Научный архив: статьи

Статья посвящена первой средневековой биографии, «Жизни Карла Великого», написанной Эйнхардом, видным деятелем эпохи Каролингов. Создавая биографию императора, Эйнхард ориентировался на биографии римских императоров, созданные Светонием. Предметом изучения стали особенности структуры и композиции текста Эйнхарда в сравнении с текстами Светония. Цель - проследить, насколько точно каролингский автор следует выбранному образцу; какие новые черты обретает средневековая биография по сравнению с текстами Светония. Были использованы описательный, культурно-исторический, сравнительно-исторический, историко-генетический, формальный методы. Исследование показало, что общепринятое мнение о текстах Светония как образце для Эйнхарда не вполне отвечает истине. Тексты Эйнхарда и Светония сходны, когда речь идет о макрокомпозиции. Однако медленное чтение античного и средневекового текстов обнаруживает изменения, обусловленные христианской традицией ученых повествований о героях. Если Светоний создает повествование, подобное дружеской беседе, в которой можно высказывать различные точки зрения, то Эйнхард пишет энкомий, который должен предложить читателям идеальный образ правителя. Его биография составлена по схеме «трех времен», которая используется для написания житий святых.

Цель. Оценка терминологического статуса композиционного приёма ретардации применительно к драме с учётом способов введения художественного приёма в пьесу; попытка придать ему статус рабочего понятия, предложив собственное определение, которое может служить надёжным инструментом анализа драматических произведений.
Процедура и методы. Ключевым исследовательским методом стал компаративный анализ трактовок ретардации в лингвистических, литературоведческих и театроведческих словарно-энциклопедических изданиях в их связи с эпической драматургией А. Н. Островского. С учётом этих трактовок и с опорой на труды теоретиков (А. Н. Веселовский, В. Б. Шкловский, Л. В. Чернец, Л. Г. Тютелова) предлагается наше определение ретардации.
Результаты. Доказан неопределённый статус понятия ретардации для теории драмы, в том числе из-за синонимичной многоголосицы в употреблении термина. Обоснованы сюжетные и внесюжетные способы введения ретардации в пьесу в тесной связи с приёмом остранения. Определены терминологические рамки понятия в узком смысле.
Теоретическая и/или практическая значимость заключается в возможном применении её результатов к анализу драматических произведений, в том числе современных (в связи с усилением их нарративизации).

Цель данной статьи - показать особенности трактовки Жаном Мерэ драматических законов «Поэтики» Аристотеля, рассмотреть характер функционирования категорий времени и пространства в трагедийном действии «Софонисбы» и их роль в построении драматической структуры. Доказывается, что место и время в трагедиях Мерэ являются не только формальными признаками «правильной» драмы, но активно функционируют на содержательном уровне, то есть играют организационно-смысловую роль (подчеркивают логику разворачивания действия, участвуют в композиционной связи, раскрытии характеров и эмоциональных состояний персонажей, определяют зрительское восприятие). Большое значение играет эффект акцентируемого в авторских ремарках и высказываниях героев замкнутого (интимного, вторжение в которое получает значение угрозы, насилия) пространства, которое к развязке может изменять свое значение: от убежища, места любви и уединения - до тюрьмы, места суда и расправы («Софонисба»). Показывается, как Мерэ создает эффект стягивания времени, что усиливает трагедийную напряженность - внешнюю (обстоятельства и поступка) и внутреннюю (характера и страсти), обеспечивает ощущение катастрофичности происходящего, неотвратимости гибели. Выводы позволили показать, как экспериментирование Мерэ с местом и временем в драматическом действии способствовало обновлению французской трагедии в первой половине XVII в. и предопределило специфику построения пьес Корнеля и Расина.

Статья посвящена эстетической интерпретации философского концепта Жиля Делеза – юмора. Автор осуществляет попытку представить его как продуктивный теоретический инструментарий для искусствоведческого исследования авангардного искусства XX века. В качестве примера проводится сравнительный анализ размышлений о поиске нового художественного языка Василия Кандинского, художников его круга, Анри Бергсона и Жиля Делеза.

