Научный архив: статьи

Введение. Современные исследования образования уделяют значительное внимание проблематике устойчивости людей, групп, организаций перед лицом многочисленных стрессов. Однако вопросам устойчивости и составляющих устойчивости образования и его субъектов в отношении стрессов инноваций и псевдоинноваций посвящено мало исследований. В теории организаций и менеджмента эта проблема связывается с возникновением системных ошибок в функционировании и развитии организации, меньше внимания уделяется отдельным субъектам, а также компонентам и стадиям устойчивости. В контексте психолого-педагогического осмысления проблемы «организационной», «групповой» и «личностной» устойчивости эти моменты являются центральными. Поэтому их изучение имеет и практическую, и теоретическую значимость и в настоящий момент обладает высокой научной новизной.

Постановка задачи. Цель исследования – анализ компонентов устойчивости образовательных систем к стрессам инноваций. Новизна исследования связана с дальнейшей разработкой интегративной концепции стресса инноваций в сфере образования, в том числе изучении компонентов устойчивости образовательных систем к стрессам инноваций.

Методика и методология исследования. Методы исследования – теоретический анализ и синтез исследований проблематики компонентов устойчивости образовательных систем к стрессам инноваций. В работе отражена попытка системного осмысления проблематики компонентов устойчивости образовательных систем к стрессам инноваций.

Результаты. Чтобы минимизировать деформации образовательных систем и их субъектов и последствия деформаций, возникающие в результате некорректного применения новаций, необходимы системный анализ и учет компонентов устойчивости образовательной сферы и ее субъектов на основе осмысления основных нарушений и проблем, создание и направленное применение психолого-педагогических технологий помощи субъектами образования, вовлеченных в ход разработки, внедрения и завершения инноваций.

Выводы. Предотвращение и минимизация уже существующих стрессов инноваций требует активности по формированию и развитию способности и стремления образовательных систем и их субъектов к предвосхищению, направленно-волевому совладанию и рефлексии перемен, использованию негативных сторон и последствий новаций для укрепления системы образования в целом и отношений отдельных групп субъектов в ней, достижение гармоничного соотношения устойчивости и изменчивости системы.

Введение. Несмотря на самоочевидность того, что инновации порождают стрессы для всех субъектов образования, являются потенциальными источниками дидактогений (психологических нарушений, возникающих в результате травм, нанесенных деформированными образовательными отношениями), исследований в этой области крайне мало.

Постановка задачи. Цель исследования – анализ места стресса инноваций в системе проблем устойчивости современного образования и его субъектов. Новизна исследования связана с разработкой авторской интегративной концепции стресса инноваций в образовании.

Методика и методология исследования. Методы исследования – теоретический анализ и синтез актуальных проблем устойчивости современного образования и его субъектов в контексте представления о стрессах инноваций. В работе представлена попытка системного осмысления современного состояния исследований стресса инноваций в образовании и обеспечении его устойчивости по отношению к негативным результатам реформ и к иным угрозам.

Результаты. Чтобы уменьшить стресс и травмы, возникающие в ситуации образовательных инноваций, нужна направленная, развернутая, осознанная работа со всеми субъектами образования по предвосхищению, осознанию и рефлексии опыта инноваций в их жизни в целом и образовании в частности.

Выводы. Профилактика и коррекция стрессов инноваций связана с развитием прогнозирующих и антипационных способностей человека, наличие направленных усилий индивида и организации к предвосхищению и прогнозированию перемен помогает людям и учреждениям справляться с ними намного успешнее, использовать периоды кризисов для освобождения от деструктивных, но устойчивых в обычном состоянии аспектов их деятельности и развивать и формировать новые, конструктивные формы деятельности и отношений.

Введение. Исследователи по всему миру отмечают, что в современном образовании нормальная ра-бота образовательных учреждений и тем более академическая успеваемость из‑за кризиса образования 2020–2022 гг. остается недосягаемой для многих учащихся (школьников) и обучающихся (студентов), их педагогов (учителей и преподавателей), а также их родителей. Целое поколение «пандемиалов», несовершеннолетних и юных «детей локдауна» живет со шрамами депривации и дистрессов, полученных в период локдауна. Это поколение благодаря осуществленному над ними «эксперименту», основным процессом которого стала психосоциальная депривация, оказалось перед угрозами десубъективизации: неуспеваемости и неуспешности, необразованности и безработицы, преступности и обнищания, эксплуатации и насилия, накопления потерь. При этом практически никто из проводивших «эксперимент», вопреки декларациям, не только не собирается компенсировать, возвращая потерянные возможности, но и намерен продолжать, внедряя и легитимизируя так называемое «дистанционное обучение».

