Научный архив: статьи

В статье рассматривается устойчивое влияние политического Запада - структуры власти, возникшей в эпоху холодной войны и продолжающей формировать международные отношения сегодня. Вопреки ожиданиям его самороспуска после распада Советского Союза, политический Запад расширил свое влияние, движимый верой в идеологическое превосходство либеральной демократии. Эта экспансия, подпитываемая представлениями о «конце истории», привела к сохранению динамики холодной войны, характеризующейся враждебными отношениями и идеологическими конфликтами. В исследовании противопоставляются ожидания позитивного мира в эпоху после окончания холодной войны и реальность продолжающегося антагонизма, примером которого являются такие конфликты, как Балканские войны и интервенции НАТО в Ираке и Ливии. Кульминацией обострения напряженности стало начало второй холодной войны в 2014 г., ознаменовавшееся прокси-конфликтами и, в частности, украинским кризисом 2022 г. В ответ на напористость западного политического блока возникло альтернативное объединение во главе с Россией и Китаем, бросившее вызов одностороннему доминированию западных держав. