Научный архив: статьи

Распад советской системы на Северном Кавказе сопровождался реисламизацией, чему, помимо прочего, способствовало влияние религиозных и государственных акторов Ближнего Востока. Одним из проявлений возрождения исламской традиции стал возросший спрос на религиозное образование. Часть мусульман, в основном старшие поколения, выступали за возврат к досоветским традициям ислама, тогда как молодежь ориентировалась на веяния, дошедшие с Ближнего Востока. В России сфера исламского образования до сих пор слабо институционализирована и практически не регулируется государством, ввиду чего деятельность исламских учебных заведений остается в «серой зоне». При этом, с одной стороны, развитие исламского образования препятствует распространению радикальных идей; с другой - оставаясь исключенным из системы государственного школьного и высшего образования, нерегулируемое исламское просвещение на Северном Кавказе может породить рост социально-политической нестабильности в регионе. Авторы приходят к выводу, что для улучшения сложившейся ситуации в ближайшей перспективе следует расширить перечень предметов, изучаемых в исламских вузах, чтобы выпускники имели более широкий круг навыков и компетенций. В долгосрочной перспективе необходимо совершенствовать исламское высшее образование по опыту мировых лидеров в этой сфере.

Средства массовой информации давно вышли за рамки локальных и национальных пространств, став самостоятельными игроками мировой политики. Одним из них является российский глобальный телеканал RT, который активно участвует в формировании международного общественного мнения, успешно применяет различные медийные стратегии, выступая в качестве ключевого инструмента «мягкой силы» и публичной дипломатии Российской Федерации. Цель статьи заключается в выявлении позиции телеканала RT в отношении наиболее релевантных для официальной Москвы событий, происходивших в ходе гражданской войны в Сирийской Арабской Республике. Изучение действий RT в ходе данного кризиса позволяет понять, каким образом информация в отношении крупного регионального конфликта распространяется на международном уровне. Актуальность исследования обусловлена все возрастающей ролью информации в глобальном пространстве в условиях формирования многополярного миропорядка. В фокусе работы находится анализ того, как RT применял различные стратегии для формирования мирового общественного мнения в отношении событий в период острого кризиса в Сирии в 2011-2017 гг. Методология исследования включает контент-анализ публикаций RT с высоким охватом, посвященных ключевым событиям сирийского конфликта. В поле зрения авторов оказались такие сюжеты, как начало гражданской войны в Сирии, вооруженное вмешательство западных стран в конфликт, обсуждение кризиса в стенах Организации Объединенных Наций, участие России в борьбе с террористическими группировками, битва за Алеппо, попытки мирного урегулирования. На основе проведенного анализа делается вывод, что российское глобальное средство массовой информации транслировало ситуацию в Сирии, последовательно выбирая темы и формируя повестку, исходя из целей внешней политики Российской Федерации, тем самым интегрируя освещение конфликта в государственную информационную стратегию.

В статье исследуется феномен «международно-правовой политики» применительно к Ближневосточному региону. В современной науке данное понятие традиционно использовалось для характеристики внешнеправовой стратегии отдельного государства, тогда как его региональное измерение остаётся недостаточно разработанным. Автор предлагает определение международно-правовой политики региона как совокупности стратегических подходов и правовых норм, отражающих отношение группы государств к международному праву, их участие в его формировании и применении, а также совместную деятельность по продвижению коллективных или индивидуальных интересов. На примере Ближнего Востока выявлены и систематизированы ключевые факторы, определяющие региональную международно-правовую политику: национальные интересы, внутреннее устройство государств, уровень экономического развития, конфликтогенность, общность исторического пути, национальные и культурные особенности (включая исламский фактор), а также влияние внерегиональных субъектов. Показано, что при наличии общего религиозно-правового базиса страны региона демонстрируют низкую степень координации, различаются в подходах к ключевым конфликтам и сохраняют настороженное отношение к универсальным международно-правовым механизмам.

Научная новизна состоит в комплексном анализе факторов, формирующих международно-правовую политику региона, и в уточнении самого понятия применительно к группе государств.

