Научный архив: статьи

Предлагаемое исследование посвящено рассмотрению образа Берлина в немецкой художественной литературе писателей, эмигрировавших в Германию в 90-е гг. XX в. Цель данной статьи - рассмотреть, как формируется художественный образ города Берлина в произведениях двух писателей-эмигрантов: В. Каминера и К.-Ф. Банчу, выявить, как авторы определяют основные параметры понятия «город Берлин», а также раскрывают систему оппозиций, которые организуют комплексный образ города Берлина, таких как город как взаимодействие и противостояние культур Восточной и Западной Европы, их национальная специфика, проявляющаяся во всех сферах жизни и деятельности человека, а особенно иммигрантов, особенности столичной жизни, жители Берлина, которые неотделимы от города и формируют его образ, а берлинцы - это и рожденные в этом городе, и эмигранты, и беженцы. В фокусе исследования находятся и языковые средства, которые выбирают авторы для воспроизведения своих эмоциональных ассоциаций и впечатлений. Некоторые художественные образы Берлина приобретают иронические коннотации. Результаты исследования показали, что образ Берлина обоих авторов складывается из одинаковых составляющих. В них отражается специфика конкретного города, его статус, история и только ему присущие черты. Берлин В. Каминера и К.-Ф. Банчу - это город, который является отражением не только узкого мирка каждого индивида, но и отражением национальной картины мира. При этом каждый предлагает свое видение объекта и использует различные языковые средства, приемы и трансформации.

В данной статье авторы исследуют проблему критического обзора краткой историографии авангарда как культурно-художественного феномена, оказавшего огромное влияние на эволюцию изобразительного искусства. Поскольку представители авангарда заявили фактически создание абсолютно нового искусства путем революционно-эстетического эксперимента, то они осознанно отвергали «старую» классическую эстетику, считая ее ложной. Критическое исследование историографии авангарда, проводимое авторами, должно выделить основные направления в комплексном исследовании феномена авангарда как религиозно-философского действия, направленного на построение абсолютно нового мироздания. Такой подход, согласно мнению авторов статьи, поможет определить эстетику авангарда как радикальную «анти-теургическую» эстетику, которая по своей задаче является абсолютно творческой, в первую очередь потому, что должна создать нечто совершенно новое.

Предметом исследования в статье является историко-литературная модификация различных вариантов образа «проклятой вещи» в отечественной словесности (демонический портрет, черная перчатка, денежный купон, оккультная книга-гримуар, видеопленка, грампластинка), начиная с XIX в. (творчество Антония Погорельского и Н. В. Гоголя) и заканчивая современными опытами русских писателей в рамках многочисленных субжанров литературного хоррора (тексты Э. Н. Успенского, А. П. Владимирова и А. Г. Атеева). Работа выполнена на материале исключительно прозаических текстов, что обусловливает ее локальный исследовательский характер и заявляет проблему, вынесенную в заглавии, в качестве перспектив для дальнейшего изучения (применимо уже к текстам иной родовой принадлежности - лирической, лиро-эпической и драматической). Методология работы опирается на структурно-семиотический метод в научной интерпретации Московско-Тартуской школы, в частности - на работы Ю. М. Лотмана и В. Н. Топорова. Применяются герменевтический, мотивный и интертекстуальный типы анализа. Для проведения компаративной аналитики художественного образа привлекается контекстуальный анализ и методика философско-онтологического анализа А. Э. Еремеева. Научную новизну статьи определяет, во-первых, сам факт недостаточной изученности феномена «страшного» и «ужасного» («жуткого») в русской литературной традиции в целом, а также важность («инвариантный» характер, сюжетологическая роль и пр.) образа «проклятой вещи» в этико-эстетической перспективе бытования художественного концепта в отечественной словесности. По наблюдениям автора исследования, образы вещей и артефактов, которых коснулось какое-либо проклятие (родовое, внешнее и т. д.), в пространстве русской прозы XIX-XXI вв. характеризуются, с одной стороны, определенной преемственностью с западноевропейской культурой (в части «иконического» изображения «страшного»), а, с другой стороны, приобретают философско-символическое значение, при котором усиливается этико-религиозная аксиология и намечаются тенденции к многовариантным моделям интерпретации текстов.

