Научный архив: статьи

В декабре 2023 г. в серии «Corpus christianorum conciliorum oecumenicorum generaliumque decreta» (далее — CCCOGD) вышел новый, пятый, том представляющий собой сборник постановлений Сирийской Ортодоксальной Церкви и Церкви Востока, соответственно разделённый на две части: именно вторая, содержащая критический текст и перевод «Восточного Синодика» с некоторыми дополнениями, является объектом нашей рецензии1.

В Лёвенском издательстве «Peeters Publishers» в 2025 г. опубликованы девять книг, посвящённых библеистике. Поскольку на сайте издательства не уточняется дата выхода в свет каждой из работ, мы рассмотрим эти труды в произвольном порядке. Но в начале упомянем одну важную для библеистики работу по Псалтири, опубликованную в 2024 г.

В статье предпринимается попытка критически проанализировать существующие интерпретации образа Мелхиседека у Филона Александрийского (De congressu eruditionis gratia 99), а также прочитать его в контексте параллельных фрагментов этого автора. Существуют три подхода к интерпретации этого фрагмента. В соответствии с наиболее распространённым из них, фигура Мелхиседека трактуется как аллегория божественного Логоса. Согласно другому подходу, Мелхиседек понимается как историческое лицо. Третий вариант интерпретации предполагает, что Мелхиседек служит аллегорией человеческой разумной способности. В итоге автор приходит к выводу, что первые две интерпретации являются некорректными и предлагает отказаться от них в пользу третьей, которая, в свою очередь, дополняется и уточняется им в свете параллельных фрагментов.

В Малом актовом зале Церковно-археологического кабинета МДА 26 мая 2025 г. состоялась II Международная научно-богословская конференция, посвящённая 1700-летию Первого Вселенского Собора (Никея, 325 г.). Организатором мероприятия выступил «Центр изучения патристики и христианской древности» (кафедра богословия МДА).

Текущий 2025 г. для исповедников и исследователей христианства ознаменован важнейшей датой — 1700-й годовщиной Первого Вселенского Собора в Никее (325 г.), на котором был зафиксирован перечень основополагающих догматов — Никейский Символ веры. Определения Символа неизменно являются одной из отправных точек в анализе христианской догматики, полемики и апологетики: строгое закрепление на вероучительном уровне единосущия Сына Отцу и Его неизменяемости предопределило дальнейшее развитие христианства и его разделение на конфессии, каждая из которых в уже уходящем году постаралась торжественно отметить юбилей. Восточно- и ориентально-православные Церкви, католики, англикане, протестанты — все1 приурочили к XVII столетию Первого Вселенского Собора симпозиумы, празднования или конференции: хронику одной из них, организованной Ассирийской Церковью Востока, мы, имев удовольствие посетить мероприятие лично2, и предлагаем читателю.

Сочинение св. патриарха Константинопольского Фотия (ок. 820 — ок. 896), известное в византийской традиции как «Мириовивлион», а в европейской науке — как «Библиотека», по праву можно назвать уникальным памятником средневековой православной культуры. Произведение, написанное в форме частного письма, является, по сути, отображением «круга чтения» византийского интеллектуала эпохи так называемого Македонского Возрождения — периода пробуждения интереса средневековых ромеев к своему античному литературному наследию. Фотий, в то время достаточно молодой сановник, даёт краткие или развёрнутые характеристики прочитанным им 280-ти книгам (точнее, 279-ти, поскольку одна из книг, а именно «Речи» античного ритора Ликурга, по признанию Фотия, так и не была прочитана). В историографии эти 280 книг-глав известны как «кодексы». По более точным подсчётам Уоррена Тредголда, в «Библиотеке» представлены 388 сочинений, включая сборники и антологии, принадлежащие перу 220-ти авторов, живших на протяжении четырнадцати веков (от Геродота до Сергия Исповедника, современника Фотия). При этом они распределены по времени очень неравномерно: более половины сочинений (58 процентов) относятся всего к трём столетиям: IV, V и VI вв. Среди жанров наиболее широко представлены апологетика (71 работа) и история, в том числе церковная (66 работ), а также риторика и гомилетика (59 работ). Это, безусловно, отражает специфику интересов самого Фотия, отличавшегося, впрочем, энциклопедическим кругозором. Любопытно, что среди прочитанных книг мы находим сочинения по лексикографии, медицине, парадоксографии, пасхалистике, философии, естественным наукам и даже трактаты по арифметике и сельскому хозяйству1. Но самое важное значение «Библиотеки» заключается в том, что в ней сохранились, иногда в весьма пространных выписках, утраченные (полностью или частично) произведения. Полностью дошли до нас всего 153 из 388-ми упомянутых Фотием книг (39 процентов). Остальные либо сохранились частично, во фрагментах или переводах, либо утрачены, либо вообще неизвестны по другим источникам и упоминаются только в «Библиотеке»2.