Результаты могут быть использованы в исследованиях по международному праву, регионоведению и при разработке внешнеполитических стратегий.

Образ Палестины в период 1938 г. формировался в периодической печати США под влиянием «колониальной дискуссии». Вопрос о еврейских переселенцах стал одним из основных в «палестинской теме». Материалы периодической печати позволяют установить, как в информационном дискурсе США менялись представления о причинах кризиса на Ближнем Востоке; как шёл процесс эволюции образа арабов, евреев и Великобритании. Публикации американских газет позволяют определить оценки британских мер по урегулированию иммиграционного кризиса в Палестине 1930-х гг. Анализ газет США демонстрирует особенности формирования образа еврейского и арабского населения Палестины

В статье рассматривается формирование нового мирового порядка как фактор развития сотрудничества Вьетнама с ключевыми странами Глобального Юга, выявляются концептуальные основания и стратегические цели внешней политики СРВ в отношении этих государств на современном этапе. Определены и проанализированы основные региональные направления сотрудничества Вьетнама с ключевыми странами Глобального Юга - восточноазиатское, южноазиатское, ближневосточное, африканское, латиноамериканское, уделено внимание таким измерениям международного взаимодействия, как торгово-экономическое, финансовое, транспортно-логистическое, энергетическое, цифровое, продовольственное, ресурсное. В результате проведенного исследования автор приходит к выводу, что в современных условиях происходит интенсификация сотрудничества Вьетнама с рядом ключевых стран Глобального Юга. Взаимодействие Вьетнама с этими государствами представляется возможным рассматривать в качестве специфической модели, которая определяется характерными чертами сотрудничества по линии Юг-Юг, особенностями внешней политики самого Вьетнама, а также влиянием определенных глобальных и региональных процессов, являющихся проявлением формирования нового мирового порядка.

Исследование посвящено конкуренции Китая и США в регионе Ближнего Востока и Северной Африки (БВСА). В статье рассматриваются программные документы, определяющие внешнюю политику Китая в БВСА, и их практическая реализация. В связи с этим сотрудничество КНР с государствами региона можно разделить на три сферы: 1) энергетика; 2) инфраструктура, экономика и инвестиции; 3) высокие технологии и ядерные исследования. Экономический подъем Китая в постбиполярный период привел к значительному расширению присутствия Пекина и развитию взаимовыгодных отношений со всеми государствами региона. Укрепление роли Китая как внерегионального актора вызвало обеспокоенность со стороны США. Автор полагает, что политику Вашингтона в отношении КНР в рассматриваемом регионе можно разделить на две составляющие: двустороннее взаимодействие с государствами БВСА с целью ограничить присутствие КНР; региональные инициативы США (I2U2 и IMEC), где особая роль отводится Индии. Более того, прослеживается преемственность американской политики сдерживания КНР в БВСА. Однако реализация проектов маловероятна из-за роста напряженности в регионе и эскалации палестино-израильского конфликта. Несмотря на успешное давление США на израильско-китайском и эмиратско-китайском треках в рамках политики по сдерживанию КНР, в целом государства региона не желают делать выбор в пользу одной из сторон, продолжая сотрудничество с двумя великими державами.

В исследовании рассматривается, как растущая поляризация международной системы формирует конкуренцию великих держав на Ближнем Востоке. Зависимость т. н. клиентов от Вашингтона в вопросах внутренней и внешней безопасности позволяет США проводить наступательную стратегию доминирования, направленную на установление регионального порядка, соответствующего ключевой цели – сдерживанию Китая и России. В ответ Пекин и Москва используют особую форму противодействия, направленную на снижение восприятия угрозы клиентами и содействие разрешению конфликтов. Эта стратегия ориентирована на изменение асимметричной модели зависимости в альянсах США на Ближнем Востоке за счет повышения автономии клиентов и сотрудничества с Китаем и Россией там, где интересы совпадают. Саудовско-иранское сближение иллюстрирует потенциал такого «вклинивания», в то время как израильский пример демонстрирует его пределы. В целом эффективность стратегий Китая и России остается крайне ограниченной по сравнению с США из-за проекции военного потенциала США и зависимости региональных игроков.

