Научный архив: статьи

Статья посвящена рассмотрению словообразования и семантики греческих лексем с формантом -(ι)τζ-, обнаруженных в тексте памятника византийской канонико-правовой письменности конца XI в., автором которого считается Петр Хартофилакс. В статье рассматриваются языковые особенности текста в целом, а также словообразовательные особенности и семантические свойства лексем κορίτζα и παπαδίτζης в частности. Обращаясь к вопросу семантики лексемы παπαδίτζης, отличающейся от представленной в исторических словарях, автор статьи уточняет контекстуальное значение этого слова. Расширение семантического поля этой лексемы, вероятно, произошло под влиянием характера текстов этого жанра (канонико-правовая эпистолография). Также в статье проводится анализ гипотез происхождения форманта -(ί)τζ-. Автор обращает внимание на возможность исконно греческого или славянского происхождения этого суффикса.

Статья основана на материале недостаточно изученного научного наследия российского академика Готлиба Зигфрида Байера (1694—1738). Впервые рассматривается лексика одного из первых памятников тоболо-иртышского диалекта сибирских татар в составе рукописного латинско-татарско-вогульского словника в архиве Байера (Глазго, Великобритания). Установлено, что словник Байера составлен на основе словника российского академика Герхарда Фридриха Миллера (1705—1783), записанного им в Тобольске в 1734 году и включающего слова общеупотребительной, базовой лексики. В статье проведен анализ ряда лексем (16 из 99) словника Байера — Миллера с точки зрения семантики, этимологии и графико-фонетических особенностей. Выявлены исконно тюркские лексемы и заимствования. Среди исконно тюркских — слова, обозначающие реалии природы (Kun ‘солнце; день’, Jildű̀s ‘звезда’, Agatsch ‘дерево; лес’, Urman ‘лес’, Kul ‘озеро’), связанные с социумом и деятельностью человека (Achtscha ‘деньги’, kul ‘слуга’, ok ‘стрела’), древнейшее общекыпчакское наименование бога (Tangri) и этимологические неясное сиб.-тат. bűre`n ‘озеро’. Заимствования представлены лексемами, связанными с мусульманской религией: Chudai ‘бог’, Asman ‘небо’, Аtnia̋ ‘неделя’ (от ‘пятница’) — из персидского; Jumà ‘пятница, неделя’, Auwa ‘небо’, Schaitan ‘дьявол’ — из арабского. Графико-фонетический анализ материала показал, что в рассмотренных языковых единицах нашли отражение особенности вокализма и консонантизма тоболо-иртышского диалекта первой половины XVIII века.

Цель статьи - предложить апробированные в практической работе упражнения и задания, основанные на изучении этимологии фамилий в английском и немецком языках. В статье обусловливается актуальность изучения фамилий как антропонимов при обучении профессиональному иностранному языку ( English, German for specific purposes: ESP, GSP ) при подготовке аграриев разных профилей. В современных рабочих программах аграрных университетов не уделяется внимания изучению имен собственных, однако они занимают существенное место в структуре лексики любого языка, отражая важные аспекты развития истории и культуры. Формирование ономастики в качестве специфической отрасли языкознания, экстралингвистическая природа фамилий определяют актуальность изучения данного вида антропонимов. В данной статье рассматривается эффективность использования фамилий при изучении иностранного языка в профессиональной деятельности, предлагаются апробированные методические приёмы, способствующие формированию профессиональных компетенций. При подготовке статьи применены методы научного анализа и обобщения: описательный метод, методики этимологического анализа, отдельные элементы компаративного и типологического анализа. Изучение происхождения и лексических особенностей фамилий позволяет применить интегративный подход, уйти от стандартных приёмов, наполнить учебные занятия свежими, актуальными сведениями. В данной статье рассматриваются фамилии, основанные на профессиональной деятельности или ремесле человека, представленные в английском и немецком языках.

Исследование является продолжением статьи, представляющей собой историографический обзор дискуссии об этимологии топонима Пермь. К историко-географическому исследованию было привлечено около сорока географических объектов с пермскими названиями, обнаруженных на территории Финляндии и 13 регионов Российской Федерации. Разного рода «задние земли» (перми) равномерно распределены на всей изученной территории, причем параллельные поиски «передних земель» результатов не дали, что вынуждает поставить под сомнение версию о дрейфующем топониме. При этом фиксируется обилие пермских гидронимов, хотя это должно казаться парадоксальным, ибо Perämaa, Пермь - это земля задняя. Применение историко-географических методов позволило выяснить этиологию (происхождение) онимов пермского ряда, которые следует понимать не просто как заднюю землю, но землю на речных задах, в верховьях рек, в районах сосредоточения сухопутных отрезков водно-волоковых путей. В окрестностях 30 «пермей» фиксируются волоки разной интенсивности использования, в 19 случаях волоков обнаружить не удалось. Исключения из правила фиксируются на юго-восточной периферии изучаемой области, у сел и деревень с названием Пермяки и Перминовы, которые номинированы по происхождению или по фамилии первопоселенцев. В древности важнейшие транзитно-транспортные развязки тщательно фиксировались на местности пермскими топонимами и гидронимами, именно поэтому районы концентрации важнейших волоков (Перми и Пермцы) привлекали особое внимание новгородских, а позднее московских властей, как узлы прочности на колонизируемой территории.

