? Если относиться к этому обещанию всерьез, как к инструкции по обретению vita beata, то можно обнаружить серьезного конкурента персонажу картезианской повести о построении новой науки в главном герое романа Виктора Пелевина KGBT+. Он выполняет те же процедуры, что и картезианский субъект, совпадения с которым весьма точны. Ключевым актом для обоих оказывается прогулка, ambulosum(nt): и Декарт, и его последователи — Готфрид Вильгельм Лейбниц и Бенедикт Спиноза, — и Пелевин показывают, что прогулка является не наградой за хорошо выполненную работу по спасению души, она и есть работа. Это блаженная работа, в которой совпадают путь и цель, ровно как в прогулке, когда гуляют, чтобы гулять. Пелевин обещает счастье, но случается оно вовсе не с картезианским субъектом. На это противоречие проливает свет третья фигура — Джордано Бруно, которая позволяет показать, что обещание может быть выполнено только при отказе от понятия протяженности в пользу пространства. Ведь в прогулке важно, скорее, не кто гуляет, а где: бывают места и пространства, в которых погулять не получится. Куб Неккера помогает нам уразуметь понятие того пространства, в котором происходят три описываемые прогулки (Декарта, Пелевина и Бруно), направленные к обретению высшей цели учений, адептами которых выступают указанные персонажи

В статье проанализирован процесс продвижения Российской империи в юго-восточном направлении к индийским пределам на этапе ее формирования. Нацеленность на исследование такой составляющей геополитического измерения имперской стратегии XVIII в., как поиск оптимальной траектории для воспроизводства российско-индийских коммуникаций, значима в современных реалиях мирового развития, обнаруживающихся в определяющей роли в нем стран «глобального Юга», во впечатляющих достижениях и многообещающих перспективах «азиатского поворота» в российской геополитике. Предложена авторская концептуальная трактовка событий, связанных с реализацией индийского вектора российской геополитики в восемнадцатом столетии. Она кроется в обосновании того, что формирующееся российское имперское пространство актуализировало стремление к установлению прямых российско-индийских интеракций. В свете этого доказывается, что власть, начиная с петровской эпохи, инициировала применение иной, в сравнении с предыдущими столетиями, методологии выстраивания маршрута к рубежам индийского региона, задавшись целью освоения «среднеазиатского прохода» к нему. Соответственно, новизна в продолжении разработки рассматриваемой топики заключается в предпринятой попытке воссоздания опыта контактов исторических субъектов на основе применения инструментария ретроспективной геополитики, рассматривающей в историческом контексте феномен пространства и действия с ним. Данный ракурс исследования позволяет определить существенные особенности российско-индийского исторического диалога. Россия по отношению к Индии, в отличие от некоторых европейских стран, в том числе Великобритании, никогда не предполагала превращения ее в колонию, а была нацелена на развитие добрососедских контактов.

«В поиске свидетельств квантовых процессов достаточно всего лишь взглянуть на небеса», - пишет известный космолог (Andrew Taylor, in Majid 2012: 35). И напротив, чтобы понять природу видимых глазу процессов, мы должны устремить свой мысленный взор в мир невидимый, попытаться понять его структуру, чтобы затем, вновь взглянув на небеса, увидеть их совершенно по-новому, от наивных наблюдений перейдя к более осмысленному изучению тех природных явлений, которые ранее нам казались неразрешимыми загадками. Удивительный и парадоксальный мир, открывающийся путнику, вставшему на извилистую горную тропу, по которой идет наука с древнейших времен до наших дней, поражает воображение, но в то же время наполняет человеческую жизнь радостью и смыслом. Понять это помогает изучение первых шагов человеческого разума на пути освоения микромира. Честь первооткрывателей, разумеется, принадлежит античным атомистам, однако разделить ее с ними по праву могути ранние перипатетики, которым до сих пор уделяется гораздо меньше внимания в исследовательской литературе. Между тем, теория микропустот Стратона из Лампсака представляет большой интерес для историка науки, так как именно благодаря ей в античной физике возникла продуктивная дискуссия об элементарной структуре вещества, ставшая особенно интересной после того, как в позднеантичный период к ней добавился и третий голос в лице неоплатоников Прокла, Дамаския и Симпликия. В статье разбираются ключевые аспекты этой дискуссии, базируясь на новом издании фрагментов Стратона, с учетом тех немногочисленных сведений, которые нам доступны о схожих теориях Гераклида Понтийского и Асклепиада из Вифинии.

Синергетический подход эффективен не только в рамках философских исследований процессов самоорганизации в открытых системах, но и при изучении общих закономерностей архитектурного процесса, в проектировании современных объектов, отвечающих требованиям энергоэффективности и экологичности. Принципы синергетики оказали значительное влияние на формирование нового мышления в архитектуре, нового отношения к качеству и эстетическому, функциональному содержанию архитектурной среды. Анализ современного архитектурного процесса с позиций синергетического подхода позволяет выявить основные тенденции, целевые установки и перспективы дальнейшего развития архитектурной среды, как формы объединения объективного и субъективного бытия, материального и идеального.