Постановка задачи. Цель исследования – осмысление феномена психосоциальной депривации современных школьников и студентов в ситуации макросоциального кризиса (локдауна) 2020–2022 гг. как процесса, связанного с нарушением формирования и развития субъектности учеников.

Методика и методология исследования. Метод исследования – феноменологический анализ педагогических и социально-психологических проблем цифрового образования и психосоциальной депривации современных школьников и студентов в ситуации макросоциального кризиса (локдауна) как ведущей проблемы современного образования, России и мира, связанной с нарушением формирования и развития субъектности учеников.

Результаты. Психосоциальная депривация, пережитая «детями локдауна» – системное, долгосрочное и многоаспектное ограничение / лишение развивающегося / взрослеющего человека возможности удовлетворять образовательные и иные психосоциальные нужды, формировать и развивать субъектность как готовность и способность быть строителем своей жизни, в том числе значимых отношений и ведущих видов деятельности. Из-за локдауна и иных событий 2020–2022 гг. школы и вузы столкнулись с неизвестными им ранее проблемами с психическим здоровьем (своим и окружающих), были вынуждены бороться с ними и последовавшими за ними проблемами в виде роста насилия и иных форм девиантного поведения, болезней и травм, проблемами десубъективизации (асубъектности). Росло и продолжает расти количество негативных стратегий выживания, включая детский труд и ранние/неравные браки, проституцию и раннее материнство, пополнение детьми, подростками, юношами бандитских формирований и т. п.

Выводы. Локдаун стал новым явлением для многих сообществ и их членов, для современной науки и искусства, породил многочисленные дискуссии о психосоциальном и нравственно-правовом статусе предложенных ВОЗ и реализованных государствами мер борьбы с объявленной ВОЗ «пандемией». Дети локдауна стали жертвами более или менее тотальной и долгосрочной психологической, а точнее психосоциальной, депривации, были ограничены в возможностях полноценно взаимодействовать с иными членами сообщества, включая педагогов и других учеников, оказались замкнуты рамками семьи и дома, что повлекло многочисленные нарушения их субъектности. Исследование особенностей и последствий депривации детей локдауна – важнейшее направление современных исследований образования, которое не только позволит наметить отдельные шаги и технологии помощи детям, но и сформулировать необходимые меры защиты образования как сферы культурного воспроизводства, поддержки развития человека, заботы старших поколений о младших в целом.

Введение. В статье исследуются основания изменения педагогического дизайна под влиянием приложений искусственного интеллекта (ИИ), внедряемых в образовательные практики. Автор в качестве основного тезиса утверждает мысль о том, что активное внедрение приложений ИИ в образовательный процесс приводит к «размыванию» субъектности обучающихся и обучаемых, а также к «становлению» ИИ как «третьего субъекта» в традиционном дуальном образовательном взаимодействии. Постановка задачи. Актуальность рассмотрения указанной проблемы связывается с неопределенностью последствий внедрения ИИ в процессы обучения, снижением «качества» личного выбора индивида, а также понижением индекса его ответственности.

Методика и методология исследования. В статье показано, что современные изменения образовательного пространства, как глобального, так и российского, связаны с рядом факторов. Изменение традиционной архитектуры, трансформация ценностей и смыслов, универсализация образовательных стандартов в сочетании с индивидуализацией образовательных траекторий, активно идущая «эмиграция» в виртуальный мир – все это дифференцирует образовательное сообщество, разрушая его социокультурную идентичность.

Результаты. В статье акцентируется положение о том, что воздействие ИИ на изменение всей архитектуры обучения не только требует новой дидактики, но и принципиально изменяет весь педагогический дизайн. Сокращение так называемой «рутинной работы» (то есть той, которая легче поддается алгоритмизации): поиск информации, создание первичных текстовых и визуальных материалов, «подсказка рациональных выборов» актуальных целеполаганий и целереализаций и т. д., способствует «замене» многих характеристик в объеме субъектности индивида. Это буквально отрывает обучение от воспитания и тем самым лишает образование целостного обоснования как платформы его единства.