Предметом исследования в настоящей статье являются названия крупных рек в Западной и Центральной Европе. В этом контексте прежде всего упоминается Х. Краэ, который в 1950-х гг. прошлого столетия создал теорию «Древнеевропейская гидронимия». В статье критически рассматривается теоретическая концепция Х. Краэ, изложенная в ряде его трудов и явившаяся базой для лингвистической интерпретации «древнеевропейской» гидронимии. Критически рассматриваются также некоторые работы его учеников и единомышленников. Отмечается, что объективная необходимость в освещении теоретических оснований «древнеевропейской» гидронимии созрела давно. Прежде всего это касается этимологии некоторых названий рек. Обращается внимание на общетеоретические положения современной индоевропеистики, образующие единую концепцию реконструкции праязыковой ситуации в Западной и Центральной Европе. Главным объектом изучения являются теоретические концепции ученых, занимающихся проблемами реконструкции праязыка и культуры с использованием ономастического материала. Теоретическую основу настоящего исследования составляют использование достижений, связанных с междисциплинарными открытиями, выводы из общих и частных археологических исследований и результаты новейших лингвистических исследований в области индоевропеистики. В процессе анализа использовались факты, полученные в исследованиях по индоевропейским языкам. В результате проведенного анализа установлено, что вопрос о лингвистическом статусе «древнеевропейской» гидронимии окончательно не решен. Фрагментарность языкового материала не позволяет сделать однозначный вывод в пользу той или иной концепции. Тем не менее заслуживает особого внимания вопрос сближения древнеевропейских гидронимов с гидронимами отдельных индоевропейских языков - кельтским, германским, славянским. Отмечается, что расширение наших знаний и исследовательских возможностей ставит новые проблемы, разработка которых ведется отечественными и зарубежными исследователями.

В предлагаемой читателю статье рассматривается письменная история удмуртского слова луд «поле», начиная со времени его первой фиксации во второй половине XVIII столетия до наших дней. Эта лексема, имевшая первоначальное значение «поле», за 250лет развития языка существенно расширила свою семантику. В последнем «Удмуртско-русском словаре» (2008) у слова луд зарегистрировано 4 значения: ‘поле, полевой; родовая жертвенная роща; дикий; степь ’. Следует также отметить, что оно является первым компонентом сложных слов, обозначающих некоторую лексику фауны и флоры, и в современном удмуртском языке пишется слитно. Актуальность темы обусловлена недостаточной на сегодняшний день изученностью лексической системы удмуртского языка, особенно с точки зрения исторической, что является определенной преградой для познания материальной и духовной культуры удмуртского народа, а также его связей с другими народностями. Предметом исследования выступает удмуртское слово луд. Автором на основе разновременных письменных документов на удмуртском языке прослеживается постепенное расширение его семантики до сегодняшних дней. В середине XIX в. в первых переводах Евангелий слово было приспособлено для обозначения термина «пустыня» и атрибута «дикий», а в словарях более позднего периода и новейших письменных источниках оно получило еще мифологическую семантику «жертвеннаяроща» и «дух-хранитель (хозяин) жертвенной рощи». По своему происхождению слово луд является весьма древним, относится к уральскому пласту: в этимологической литературе его соответствия зарегистрированы как в близкородственных, так и дальнеродственных языках.

Статья посвящена анализу экзотической лексики, представленной в глянцевом журнале путешествий « Вояж ». Экзотизмы исследуются как языковой полифункциональный феномен, к которому реализуется широкий подход. В выпусках журнала за 2023-2024 гг. зафиксировано 130 экзотизмов. Они классифицированы по двум признакам: происхождение и семантика. Значения экзотизмов позволили выделить в текстах журнала-тревелога четыре тематических группы разной частотности: названия блюд и напитков ( 21 % ), названия природных и административно-территориальных объектов (5 4 % ), названия объектов сферы духовной культуры ( 14 % ), названия флоры и фауны ( 11 % ). В соответствии с этимологией экзотизмы дифференцированы на две группы: экзотизмы из национальных языков России ( 88 % ) и экзотизмы из официальных языков иных стран мира ( 12 % ). В первой подгруппе обнаружены экзотизмы из бурятского, калмыцкого, мансийского, чувашского, шорского языков; а во второй - английского, итальянского, казахского, китайского, немецкого, тайского, французского языков. Установлено, что в журнале-тревелоге экзотизмы выполняют четыре функции, три из которых являются универсальными, а одна - специфической. К универсальным функциям, характерным для экзотизмов и в текстах иных дискурсов, отнесены номинативная, эстетико-воздействующая и познавательная. А в качестве специфической, присущей экзолексемам именно в текстах журнала-тревелога, отмечена функция лингвистического инструмента создания конкурентной идентичности. Автор приходит к выводу, что экзотическая лексика журнала-тревелога « Вояж » позволяет отнести его к сегменту медиаресурсов, популяризирующих культурное наследие и способствующих оптимизации маркетинга территорий.

