Научный архив: статьи

В статье рассмотрено значение идеи гуманизма в системе принципов уголовного процесса, выступающих в качестве одного из компонентов идеологии уголовного судопроизводства. Отмечено, что идея гуманизма как человеколюбия, любви и уважения к старшим по возрасту и общественному положению возникла уже в философии Древнего мира. Во вводной части на основе историко-сравнительного метода, в том числе результатов социологического исследования, обозначается актуальность выбранной темы. Содержанием работы выступает анализ отдельных общепризнанных норм и принципов международного права, уголовного, уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, а также мнений исследователей относительно содержания принципа гуманизма и его нравственной основы.
В заключительной части статьи подводятся итоги, формулируются выводы с предложением совершенствования уголовного судопроизводства с точки зрения углубления и возрождения духовно-нравственных основ деятельности конкретных должностных лиц, осуществляющих производство по уголовному делу.

В статье речь идет о проявлении гуманизма в отношении осужденных в связи с исполнением такого вида наказания как исправительные работы, а также отмечается, что гуманизм исправительных работ является комплексом социально-правовых мер.

Статья посвящена анализу двух значимых и взаимосвязанных явлений: антропологическим установкам постмодернизма, пост-постмодернизма и гуманистическим проектам современности. В них отражены в значительной степени пессимистичность и глубокое разочарование трагичностью мира, а также заброшенностью индивида в сложный круговорот часто меняющихся событий, в которых человек осознает собственную уязвимость. Заданные в экзистенциальной философии двадцатого века, антропологические установки постмодернизма и пост-постмодернизма сформировали особенный образ человека в пространстве современной культуры. В этой ситуации повсеместной неустойчивости в современной философии возникают гуманистические проекты, которые заявляют о себе как важных направлениях, призванных снять значимое напряжение между человеком и миром, человеком и самим собой, с целью построения идеального общества будущего.

В данной статье происходит обращение к разным образовательным программам: традиционной (классической) и альтернативным - рационалистической, феноменологической, неинституциональной. Проводится анализ трансформирующихся компонентов образовательного процесса; для этого выделяются сущностные черты изучаемых моделей. Для классической модели характерна ориентация на универсальные познавательные ценности, ей свойственна институализация, но ее главным недостатком является «отставание» от современной действительности. Для альтернативных моделей свойственна ориентация на конкретного индивида, на современные социальнотехнологические реалии; к ее недостаткам можно отнести завышенную значимость самостоятельности обучаемого. В заключении анализируется компетентностный подход в образовании, призванный реагировать на современную трансформацию социотехнологической инфраструктуры.

Статья «From Humanism to Posthumanism: Human in the Humanistic Projects of Science» анализирует эволюцию представлений о человеке в научных и философских контекстах. Автор рассматривает, как философские и научные течения от эпохи Возрождения до постгуманизма и трансгуманизма стремились понять сущность человека и его будущее в контексте научных открытий. Особое внимание уделяется взаимодействию между гуманистической идеей человека как разумного существа и вызовами, которые ставит технологическое развитие. В статье исследуются философские, этические и культурные последствия научных изменений, а также трансформация представлений о человеке в эпоху новых технологий, таких как искусственный интеллект и биотехнологии. Автор подчеркивает, что будущее Homo Humanus включает не только телесную эволюцию, но и моральные и социальные изменения, затрагивающие человеческую идентичность. Новизна статьи заключается в интеграции научных, культурных и этических аспектов меняющихся представлений о человеке.

Введение. Обсуждение военной лирики способствует формированию гражданской позиции и патриотических убеждений учеников, помогает решению важных нравственных вопросов. Современные школьники все труднее воспринимают стихи фронтовых поэтов личностно и эмоционально и нуждаются в помощи учителя.

Цель статьи: оказание методической помощи учителю в формировании патриотизма и гражданственности школьников; расширение литературного кругозора учителя; содействие в отборе содержания уроков литературы по изучению военной поэзии. Методология и методы исследования включают в себя теоретический и контент-анализ; анализ нормативных документов о модернизации литературного образования и воспитания; изучение литературоведческой и методической литературы; анализ обсуждения проблемы в социальных сетях и опыта работы учителей литературы.