Монография «Августин, читатель и толкователь Книги Исаии» Николя Потто, члена ордена августинцев Успения и преподавателя Католического института Парижа, представляет собой опубликованную версию докторской диссертации, защищённой в 2019 г. в Centre Sèvres (ныне Facultés Loyola Paris) под руководством Изабель Боше (Isabelle Bochet). Изданная в престижной серии «Série Antiquité» Института августинских исследований, эта работа представляет собой фундаментальный труд, в котором изучению рецепция и герменевтика Книги Исаии в корпусе сочинений блж. Августина. Исследование объёмом 600 страниц структурировано в две части, дополнено четырьмя приложениями и обширной библиографией (p. 515–537).

Ambroise de Milan. Lettres. T. 5: 70–77 / texte lat. par O. Faller et M. Zelzer (CSEL 82/3); introd., trad. et notes par † G. Nauroy. Paris: Cerf, 2025. (SC; vol. 639). 663 p. ISBN 978-2-204-15532-8. 59,00 €. В издании публикуется десятая книга писем Амвросия Медиоланского, включающая десять разнородных текстов, каждый из которых имеет решающее значение для понимания взаимоотношений между Церковью и государством в конце IV в. «Письма» погружают читателя в саму ткань происходящих событий и в центр дискуссий между выдающимися личностями эпохи, в числе которых соправители Римской империи. В публикуемых письмах затрагиваются темы конфликтов внутри Церкви на греческом Востоке, борьбы с ересями, стремления язычества к возрождению своих традиционных устоев, а также проблематика отношений между восточным императором Феодосием I Великим и западным — Валентинианом II. Свт. Амвросий в своих напряжённых письменных диалогах императорами стремился освободить духовенство от императорского контроля, установленного ещё со времён Константина. Он проявляет заботу о сохранении мира как внутри Церкви — очищая её от еретиков и сектантов, — так и вне её, добиваясь установления должных отношений с императорской властью.

Восприятие произведений русской художественной литературы билингвами связано с рядом филологических аспектов. Главными из них являются образность и многозначность языка художественного произведения. В статье исследуются и предлагаются приёмы, которые можно использовать при восприятии художественного произведения на уроках литературы в классах, где учатся одновременно и русскоговорящие дети, и дети-билингвы.

Практикующим преподавателям литературы, психологам, медицинским работникам, родителям в инклюзивном образовании чрезвычайно важны знания об этнокультурном происхождении и положении ребенка. Новые требования к качеству филологического образования, выраженные в стратегических нормативах современной образовательной политики, предполагают необходимость изменения в организации, содержании, технологиях и масштабе компетенций преподавателей словесности.

Целью статьи является рассмотрение филологических аспектов и трудностей восприятия русской художественной литературы читателями-билингвами при адаптации на уроках словесности, уяснением происхождения этих проблем и поиском путей устранения трудностей. Задачи статьи связаны с поиском решений, как минимизировать или устранить навсегда данные трудности, рассматриваемые в целях научной работы. Преподавателю литературы следует повышать свою квалификацию в области специальных этнокультурных знаний, учиться понимать психологию двуязычных читателей, специфику лингвистики родного языка ученика, помочь ребёнку проходить адаптацию не только на уроках, но и в русскоговорящем обществе, оказывать моральную и психологическую поддержку, минимизировать риск развития непонимания между детьми в классе. Гипотеза статьи состоит в рассмотрении того, помогут ли данные методы овладеть истинным смыслом русского художественного текста.