На материале монгольских языков сопоставляются и анализируются семантические связи слова urm-a ‘вдохновение, подъём (духа), хорошее настроение’ с лексическими единицами, имеющими общий корневой элемент ur-/ür-. Цель исследования − определить мотивирующие факторы, способствующие номинации такого эмоционального состояния, как вдохновение, и выявить ряд семантически взаимосвязанных смежных лексико-семантических групп. Так, в работе представлено осмысление фонетико-семантической корреляции в словах с общим корневым элементом ur-/ür-, которое позволяет объяснить звуковую сенсорную реакцию в ответ на внутреннее ощущение подъёма сил и энергии как проявление психофизиологии посредством звукоизобразительных номинаций и как перенос ощущений на эмоциональную сферу при номинации того или иного явления. Акустико-артикуляционные особенности дрожащего сонанта [r] (удар, энергия, сила, импульс, движение) явились мотивирующими для номинации физиологического ощущения движения внутренней силы, энергии в монгольских языках. В качестве фактического материала для исследования послужили данные словарей старописьменного монгольского (примеры представлены в словарях Kow., БАМРС), халха-монгольского, бурятского, калмыцкого языков.

Рассматриваются монгольские слова от основы urma- и круг словарных толкований ключевых слов, представленных в монголоязычной лексикографии, которые вербализируют такое эмоциональное состояние субъекта, как вдохновение (сила, подъем духа, желание), проиллюстрированы словообразовательные ряды для передачи богатой смысловой палитры этого состояния. Также в работе представлены синонимы понятия ‘вдохновение’ с сонантом [r] в корне: п.-мо. sür ‘величие; сила, мощь’; п.-мо. ǰoriγ ‘смелость; сила воли; стремление’, п.-мо. ǰirüken ‘сердце; душа; мужество, храбрость’. Подъем внутренних сил как один из факторов звукосимволической природы корневого согласного [r] стал основным в установлении и описании лексических единиц, которые своей звукосмысловой оболочкой и содержанием взаимосвязаны и объединяются по тематическим группам: подъём (рост, движение вверх – ergü- ‘поднимать (вверх)’; urγu- ‘расти’; üre ‘семя’; orgi- ‘бить ключом’; orboyi- ‘быть взъерошенным, топорщиться’ и др.), перед (юг, прежде, вперёд – uruγši ‘вперёд; на юг; успех, удача’; urida ‘прежде, раньше, вперёд’), быть первым (опережать – öris- ‘опережать, предупреждать’), их соотношение друг с другом.

Целью настоящей статьи является введение в научный оборот и анализ географической лексики и топонимии, бытующих в среде чувашского населения села Смолькино Сызранского района Самарской области. Топонимия и географическая лексика смолькинского говора чувашского языка до настоящего времени не подвергались комплексному изучению, между тем они представляют значительный интерес в связи с языковыми особеннос­тями чувашей села Смолькино. В статье ставилась задача провести лексико-семантический анализ бытующих в смолькинском говоре топонимии и географической лексики с целью выявления их характеристических особенностей.

Материалами для данной работы послужили сведения, полученные автором статьи в течение полевого сезона 2021 г. от местных жителей и краеведов. При сборе данных применялись методы прямого опроса и направленной беседы. Для сравнительно-сопоставительного анализа исследуемых топонимных единиц в работе привлекаются соответствующие материалы автора, собранные в других чувашских селах Самарского Поволжья на протяжении 2015–2021 гг., а также материалы по элементам топонимной лексики смолькинского говора и географическим названиям, содержащимся в трудах других исследователей. Этимологический анализ топонимов проводился с учетом характеристик смолькинского говора, историко-культурных особенностей его носителей, с привлечением параллелей с других территорий расселения носителей чувашского языка. В результате исследования были выявлены основные элементы географической топонимной лексики смолькинского говора чувашского языка, их формы бытования и семантика. Особое внимание уделялось нехарактерным для чувашских говоров региона лексемам данного кластера: адыл – болото, заливное озеро; кран – просека; терес – колодец.