Тема статьи актуальна, поскольку посвящена рассмотрению специфики поэтики современного неомодернистского произведения. Стоит отметить, что роман «Грифоны охраняют лиру» представляется частью новой волны модернизма, которая за последние несколько десятилетий сложилась в русской литературе. К этой волне, помимо А. Соболева, можно отнести таких писателей, как Е. Водолазкин, С. Болмат, А. Варламов и др. Цель статьи заключается в описании функций элементов орнаментальной прозы в произведении А. Соболева «Грифоны охраняют лиру». Основные методы исследования, применявшиеся в статье, – это семиотический и интертекстуальный анализы. Эмпирическими материалами, помимо романа А. Соболева, стали произведения В. Набокова, Ю. Олеши, Ф. Сологуба. В ходе рассмотрения произведения А. Соболева с точки зрения критериев, применяющихся к орнаментальной прозе, было установлено, что роману присущи следующие черты: а) органичное слияние эпического и лирического начал; б) деструкция и деконструкция жанровых форм. Сказовое начало также присутствует в романе А. Соболева, но выполняет совершенно иные функции. Думается, что сказ автором используется как объект манипуляции. Можно сделать вывод, что некоторые приёмы А. Соболев позаимствовал у отечественных постмодернистов/концептуалистов. Так как элементы орнаментального письма в романе «Грифоны охраняют лиру» прежде не рассматривались, можно с уверенностью констатировать, что все полученные научные результаты являются новыми.

Богатое творческое наследие эпохи Возрождения структурно определяется видами искусства, периодами, жанрами, персоналиями, а также форматом произведений. Среди последних - живописные работы, выполненные в формате тондо (от итал. rotondo - «круглое»). Наибольшую популярность тонди получили во флорентийском искусстве периода середины XV - пер. пол. XVI вв. Наследие в формате тондо оставили такие мастера живописи, как Филиппо Липпи, Сандро Боттичелли, Доменико Гирландайо, Лука Синьорелли, Рафаэль Санти, Микеланджело и др. Как правило, тонди изучались наряду с другими произведениями творческого наследия мастеров. В настоящем исследовании живописные тонди эпохи итальянского Возрождения рассматриваются как самостоятельное явление искусства в контексте семантики круга, античных, христианских интенций, эстетической теории и художественной практики. Анализируются произведения периода позднего кватроченто: тондо с библейскими сюжетами и христианскими образами. Используются исторический, сравнительно-исторический, аналитический, образно-стилистический методы. Выявлено, что в тондо с библейскими сюжетами отличается пространственной и групповой целостностью. Тондо с христианскими образами демонстрирует групповую целостность изображаемых фигур, связанную с античностью, совершеннейшую реалистическую проработку формы и, в большей степени, обнаруживает признаки приближения классического стиля Высокого Возрождения. В соответствии с целью исследования установлено, что «круг» в обоих видах тондо выступает как универсальная форма, которая сакрализует изображение, вносит некоторое перемирие между языческими и христианскими интенциями, связывает конкретно-чувственное (античное) с умозрительным, символическим (христианским). В тондо с библейскими сюжетами в большей степени достигается указанное перемирие, чем в тондо с христианскими образами. Изучая окружающий мир, углубляя реалистические тенденции, подводя научную основу под искусство живописи, художники позднего кватроченто изжили методы создания духовного образа христианского искусства XIV века и попытались канонизировать реалистически трактуемый чувственный образ, заключив его в идеальную божественную форму - «круг». Тондо было предопределено XV-XVI в. как отражение поисков иконного образа в контексте эстетики неоплатонического гуманизма.

Цель статьи – описать роман И. Бунина «Жизнь Арсеньева» как лирическую структуру. Методом мотивного анализа в тексте выявлены многочисленные ряды тематических, сюжетных, мотивных повторов. Мотивные повторы в прозаическом тексте – это своего рода аналог рифмы в стихотворном, они повышают структурированность и связность текста, к тому же главы романа Бунина имеют, как строфы в поэтическом произведении, законченный вид. Мотивная реприза в лирической прозе Бунина преобладает над фабульной логикой, над развитием сюжета, что особенно четко прослеживается в концовках глав и книг романа. Прежде чем роман был издан отдельной книгой, Бунин публиковал его поглавно. Точно так же, сначала поглавно, а затем отдельной книгой, и Пушкин печатал «Евгения Онегина». Такой способ публикации обусловлен лирической композицией текстов, позволяющей менять способ расположения отдельных его частей и даже включать их в текст или исключать из него. Так, в «Евгении Онегине» восьмая глава оказалась отделенной от семи предыдущих глав, и так же в окончательный текст «Жизни Арсеньева» оказалась включенной Пятая книга, первоначально на-печатанная как самостоятельная, с заглавием «Лика». Изначально планировавшегося продолжения не последовало. Пятая книга, завершившая в итоге роман Бунина, не вы-глядит в нем чужеродной: в какой-то степени она автономна, но ее лиризм и повествование от первого лица органически связывают ее с другими книгами. Любовь и смерть Лики ставит точку в бунинском романе взросления, он завершен. Но образ автора, этот роман пишущего, содержит в себе незавершенность. И это повторяет «Евгения Онеги-на», где образ незавершенного бытия явлен очень отчетливо.