В статье рассматриваются особенности хронотопа дороги в рассказах Н. Н. Толстой, предпринята попытка выявить его основные функции. Базой анализа становится теория хронотопа, разработанная М. М. Бахтиным.

В статье обсуждается роль пространственных элементов в сюжетостроении эвенского эпоса-нимкан, его мотивной организации в ракурсе динамики эпического пространства. Обращение к теме вызвано недостаточной изученностью эпоса эвенов. В работе применены семиотический, функциональный, структурно-семантический виды анализа. Автор устанавливает влияние семантики эпических локусов на событийную реализацию последующего сюжетного развития. В тексте наблюдаются напластования мифологических и исторических элементов, богатая символика, переплетения элементов архаической горизонтальной модели мира и шаманских космологических воззрений. Структурообразующей осью эпического пространства предстает образ мифической реки. Обозначаются контаминации мотивов.

Рассматриваются интермедиальные связи эссе Б. Мициньского «Портрет Канта» с живописью как «пространственным» видом искусства. Эссеист полемизирует с Лессингом как автором трактата «Лаокоон», рассматривая живопись и поэзию в их тождестве. Определяется роль портретных и предметных деталей в структуре текста. Показана особая изобразительно-выразительная функция литоты, служащая идее пространственного упорядочивания мира, которой, по мнению Мициньского, была подчинена жизнь и философия Канта. В художественном пространстве эссе кардинальную роль играет принцип непрерывности, состоящий в сближении далеких друг от друга философских и художественных текстов. Интертекстуальный континуум образуется с помощью диалогических связей между разными эпохами и национально-культурными традициями, в том числе древнегреческой, английской, французской, русской, польской. Особое место в смысловой структуре эссе «Портрет Канта» занимает эпиграф — стихотворение одного из известнейших польских поэтов ХХ в. Ярослава Ивашкевича, посвященное Канту и представляющее собой поэтический парафраз знаменитой максимы Канта из заключения «Критики практического разума». Созерцание звездного неба и осознание морального закона сопряжены у Ивашкевича с пессимистически-катастрофической тональностью страха и ужаса. Модификация кантовской картины мира у Ивашкевича опосредованно связана с рецепцией экзистенциальной философии Кьеркегора и Достоевского. Принцип одновременности, являющийся основой моделирования пространства в эссе Мициньского, образует перекличку с основными идеями эссе Я. Э. Голосовкера «Достоевский и Кант», в котором проводится связь между антиномиями Канта и контроверсивным складом мышления братьев Карамазовых — Ивана и Дмитрия

Статья посвящена анализу пространственной картины олонхо Н. Д. Прокопьева «Киндэли Хатыас». Актуальность исследования данной проблемы связана с перспективностью изучения пространственной картины олонхо в русле структурно-семантического подхода. Основная цель статьи – выявление особенностей семантики и структуры пространственной картины олонхо «Киндэли Хатыас». Методы исследования: ведущим методом исследования локусов служит структурно-семантический анализ, для выявления смысловых структур и знаковых систем локусов использован семиотический анализ, а также использованы метод описания и обобщения. Материал для анализа извлечен методом сплошной выборки из текста олонхо «Киндэли Хатыас». В ходе проведенного исследования определена пространственная структура рассматриваемого олонхо, выводимая из событийного развертывания сюжета, задаваемой пространственным перемещением героя-богатыря, который соотносится с последовательностью локусов: «начало творения мира», «родная земля», «мировое древо», «жилище», «аартык ‘проход’» и «нижний мир», микролокусы «алаас», «сэргэ». Эти эпические локусы как предмет исследования подвергаются в нашем исследовании структурно-семиотическому анализу. Исследование показывает, что эпическое пространство организовано с помощью набора семантических бинарных оппозиций «свое/чужое», «центр/ периферия», «вверх/низ», «ближнее/дальнее», «восток/запад», «белое/черное», «мужское/женское». Эти бинарные оппозиции восходят к архаическим представлениям якутов о пространстве и мироздании, ставших, в частности, основой разделения пространства в олонхо. В исследовании отмечается присутствие образов, связанных с фауной и природным ландшафтом родной территории олонхосута Н. Д. Прокопьева (Олекминский район), которые создают особый фон эпических локусов и выступают определёнными маркерами для положительного или отрицательного коннотативных значений.

Автор приходит к выводу, что локусы реализуют вертикальные и горизонтальные варианты пространства. При анализе пространственных локусов проявляется национальное своеобразие восприятия мира и моделирования Вселенной, этническая специфика сакральных смыслов, передающихся через предметный мир и сакральные числительные, которые носят мировоззренческий характер.