Научный архив: статьи

В статье представлено исследование по изучению особенностей восприятия времени и пространства у студентов, занимающихся спортом и не занимающихся спортом.

Выявлены различия в восприятии времени и пространства у этих двух групп студентов.

В ходе исследования были использованы методы сбора и анализа данных, такие как опросы, наблюдения и сравнительный анализ.

Полученные результаты имеют практическую значимость для разработки программ по повышению организованности и управлению временем среди студентов, а также могут служить основой для последующих исследований в области восприятия времени и пространства у молодежи с участием спорта.

Монография известного американского философа и историка науки, гарвардского профессора Питера Галисона посвящена феномену одновременности удалённых друг от друга событий. В прикладном значении в конце XIX - начале XX вв. это означало решение проблемы синхронизации часов. В философском, антропологическом смысле речь идёт о новой чувствительности человека: массовое распространение приборов для измерения времени породило и новое чувство у человека - чувство такта, часовой тик (невроз). Но, как оказалось, без синхронизации часовых механизмов в наступившей геополитической реальности - телеграф, распространение железных дорог и телефонной связи, военное дело и навигация - обойтись невозможно. Фигуры двух выдающихся физиков - француза Анри Пуанкаре и немца Альберта Эйнштейна - оказались центральными в процессе глобальной синхронизации инструментов индикации времени. Галисон виртуозно систематизирует огромный и очень запутанный фактический материал, исторические источники. Ему удаётся показать не только разницу в подходах Пуанкаре и Эйнштейна к решению проблемы одновременности и теории относительности, но и аргументированно объяснить причины, вызвавшие эту разницу.

Мировая культура знает различные системы исчисления времени, одна из сложнейших - двенадцатилетний животный цикл (тенгрианский календарь), позволивший упорядочить бытие номада, сформировать глобальное по значимости умение жить в едином ритме и гармонии со временем и пространством. Любой календарь во всех своих этнокультурных видах не только «времяизмерительный прибор», но и гораздо более широкий и объемный культурный феномен. В настоящей статье раскрывается проблематика отражения образа времени и пространства в тюркском декоративноприкладном искусстве, в частности в орнаменте. Уже неоспорим тезис о том, что пространственно-временная картина в искусстве представляется и в символическом контексте. Этот контекст может выражаться в самых разных образах: геометрических, зооморфных, растительных и даже антропоморфных. Фокус настоящей статьи направлен на осмысление животных образов тенгрианского календаря и их отражение в казахской орнаментальной системе. Вместе с тем автор далек от мысли видеть во всех образцах традиционного декоративно-прикладного искусства воспроизведение народного календаря, но некоторые его отголоски проявляются столь активно, что их трудно игнорировать. В статье уточнены традиционные у казахов названия годов тенгрианского календаря, а также представлены некоторые аспекты осмысления образов животных в орнаментальной системе.

Цель статьи - на основе анализа лексикографических данных показать значимость оппозитивных отношений для лексем различных частей речи, входящих в идеографическую группу «Время относительно момента речи», выявить основания для подобных оппозиций и то, какие аспекты настоящего, прошлого и будущего в них профилируются. Материал выявлен и систематизирован в процессе работы над группами сферы «Время», представленной в синоптической схеме Универсального идеографического словаря-тезауруса (проект под руководством Л. Г. Бабенко). Показывается недостаточная системность в представлении подобной лексики в словарях. Методы исследования - компонентный анализ лексического значения, метод идеографической классификации, контекстологический анализ. Выявлены следующие особенности представлений о времени относительно момента речи, репрезентированных в современном русском языке. Точкой отсчета выступают фигура говорящего и настоящее время. В представлении о соотношении прошлого, настоящего и будущего важное место занимают оппозиции: прошлое и будущее противопоставляются друг другу относительно настоящего, а также настоящее, в свою очередь, противопоставляется прошлому и будущему по отдельности. В этих оппозициях профилируются сами отрезки времени и связанные с ним события, а также субъект этих событий, носитель признака, качества и т. п., которые меняются во времени. Наибольшая номинативная плотность характерна для противопоставления настоящего и прошлого. Прошлое градуировано в большей степени, и есть оппозиции, в которых настоящее противопоставляется прошлому недалекому / далекому / очень далекому или неопределенно далекому. Существуют противопоставления, в которых градуируется степень близости / отдаленности от настоящего. Результаты проведенного исследования и корпус выявленного и систематизированного лексического материала позволяют наиболее полно представить в идеографическом словаре группу «Время относительно момента речи», а также в целом существенно дополняют и уточняют имеющиеся лексикографические данные и могут быть использованы в работе над другими словарными проектами.

В статье предпринята попытка создать типологию точек пространственно-временных переходов и их посредников на основе киноисторий, включающих преодоление этих базовых категорий бытия. Прослежена зависимость вида посредника перемещения от жанра фильма и сюжетообразующей прагматики. Рассмотрены такие виды посредников подчинения континуума, как рукотворные, земные и неземные, механизмы (машина времени в прямом смысле и ее варианты: автомобиль, врата, устройства различных параметров и пр.), домашние артефакты (дневник, часы, окно, пульт от телевизора, сантехника и др.), природные и городские локусы (озеро, пещера, туннель), состояния человека (сон, смерть). В качестве материала исследования привлекались российские и западные фильмы и сериалы XX-XXI веков.

Статья подготовлена автором в рамках исследования пространственно-временного континуума станковой живописи и художественной фотографии Беларуси 1960–1991 гг. Цель данной статьи – анализ пространственно-временного своеобразия в станковой живописи Беларуси 1970-х годов во взаимосвязи хронотопа живописных произведений и социокультурной составляющей очерченного исторического периода.