В статье анализируется образ рок-музыканта в современном российском кинематографе. Получив культовый статус в середине 80-х – начале 90-х годов, этот герой вновь возвращается на экраны в десятые годы ХХI столетия. Один за одним выходят сиквелы хитов перестройки «2-Асса-2» С. Соловьева и «Игла Remix» Р. Нугманова, появляется ряд других заметных картин, связанных с этим образом, однако им не удается повторить успех своих предшественников. Автор анализирует культурные коды, скрывающиеся за репрезентацией рок-музыканта в отечественном кинематографе, прослеживает его изменение и приходит к выводу, что «реабилитированный» киноэкраном культовый для перестройки и начала девяностых годов герой, пройдя шлифовку временем, обретает новое звучание. При том, что изначально рок-музыкант в советском кинематографе выступал как источник смыслов и властитель дум, в современном российском – он становится маркером характерной для двухтысячных годов ситуации духовной исчерпанности и отсутствия смыслообразующих ориентиров.

В статье анализируются фильмы исторического жанра, вышедшие в советский период развития отечественного кинематографа, отразившие на экране знаковые исторические события и биографии выдающихся личностей. Раскрываются драматургические и художественные решения фильмов, созданных в разные годы известными режиссерами. Обосновывается актуальность заложенных в этих картинах нравственных и художественных принципов, позволяющих применять их в качестве инструмента просвещения и воспитания современных молодых поколений.

Статья посвящена рассмотрению особенностей бытования современных систем культурно значимых визуальных образов, в том числе художественных, воплощающих наиболее важные нормативные интерпретирующие императивы, заданные гештальтом постправды. Методологическим основанием исследования выступают феноменология и постструктурализм. В статье рассмотрены факторы существования актуальной визуальной культуры, обращено внимание на последствия иконического поворота в академическом интеллектуализме, акцентируется массовая трансформация понятийного мышления в клиповое. Также в статье анализируется общая логика существования медиасферы, рефлексируется ее выстроенность вокруг сверхзадачи манипулирования общественным сознанием через выстраивание перед потребителями информационного контента таких визуальных рядов, которые, вызывая у людей определенный эмоциональный отклик, заставляли бы их поступать нужным образом. Отмечается уникальность культурного контекста, в котором в наши дни существует искусство в целом, указываются специфические черты современных визуальных художественных образов, раскрывается технологический аспект их существования. Демонстрируется предопределенность эстетического шока в качестве единственной формы воплощения подлинно художественного содержания, выступающей как маркером глобальной культурной провокативности, так и одним из определяющих механизмов конструирования новых общественно значимых смыслов. Раскрывается роль условного современного художника как человека, который всегда включен в игру символических демонстраций, благодаря которым актуализируются псевдобытийные смыслы постправды. Показывается возможность отождествления художественного и политического. Делается вывод о влиянии исследования феномена цифровой визуализации на продвижение в понимании действующих культурных процессов, а также общих эффектов гештальта постправды в области восприятия мира человеком.

В статье проводится культурологический анализ развития образа железной дороги в произведениях временных искусств. Характеристика литературы и музыки, относящихся к данной группе искусств, дается на основе исследований М. С. Кагана. В качестве их ключевых особенностей отмечены ограниченность изобразительных и большее проявление выразительных возможностей. Исследование охватывает основные этапы развития искусства XIX-XXI вв. и выявляет динамику развития образа железной дороги на каждом этапе. Отмечаются особенности средств выразительности, с помощью которых данный образ создается. В музыкальных произведениях XIX в. разработка образа железной дороги происходила прежде всего в инструментальной музыке - танцевальной (вальсы, галопы, польки семьи Штраусов) и программной (фортепианные пьесы Ш. Алькана, Дж. Россини), в которой появились специфические «железнодорожные» звукоизобразительные элементы. Литературное осмысление образа железной дороги в тот же период в целом развивается в рамках двух направлений - техницизма (С. Швырев, А. фон Шамиссо) и антитехницизма (П. Вяземский, Детлеф фон Лилиенкрон). В произведениях второй половины XIX - начала ХХ в. происходит усиление драматического наполнения образа железной дороги (произведения Н. Некрасова, Ф. Достоевского, Л. Толстого, Л. Андреева, И. Анненского, М. Цветаевой, М. Волошина). Осмысление образа железной дороги как самостоятельной механической системы происходит в авангардистских направлениях первых десятилетий ХХ в. в литературе (произведения В. Нарбута, Д. Бурлюка, В. Хлебникова) и музыке (композиции А. Онеггера, В. Дешевова, Ч. Айвза, С. Прокофьева, В. Задерацкого). Искусство постмодернизма шло по пути экспериментов: в музыке - в области звукоизвлечения, смешения реальных звуков железной дороги со звуками акустических и электронных музыкальных инструментов (П. Шеффер, С. Райх, Дж. Кейдж); в литературе - в ключе переосмысления традиций, коллажности, игры со словом и текстом (В. Ерофеев, Д. Григорьев, А. Алехин).

