Научный архив: статьи

В статье авторами рассматриваются акцентуации характера современных подростков, имеющих риски к суицидальному поведению. Противоречивость мировоззрений, экология и развитие медицины влияют на формирование не только физического, но и психического здоровья современных детей и подростков. Это в свою очередь усложняет адаптационный фактор и влечет за собой ряд психологических расстройств личности. Кризис современного общества, акцент на индивидуальности, поощрение самопрезентации и при этом погруженности во внутренний мир, в виртуальное пространство совпадает с возрастным кризисом современных подростков, что усугубляет сложность формирования смысложизненных и ценностных ориентаций. Представлены результаты эмпирического исследования, направленные на выявление корреляции между акцентуациями характера и суицидальным риском современных подростков, а также выявление доминирующих акцентуаций и сравнение результатов с исследованиями прошедших лет. Гипотеза исследования: чем выше показатели акцентуаций интровертированного (шизоидного), демонстративного (истероидного) и неустойчивого типа, тем выше у подростков склонность к суицидальному поведению. Методики: «Опросник суицидального риска» Т. Н. Разуваевой и Модифицированный патохаратктерологический диагностический опросник (С. И. Подмазин, А. Е. Личко). Общий объем выборки исследования составил 227 подростков общеобразовательной школы в возрасте 14-17 лет. Основные выводы: авторами установлено, что среди акцентуаций характера современных подростков преобладают интровертированный (шизоидный) и демонстративный (истероидный) типы. Наиболее склонны к суицидальному поведению подростки с интровертированным (шизоидным), демонстративным (истероидным) и неустойчивым типами акцентуаций. Это свидетельствует о значительных изменениях в данных, полученными в исследованиях прошлых лет.

В настоящее время психологи и педагоги уделяют большое внимание субъектности подростков, однако заметен недостаток сведений о ее естественном развитии.

Цель исследования, представленного в статье, - изучить становление компонентов субъектности по модели Е. Н. Волковой, а также самостоятельности, эмоционального отношения к себе как к деятелю и позиции по отношению к деятельности (Ю. В. Зарецкий) на протяжении всего подросткового возраста. Автор предполагает, что компоненты субъектности развиваются в подростковом возрасте неравномерно. Выборку составили подростки 10,5-12,5, 12,5-14,5 и 14,5-16,5 лет, 138 юношей и 173 девушки, всего 311 человек, учащиеся 4-х школ города Санкт-Петербург.

Методы. Использовался метод срезов, методики «Структура субъектности» Е. Н. Волковой, И. А. Серегиной (стандартная версия и адаптация А. В. Гришиной), тест «Кто Я» Куна - МакПартленда (10 утверждений), методика «Субъектная позиция» Ю. В. Зарецкого, В. К. Зарецкого, И. Ю. Кулагиной; авторская анкета. Для сравнения показателей в группах использовался метод сравнения средних с помощью T-критерия Стьюдента, критерия U-Манна-Уитни. Основные результаты. Среди параметров модели субъектности Е. Н. Волковой во всех трех возрастных группах доминирует Осознание собственной уникальности. Данные свидетельствуют о росте у подростков среднего возраста, а затем снижении в старшем подростковом возрасте явных проявлений рефлексивности. Наиболее заметные изменения можно наблюдать в возрасте 12,5-14,5 лет: снижение Объектной позиции, рост показателей Свобода выбора и ответственность за него, Осознания собственной уникальности, увеличение числа адекватных и рефлексивных самоописаний, рост эмоционально позитивной оценки себя как деятеля. Выявлены некоторые отличия в становлении компонентов субъектности у подростков разного пола.

В статье представлены результаты эмпирического исследования социально-психологических особенностей подростков, склонных к виктимному поведению. Изучение виктмности и факторов ее детерминации в подростковом возрасте представляет научный и практический интерес. Виктимное поведение подростков и виктимность как свойство личности рассматриваются в контексте социальных отношений, регуляции социального поведения и используемых копинг-стратегий. В статье анализируются понятие виктимного поведения, виктимности и факторов, предрасполагающих к ним. Для описания социально-психологических особенностей подростков, склонных к виктимному поведению, используется сравнительный анализ. Авторами изучались как показатели виктимности, так и такие социально-психологические характеристики, как: адаптация, эмоциональный комфорт, эскапизм, копинг-стратегии, межличностные потребности. В результате сравнительного анализа были выявлены статистически значимые различия по ряду изучаемых социально-психологических характеристик у подростков, склонных и несклонных к виктимному поведению. Подросткам со склонностью к виктимному поведению свойственны следующие характеристики: выраженная социальная роль жертвы, высокие показатели агрессии и аутоагрессии, дезадаптивность в поведении и использование неэффективных копинг-стратегий (конфронтация, дистанцирование, бегство-избегание); стремление контролировать отношения с другими людьми в сочетании с неприятием контроля над собой и нежелание устанавливать эмоционально близкие отношения с другими; склонность к инициирующему виктимному поведению, носящему провокативный характер, сниженная критичность, приводящая к недооценке жизненных ситуаций. Выявленные особенности повышают уровень уязвимости подростков к неблагоприятным социальным влияниям и усиливают вероятность попадания в виктимогенные ситуации.

