Научный архив: статьи

Введение. Данная статья посвящена исследованию жизни и деятельности Т. С. Варшер в послереволюционной России и анализу ее решения об эмиграции. Особое внимание уделяется анализу факторов, которые привели Т. С. Варшер к эмиграции в Италию. В исследовании эмиграция рассматривается как форма протеста против несвободы и стремление к самореализации в ином социокультурном пространстве. В статье анализируются воспоминания, дневники, периодика и другие источники, позволяющие реконструировать некоторые этапы жизненного пути Т. С. Варшер и понять мотивацию ее решения об эмиграции.

Материалы и методы. В основе исследования лежит теория модернизации, которая предполагает изучение мобильности населения (в нашем случае эмигрантки 1920-х гг. Т. С. Варшер), то есть его способность менять место жительства, образ жизни и приверженность тем или иным взглядам. Был проведен контент анализ представленных источников для того, чтобы впервые ввести в научный оборот воспоминания Т. С. Варшер, т. к. в контексте микроистории эгодокументы представляют особую ценность.

Результаты исследования. Поставленная цель - провести анализ источников и на их основе реконструировать жизненный и научный путь Т. С. Варшер была достигнута.

Обсуждение и заключение. Анализ биографии Т. С. Варшер позволил по-новому посмотреть на феномен женской эмиграции в раннесоветский период. В условиях коренного преобразования общественно-политического строя, сопровождавшегося насилием, неопределённостью и кризисом идентичности, решение об эмиграции становилось не просто реакцией на внешние обстоятельства, но отражением внутреннего конфликта между личными ценностями и идеологическими установками новой власти

Введение. Цель статьи — представить обзор исследований химического состава цветного металла Нижнего Поволжья и Южного Приуралья савромато-сарматского времени. Результаты. За последние 50 лет накопилась значительная база данных, полученная путем проведения анализов методами оптико-эмиссионного спектрального анализа (ОЭСА) и рентгенофлюоресцентного анализа (РФА). Были исследованы значительные серии предметов отдельных памятников (курган у хут. Сладковский, могильники Бесоба, Сынтас, Кичигино I), серии, объединенные происхождением из локальных регионов (Донское Правобережье, Волго-Донское междуречье, Нижнее Поволжье, верховья р. Илек, Среднее Приишимье, Южное Зауралье), а также выборки отдельных категорий вещей, таких как зеркала и котлы, происходящих из савромато-сарматских памятников степной зоны ВолгоУралья. Ряд исследований был дополнен микроструктурным изучением металлических изделий. На данный момент база данных по составу цветного металла савромато-сарматского времени Нижнего Поволжья и Южного Приуралья составляет не менее 1 626 проб, из них аналитические данные опубликованы для 395 изделий. Преобладают данные по южноуральским памятникам савроматского и раннесарматского времени, и наблюдается недостаток данных по савроматскому времени в Нижнем Поволжье, а также по средне- и позднесарматскому времени всего Волго-Уральского региона. На основе выводов, полученных исследователями, сделана попытка провести обобщающую реконструкцию основных тенденций в металлообработке на территории степной зоны Нижнего Поволжья и Южного Урала в V вв. до н. э. – III в. н. э.

Статья посвящена комплексному историографическому анализу работ С. И. Руденко (1885–1969) в аспекте изучения роли лошади в культуре кочевых народов Евразии, с акцентом на археологические материалы из курганов Алтая. Исследователь подчеркивал важность лошади как культурного символа и социального элемента в быту кочевых народов. На основе многочисленных археологических находок, включая захоронения, изображения и предметы искусства скифского времени, Сергей Иванович объединил данные о культуре коневодства и погребальных практиках, продемонстрировав высокий уровень разведения и ценность лошадей в древнем кочевом обществе, а также указал на отдельные формы конского снаряжения и орнамент на них, отражающий устойчивые символические мотивы. Статья направлена на систематизацию и анализ существующих источников для углубленного понимания роли лошади в культурном наследии Алтая, а также на обозначение перспектив дальнейших исследований, включающих расширение источниковой базы и привлечение междисциплинарных методов.

