Научный архив: статьи

В исследовании применен метод научно-исторического анализа, который предполагает тщательное изучение эволюции научных идей, концепций и теорий в течение времени с целью выявления их влияния на формирование современного понимания изучаемой предметной области.

Различие концептуального и терминологического анализа — одно из основных различий при анализе любых текстов. Особую роль это различие играет при обращении к философским учениям, где термины зачастую выходят за пределы своего функционального существования и полагаются или в качестве вечных субстанций, или присущих духу понятий, или смысла, которым наделяется жизнь, бытие, история и любовь. Любое различие — в отличие от разделения — подразумевает подвижное различие переднего плана и фона, которые могут также меняться местами. Такое метаразличие характеризует и различие концептуального и терминологического анализа, каждый из которых может выходить на передний план или служить определенным фоном. Терминологический аспект анализа — это поворот от чисто концептуальных интерпретаций к анализу текстов и формированию терминов. Темой анализа становится то, каким образом и с помощью каких терминов выстраиваются те или иные концепции, каково значение основных терминов, которые составляют каркас учений, насколько, если вообще, термины и положения, которые функционируют в тех или иных учениях, могут быть соотнесены с опытом — с опытом прежде всего в понимании авторов соответствующих учений, в которых «опыт» становится термином или остается словом естественного языка.

Теория типов Мартин-Лёфа опирается одновременно на логико-онтологические идеи Фреге и Рассела и на феноменологию Гуссерля. В статье исследуется этот промежуточный характер теории типов на примере синтактико-семантического метода Мартин-Лёфа и роли очевидности и канонических объектов в его теории. Синтактико-семантический метод заимствуется Мартин-Лёфом у Фреге и расширяется с опорой на теорию значения Гуссерля. Этот метод приводит в теории типов к совпадению (изоморфизму) синтаксиса и семантики (формальной логики и формальной онтологии). В отличие от традиционной формальной логики, теория типов является изначально интерпретированной системой. Будучи интуиционистской, теория Мартин-Лёфа построена на понятии доказательства, а не истинности. С точки зрения теории значения, она представляет собой вариант теоретико-доказательной семантики (Генцен, Правиц, Даммит), в которой смысл понимается как объект, построенный по определённым правилам. Так понятое доказательство опирается на очевидность, что позволяет связать его с теорией интенциональности Гуссерля. В статье проводится сопоставление теории типов и теории интенциональности Гуссерля, особенно её ноэматической стороны. Правила конструирования объектов и оперирования с ними в теории типов можно рассматривать как конкретизацию и формализацию феноменологического понятия ноэмы. То и другое является экспликацией более общего понятия смысла или значения. В статье рассмотрено соотношение понятий смысла и значения (Sinn, Bedeutung) у Фреге, Гуссерля и Мартин-Лёфа. Показана неопределённость позиции Мартин-Лёфа по отношению к теориям значения Фреге и Гуссерля.

Статья посвящена психолого-философскому описанию жизненного пути Человека Разумного. Обосновывается выявление основополагающих этапов познания человеком своего бытия, включая его самого. Вводится и описывается понятие эволюционных Начал как способов познания человеком своего бытия, которые появлялись на определенных исторических этапах для решения соответствующей эволюционно-бытийной задачи, изначально связанной с выживанием, увеличением ареала обитания, повышением жизнеспособности в природной и социальной средах, а в последствии с управлением внешней средой, решением метафизических и иных вопросов. Утверждается, что эволюционные Начала постепенно закладывали основы для формирования принципиально иных способов бытия человечества и человека, становились теми переломными точками, которые каждый раз преображали жизнь на всех уровнях существования: в процессе антропогенеза внутренний мир становился более глубоким, многообразным и дифференцированным - это давало новые возможности в овладении внешним: увеличивался объем и сложность среды, которой человек мог управлять. Результатом становилась смена образа жизни в целом.

