Научный архив: статьи

Введение. В настоящее время интерес к национальному языку и этнической культуре малых народов России стремительно возрастает. Со стороны руководящих структур выдвигаются разработки по проблемам возрождения многих особенностей в этой сфере; блогосфера приобретает общенаучное социокультурное значение; посты с аудио- и визуальными элементами привлекают внимание разновозрастной аудитории. Все это обусловливает актуальность данной темы. Цель работы - выявить характерные языковые черты в блогах в процессе передачи этнокультурной информации на территории Республики Мордовия (РМ). Материалы и методы исследования. Теоретическая база научной статьи содержит наблюдения за работами исследователей по проблемам языка и этнической культуры - А. Ф. Казакова, С. В. Пивкиной, Е. М. Пыреськиной, З. Р. Хайруллина, Гао Шаопина; по рассмотрению блогосферы в информационном пространстве - Д. А. Бакеевой, Н. В. Кондратьевой, Н. И Пушиной, Э. А. Сулейманова и других авторов. Практическая часть отражает специфику деятельности региональных журналистов, создающих контент на этническую тему в блогах на национальном и русском языке, используя особенности переводческого мастерства. В процессе работы методами исследования являются такие, как анализ, синтез, обобщение, а также описательный метод. Результаты исследования, обсуждения. В статье особого внимания требуют следующие вопросы: изучение основных тенденций развития и сохранения национального языка и культуры; определение особенностей перевода при передаче информации на этнокультурную тему; рассмотрение блогосферы как современной информационной площадки региональными журналистами и творческими личностями. Материал научной работы наряду с сопоставлением теоретических подходов в соотношении понятий «национальный язык», «этническая культура», «перевод», «блогосфера» содержит примеры применения творческого подхода в форме создания блогов в подаче этнокультурной новости на русском и национальном языке на региональном уровне. Научная новизна работы заключается в том, что впервые выявлены характерные черты функционирования национального языка и этнической культуры в блогосфере в период цифровизации, что может быть использовано при разработке вопросов языковой политики мордовского региона, а также при определении стратегии развития финно-угорских языков Российской Федерации.

Заключение. Таким образом, были получены результаты анализа передачи информации на этнокультурную тему в Мордовии на русском и национальных языках в блогах, определены эффективные инструменты авторов, которые позволяют сохранить «национальную окраску» в структуре передаваемой новости.

В статье обсуждается существует ли в философии Индии, развившейся независимо от европейской, эквивалент понятия «рефлексия». Автор приходит к выводу, что такового нет. Понятие рефлексии уникально для Запада. Если его нет в индийской мысли, то можно ли найти в ней примеры тому, что европейский или российский философ назовет рефлексией, применением рефлексии? Насколько они однородны и как высоко ценятся в индийской традиции? Оказывается, что примеры индийской рефлексивности весьма разнообразны и обнаруживаются в таких областях, как рефлексивность в рассуждениях, рефлексивность психических процессов, рефлексивное замыкание гносеологии на онтологию и, наконец, в том, что существенный мыслителем, метафизическим практиком предел рефлексивности - не что иное, как неадекватно формулировавшееся европейцами в качестве «индийского религиозного идеала» освобождение.

Статья посвящена классу звукоподражательных слов в русском языке (мяу-мяу, бац, чпок и т. д.). Первичная функция этих слов - имитировать неязыковые звуки внешней среды. Ряд таких звуков может выступать в предложении как предикаты и как метатекстовые средства. Существует несколько классификаций русских звукоподражательных слов. По одной из них, эти слова можно расположить по шкале конвенциональности, что важно при переводе таких слов [Влахов, 1980]. На одном конце шкалы располагаются конвенциональные, имеющие языковой статус и переводимые на другой язык слова (гав-гав, тик-так). На другом конце шкалы располагаются слова неконвенциональные, иконически воспроизводящие звуки внешнего мира [Шаронов, 2009]. Еще одна классификация делит класс на воспроизводящие звуки и их не воспроизводящие, а демонстрирующие эмоциональный эффект неожиданности. Особое внимание в статье уделяется трем группам слов, которые пока не исследовались русистами. Это слова, передающие звучание музыкальных инструментов; звучание пустой или невнятной человеческой речи, а также звукоподражательные эвфемизмы бранных реплик.