С окончанием Первой мировой войны в Египте произошел всплеск национально-освободительного движения. Революционные события 1919 года в этой ближневосточной стране оказали серьезное влияние на политическую ситуацию на всем Ближнем Востоке. В статье изучаются причины и последствия революции 1919 года в Египте. Сделан краткий историографический обзор изучаемой проблемы.

В статье предпринимается попытка комплексного анализа причин, формировавших перспективу дипломатической повестки США и Великобритании на Ближнем Востоке после заключения соглашения «Красной линии». Существенное внимание уделяется положению, которое система «равноправного регулирования» нефтяной отрасли данного региона занимала в рамках трансформирующейся мировой экономики. Наблюдаемое разделение пространства ближневосточного рынка на две части представляется как одна из важных черт образованного после 1928 г. картельного режима. Фактор возникших противоречий между институтами государственной власти и коммерческими компаниями, равно как между самими компаниями, позволяет проследить связь между ближневосточной проблематикой и социально-экономическими аспектами внутренней политики рассматриваемых государств. В связи с этим наглядно демонстрируется важность учета условий неравномерного развития отдельных областей региона. Динамика экономических показателей Ирака, Ирана, Саудовской Аравии, Кувейта и Бахрейна, в свою очередь, дает возможность сделать важные выводы о характере расширения американских и британских сфер влияния, об устойчивости и стабильности архитектуры соглашения в Остенде.

Рост интереса европейских стран к Африке и Ближнему Востоку в последние годы обуславливался глобальными геополитическими изменениями, которые потребовали от Великобритании и ведущих государств ЕС переосмыслить свои подходы к политике и экономике в регионах Глобального Юга. В этом контексте особое внимание зарубежных и отечественных исследователей привлекает проблема сырьевого суверенитета ЕС. В условиях усиливающейся международной экономической и технологической конкуренции возникает потребность разработать новые инструменты анализа, которые бы усилили прогностические возможности последствий активности как государственных акторов, так и НПО, крупного бизнеса и прочих групп интересов. В статье при оценке значимости взаимодействия предлагается использовать модель «Интересы – Ресурсы – Деятельность» (ИРД). На их основе авторы выделяют тенденции и направления деятельности указанных акторов, требующие более пристального внимания в дальнейших исследованиях региона

В статье рассмотрены средиземноморские маршруты в направлении Европейского союза, которыми пользуются беженцы из стран Ближнего Востока и Северной Африки (БВСА). Актуальность данной темы обусловлена тем, что сегодня в мире насчитывается около 118,3 млн беженцев и вынужденно перемещённых лиц, а основные страны их исхода относятся к регионам БВСА, включая Афганистан и Сомали. В статье приведена актуальная информация за 2022–2023 гг., включающая в себя данные по трём важнейшим маршрутам беженцев между БВСА и Европой в Средиземноморье. Наиболее востребованный из них – центральносредиземноморский маршрут, пролегающий из Туниса и Ливии, далее западносредиземноморский – из Марокко и Алжира. В последнее время набирает популярность западноафриканский маршрут. Им пользуются, чтобы попасть на Канарские острова. По прогнозу Агентства ЕС по безопасности его внешних границ от 2023–2024 гг., потоки миграции в ближайшем будущем будут расти. Евросоюз активно развивает сотрудничество со странами Северной Африки, чтобы предотвратить нелегальную миграцию, применяя разные способы: усиление береговой охраны, выделение средств из бюджета ЕС и отдельных стран на борьбу с нелегальной миграцией, разработку программы циркулярной миграции, направленной на привлечение мигрантов на сезонные работы

Европейская комиссия в новом составе приступила к работе с декабря 2024 г.241 В риторике ее членов и в действиях, предпринятых на протяжении первых месяцев работы, просматривается стремление активизировать политику Европейского союза на Ближнем Востоке и укрепить его роль в регионе