Цель исследования - проанализировать «короткую повесть» М. Тарковского «Гостиница “Океан”» (2001), выявить особенности поэтологических и структурно-жанровых конструкций текста, рассмотреть систему образов героев и, в частности, образ центрального персонажа Павла, рефлексирующего эго-героя автора. Основными методами, применяемыми в процессе исследования, избраны структурно-семантический, поэтологический и интертекстуальный, в совокупности позволяющие актуализировать процессы создания художественного текста и акцентировать проблемно-тематические узлы повести. Результатом работы стало установление сюжетно-фабульных и композиционных особенностей повести «Гостиница “Океан”» (четырехчастное деление 3+1, комбинирование синхронии и диахронии, эксплуатация «конспирологических» приемов), аналитическое выявление целевых намерений автора при создании образа центрального героя (тип крепкого сибирского таежника) и констатация внутритекстовых расхождений между авторскими интенциями и их экспликацией в тексте (сила и слабость характера центрального персонажа, реализация героя-актанта через триаду «мысль - намерение - действие»). Продемонстрировано, что архетипический образ-концепт «дорога» избирается автором в качестве условия проверки героя и его самореализации вне пределов тайги и охоты. Установлено, что цельности и завершенности образ эго-персонажа Тарковского не получил, литературный прием оказался доминирующим. В ходе анализа обозначены точки взаимодействия с интертекстуальными претекстами Тарковского - произведениями А. Солженицына, В. Шукшина, В. Распутина, А. Вампилова, В. Кунина и др.

В данной статье анализируется связь в поисках композиции как в пейзажной живописи, графике, так и в фотографии. Классический вид изобразительного искусства внёс многое в развитие фотографии. Это обосновано прежде всего тем, что рисунок и живопись появились раньше, нежели процесс фотосъёмки. Поэтому многие закономерности реалистического изображения нашли своё отражение в данном виде искусства. Пейзаж является подходящим объектом изучения законов трактовки окружающей действительности, помогает обучающимся творческих направлений постичь линейную, воздушную перспективы, теплохолодность, удалённость объектов от источника освещения и т.д., разобраться в сложных композиционных поисках. Данные предпосылки подводят к тому, чтобы сделать обобщение и систематизацию по рассматриваемой теме.

В статье рассматриваются диалектические проблемы теории и практики тематической композиции в процессе подготовки будущих учителей изобразительного искусства. В контексте профессионально-творческой подготовки художника-педагога раскрываются основные рациональные категории композиции и методические подходы к изучению композиции как учебной дисциплины. Представлено краткое содержание структурной модели композиционного формообразования, которая включает в себя законы, правила, приемы и формально-выразительные средства создания произведения изобразительного искусства. В основу настоящей структурной модели положен анализ научно-методических исследований в области композиции и изучение исторического опыта мирового искусства.

В статье рассматриваются композиционно-творческие основы развития этнохудожественной культуры студентов-дизайнеров в процессе проектной деятельности по созданию новых форм одежды. Раскрываются важные особенности профессиональной подготовки будущих дизайнеров костюма с учетом реализации основ этнопедагогики, ориентированной на формирование национальных и духовных ценностей художественной культуры, изучение и передачу последующим поколениям основ этнического мировоззрения. Исследуются возможности создания современных образов одежды на основе анализа и творческой интерпретации произведений народного и декоративно-прикладного искусства.

В статье рассматриваются методические аспекты использования графических материалов при выполнении пейзажных заданий. Анализируется последовательность работы над композицией пейзажа, акцентируется внимание на содержании каждого. Также указываются типичные ошибки, допускаемые студентами в работе. В статье приводятся примеры выполнения работ мастерами пейзажного жанра, а также студенческие образцы.