Большинство представленных в статье топонимов этимологизируется из чувашского и русского языков, субстратный слой представлен татарскими географическими названиями, для чего имеется историческое обоснование. Кроме того, присутствует небольшой эрзянский пласт, наличие которого объясняется близким соседством смолькинских чувашей с эрзя-мордовским населением сел Алёшкино и Ерёмкино.

Введение. Из всех астральных объектов, видимых на ночном небе, звездное скопление Плеяд (в дальнейшем мы будем обозначать их как созвездие) имело чрезвычайно важное значение в жизни кочевников Внутренней и Центральной Азии. Целью данной статьи является решение двух задач, одна из которых заключается в изучении распространения основных названий Плеяд в тюркских и монгольских языках, выявлении наиболее полной совокупности их версий в разных диалектах, уточнении и дополнении этимологии названий. Другая задача состоит в выявлении и анализе мифологических образов Плеяд, известных на территории расселения тюрко-монгольских народов. Материалы и методы. Источниками исследования стали историко-этнографические данные, опубликованные в работах исследователей ― этнографов, историков, лингвистов — фольклорные материалы, а также материалы полевых исследований автора. В работе используются как общенаучные методы исследования (анализ, аналогия и др.), так и специальные научные (в частности историко-сравнительный) методы исследования. Результаты. В языках тюрко-монгольских народов зафиксированы два названия Плеяд, тюркское ürker / ülker и монгольское mičid, представлены наиболее актуальные этимологические гипотезы, отражающие происхождение тюркского и монгольского названий Плеяд, предложен ряд мифологических образов Плеяд, выявленных в процессе исследования. Выводы. Уникальные образы Плеяд в представлениях тюрко-монгольских народов возникли в процессе взаимодействия разных языков и культур, осмысления и интерпретации разных версий названий Плеяд, интеграции разрозненных сюжетообразующих элементов в мифах, сказках, преданиях.

В статье описана семантика и этимология некоторых базовых терминов культурной лексики монгольского языка, относящихся к сфере образования, науки и просвещения. Цели и задачи исследования: на примере некоторых слов показать особенности механизма сложения описываемого пласта лексики. Материалы и методы. Материал был извлечен из монгольско-русских и монгольских толковых словарей методом сплошной выборки. Далее происходила сверка извлеченной лексики со словарными статьями этимологических словарей монгольских и тюркских языков, а также двусторонних словарей санскрита, китайского и тибетского языков. Результаты. Следующие слова были заимствованы в монгольский из уйгурского языка: шавь ‘ученик, последователь’ пришло в уйгурский язык из санскрита через китайский, багш ‘учитель’ и бичиг ‘письмо, сочинение’ ― в уйгурский из китайского, ном ‘книга’ ― в уйгурский из греческого через согдийский. Корни письм.-монг. bol- ‘становиться, происходить’ в боловсрол ‘образование’ и письм.-монг. uqa- ‘понимать, осознавать, постигать’ / тюрк. uq- ‘id.’ в ухаан ‘разум’ ― общие для тюркских и монгольских языков. Соответствия корню письм.-монг. ere- ‘мужчина’ (из erdemten ‘ученый’) встречаются не только в тюркских, но и в тунгусо-маньчжурских языках, что позволяет говорить о его общеалтайской природе, однако само слово erdemten, по-видимому, появилось как калька др.-тюрк. erdämlig ‘добродетельный’. Похожим образом общеалтайский корень *o: j- ~ *oj- ‘разум’ присутствует в монг. оюутан, хотя само слово стало обретать семантику, похожую на «студент», когда стало употребляться в качестве кальки кит. 秀才xiùcai (офиц. 生員 shēngyuán) ‘обладатель первой из трех ученых степеней’. Корень письм.-монг. sur- ‘учиться’, слова монг. зүй ‘теория, учение’ и судлал ‘изучение, научная дисциплина’ ― общемонгольские. Выводы. Большинство рассмотренных базовых понятий семантической группы «Просвещение, образование, наука» попали в монгольский язык из уйгурского языка изначально как религиозная лексика, причем изначальный источник слова мог быть в китайском языке, санскрите или даже греческом. Часть лексики появилась в результате калькирования уйгурских или китайских слов. Исконно монгольскими оказались термины, произошедшие от монгольского корня sur-, термины монг. зүй и судлал ‘учение’ в составе названий наук.

Статья посвящена истории и этимологии аула Сарачан-Юрт, основанного на правом берегу р. Сунжа задолго до строительства крепости Грозная. На основании исторических материалов установлена локация населенного пункта и тайповая принадлежность его основателей. Автор опровергает утверждение о наречении Сарачан-Юрта в честь коменданта крепости Грозная с 1825 по 1827 г. полковника Т. В Сорочана. Представлены авторские версии этимологии названия Сарачан-Юрт.