Выводы. Виртуализация мышления и познавательных потенций определяет явную противоречивость в векторах трансформации образовательных взаимодействий. Если первый вектор направлен на интенсификацию технологий обучения через ИИ как «инструмент», то второй содержит условия для «размывания» ответственности субъектов образования через ее «подмену и перекладывание» на обезличенных субъектов-аватаров.

Проблема развития субъектности взрослых людей, обучающихся по программам дополнительного образования, занимает важное место в психолого-педагогических исследованиях. Фундаментальной целью дополнительного образования является психологическое обеспечение профессиональной самореализации и социальной успешности выпускников дополнительных программ обучения. Интегральным фактором, побуждающим к получению дополнительного образования и осмысленной вовлеченности в учебную деятельность, является личность обучающегося. Успешность выстраивания личности в образовательном процессе зависит от ее активной субъектности и автономности. Актуальность исследований проблемы субъектности обусловлена трудностями, которые связаны с неоднозначностью понимания данного понятия в психологии образования и педагогике высшей школы. Перспективным направлением исследований является уточнение понятия субъектности личности, возможности ее развития в дополнительном образовании в синтезе междисциплинарной матрицы психолого-педагогического знания. Множество перспектив для анализа и понимания субъектной позиции взрослых обучающихся предоставляет философия. Статья посвящена осмыслению феномена субъектности личности в западной философии. Теоретическое исследование направлено на обогащение междисциплинарного дискурса по проблеме субъектности, ее содержания и развития в условиях дополнительного образования взрослых путем анализа трех тенденций в эволюции субъектности: от Протагора и софистов до метафизики Декарта и антиметафизической формы философствования на примере постмодернизма. Автором выдвигается тезис о том, что философия может быть успешно интегрирована в современную педагогику и дидактику высшей школы. Расширение научного дискурса по проблеме субъектности в психолого-психологических исследованиях актуализирует обсуждения таких тем как новая онтология и гносеология дополнительного образования, логика, этика, эпистемология, которые имеют приоритетное значение для самоопределения взрослого человека, его ценностей и смыслов, интеграции процессов и “миров”, что, по сути своей, является именно философским проектом. Трансформация системы дополнительного образования взрослых должна быть направлена на обеспечение ее целостности для холистической социализации взрослых людей. Достижение этой цели предполагает интеграцию формального, неформального и информального образования, а также формирование философского мировоззрения выпускников дополнительных программ обучения. Необходимо использовать потенциал как теоретической, так и практической философии.

В статье анализируются проблемы модернизации гуманитарной сферы в контексте новой парадигмы современного образования - от адаптации к преадаптации. Преадаптация как результат образования рассматривается с учетом вызовов цифровизации и неопределенности, возникновения барьеров на пути инноваций и др. Образование будущего требует обновления его содержания, метапредметности и фундаментальности, осмысленности, понимания над знанием, определения целеполагания, приоритета образовательной модели над экономической моделью. В условиях смешанной реальности вырабатываются новые формы обучения и компетенции. Новая школа находится в поисках смыслов с учетом тенденций развития глобального мира. Субъектность выступает одним из результатов образования. Собственная познавательная деятельность есть источник развития формирования преадаптивного поведения посредством технологий.