Представлена биоархеологическая реконструкция усредненного рациона четырех индивидов, обнаруженных в ходе раскопок первого и второго Чертовицких курганных могильников I–II вв. Данные об изотопном составе коллагена костей погребенных на территории данных комплексов впервые вводятся в научный оборот. Результаты сопоставлены со значениями, ранее полученными для шести погребенных на территории Малого Сторожевого городища, а также серии курганных погребений Нижневолжского региона II–IV вв. н. э.

Для новых материалов Чертовицких могильников среднее значение δ13C составило –14,37‰ и 10,44‰ для δ15N (при стандартном отклонении в 0,7 и 0,2 соответственно). В ходе сравнения особенностей рациона индивидов, погребенных по курганному (Чертовицкий-I и II могильники) и бескурганному (Малое Сторожевое городище, первый Чертовицкий могильник) обрядам, было выявлено различие в мере включения проса в системы жизнеобеспечения: во второй группе она оказалась более значительной. Отмечены различия и в культуре питания индивидов из Чертовицких могильников и захороненных в среднесарматских курганах Нижнего Поволжья. В рационе первых просяная пища встречалась существенно чаще. Возможно, подобные отличия связаны с различными моделями палеоэкономики или с индивидуальными пищевыми предпочтениями. Видимых различий в питании мужчин и женщин на данном этапе формирования выборки не выявлено.

Статья посвящена геоархеологической характеристике древнего рудника на Северо-Поляновском медно-цинковом рудопроявлении в Пластовском районе Челябинской области. Он был обследован в ходе археологической разведки в 2025 г. и включает в себя карьер диаметром около 30 м и глубиной до 8 м, примыкающие к нему с западной и восточной стороны отвалы высотой до 3 м, а также серию более мелких углублений с севера. Этот рудник фигурирует в архивных документах XVIII в. о результатах поисковых работ на медь. Они подтверждают наличие на территории рудопроявления доисторических горных выработок, а также уточняют местоположение и структуру поисковых шахт и шурфов 1765 г. Структура памятника — окруженный задернованными отвалами одиночный карьер — имеет черты сходства с достоверно датированными бронзовым веком медными рудниками Урало-Мугоджарского региона (Новотемирский, Воровская Яма, Новониколаевский, Ишкининский). Минералого-геохимические особенности руд этого проявления установлены методами РЭМ-ЭДС и ИСП-МС. Основными рудовмещающими породами проявления являются хлорит-кварцмусковитовые метасоматиты. Медная минерализация в зоне окисления выражена преимущественно малахитом. Реликтовые включения сульфидов представлены халькопиритом, сфалеритом и галенитом. Окисленные медные руды имеют повышенное содержание Zn (180– 940 ppm), в некоторых образцах в значимом количестве присутствуют Pb и As. Подобные руды ранее были обнаружены в погребальных и поселенческих памятниках синташтинско-петровского типа. Таким образом, результаты архивных, археологических и минералого-геохимических изысканий расширяют перечень возможных источников медной руды для древнего металлопроизводства Южного Зауралья. Наиболее перспективными ареалами поиска векторов обменных связей горняков Северо-Поляновского медно-цинкового рудопроявления являются микрорайон укрепленного поселения Степное, а также близлежащие селитебные памятники долины реки Кабанка.

Данная статья обобщает многолетний уникальный опыт реализации биолого-антропологического образовательного модуля в рамках Международной археологической школы в г. Болгар (Республика Татарстан). Секция «Палеоантропология» существует с момента открытия Болгарской школы в 2014 г., давая возможность студентам-археологам повышать уровень знаний в смежной специальности и расширять свои профессиональные навыки. Первые два года работы секции можно считать экспериментальными: программа изобиловала практическими занятиями и представляла собой первое погружение в науку об ископаемых останках человека. В дальнейшем учебный курс был переработан и расширен, что позволило студентам-гуманитариям из региональных вузов глубоко изучать биологическую (физическую) антропологию и выбирать палеоантропологию в качестве своей будущей специальности. На сегодняшний день секция «Палеоантропология» использует двухступенчатый формат образования, что позволяет продолжать стажировки в области изучения анатомо-морфологической изменчивости организма человека, в том числе получать дополнительное образование студентамбиологам. Среди выпускников секции есть как молодые исследователи, уже защитившие диссертации и признанные профессиональным сообществом, так и начинающие палеоантропологи, только что поступившие в профильные магистратуры и аспирантуры центральных учебных заведений. Таким образом, за десять лет работы Болгарская археологическая школа стала хорошим стартом в науке для многих биоантропологов.