В статье рассматриваются содержательно-понятийные границы автопортрета в теоретическом пространстве современного отечественного искусствоведения. Совершается жанровое исследование автопортрета как в интеллектуальных положениях мыслителей прошлого века, так и научных работах современников. В тексте статьи раскрывается идейная перспектива смысловых значений художественного образа в автопортрете согласно идейно-конструктивным взглядам настоящей эпохи. Объектом исследования является портретный жанр в пространстве изобразительного искусства. Предметом исследования является теоретическое определение автопортрета в сфере отечественного искусствоведения. Цель данной работы установить идейно-содержательное значения автопортрета в проблемном поле современных научных взглядов. Согласно поставленной цели решаются следующие задачи: - привести научно-теоретические взгляды на художественный образ автопортрета современных исследователей XXI века; - определить в данных суждениях терминологические лексические единицы, которые смогут впоследствии принять роль концептуальных значений. В процессе исследования применялись герменевтический и структурно-типологический методы, а также сравнительно-исторический анализ. Новизна исследования определена раскрытием понятийно-теоретических аспектов художественной формы автопортрета, обладающего сильным интерпретационным значением в области современного искусства. В статье формулируется следующий вывод: идейно-теоретическое выражение автопортрета в пространстве современного искусствоведения раскрывается через междисциплинарные методы научного исследования, которые утверждают собственные терминологические единицы в содержательном раскрытии художественного образа портретного жанра. Каждый из установленных в статье терминов имеет отношение к понятийному представлению социально-психологической сферы, в описательных значениях которой определяется характеристика автопортретного образа. Автопортрет в контексте рассмотренных определений требует собственной жанровой типологии на уровне сформулированной гипотезы или концептуальном пересмотре понятийного выражения, несводимого к уровню портретного содержания. Положение автопортрета в экспозиционном пространстве современности сочетает три сферы культурного проявления: традицию, массовость и элитарность. Результаты данной статьи могут иметь применение в теоретической области искусствоведения в виде дополнительного тематического сюжета к раскрытию портретного жанра в искусстве.

Наследие крымской живописи периода конца ХIХ - первой половины ХХ вв. требует глубокого научного подхода в культурологии, вследствие чего актуальность нашего исследования обусловлена анализом эволюции визуального кода великого мариниста И. К. Айвазовского, отраженного в творчестве крымских художников последующих поколений. Применение культурологического подхода совместно с искусствоведческим анализом дало возможность обратиться к проблеме синтеза традиций и новаторства, проследить преобразование методов изображения крымской природы И. К. Айвазовского в произведениях живописцев на протяжении исследуемого периода. Культурный код, в семиотической трактовке Ю. М. Лотмана, отождествляется с коммуникативной функцией и представляет собой текст в виде особой формы передачи сообщений. На основании этого положения нами назван термин «код Айвазовского» в качестве изобразительного текста, то есть метода изображения крымского пространства, применяемого и преображенного в произведениях крымских живописцев и мастеров Киммерийской школы, творчество которых является объектом нашего исследования. Предметом исследования служит эволюция кода Айвазовского, интегрированного в искусство крымской школы I половины ХХ века, в контексте создания художественного образа Крыма. В методологию исследования включено применение культурологического подхода совместно с искусствоведческим анализом и методом сопоставления, что дает возможность обратиться к проблеме синтеза традиций и новаторства, проследить интеграцию и преобразование методов изображения крымской природы И. К. Айвазовского в произведениях живописцев на протяжении исследуемого периода. Особым вкладом в исследование заявленной темы является характеристика визуального кода Айвазовского и выявление его особенностей, преобразованных в процессе интеграции в художественном пространстве крымских живописцев I половины ХХ века. Новизна исследования заключается в приобретении нами термина «код Айвазовского» и проведении культурологического анализа этого феномена, требующего дальнейших исследований. Установлено, что визуальный код Айвазовского, как носитель информации, в процессе интеграции обусловливает возможность диалога, коммуникации между культурными пространствами художников. На протяжении ХХ века происходит процесс эволюции крымской живописи на основе применения синтеза традиций и новаторства, благодаря внедрению художниками новых изобразительных текстов в культурную память, заложенной в коде Айвазовского. Особенностью его эволюции является переход от романтизма и реализма к трансформации художественного образа.