Исследование направлено на изучение влияния негативного раннего семейного опыта на формирование социально-психологической дезадаптации в подростковом возрасте. Цель исследования – выявить специфику психоэмоциональных реакций и поведенческих паттернов подростков, ставших свидетелями эмоционального или физического насилия в семье. Организация исследования. Обследованы 52 подростка в возрасте от 14 до 16 лет (средний возраст 15,2 ± 0,93 года) с деструктивным поведением. Использовались следующие методики: опросник «Склонность к отклоняющемуся поведению» (А. Н. Орел), анкета «Ранний опыт отношений в семье» (FECS), шкала посттравматических симптомов (PTSS-10), эссе «Мой травматичный опыт», диагностическая беседа. Результаты. У 84,6 % обследуемых выявлены агрессивные тенденции, у 76,9 % – склонность к негативизму. Подростки из неблагополучных семей демонстрировали более высокие показатели психической нестабильности (30,17 ± 12,65 балла, p < 0,0001), включая нарушения сна, депрессию и эмоциональную лабильность. Полученные данные подтверждают необходимость разработки адресных психокоррекционных программ для подростков с неблагополучным семейным опытом.

В подростковом возрасте способность справляться с социальными и психологическими вызовами обретает особую значимость, что актуализирует запрос на изучение адаптационного потенциала подростков. Рассмотрение смысловой саморегуляции как ресурса психологической адаптивности подростков с учетом их детского опыта и возрастных новообразований позволяет прогнозировать и предупреждать проявления дезадаптации и становится основой для развития проактивных стратегий совладания, определяющих жизнестойкость подростков в период взросления. Методы исследования. Использовались структурированное интервью, тест социально-психологической адаптации (К. Роджерс, Р. Даймонд, адапт. А. Прихожан), клинический опросник для выявления и оценки невротических состояний (К. К. Яхин, Д. М. Менделевич), методика «Способы совладающего поведения (WCQ)» (Р. Лазарус, С. Фолкман, адапт. НИПНИ им. Бехтерева), тест смысложизненных ориентаций (Дж. Крамбо и Л. Махолика, адапт. Д. А. Леонтьева), тест жизнестойкости (С. Мадди, адапт. Д. А. Леонтьева, Е. И. Рассказовой). Использовались методы математико-статистического анализа: критерий Колмогорова-Смирнова, U-критерий Манна–Уитни. Результаты исследования. Установлено, что 75 % респондентов имеют как минимум один вид неблагоприятного детского опыта. У подростков с неблагоприятным детским опытом были зафиксированы низкие значения адаптивности, осмысленности жизни, но выше показатели невротических симптомов (астения, вегетативные нарушения, невротические тревога и депрессия) и неадаптивных копинг-стратегий (дистанциирование, конфронтация, бегство–избегание) в сравнении с нормативными значениями и аналогичными показателями в группе сравнения. У подростков с неблагоприятным детским опытом в анамнезе и имеющих высокий уровень осмысленности жизни выше степень психологической адаптивности и менее выражены показатели дезадаптации в сравнении с подростками, имеющими аналогичный опыт и низкий уровень осмысленности жизни.

В последние десятилетия наблюдается тревожная тенденция – увеличение числа подростков, входящих в группу риска девиантного поведения. Необходимость совершенствования психолого-педагогической работы с ними возлагается на специалистов сферы образования и правоохранительные органы. Решением задачи выступает расширение научных представлений об индивидуально-психологических особенностях подростков, склонных к девиантному поведению. Цель исследования – изучение индивидуально-психологических особенностей подростков группы риска через призму соматических характеристик их психического состояния. Методы исследования: нейрофизиологические и психофизиологические исследования уровня нейромедиаторов и гормонов, а также измерение электроэнцефалографической активности мозга (ЭЭГ). Выборку исследования составили 30 подростков группы риска. Результаты. Выявлены нейро- и психофизиологические особенности, свойственные группе риска по показателям уровня гормонов-катехоламинов, уровня 17-гидроксипротогенстерона, тета-активности головного мозга (ЭЭГ), дана их психологическая интерпретация в контексте предпосылок девиантного поведения. Выводы исследования обращены к организации превентивно-профилактической работы с подростками, отнесенными к группе риска. Намечены дальнейшие направления теоретических и прикладных исследований индивидуально-психологических особенностей данной категории несовершеннолетних.