Введение. Статья посвящена анализу развития и внедрения систем искусственного интеллекта, в частности нейросетей, в жизнь студенческой молодежи. Их использование может как открывать новые горизонты, так и ставить серьезные этические вопросы, особенно в контексте влияния на молодежь и их образовательные траектории. Подчеркивается двойственность восприятия технологий молодежью, где, с одной стороны, их применение вызывает большой энтузиазм, с другой, существует обеспокоенность по поводу рисков манипуляции и распространения дезинформации. Методология и источники. Рассматривается современное понимание искусственного интеллекта как комплекса технологий, способных имитировать когнитивные функции человека, включая самообучение. Обсуждаются концепции ученых: Э. Тоффлера, М. Кастельса и некоторых других, подчеркивающих значение информации и знаний в процессе общественного развития и возрастание автономии пользователей в цифровую эпоху. Акцентируется внимание на междисциплинарном подходе в изучении искусственного интеллекта. Обсуждаются его возможности в образовательном процессе, основанные на этических принципах человекоориентированного подхода (А. В. Резаев, Н. Д. Трегубов). Результаты и обсуждение. Проведена социологическая диагностика студентов факультета компьютерных технологий СПбГЭТУ «ЛЭТИ» для изучения влияния нейро- сетей на принятие ими жизненно важных решений. Опрос охватил 487 респондентов. Результаты показали, что большинство студентов (59,2 %) положительно оценивают использование нейросетей, при этом 85,1 % респондентов используют их в образовательных целях. Значительная часть опрошенных выразила опасения по поводу этических вопросов, связанных с использованием нейросетей, включая потерю автономии при принятии решений и недостаток человеческого взаимодействия. Проведен анализ ответов нейросети ChatGPT-3.5 на вопросы, касающиеся решения этических дилемм, что удостоверило способность нейросети к эмоциональному анализу и учету этических аспектов. Заключение. Авторы акцентируют внимание на широком потенциале использования нейросетей для принятия важных решений, но также подчеркивают риск потери субъектности и возрастания значимости нейросетей в качестве отдельной ценности для личности. Для обеспечения этического и безопасного использования данных технологий рекомендуется повышать прозрачность алгоритмов, проводить обучение пользователей, разработать этические стандарты и нормативное регулирование их применения.

В статье рассмотрена история становления и развития субъектно-бытийного подхода к личности в Кубанском государственном университете.

Проведен обзор ведущих психологических концепций и теорий, повлиявших на возникновение и становление субъектно-бытийного подхода к личности в рамках субъектного подхода, более чем за 50-летний период существования кафедры психологии личности и общей психологии Кубанского госуниверситета.

Подчеркивается значимость вклада ученых советского периода (Б. Г. Ананьева, С. Л. Рубинштейна, А. Н. Леонтьева, А. В. Брушлинского, Л. И. Анцыферовой, К. А. Абульхановой, А. А. Бодалева) и тех, кто сегодня определяет оформление субъектного подхода (В. В. Знаков, Е. А. Сергиенко, Н. Е. Харламенкова), оказавшего мощное влияние на развитие современного методологического дискурса, в частности, на создание структурно-динамической модели личности как субъекта бытия.

Излагаются основные теоретико-методологические положения субъектно-бытийного подхода (субъектность, единство личности и ее бытия, стремление личности к аутентичности бытия и др.), обусловливающие панорамное видение изучаемой реальности и интерпретацию психологической феноменологии человека под определенным углом зрения - в аксиологическом и экзистенциальном контексте.

Постулируется, что главная функция человека - быть субъектом многообразных бытийных пространств, в реорганизации которых он утверждает себя как личность. Показано практическое воплощение субъектно-бытийного подхода к личности в исследованиях ученых Кубанского государственного университета, которые конкретизируют и развивают отдельные идеи психологии субъекта и гармонично вписывают объяснительные конструкты и новые теоретические модели в гуманистические традиции психологической науки.

Демонстрируются возможности субъектно-бытийного подхода для описания процессуальной природы разнообразной феноменологии.

Обосновывается перспективность данного подхода для решения ряда фундаментальных задач психологической науки и острых социальных проблем современности, актуализация которых связана с глобальными вызовами современности - бифуркационными процессами и социальной транзитивностью.

Раннехристианские апологеты (Иустин Философ, Татиан Ассириец, Климент Александрийский, Тертуллиан) в своих произведениях подвергали язычество резкой критике: язычники не знают истины и поэтому поклоняются бесам, они казнят праведников и служат князьям мира сего, предаются грехам. В отличие от христиан, для которых центр - Христос, язычники, если использовать в рамках настоящего размышления анахронизм, критикуются апологетами за «децентрированность» их субъекта. Это наблюдение, во-первых, объясняет связь христианской персонологии c христологией. В рамках настоящей статьи важно отметить и второе: техники, используемые апологетами, связаны c античной риторикой. А риторика связана c субъективностью, так как она есть инструмент, задающий нормы и правила. Аристотель в «Риторике» определяет человека как того, у кого есть тело и логос, причем логос в этой паре определяющее. Справедливое и несправедливое, блаженное и дурное - выразимо и убедительно логосом представимо. Апологеты, используя риторические методы, ставят их на службу христианской Церкви - аргументированно и риторически корректно защищают собственные убеждения. Если у Аристотеля человек - политическое существо, а первое определение и проявление политического - полис, то у апологетов человек также существо политическое, но истинный полис - экклесия, христианская Церковь, которая в рассматриваемый исторический период была гонима. Следовательно, согласно мысли христианских апологетов, человек не может соединиться ни с чем вне себя и обращает свой поиск внутрь себя, а там Христос.