В статье описывается метод терапевтических метафор и основные проблемы их конструирования. Предлагается к осмыслению феномен логотерапевтической метафоры, в основе которого лежат идеи логотерапии и описываемые в рамках этого направления подходы к выявлению смысла. Раскрываются возможности логотерапевтического подхода в обнаружении связующей стратегии. Феномен смысл осмысляется как связь, соединяющая человека с актуальной ценностью в любой точке социо-пространственно-временного континуума. Корректно составленная логотерапевтическая метафора способствует самодистанцированию и самотрансценденции клиента, помогает ему вывить ценности и воспринимать ситуацию более масштабно, цельно и объективно, почувствовать и освоить свое «свободное пространство», отличить его от «пространства судьбы». Метафора позволяет клиенту обозначить свою позицию относительно происходящего, способствует выявлению смыслов и возможностей их реализации. Приводятся примеры логотерапевтических метафор.

В статье ставится вопрос об особенностях рефлексии смысла в качестве основной идеи современной европейской философии. Эта идея отсылает к самосознанию, о котором в Новое время эмпирическая философия (Дж. Локк) говорит на языке рефлексии, рационализм - на языке Cogito (Р. Декарт). Для Канта Сogito есть трансцендентальное условие образования понятий, и рефлексия должна быть трансцендентальной. Главной задачей феноменологической рефлексии в 20 веке стало выявление сущностей процессов, усмотрение вещей из актов Cogito, которое, по выражению Гуссерля, «несет в себе мир как значимый смысл». Смысл становится проблемой, искомым X, убегающим от анализа, интерпретации. Особенность рефлексии в деонтологизации смысла: словосочетание «смысл должен быть» переводит его бытие в область должного, а долженствование обеспечивает корреляцию между Я и целостностью мира, языка и культуры. Рефлексия смысла становится осмыслением, соотнесением с целостностью, механизмом образования всей совокупности значений в области культуры. Рефлексия смысла становится осмыслением, соотнесением с целостностью, механизмом образования всей совокупности значений.

В статье критикуются теоретико-методологические и идеологические основы теории электронных доказательств в её следственном развитии, которое получило наибольшее распространение в юридической науке. Предлагается авторский подход к пониманию доказательства по уголовному делу как аргумента стороны, фактическое основание которого трактуется как «данные». Кроме того, в понятии доказательства выделяются такие переменные, как смысл и назначение, представляемые в форме электронной (цифровой) информации.

Цель. Анализ наиболее значимых теоретико-экспериментальных исследований символа и символизации в отечественной и зарубежной детской психологии.
Процедура и методы. Анализ осуществлялся в рамках методологии деятельностного подхода в психологии, а также культурно-исторической концепции. Материалом для анализа и обобщения выступили психологические исследования, посвящённые проблеме символизации в разные периоды детства, раскрытию возможностей и функций символа в различных сферах личности детей.
Результаты. Выявлена возрастная динамика развития способности к символизации, показано, что периодом начала становления способности к символизации является уже ранний возраст. На протяжении последующих периодов прослеживаются качественные изменения в способности детей ориентироваться на символ. Показано, что потенциалы символа как средства развития познавательной, социальной и эмоциональной сфер личности детей намного превышают потенциалы знака.
Теоретическая и/или практическая значимость. Обобщён материал по проблеме символизации в детской психологии. Подчёркивается необходимость включения работы с символом в комплексную психолого-педагогическую работу с детьми.