1. Греческая надпись, найденная в Армавире (Aрмения), написанная вероятно во II в. до н. э. письмом, схожим с папирусным курсивом, содержит фрагмент трагедии, напоминающий по стилю Еврипида. 2. Плутарх пишет, что армянский царь Артавазд II (55–34 до н. э.) писал трагедии. Он также рассказывает, что после сражения при Каррах в 53 г. до н. э. Красс был обезглавлен и его голову привезли в Армению и бросили в зал, в качестве головы Пенфея, когда при дворе того же царя Артавазда трагический актер исполнял отрывок из «Вакханок» Еврипида. 3. Фабула утраченной трагедии Еврипида «Дочери Пелия» является материалом одного из «опровержений» (ἀνασκευή) в частично переводном древнеармянском учебнике риторики, написанном на основе Прогимнасм Афтония Антиохийского (конец IV в.) во второй половине V в. 4. «Искусство грамматики» Дионисия Фракийского было переведено на армянский во второй половине V в. Между VI и XVII вв. появился десяток армянских комментариев на этот труд. Комментаторы отмечают связь трагедии с изобретателем лозы Дионисом, ямбический метр, которым она писалась, а также то, что само слово означает «козлиная песня». 5. Ученый автор XI в. Григор Магистрос несколько раз упоминает Еврипида. В дохристианской Армении в период эллинизма отмечен интерес к греческому театру. Средневековые свидетельства довольно скудны. Исключением является Григор Магистрос, упоминающий греческие мифы и литературу, в том числе драматургов, демонстрируя свою эрудицию.

Реферативный перевод играет важную роль в международном обмене научной и отрасле-вой информацией. В статье представлены ключевые этапы в истории автоматизации процессов, состав-ляющих реферативный перевод, и даётся оценка со-временному уровню автоматизации реферативного перевода. Внимание также уделяется тому, насколько системы автоматической обработки текста смогут заменить специалиста-человека. Делается вывод о том, что благодаря технологическому про-грессу задача автоматического реферативного пере-вода стала, в перспективе, выполнимой, но твердо говорить о полном ее решении пока невозможно. Развитие технологий требует также выведения всего комплекса связанных с реферативным переводам компетенций специалиста на новый уровень.

Исторический очерк «Стенька Разин» Проспера Мериме (1-е изд. 1861) никогда не переводился на русский язык. Долгое время его считали сокращенным переводом на французский монографии Н. И. Костомарова «Бунт Стеньки Разина» (1858). Тем не менее сопоставительный анализ обоих текстов убеждает в том, что очерк французского писателя имеет самостоятельную историческую и литературную ценность. В отличие от Костомарова, который воссоздал широкую картину народного бунта, в центре повествования Мериме — фигура казачьего атамана. В публикации представлен перевод (по французскому изданию 1865 г.) третьей главы очерка Мериме. В ней рассказывается о Персидском походе «воровских казаков» (1668–1669), за которым последовало их триумфальное возвращение на Дон с богатой добычей. Успешный исход грабительских налетов, как и щедрость лихого атамана, способствовали росту его авторитета среди бедноты, привлекая к нему все больше и больше сторонников. В целом, события, изложенные в третьей главе, предстают как подготовка кульминационного этапа разинского движения, который пришелся на 1670–1671 гг.

Статья посвящена рецепции шекспировского творчества в Англии последней трети XVII в., когда шекспировские тексты активно переписываются для сцены, будучи адаптированными к современному состоянию английской драматургии. Томас Отуэй известен как один из главных перелагателей Шекспира на язык современности. В статье рассматривается, как Отуэй трактует любовную линию «Ромео и Джульетты», а именно то, какие элементы Отуэй переписывает, какие оставляет в точности как у Шекспира, а какие полностью убирает из шекспировского текста. Таким образом, адаптация представляет собой своего рода перевод текста, но в рамках одной национальной традиции — с языка елизаветинского периода на язык эпохи Реставрации. Особое значение в рамках подобной трансформации приобретают изменения, внесенные Отуэем в финал пьесы (влюбленные прощаются перед смертью, чего нет у Шекспира). Важно и то, что в пьесе Отуэя отчетливо проступает политическая ситуация его эпохи. Трактовка Отуэя повлияла на все последующие адаптации и европейские (немецкие и французские) переводы-переложения XVIII в.

Статья посвящена рецепции шекспировского творчества в Англии последней трети XVII в., когда шекспировские тексты активно переписываются для сцены, будучи адаптированными к современному состоянию английской драматургии. Томас Отуэй известен как один из главных перелагателей Шекспира на язык современности. В статье рассматривается, как Отуэй трактует любовную линию «Ромео и Джульетты», а именно то, какие элементы Отуэй переписывает, какие оставляет в точности как у Шекспира, а какие полностью убирает из шекспировского текста. Таким образом, адаптация представляет собой своего рода перевод текста, но в рамках одной национальной традиции — с языка елизаветинского периода на язык эпохи Реставрации. Особое значение в рамках подобной трансформации приобретают изменения, внесенные Отуэем в финал пьесы (влюбленные прощаются перед смертью, чего нет у Шекспира). Важно и то, что в пьесе Отуэя отчетливо проступает политическая ситуация его эпохи. Трактовка Отуэя повлияла на все последующие адаптации и европейские (немецкие и французские) переводы-переложения XVIII в.