В статье рассматриваются вопросы эмоционального интеллекта и склонности к виктимному поведению у подростков. Автор акцентирует внимание на необходимости исследования данных категорий. Выявление особенностей эмоционального интеллекта подростков, склонных к виктимному поведению, позволит более структурированно подходить к разработке программы для развития эмоционального интеллекта у таких детей. В статье представлено исследование эмоционального интеллекта и склонности к виктимному поведению подростков сельских школ Алтайского края в возрасте от 13 до 15 лет.

В статье рассмотрены различные точки зрения ученых относительно особенностей подросткового возраста, которые существенно влияют на развитие конфликтных ситуаций в общеобразовательных организациях; проанализированы черты конфликтного взаимодействия учащихся основной школы; описаны распространенные типы межличностной конфронтации (столкновения между учениками, между учеником и учителем); охарактеризованы способы влияния в ситуации конфликта (убеждение, внушение, подражание, вовлечение, выражение доверия, принуждение). В статье представлен механизм регулирования конфликтных ситуаций с выделением пяти этапов (идентификация конфликтной ситуации, выбор сценария преодоления конфликта, поиск способа преодоления конфликта, фиксирование результатов преодоления конфликтной ситуации, контроль принятого решения по конфликтной ситуации).

В исследовании сформулированы рабочие определения понятий, на основании которых проводилось исследование, изучена специфика школьной вовлеченности и ее связь с академической успеваемостью младших подростков в условиях смешанного обучения. Гипотеза исследования - школьная вовлеченность имеет связь с академической успеваемостью младших подростков в условиях смешанного обучения. Частная гипотеза: качество социальных взаимодействий представляет собой наиболее значимый фактор школьной вовлеченности в условиях применения средств смешанного обучения. В исследовании приняли участие обучающиеся 5-6 классов в условиях смешанного обучения (100 человек; 36 мальчиков, 64 девочек). Применялись методики: «многомерная шкала школьной вовлеченности» Т. Г. Фомина, В. И. Моросанова; пятифакторный личностный опросник (Большая пятерка) Р. МакКрае, П. Коста; анкета, направленная на выявление применения средств смешанного обучения. Полученные данные показывают, что существует связь между показателями школьной вовлеченности и академической успеваемостью, имеющими различия по половому признаку. Приведены данные по уровню связей компонентов школьной вовлеченности с показателями академической успеваемости. Представлены результаты факторного анализа значимости компонентов школьной вовлеченности. Социальный компонент школьной вовлеченности является ключевым при определении уровня школьной вовлеченности. Поведенческий компонент имеет наиболее выраженную связь с академической успеваемостью младших подростков. Результаты исследования могут применяться с целью контроля средового влияния на обучающихся и степень их включенности в образовательный процесс. Намечены векторы для дальнейших исследований, которые позволят изучить возможности для самореализации подростков, благодаря применению технологии смешанного обучения.

Введение. В статье представлено исследование социально-психологических особенностей ролевого поведения подростков в ситуации буллинга. Осуществлен комплексный анализ доминирующих иррациональных установок и ведущих мотивов личности подростка в структуре буллинга. Исследование проведено в четыре этапа: на первом этапе выделены основные позиции, занимаемые подростками в буллинге; на втором этапе определены дисфункциональные установки личности; на третьем этапе рассмотрен мотивационный аспект, с фокусом на ведущие мотивы личности. При анализе самоотчетов в свободной форме выявлено личностное отношение к травле у групп жертв, инициаторов, помощников и защитников, что позволило создать понимание того, как различные убеждения и мотивы влияют на выбор ролевой позиции в буллинг-структуре. Полученные результаты сравнительного анализа могут быть полезны для разработки профилактических и коррекционных программ, направленных на изменение дисфункциональных установок и мотивационных факторов, способствующих вовлечению подростков в ситуацию травли. Цель настоящего исследования заключается в комплексном анализе социально-психологических особенностей ролевого поведения подростков в ситуации буллинга.