Система ценностей будущего офицера сосредотачивает в себе комплекс ценностных ориентаций и смыслов, источниками возникновения которых в психическом поле субъекта являются внешние объекты. К таковым объектам относится в том числе международное право, одной из подсистем которого является международное гуманитарное право. Эти нормы составляют среду и обстановку, в которых реализуется квазипрофессиональная и учебная деятельность будущего офицера. С одной стороны, помимо регулирования определенных общественных отношений, международные гуманитарные правовые нормы, входя в сферу субъектной деятельности, обретают положительную значимость, то есть становятся ценностями, характеризующими офицера, его личность. С другой - международные правовые акты как квинтэссенция гуманистических принципов, целей и идей являются объективным источником целой совокупности общечеловеческих ценностей и смыслов, следование которым в реальной психической и внешней объективированной деятельности характеризует офицера как интеллигента. Гипотезой исследования явилось предположение о том, что внедрение в процессы обучения и воспитания будущих офицеров комплексного познания и понимания норм международного гуманитарного права позволит развивать личностные ценности. Указанная гипотеза верифицирована эмпирически. Применены гипотетико-дедуктивный и сравнительно-правовой методы; анализ и синтез научной литературы и нормативных правовых актов; абстрагирование и аналогия; обобщение и концептуализация; структурный и функциональный анализ; психологический и педагогический эксперименты. К научным результатам настоящего исследования относятся выявление, систематизация и классификация ценностей и смыслов, которые сосредоточены в международных правовых актах, образующих гуманитарное право. Эмпирические результаты, полученные в ходе экспериментального внедрения учебных и воспитательных мероприятий в педагогический процесс военного вуза, свидетельствуют о том, что у респондентов экспериментальной группы значимо повысилась ценность традиций, самостоятельность, ценность достижений и безопасность, диагностирован значимо более высокий уровень коммуникативных и организаторских склонностей. Это внедрение было основано на использовании потенциала норм международного гуманитарного права для развития системы ценностей будущих офицеров.

В статье представлен онтологический анализ феномена смысла. Смысл исследуется с точки зрения формы его репрезентации в сознании. Констатируется бессмысленный характер значения - значение не обладает пространственностью, временностью и квалиа. Показано, что значение может быть интерпретировано как «потенциальная» форма бытия. Фундаментальным свойством значения также является его единство, внутренняя целостность. Существуют не отдельные семантические единицы, а целостное «семантическое поле», в котором каждый компонент существует только в контексте целого.

Порождающая структура смысла - концептуирование, многоотсечный интеллектуальный талант, реализующийся в пакете близкородственных, тесно связанных процессов, - а именно: теоретизирования, тематизирования, версифицирования, абстрактного моделирования, мысленного имитационного экспериментирования. Необходимая предпосылка концептуирования - развертывание пространства событий в вообразительном (квазиреальном) виртуальном модусе als ob, переводе мыследеятельности в разряд сослагания. Достаточная предпосылка концептуирования - тропная техника образосвязывания по предположительному касательству.

В статье рассматриваются фрагменты из двух прозаических произведений Елены Шварц «Площадь мальтийских рыцарей» и «Сербский монастырь», оба они входят в автофикциональный цикл «Литературные гастроли». Для соотнесения со шварцевскими фрагментами берутся похожие моменты из нескольких произведений - из пьесы «Вишневый сад» Антона Чехова, из песни «Сказка о несчастных сказочных персонажах» Владимира Высоцкого, из романа «Сто лет одиночества» Габриэля Гарсиа Маркеса, из песни «Ты дарила мне розы» Дианы Арбениной. Соотнесение сегментов из текстов Елены Шварц со схожими сегментами из названных текстов позволяет в итоге сформировать такие контексты, в пределах которых актуализируются смыслы, в рассматриваемых фрагментах присутствующие, но глубоко спрятанные, а потому отнюдь не всегда бросающиеся в глаза; это смыслы, связанные с пониманием положения человека в мире как трагического, с пониманием мира как средоточия трагизма и для каждого отдельного человека, и для человечества, наконец, с ощущением неизбежного конца - и мира, и человека. Такого рода эсхатологические смыслы, во многом присущие и лирической поэзии Елены Шварц, реализуясь в ее лирической прозе, могут считаться определяющими для шварцевского художественного мира и транслирующими важные грани мироощущения автора. Общим же итогом рассмотрения обозначенных контекстов следует признать актуализацию в сформированных на основании схожести контекстах смыслов, которые вне этих контекстов оказываются скрыты; в результате тексты-участники такого рода контекстов в смысловом плане взаимообогащают друг друга.