Несмотря на то что русская переводческая рецепция творчества Ч. Диккенса и его романа «Жизнь Дэвида Копперфилда, рассказанная им самим» уже становилась объектом исследования, анализ адаптированных для детского чтения переводов романа пока еще далек от полноты и системности. В статье предпринимается попытка сопоставления трех переводов романа, выполненных Е. Г. Бекетовой, М. И. Ловцовой и А. А. Бекетовой, опубликованных в первой половине ХХ в. и адресованных детской аудитории. Если Е. Г. и А. А. Бекетовы придерживаются принципов точности и стремятся сохранить и авторский юмор, и специфику характеров, то купюры в переводе Ловцовой приводят к упрощению образов центральных персонажей романа, и в результате остается абрис романа, адаптированный и урезанный пересказ. Буквальный переводы обеих Бекетовых оказываются ближе к поэтике Диккенса, не сводимой исключительно к авантюрному роману в мелодраматическом духе.

В статье рассматриваются социальные роли в русском переводе средневекового романа Вольфрама фон Эшенбаха «Парцифаль». Главному герою романа за время странствий предстоит сменить три социальные роли: Парцифаль начинает свой путь в амплуа простака и охотника, затем мы наблюдаем его трансформацию в идеального рыцаря, и в конце он становится правителем в замке Грааля. В оригинальном тексте каждую из перечисленных ролей сопровождают определенные маркеры — ясные для средневекового слушателя, но не всегда очевидные читателю современному. Перевод Л. В. Гинзбурга допускает неточности и содержит много отступлений от оригинального текста, сокращает или дает в пересказе отдельные эпизоды — естественно, подобные вольности затрагивают и описания социальных ролей, которые примеряет Парцифаль. Игнорирование и пренебрежение незначительными на первый взгляд маркерами приводят к не вполне корректному пониманию средневекового оригинала. Однако для передачи всех нюансов, недоступных современному читателю, потребовалось бы не столько более точное поэтическое слово, сколько обширный историко-культурологический комментарий, которого лишены современные издания «Парцифаля» и который помог бы создать вокруг произведения необходимый контекст. Правитель в средневековом романе — это идеальный рыцарь, а рыцарь — всегда охотник; переход Парцифаля из одного состояния в другое, от одной социальной роли к другой в русском переводе сглажен, утрачены некоторые яркие маркеры, которые позволяли Вольфраму фон Эшенбаху точнее и острее обозначить каждую из социальных ролей.

В статье рассматривается проблема перевода средневековой французской и провансальской лирики на русский язык. Автор опирается на концепцию перевода М. Л. Гаспарова, в частности, говорит о различении «дистанцирующего» и приближающего, доместицирующего перевода. В статье подробно анализируются переводы рондо Кретьена де Труа В. Микушевича, А. Парина, а также кансоны Джауфре Рюделя в переводах В. Дынник и А. Наймана. При анализе выявляются смысловые отклонения и трансформации, а также приемы, разрушающие аутентичную поэтику куртуазной лирики. Автор говорит о неизбежности семантических потерь при внесении перевода в современную русскую поэтическую систему. При создании стихотворного перевода, который может восприниматься как «хорошее стихотворение» с точки зрения переводчика и его читателей, оказывается неиспользованным именно то, что лежит в основе поэтики трубадуров — традиционность, формульность, специфическое соотношение устойчивой традиции и авторской индивидуальности. Для того чтобы максимально избежать потерь, предлагается прибегнуть к верлибру. Автор ссылается на концепцию М. Л. Гаспарова, писавшего о преимуществах, которые дает переводчику верлибр.

The article examines the use of passive voice and passive structures in the legal context, and particularly its use in the English and Armenian versions of the RA Family Code. Based on qualitative and quantitative, as well as case study methodology, the purposeful use of passive structures, their tendency to ensure maximum accuracy, as well as their functional-communicative features and the functions performed by them in legal speech are revealed in the study. The research also states that the frequency of applicability of the passive voice is due to the emphasis on the role of the action and not on the doer in both English and Armenian versions of the mentioned document belonging to legal discourse.