Результаты исследования. Сегодня мы все чаще сталкиваемся с искаженными оценками исторического значения нашей победы в Великой Отечественной войне. Школьники изучают на уроках литературы лишь несколько стихотворений военных поэтов, узок кругозор в знании военной поэзии и у учителей-словесников. Поэтому в статье предложены пути обсуждения стихов фронтовых поэтов 1941-1945 годов: К. М. Симонова, А. А. Суркова, А. Т. Твардовского, С. П. Гудзенко, М. А. Дудина, С. Г. Острового, О. Ф. Берггольц и др. Особое внимание уделяется решению поэтами нравственных проблем в условиях войны.

Заключение. Сделан вывод о том, что эмоциональный и воспитательный потенциал военной лирики сегодня не утратил своего значения в школе. При этом важнейшим является обсуждение вопросов, связанных с осмыслением вечных ценностей и таких проявлений военного времени, как ненависть и убийство врагов во имя защиты Родины.

В статье рассматривается вопрос о влиянии христианства на поэтику романа Going Postal Т. Пратчетта. Писатель в различных формах обращается к религиозным образам и библейским текстам, пародирует христианские обряды. Путь главного героя романа сатирически интерпретирует классические сюжеты о кающихся грешниках. Писатель показывает различия между истинной и показной верой. Организованные религии с храмами и жрецами в романе становятся объектами сатиры. При неприятии писателем обрядовой части религии, ценности, лежащие в основе христианства, помогают героям произведения справляться с трудностями. Т. Пратчетт показывает спектр различных взглядов на религию, пути взаимодействия с ней в современном мире и проблемы, которые встают перед священниками, верующими и людьми, отрицающими религию. Автор показывает, как профессиональная деятельность превращается для ряда героев в альтернативу религии. Изображая преданных своему делу профессионалов, Т. Пратчетт часто обращается к христианским образам и языку. Этот прием, с одной стороны, создает комический эффект, а с другой – помогает подчеркнуть положительные качества героев

Описания вилл в письмах Плиния Младшего представляют своего рода утопию. В ее основе — идеал облагороженной и приятной жизни, ключевое место в которой занимают возвышенные литературные занятия. Для реализации этого идеала требуются вдохновляющее природное окружение и определенная степень уюта, но не обычные для римлян круга Плиния приметы роскоши: позолота, слоновая кость, дорогие статуи. Описание Плинием своих вилл — это и не рассказ о статусе, общественном влиянии, будь то в политических или литературных кругах: его жизнь на виллах предполагает временное удаление и от бремени, и от дивидендов общественных обязанностей, сосредоточение на занятиях, чередуемых с отдыхом, при этом речь не идет об эскапизме. Жизненный идеал, выступающий за тем, как Плиний описывает свои виллы, органично соотносится с его темпераментом и мировоззрением, какими они проявляются в письмах, не имеющих отношения к загородному времяпрепровождению. Как в описании вилл Плиний ничем не кичится, ни с кем не спорит, так и на пространстве всего сборника писем он выступает благожелательным, толерантным, дельным, заботливым человеком, обладающим при этом твердыми убеждениями. У(ю)топия Плиниевых вилл не является проектом коллективного переустройства, однако это — разработанный идеал, открытый для всех. Гуманизм Плиния удивительным образом предвосхищает гуманизм Нового времени

В статье анализируются концептуальные проблемы теоретического постижения духовности как элемента российской социокультурной идентичности. На основе анализа персонологических и культурологических подходов эксплицируется понятие духовности. Персонологические подходы связывают духовность с личностным ростом и гуманистическими ориентациями человека. Культурологические подходы акцентируют внимание на духовных социокультурных институтах и общественной духовной культуре в ее различных формах. Обоснована тесная связь двух сторон духовности: индивидуальной и общественной. Российская духовность рассматривается как специфическая форма российской духовной культуры. В контексте отечественного дискурса российской духовной культуры обсуждаются альтернативные решения трех методологических проблем. Первая касается соотношения национального и общечеловеческого в российской духовной культуре. Вторая - статуса православия в российской духовной культуре. Третья - связи между российской культурно-антропологической идентичностью и системой российских духовных ценностей. Анализируются решения этих проблем, представленные классиками отечественной мысли В. С. Соловьевым, Ф. М. Достоевским, Н. А. Бердяевым, Н. О. Лосским, И. А. Ильиным, а также современными российскими исследователями. Авторы подчеркивают гуманистическую сущность российской духовности.