Немалую лепту в обогащении пространственно-временных характеристик произведений внесли художники-«семидесятники». Они стремились «высвободить» хронотоп из-под доминанты сюжета, подчеркнуть его самостоятельные выразительные возможности [10]. В станковых живописных произведениях художники моделируют неоднозначное пространство, в котором теряется определенность в местонахождении объекта, а привычные координаты физического мира преображаются. Монтаж разновременных и разнопространственных характеристик, планов и масштабов, определенная мера пространственной условности, совмещение реального и ирреального – все это признаки поисков новых свойств в хронотопе станковой живописи 1970-х годов.

Художники-«семидесятники» стремились к психологизму, метафизике, к проникновению в человеческое подсознание через ассоциации и символизм обогащали свои про- изведения философскими смыслами. Если художники предшествующего десятилетия отображали натуру «в упор», то художники 1970-х ставили своей целью воплотить в произведениях собственное мировоззрение. Можно говорить о своеобразном интеллектуальном романтизме «семидесятников».

Статья включает в себя анализ художественных произведений, которые в разной степени отображают формы пространства и времени. Картины мастеров рассматриваются с точки зрения пространственно-временного континуума, который являет собой наиболее глубокое и многоаспектное их осмысление.

Мир идей автора влияет на внутреннюю жизнь читателя, но существует, помимо этого, и феномен физического присоединения читателя к событиям сюжета. В случае читателей романа Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» - прежде всего к динамике и пластике персонажей. Внимание ученых в последние десятилетия привлекли физиологические изменения (кровообращения, сердцебиения, функционирования мозга) во время чтения. Читатель непроизвольно как бы обозначает те движения, которые соответствуют движениям героя произведения, потенциально совершает их. «Преступление и наказание», с его динамикой - сюжетной и пластической, динамикой движений, поступков персонажей - активно способствует этому процессу. Главный герой, а также персонажи, тяготеющие к центру романа, - люди, чье поведение богато неожиданностями. Такова их внутренняя жизнь, таково и их жестовое поведение. Поэтому там, где речь идет о Раскольникове и его близком окружении, особое значение приобретают глаголы движения совершенного вида. О персонажах третьего плана, принадлежащих романному «фону», большей частью повествуют глаголы несовершенного вида - так описывается жизнь, лишенная смысла, с однообразно повторяющимися тягостными ситуациями. Читатель принадлежит и миру протагониста, и миру статистов, ему близки взрывчатые перемены в поведении Раскольникова, но также и тянущееся, тягостное бытие «маленьких людей» «Преступления и наказания». Присоединение читателя к миру героев - при всем их разнообразии - происходит и на идейном и духовном, и на физическом уровне взаимодействия с персонажами. Тем более освобождающим и динамически вовлекающим выглядит для читателя эпилог романа, где Раскольников не только находит путь из одиночества к другим людям, но и эти другие (люди каторги) оказываются способны откликнуться на его внутреннюю перемену.

Статья посвящена сравнительному анализу и возможностям синтеза концепций двух основоположников современной теории систем - Александра Александровича Богданова и Людвига фон Берталанфи. В настоящее время теория и методология системного анализа переживают своего рода второе рождение. Это связано, с одной стороны, с накоплением знаний о трансформации системной структуры общества, человека, природы в XX-XXI вв., с другой - с развитием информационно-компьютерных и интернет-технологий, а также методов математического и имитационного моделирования. В этой ситуации актуальной представляется задача переосмысления системного мировоззрения А. Богданова и Л. фон Берталанфи, выявления общих и дифференцирующих черт, определения перспектив системного синтеза их концепций. Обобщая основные положения новой теории экономических систем и пространственно-временного анализа, мы показываем, что концепция Л. фон Берталанфи может быть охарактеризована как дискретная («элементная»), а концепция А. Богданова - как непрерывная («процессная»). В этом смысле эти концепции можно рассматривать как полярные, а движение теории и практики системообразования в области развития физики, живописи, музыки в период между 1920-ми и 1940-ми гг. - как движение от непрерывных системных форм к дискретным. В статье подчеркивается различие между односторонними вариантами представления о системах, основанными либо на развитии организационных структур, либо на роли инновационных проектов, либо на важности логистических процессов, либо на значимости внутри- и внешнесистемных сред. В качестве универсальной модели полномасштабного системного видения мира предлагается тетрада как комплекс объектной, процессной, проектной и средовой подсистем, функционирующий как единое целое и сочетающий кратко- и долгосрочные локальные и глобальные подсистемы. Такие модели могут стать опорой для формирования интегрального полномасштабного системного мышления XXI века.

Осуществляется латентный анализ творчества Э. В. Ильенкова через актуализацию центральных философских проблем в форме размышлений автора над проблемами, провоцируемыми творческой и жизненной судьбой Ильенкова. Автор, вырастая в своей философской позиции и методе теоретической деятельности, в непосредственном контакте с Ильенковым и его творчеством, пытается в своих теоретических анализах показать их зависимость от диалектической философской культуры; и демонстрирует свои размышления как непосредственно связанные с философскими исследованиями Ильенкова. В тексте статьи нет пересказов и прямых оценок творчества Ильенкова: в этом автор видит пустое и ненужное дело, автор делает попытку показать собственное вхождение в философскую проблематику с явной и скрытой отсылкой к методу и содержанию работы Ильенкова. Проводится мысль, что совместность есть неустранимый принцип и форма любой творческой деятельности. Статья, по форме близкая к эссе, написана к 100-летию Э. В. Ильенкова.