В статье рассматриваются некоторые особенности погребального обряда, зафиксированные на отдельных памятниках Юго-Западного Крыма. В ходе изучения полностью раскопанного в 2018 году в пригороде г. Севастополь некрополя Фронтовое 3, был открыт ряд малоизвестных на памятниках римского времени Крыма обрядовых практик. Одной из них, массово выявленной на могильнике, является перекрытие керамических сосудов закрытых форм своеобразными крышками. В статье рассматриваются планиграфические особенности распространения подобной черты обряда, изучается материал крышек, а также обсуждается форма сосудов, которые они перекрывают. Рассматриваются вопросы, связанные с происхождением данного обряда, приводится круг аналогий. В результате изучения этого феномена высказывается мнение о наличии локальных обрядовых приемов у населения, проживавшего в Бельбекской долине в 1-й половине I тысячелетия.

В статье рассматривается нововавилонская печать, найденная в составе инвентаря сарматского погребения кургана № 3 у станицы Тбилисской (Прикубанье). Несмотря на то, что само погребение датируется концом I – началом II века н. э., иконография и техника исполнения печати указывают на её происхождение из нововавилонского культурного круга VI–V вв. до н. э. На печати представлен человек в позе поклонения перед символами божеств Мардука и Набу. Изображение выполнено в стиле «cutanddrilled» и сопровождается клинописной надписью, схожей с теми, которые известны на оттисках из Административного архива Персеполя. Автор прослеживает возможную «культурную биографию» печати: её функционирование в вавилонскую, ахеменидскую и сарматскую эпохи, а также предполагает, что изображение на печати в последний период ее бытования могло осознаваться в качестве ритуальной сцены. Основанием для этого предположения служит контекст печати среди погребального инвентаря курганов у станицы Тбилисской. В трех комплексах могильника обнаружены железные треножники с зооморфными навершиями, интерпретируемые автором как алтари, связанные с культом огня. Таким образом, печать рассматривается не как случайная диковинная вещь, а как предмет, сохраняющий важное значение на протяжении веков в различных культурах.

На сегодняшний день в науке существуют различные мнения о том, какие именно сакские племена мигрировали на территорию Северной Индии, и кто из мигрировавших сакских объединений стал основателем Индо-скифского царства. Основной проблемой в исследовании данной темы является то, что приграничные территории Северной Индии изучены неравномерно. Вследствие этого затруднительно определить какие именно из сакских объединений использовали «западный» и «восточный» миграционный путь. В Гилгит-Балтистане не проводились археологические раскопки, а только собран подъемный материал и изучены памятники наскального искусства. В Афганистане преимущественно исследованы поселенческие комплексы. Цель данной статьи – реконструкция и определение последовательности миграционных волн саков на территорию Северной Индии до создания Индо-скифского царства. В задачи входит систематизация археологических и письменных свидетельств по передвижениям памирских саков, соотносимых с саками-хаумаварга, и притяньшаньских саков – саков-тиграхауда. Основными методами исследования выступают: историографический анализ, проблемно-хронологический метод, ГИС-технологии. Источниковая база состоит из письменных источников: ахеменидские надписи, китайские хроники, римские энциклопедические и исторические произведения, надписи письмом кхароштхи из Чиласа II (Гилгит-Балтистан). Археологические источники представлены подъемными находками (медные котелки, бронзовые ритон, курильница, зооморфные бляшки, золотые гривна, браслет, нашивки) и петроглифами. Выявлено, что памирские саки, обитавшие на границе Северной Индии (VII–II вв. до н. э.), имели культурные связи с населением Южной Азии, о чем свидетельствуют находки индийских вещей в их погребениях. Во II вв. до н. э. памирские саки были вытеснены с одной стороны греко-бактрийскими царями, а с другой – движением через их территорию других сакских объединений. На основе географического расположения петроглифов, надписей и случайных находок определен «восточный» миграционный маршрут саков, а также предварительно определен «западный» путь. «Ядро» сложения Индо-скифского царства было на территории Каракорумского региона, что подтверждают три надписи из Чиласа II с упоминанием первого индо-скифского правителя Моги (Мауэса).

