Научный архив: статьи

В статье интерпретируются языковые средства и способы репрезентации такой текстовой категории, как художественное время, в творчестве поэтов Серебряного века (на примере произведений А. Белого, А. Блока, К. Бальмонта, В. Брюсова, В. Иванова, И. Анненского, М. Волошина, Ф. Сологуба). Цель статьи — анализ тропов, в основе которых лежат названия драгоценных камней, и их роли в отражении авторского мировосприятия. Выявлено, что минералогическая лексика, участвующая в реализации временны́х понятий, преимущественно представлена компаративными тропами: метафорами (мета форамизагадками, генитивными метафорами, перифразами), сравнениями, а также метафорическими эпитетами. Выделены два способа выражения временны́х значений с помощью «ювелирной метафорики»: эксплицитный, когда художественный текст непосредственно содержит слова с временно́й семантикой, и имплицитный, когда значение времени восстанавливается из контекста. Кроме наименований собственно драгоценных (полудрагоценных) камней, в статью включены в качестве образов сравнения ряд элементов из родственного по тематике семантического класса — «Украшения из камней» (бисер, бусы, ожерелье). Рассмотрена роль «ювелирной метафорики», воплощающей темпоральные представления, в реализации важнейших мотивов поэзии Серебряного века: огня-света, смерти-возрождения, памяти-забвения, надежды, «вечного повторения».

В статье рассматриваются особенности хронотопа дороги в рассказах Н. Н. Толстой, предпринята попытка выявить его основные функции. Базой анализа становится теория хронотопа, разработанная М. М. Бахтиным.

В статье проведен сопоставительный анализ стихотворения А. С. Пушкина «Арион» и стихотворения А. Н. Будищева «Буря». Установлено, что поэт конца XIX века использует текст Пушкина в качестве прецедентного: повторяет лирический сюжет, использует реминисценции из текста-источника, расширяя и изменяя пушкинский замысел. Поэт эпохи безвременья вступает в своеобразный творческий диалог с предшественником, утверждая идею необходимости веры в Бога, которая пробуждает внутренние силы для борьбы и достижения поставленных целей.

В статье проведен анализ образной системы, мотивов и средств их выражения в стихотворении И. С. Тургенева «В дороге». Установлено, что в основе композиции произведения лежит принцип тематического параллелизма, обусловленный повтором образа неба. Ведущую роль в стихотворении играют мотивы воспоминаний и дороги, являющиеся традиционными для русской литературы.

Сопоставительный анализ стихотворений Тургенева «В дороге» и С. Я. Надсона «Прошлого времени тени туманные» позволил рассмотреть особенности использования приема реминисценции в произведении поэта эпохи безвременья. Определена общность мотива воспоминаний, присущих обоим текстам, настроений и мелодики; выявлены различия на уровне реализации основного смысла текстов.

Доказано, что в основе стихотворения Надсона «Осень, поздняя осень!..» лежит прием аллюзии, которым определены композиция стихотворения, цветопись с преобладанием серого цвета, ассоциируемого с туманом, философская проблематика, связанная с размышлениями о конечности жизни человека.

В статье обсуждается проблема присвоения студентами педагогических специальностей научных понятий и терминов в качестве ориентиров в педагогической реальности. В соответствии с системно-деятельностным подходом в проектировании образования, приобретаемые будущими учителями знания должны становиться средствами построения образовательной деятельности, для этого они должны быть включены в ориентировку действий, а в перспективе - стать ориентирами профессионального мировоззрения. Актуальность оснащения студентов знаниями-ориентирами определяется тем, что если научные ориентиры не станут опорами их профессиональных действий, эту функцию начнут выполнять обыденные представления, что неизбежно скажется на качестве образования их будущих учеников.

Цель работы состояла в разработке и апробации диагностического средства, направленного на выявление соотношения в сознании студентов педагогического вуза научных и обыденных значений терминов и понятий, относящихся к контексту обучения и развития школьников. В качестве методики использовалась анкета, построенная по типу свободного ассоциативного теста. Контингент слов-стимулов был сочетанием слов обыденного языка, относящихся к школьному обучению и слов, относящихся к научной психолого-педагогической терминологии. Предлагалось за короткое время вписать в бланк анкеты возникшие ассоциации. В исследовании приняли участие 62 студента третьего курса бакалавриата специальности «Психолого-педагогическое образование». В ответах студентов обнаружилось смешение научных и обыденных представлений об обучении и развитии при преобладании обыденных. Есть основания предполагать, что научная терминология не закрепилась в лексике студентов настолько, чтобы актуализироваться в качестве свободных ассоциаций в контексте педагогической реальности. Научный аппарат педагогической и возрастной психологии растворен в континууме обыденных представлений об обучении и развитии школьников.