Конфликтные отношения между творцами и обществом в Афинах в V веке до н. э. приводят к появлению идейных явлений, родственных европейскому декадансу, однако направление мысли здесь остается неизменно связанным с общей жизнью государства. При возвышении Македонии Афины утрачивают подлинную независимость, и пространство для общественной жизни заметно сворачивается. Однако обращение к новой аттической комедии, и особенно к творчеству Менандра, обнаруживает развитие не в декадентском, а в гуманистическом направлении, что следует связать с избавлением Афин от бремени империализма. В Риме декадентские жесты характерны для представителей власти и правителей, обладающих низким уровнем легитимности, таких как Сулла, Калигула и Нерон. В римской литературе наиболее близок европейскому декадентству «Сатирикон» Петрония, где тесно соседствуют имморализм и эстетизм. Вместе с тем Петроний был в некотором смысле декадентом поневоле, чье творчество связано с невозможностью следовать своим, в значительной мере классицистическим, идеалам

Показана необоснованность отрицания биоконсерваторами необходимости трансгуманистических преобразований природы человека. Проанализированы аргументы биоконсерваторов против признания трансгуманистических идей. Применены герменевтический, диалектический, системный, компаративистский, аналитический, дедуктивный методы. Отмечено, что главной причиной углубляющегося глобального кризиса земной цивилизации служат такие присущие человеку на протяжении всех веков свойства, как неуемное потребительское стремление, агрессивность и эгоизм. Эти свойства сознания, по мнению трансгуманистов, надо изменить путем преобразования природы человека, чтобы избежать трагического исхода. В качестве альтернативы трансгуманизму рассмотрены концепция обожения и концепция культивирования гуманизма в процессе воспитания человека. Утверждается, что данные концепции носят утопический характер и недостаточны в качестве основы для преодоления глобального кризиса цивилизации, хотя имеют определенное значение для нравственного воспитания людей. Проанализирован аргумент, заключающийся в том, что трансгуманизм противоречит идеям гуманизма. Доказано, что гуманизму противоречит лишь радикальный, но не умеренный трансгуманизм. Приведены общие черты гуманизма и умеренного трансгуманизма. Рассмотрены риски усиления социального неравенства в результате реализации трансгуманистических программ. Полученные результаты позволяют вырабатывать способы снижения или устранения возможных рисков трансгуманистических преобразований природы человека.

Рассматривается вопрос проблематики авторского мифа, создаваемого Сакариусом Топелиусом в своих сказках. Материалом исследования послужили сказки из сборника «Чтение для детей». Актуальность темы обусловлена недостаточной изученностью мифологических компонентов, связанных с представлениями о Севере как об уникальном мире в творчестве этого финского прозаика и поэта. Научная новизна работы состоит в том, что впервые показано, как в сказках С. Топелиуса строится авторский Северный миф, в основе которого лежат мифологема мирового древа, образы морского бога Ахто и его супруги Велламо, образ мифологического кузнеца, образ шамана. Доказано, что среди мифологических компонентов в сказках особую роль играет редуцированный эсхатологический миф, связанный с сюжетом о противоборстве колдунов, желающих поймать солнце. Также определяется комплекс мотивов, образующий основу поэтики Северного мифа С. Топелиуса: мотив жертвы, мотив чудесного дара, мотив зимы. Установлено, что С. Топелиус создает уникальный авторский Северный миф, состоящий из комплекса языческих мировоззрений финнов и саамов, пропущенных через христианское мировоззрение писателя. Подчеркивается, что особую роль в этом мифе играют гуманистические установки, призванные воспитать юное поколение, живущее в мире и гармонии со всеми северными народами.