Темой исследования является художественный образ Макао в процессе взаимодействия восточной и западной культур. Объектом исследования выступают этапы формирования этого образа, начиная с традиционного искусства, современного художественного облика и развития общественных художественных практик. Автор исследует, как эти аспекты эволюционировали под воздействием культурного синтеза, формируя уникальную художественную динамику региона. Особое внимание уделяется роли Макао как культурного мостика между Востоком и Западом, что находит отражение в его ярко выраженном художественном облике. Статья обобщает и демонстрирует особенности искусства Макао, раскрывая культурные тенденции и художественные траектории, сформировавшиеся в результате культурного синтеза. Исследование эволюции художественного образа Макао через анализ произведений китайских и западных художников позволяет продемонстрировать, как взаимодействие культур влияет на формирование уникального художественного облика региона. Методологической основой работы стали историко-биографический и сравнительно-исторический подходы. Историко-биографический метод позволяет акцентировать внимание на влиянии биографических аспектов художников на их творчество, а сравнительно-исторический метод даёт возможность выявить культурные взаимосвязи и изменения в художественном облике Макао на протяжении истории. Основные выводы исследования заключаются в том, что художественный облик Макао является результатом уникального процесса культурного синтеза, в котором восточные и западные традиции взаимно обогащают друг друга. Этот процесс, начавшийся в эпоху династии Мин, продолжался через португальскую колонизацию и остаётся актуальным до сегодняшнего дня, демонстрируя значимость культурного взаимодействия в создании выдающихся произведений искусства. Макао оказал значительное влияние на формирование стилистики таких художников, как Джордж Чиннери и Огюстен Больже. Новизна исследования заключается в применении сравнительно-исторического метода, который, в сочетании с анализом биографий художников, таких как Чиннери, позволяет продемонстрировать, как их личный опыт и межкультурные взаимодействия находят отражение в их работах, формируя уникальный художественный облик Макао. Полученные результаты способствуют углублению понимания культурных процессов и могут быть использованы для разработки стратегий по сохранению и популяризации уникального культурного наследия региона.

Статья посвящена экскурсу в историю мировой клоунады и рассмотрению различных амплуа героя манежа. Особое внимание уделено репрезентации художественного образа клоуна в музыкальном искусстве, что до настоящего времени еще не получило должного освещения в работах отечественных ученых. Образ циркового артиста выступает одним из самых многозначных символов в мировой культуре. Симптоматично, что он неизменно притягивает внимание деятелей разных видов искусства (театра, литературы, живописи, кино, эстрады). Изучение опусов отечественных композиторов, в которых представлен образ клоуна, становится увлекательной аналитической задачей, тем более что данная проблематика еще не входила в орбиту научного интереса специалистов. Исследование базируется на комплексном подходе, включающем исторический, дескриптивный, типологически-системный методы. При рассмотрении сочинений отечественных авторов также были задействованы элементы методологии музыковедческого анализа. В статье представлен творческий список произведений российских композиторов XX – начала XXI веков, связанных с музыкальными рецепциями образа циркового артиста – любимца публики всех возрастов. Ориентируясь на методологию, предложенную В. В. Медушевским, Е. В. Назайкинским и Л. П. Казанцевой, выявлена специфика воплощения персонажа в различных инструментальных пьесах. Как показало исследование, большая часть атрибутированных сочинений относится к области детской музыки, что определено художественно-педагогическими задачами раскрытия в ребенке культуро-творческого потенциала, активизации «юмористической рефлексии» (термин Л. С. Выготского). Материал и выводы статьи будут полезны педагогам, работающим с детьми. Заявленная проблематика также открывает перспективы для комплексного исследования, посвященного образу клоуна в мировой музыкальной культуре.

Размышление о природе Слова, о движущей им силе, о воплощении Слова в мировой художественной практике дарит возможность уловить богатство его интонаций в разных видах и жанрах искусства. Концепция отображения семантического значения слова в скульптуре, выявление художественного образа выдающихся поэтов А. С. Пушкина, Ф. И. Тютчева, И. А. Бунина, Мустая Карима — одно из направлений творчества известного скульптора современности, народного художника РФ, академика Российской академии художеств, лауреата государственных премий РФ А. Н. Ковальчука.