Статья посвящена женским головным орнаментированным шалям крымских татар, которые были одним из наиболее ярких элементов национальной культуры и традиционного декоративно-прикладного искусства. Согласно нарративным и предметным источникам известно о широком бытовании двух основных видов: с вышитым и тканым декором, отличительной особенностью которых была много функциональность шалей. А именно, как обязательной части костюмного комплекса, элемента досвадебных ритуалов и свадебных обрядов, интерьерного декора, маркера этнической (субэтнической) идентичности. В настоящем исследовании впервые рассматриваются отдельные вопросы именно тканых шалей. На основе сравнительно-исторического анализа с более изученными национальными вышитыми шалями рассмотрены отдельные технологические приемы узорного ткачества, принципы декора, использование отдельных мотивов. Непосредственными объектами для изучения послужили несколько аутентичных шалей из частных коллекций и большое количество иллюстративных источников, на основе которых был выполнен типологический анализ. Кратко описаны основные способы изготовления тканых шалей, выполнены схемы с точным расположением декора, проанализированы орнаментальные композиции, основной из которых является архетипический символ Древа жизни. Важной проблемой национальной культурологии является осмысление семантики национальных узоров, поэтому в данном исследовании они также затрагиваются. В результате проведенного исследования было установлено, что в оформлении тканых шалей, по сравнению с иными видами декора традиционных головных уборов данного типа, существовали собственные принципы узорной отделки. Они заключаются в возможности узорного заполнения всего поля шали и обязательном декорировании кромок теми или иными мотивами.

Представлен опыт автора в составлении указателя мотивов русской мифологической прозы (в ее сибирском варианте) о мифическом хозяине крестьянского дома и подворья. Обоснована актуальность подобной работы, особенно в связи с подготовкой томов академической серии «Памятники фольклора народов Сибири и Дальнего Востока». Единицей классификации в указателе является тема, а систематизации - мотив. Автор придерживается определения мотива, данного в свое время А. Н. Веселовским. Подчеркнуто, что для создания подобного указателя был достаточный корпус текстов и опыт работы составителя. В статье приведены 16 выделенных мотивов с их подробной детализацией. Указатель носит открытый характер и может быть применен фольклористами для систематизации собственного регионального материала.

В статье обсуждается роль пространственных элементов в сюжетостроении эвенского эпоса-нимкан, его мотивной организации в ракурсе динамики эпического пространства. Обращение к теме вызвано недостаточной изученностью эпоса эвенов. В работе применены семиотический, функциональный, структурно-семантический виды анализа. Автор устанавливает влияние семантики эпических локусов на событийную реализацию последующего сюжетного развития. В тексте наблюдаются напластования мифологических и исторических элементов, богатая символика, переплетения элементов архаической горизонтальной модели мира и шаманских космологических воззрений. Структурообразующей осью эпического пространства предстает образ мифической реки. Обозначаются контаминации мотивов.

Т. А. Чачияков - известный алтайский сказитель, имевший в своем репертуаре не только героические сказания, но и множество фольклорных произведений, отражающих мифологические представления и религиозные верования народа. Анализ записанных от сказителя текстов мифологической прозы позволил выявить тематику его повествований, соотнести их с древними представлениями людей о создании земли и появлении животных и растений или их частных свойств (этиологические мифы), происхождении людей (антропоморфные), появлении звезд (астральные), о духах и божествах (мифологические рассказы). Сравнительно-сопоставительное изучение сюжетов позволяет увидеть сходство фольклорно-мифологических мотивов в алтайском фольклоре и проследить типологические параллели в фольклоре других народов.

Ставится проблема творческого восприятия поэзии Маяковского в лирике поэта, барда Михаила Анчарова (1923—1990). Анчаровское поэтическое поколение, формировавшееся в 1930—1940-е гг., испытало на себе сильное влияние классика советской литературы. В лирике Анчарова влияние Маяковского (более всего — его раннего творчества) проявляется на различных уровнях: на уровне характера лирического героя — независимого и экспрессивного, особенно в любви («Пыхом клубит пар…», «Цыганочка»), в урбанистических мотивах, теме трагической затерянности человека в огромном городе («Песня о низкорослом человеке…»), в антимещанской теме («Антимещанская песня», «Рынок»), обнаруживающей у Анчарова свою неоднозначность, а также на уровне отдельных тем и мотивов (социальная и расовая несправедливость в «мире капитала»; лирический герой и «ледяная» земля, за которую он воюет). Анчаров не раз упоминает имя Маяковского, цитирует его стихи и высказывания о творчестве в своей прозе и в интервью