Среди разнообразных погребальных комплексов Восточного Казахстана особый интерес вызывает могильник Измайловка. Памятник включает поминальные объекты эпохи бронзы, раннего железного века и средневековья. Небольшая группа из 13 курганов, оград и отдельных ящиков, объединенных в один культурно-хронологический комплекс, содержала посуду переходного времени от эпохи бронзы к раннему железу, соотносимую с бегазы-дандыбаевскими, алексеевско-саргаринскими и раннекочевническими древностями. Планиграфически выделяются 5 подгрупп по две-три конструкции в каждой и два индивидуальных ящика вне выделяемых подгрупп. В результате ограбления вещевой комплекс минимален, но сохранившаяся в большинстве захоронений посуда позволяет наметить определенную хронологическую последовательность в развитии отдельных погребальных объектов, исходя из постепенного сокращения бегазы-дандыбаевских и алексеевско-саргаринских емкостей и медленного увеличения сосудов, характерных для эпохи ранних кочевников.

В ходе обследования территории близ с. Егорьевского в Новосибирской области в русле реки Суенга было обнаружено каменное изделие, обработанное в технике пикетажа и пришлифовки. Анализ материала каменного орудия методом рамановской спектроскопии позволил установить, что материал, использованный для его изготовления, гомогенен по своей структуре и состоит преимущественно из кварца. К настоящему времени находка такого орудия является уникальной и единственной для территории Верхнеобского бассейна. В свою очередь, этот артефакт маркирует и юго-западную границу распространения изделий, известных в археологии как «топоры с ушками». Сравнение материла, из которого был изготовлен топор из Салаира, с аналогичными изделиями с Ангары и Байкала, позволило выявить существенные различия в материале изготовления. Трасологическое изучение следов износа на орудии установило факт его использования в качестве пешни для пробивания льда. Практически все находки аналогичных орудий связаны с территориями близ крупных водоёмов (Енисей, Ангара, Байкал). Весьма вероятно, что артефакты данного функционального типа могли использоваться при формировании и расчистке прорубей при зимней рыбалке. Обнаружение такого орудия на небольшой и сравнительно мелководной реке Суенге заставляет усомниться о связи данного «топора с ушками» с рыболовством. Выдвигается гипотеза о связи этого орудия с добычей золота. С таким предположением согласуется функциональная характеристика инструмента и его локализация на золотоносной реке, где добыча металла особенно результативна именно в зимнее время.

Статья содержит итоги изучения керамики Гундоровского поселения – одного из крупнейших энеолитических поселенческих памятников в Самарском Заволжье (V тыс. до н. э.). Памятник был исследован в 80-е годы XX в. археологической экспедицией КГПИ под руководством И. Б. Васильева и Н. В. Овчинниковой. По морфологическим особенностям керамический материал был разделен на культурно-хронологические группы: 1) комплекс воротничковой керамики (самарско-ивановский тип, хвалынская АК); 2) I этап лебяжинского типа (Лебяжинка III); 3) II этап лебяжинского типа (волосовский); 4) гундоровский тип; 5) чекалинский тип. Исследование гончарной технологии осуществлялось с помощью технико-технологического анализа, в рамках историко-культурного подхода по методике А. А. Бобринского (бинокулярная микроскопия, трасология, физическое моделирование). В статье представлены результаты изучения гончарных традиций по стадиям производства, подтвержденные фотоиллюстрациями и статистическими таблицами. В заключении автор излагает свое понимание этнокультурного состава энеолитического населения Гундоровки, а также процесса появления и формирования разных культурных традиций в Самарском Поволжье.