Материалы и методы. Для исследования социально-психологических особенностей ролевого поведения подростков в ситуации буллинга применены следующие методики: авторский исследовательский опросник А. Э. Фазиловой «Ролевая позиция в буллинге», тест «Иррациональные убеждения» в адаптации М. А. Гулиной, опросник «Диагностика мотивационной сферы личности» Ж. Ньютена. Испытуемым был предложен самоотчет в свободной форме для выявления личностного отношения к ситуации травли.

Результаты. Исследование социально-психологических особенностей ролевого поведения подростков выявило, что существуют достоверные различия между иррациональными установками, мотивационной составляющей и личностным отношением у ролевых групп выборок буллинг-структуры.

Обсуждение. Исследование подчеркивает значимость анализа социально-психологических и личностных характеристик, определяющих ролевую позицию подростков в ситуации буллинга. Понимание ведущих мотивов и личностных установок является ключевым для разработки комплексного подхода, направленного на исследование и коррекцию социально-психологических факторов, влияющих на выбор ролевой позиции в структуре буллинга.

Заключение. В ходе исследования получены достоверные различия по социально-психологическим особенностям ролевого поведения подростков в ситуации буллинга. Таким образом, выявлено, что группе жертв присущи иррациональные установки по типу «высокие ожидания», тревожная озабоченность, беспомощность в отношении изменений, а также мотивы аффилиации, достижения и направленности на духовное развитие. Группе инициаторов присущи иррациональные установки по типу «высокие ожидания», перфекционизм, склонность к обвинениям, а также мотив влияния и доминирования. Группе помощников инициатора свойственна тенденция к низкой фрустрационной толерантности, а также выявлен мотив агрессии. Защитники жертв ориентированы на мотив саморазвития и помощи. А группе, которая не сталкивалась с буллингом, присущи средние показатели тревожной озабоченности, низкой фрустрационной толерантности и потребности в ободрении. Основные положения: - доказывается тот факт, что социально-психологические факторы могут влиять на ролевую позицию личности в буллинг-структуре. - выявлены достоверные различия между группами респондентов с ролевыми позициями в буллинге по их социально-психологическим особенностям, в частности иррациональным установкам и мотивационным факторам.

Введение. Определение факторов суицидального риска позволяет оказать своевременную поддержку подростку и избежать необратимых последствий решения экзистенциальных проблем. Цель исследования заключалась в выявлении структуры и степени выраженности факторов суицидального риска и их взаимосвязи у средних и старших подростков. В исследовании выявлены сочетанные группы факторов, провоцирующие суицидальный риск на разных этапах подросткового возраста. Материалы и методы. Использована методика «Опросник суицидального риска» Т. Н. Разуваевой. В исследовании приняли участие 235 учащихся 7-10 классов (Мвозраст = 15,4 лет). Корреляционный анализ результатов осуществлен с помощью критерия Пирсона. Результаты исследования. В исследовании выявлены многочисленные взаимосвязи между факторами риска. Выявлены дифференциальные и типологические особенности структуры выраженности факторов риска и факторов защиты в разные возрастные периоды подросткового возраста. Наиболее выражены факторы «Слом культурных барьеров», «Социальный пессимизм» и «Максимализм», группу средне выраженных факторов составили «Аффективность», «Несостоятельность» и «Демонстративность», наименее выражены «Уникальность» и «Временная перспектива». Структура выраженности факторов подростков среднего и старшего возраста оказалась относительно инвариантной. В кризисном возрасте (13-14 лет) доминируют факторы «Социальный пессимизм» и «Аффективность». Обсуждение и заключения. Обнаруженные прямые средние взаимосвязи (0,6) между степенью выраженности фактора/рангом и числом высоких взаимосвязей между факторами подтверждают целесообразность рассмотрения факторов риска в качестве сочетанной интегрированной модели с низковариативной структурой. Иерархические компоненты структуры составляют факторы «Слом культурных барьеров», «Максимализм», «Социальный пессимизм» и «Аффективность». Сочетание этих факторов требует применения психокоррекционных приемов, направленных на снижение суицидального риска. Полученные результаты позволяют конкретизировать профилактическую работу с подростками с целью превенции суицидального поведения.

В статье представлены результаты исследования, направленного на выявление влияния спонтанного рисования на эффективность выполнения умственной задачи и связи спонтанного рисования с личностными особенностями у школьников. Экспериментально установлено, что спонтанное рисование значимо не влияет на эффективность выполнения задачи, требующей концентрации внимания у школьников подросткового возраста. Выявлена связь сознательности и открытости опыту со спонтанным рисованием в отдельных возрастных группах.