В статье на примере олонхо «Аландаайы-Куландаайы богатырь» Е. Е. Ивановой анализируются основные мифологические мотивы, которые все еще остаются вне поля зрения исследователей, и в этом заключается актуальность исследования. Цель представленной работы – произвести анализ мифологических мотивов в отдельно взятом тексте олонхо, определить их роль в сюжете эпоса и установить связь с мифологией народа саха. Для достижения поставленной цели исследование базировалось на сравнительном, структурно-семантическом и индуктивном методах, которые в совокупности позволяют раскрыть особенности и роль мифологических мотивов в построении сюжета анализируемого олонхо. В ходе исследования выявлено, что олонхо «Аландаайы-Куландаайы богатырь» Е. Е. Ивановой является двухпоколенным: если первый герой богатырь Аландаайы-Куландаайы является отверженным потомком божеств айыы, заселенным родителями-небожителями в Срединный мир, то второй – его сын Молуо Даадар уже предстает в качестве защитника племени айыы аймага и ураангхай саха. В результате изучения мифологических мотивов установлено, что в тексте олонхо они проходят красной нитью, связуя ткань эпического повествования в единое целое. Главным мифологическим мотивом с точки зрения построения сюжета олонхо является мотив вестника-стерха, который объясняет происхождение героя и инициирует героический боевой поход, обусловленный мотивом сватовства. Все выявленные мотивы мифологического происхождения классифицированы по пяти группам, в которых наиболее частыми являются мифологические мотивы оборотничества. Установлено, что метаморфозы персонажей используются для объяснения их способности странствовать в Верхний и Нижний миры, которые согласно традиционным представлениям народа саха, недосягаемы для обычного человека. Способность богатыря Молуо Даадара к многочисленным метаморфозам объясняется его богатырской закалкой и обучением волшебству. Таким образом, выявлено, что мифологические мотивы обогащают сюжет эпоса общеизвестными для эпической аудитории мифологическими представлениями, что делает сюжет олонхо узнаваемым для слушателей и способствует его адекватному восприятию.

Статья посвящена сюжетам о перерождении девы-богатырки в мужчину-богатыря в героических сказаниях хакасов. Актуальность исследования вызвана недостаточной изученностью сюжетно-мотивного фонда хакасских эпосов с женскими персонажами в главной роли. Вопрос о перерождении эпических героинь в героических сказаниях хакасов исследуется впервые. Научная новизна состоит в том, что впервые на примере хакасских эпосов даны образцы текстов с художественным решением вопроса замены дев-богатырок в главной роли на мужских персонажей путем их перерождения. Цель статьи – определить общие характерные черты в сюжетно-мотивном и образном системах эпосов о перерождении главной героини в мужчину-богатыря. В связи с этим решались следующие задачи: изучить композицию и общие мотивы эпосов, провести сравнительно-сопоставительный анализ центральных и второстепенных персонажей (помощников и врагов). При изучении текстов эпосов были использованы описательный и сравнительно-типологический методы, анализ композиции и мотивов эпосов впервые проведен на основе биографического принципа. В статье вопрос о перерождении главных героинь рассматривается впервые на примере эпосов «Алтын-Арыг» и «Три сестры-сироты». В предыдущих научных публикациях мужчина-богатырь, рожденный из пяточной кости богатырки Алтын Арыг, интерпретирован как ее сын. В биографиях богатырок выявлены общие мотивы: чудесное рождение; нарушение запрета и смерть как расплата; рождение мужчины-богатыря и его коня из костей героинь и их коней; сватовство невесты для богатыря его помощниками. Установлено, что рождение героинь и их перерождение в мужчину-богатыря произошло по воле богов Чайаанов. Перерожденные мужчины-богатыри получили почести и высокие социальные статусы: равноправный с ханом защитник владения (в эпосе «Алтын-Арыг»), хан-правитель отцовского владения (в эпосе «Три сестры-сироты»). Были выявлены общие параллели в образах второстепенных персонажей: помощницами дев-богатырок являются защитницы владений Пис-Тумзух-Плё- Харын-Хуу-Иней и Хара Иней, а их сыновья богатыри Хулатай и Хатхан Чула выступают главными врагами героинь. Появление сказаний, имеющих сюжеты о перерождении девы-богатырки в мужчину-богатыря, связано с периодом переоценки роли женщины в патриархальном обществе. Данный сюжет опирается на архаические представления о бессмертии души и не связан с религиозными учениями о реинкарнации.