Предметом исследования выступает постановка проблемы интеграции семейной и образовательной профориентации как фактора развития человеческого потенциала. Авторами предпринята попытка теоретического и эмпирического обоснования темы интеграции семейной и образовательной профориентации как научной проблемы. В статье представлены данные анализа публикационной активности по вопросам профориентации и роли семьи и родителей в ней. Выявлено, что вопросы профориентации весьма широко представлены в научных публикациях, однако роли семьи и родителей в этом процессе посвящено малое число публикаций. В целях эмпирического обоснования темы исследования авторы обращаются к анализу социологических исследований и приводят данные опроса проведенного ими на уровне региона, которые коррелируют с данными мониторинга, проведенного авторитетными учеными на федеральном уровне. В дополнение приводится анализ успешных практик интеграции семейной и образовательной профориентации на примере семейного проекта «Технопредки». Обозначены перспективы возможных дальнейших исследований по данной тематике, наиболее значимым из которых выступает формирование модели интеграции семейной и образовательной профориентации. В заключение, авторы подчеркивают, что интеграция семейной и образовательной профориентации не только способствует индивидуальному развитию детей, подростков и молодежи, но и имеет стратегическое значение для общества в целом. Развитие человеческого капитала, основанное на осознанном и целенаправленном выборе профессии, является важным фактором экономического роста и социальной стабильности. Поэтому создание гармоничной системы поддержки подрастающего поколения в профессиональном самоопределении и становлении должно стать приоритетом для всех заинтересованных сторон.

В условиях современной динамичной и неопределенной общественной жизни, классическая дихотомия «формализация-гибкость» в управлении уступает место дихотомии «унификация-разнообразие». Это обусловлено необходимостью вовлечения разнообразных социальных групп и перехода к более гибким субъект-субъектным отношениям. Однако отказ от субъект-объектных методов управления часто носит декларативный характер, а внедряемые механизмы партнерской деятельности не имеют должной доказательной базы. Технология «Прогнозное социальное проектирование» (ПСП), разработанная Т. М. Дридзе, представляет собой один из таких механизмов, направленных на решение проблем пространственного развития. В статье исследуется способность ПСП обеспечить адаптацию в условиях высокой неопределенности и нарастающей динамики с учетом уникальности и специфики различных сообществ и культур. Методологической основой анализа служит концепция типов научной рациональности В. С. Степина, выделяющая классический, неклассический и постнеклассический типы управленческих ситуаций. Методом исследования выступает множественный кейс-стади, позволяющий глубоко анализировать несколько случаев, выявлять сходства и различия. С помощью интервью, наблюдения и анализа документов было изучено пять кейсов, связанных с решением проблем пространственного развития с применением ПСП, собирая данные. Исследование установило, что классические подходы к управлению не соответствуют уровню сложности проблем, относящихся к неклассической парадигме научной рациональности. ПСП, применяемое в ситуациях неклассического типа, сохраняет ряд черт, присущих классическому управлению, что может приводить к негативным по следствиям. Поиск баланса между унификацией и разнообразием поднимает ряд вопросов относительно того, насколько переход от управления, основанного на фактах целедостижения к механизмам, организующим совместную деятельность, способен ответить на те вызовы, которые характерны для современных проблем, вызванных ростом неопределенности

Идеология глобализма, реализуемая сегодня с подачи наших «западных партнеров», связанная в том числе и со снижением требований к уровню образованности личности, со свободой и раскрепощенностью, все больше проникает в систему образования России и стран постсоветского пространства: все свободны в выборе пола, страны, языка, истории страны, традиций своих предков, религии и пр. Это порождает системный сбой в работе механизма преемственности опыта поколений, а значит сбой в ключевом смысловом контексте образования и воспитания личности в целом. Автор размышляет о причинах и обозначает реальные возможности противостояния деструктивной идеологии и тревожным вызовам современного мира, через организацию воспитательной работы с подрастающими поколениями, формируя духовно-нравственные установки личности с учетом ориентации на фундаментальные знания и традиционные общечеловеческие ценности.