В статье рассматривается художественная специфика повести Э. Н. Успенского «Про девочку со странным именем». Актуальность статьи вызвана ростом интереса к творчеству классика отечественной детской литературы, наблюдаемым в наши дни и выражающимся как в многочисленных переизданиях его книг, так и в целом ряде новых экранизаций произведений Эдуарда Николаевича. В рассматриваемой повести Успенский отказывается от свойственных его ранним произведениям взглядов, согласно которым ребёнок в коллективе совершенствуется, избавляясь от недостатков, обусловленных прежде всего его недостаточной зрелостью. Девочка Макша на протяжении всей книги ведёт себя как непослушный ребёнок, во всём отстаивающий свою точку зрения, что вызывает полное одобрение автора, а само произведение становится книгой, пропагандирующей абсолютную свободу и вседозволенность. В повести, предназначенной для малышей, Успенский позволяет себе не только использовать тексты русского эротического фольклора, ненормативную лексику, но и рекламировать ребятам уличные шествия оппозиции. Это делает книгу непригодной для детского чтения в наши дни, что резко контрастирует с количеством её переизданий, доступных в книжных магазинах. В научной литературе повесть исследуется впервые.

Воспоминания о С. А. Есенине - составляют оригинальную страницу отечественной мемуаристики и любопытный материал для современных ученых - филологов. Эти воспоминания дают нам ценную информацию о самом поэте, его окружении, но, главное, о литературной ситуации 1910-1920-х гг.

Настоящая статья посвящена воспоминаниям о С. Есенине, которые оставил журналист, поэт, драматург, основатель и первый руководитель орехово-зуевского литературного кружка «Основа» В. С. Богатырев (1895-1970), лично знавший С. Есенина.

Авторству В. С. Богатырева принадлежат два очерка о С. Есенине, в которых он вспоминает выступление поэта в кафе «Стойло Пегаса», где поэт исполнял отрывок из «Пугачева», и выступление, совместно с В. Маяковским, в Московском Доме печати.

В. С. Богатырев подчеркивает гармоничное сочетание в С. Есенине дара поэта и таланта блестящего чтеца-исполнителя, его полное погружение в образ своего героя, умение с первых же строк покорять слушателей задушевностью своих стихов, умение удивлять публику неожиданными ходами, в частности, исполнением частушек, размышляет о том, что «разухабитость» есенинских стихов скрывали глубоко лиричные, трогательные, тонкие струны души поэта. В воспоминаниях подчеркивается и откровенная состязательность С. Есенина и В. Маяковского, дух их соперничества.

В статье рассматривается проблема поиска смысла жизни, своего места в обществе и мире, поиска утраченного Бога в романе-эпопее И. С. Шмелёва «Солнце мертвых». Особый акцент при анализе исторических событий начала ХХ века уделяется внутренним переживаниям главного героя, воспитанного в богобоязненной интеллигентной семье и оказавшегося в водовороте революционных перипетий, сначала поддавшегося новомодным свободолюбивым тенденциям, а затем осознавшего всю тяжесть и греховность происходящего. Наблюдаемые героем страдания и лишения всего живого в итоге приводят его к мысли о пересмотре своих взглядов и ревизии ценностных ориентиров, что влечет за собою возврат к прежним вечным истинам, прописанным в Библии и находящим свое подтверждение в реальных событиях. Примечательно, что автор, описывая духовные и физические страдания не только людей, но и всего живого, использует разнообразные художественные приемы и средства, среди которых имеются поистине уникальные находки вроде «потока сознания», рваных мыслей-образов, стилизованных символов апокалиптического конца мира, включения природы как трагического фона происходящего, а также глубокой внутренней рефлексии и самоанализа. В подтексте произведения ощущается незримое присутствие, как тематическая параллель, книг Священного Писания, знание которых помогает читателю глубже проникнуть в авторский замысел.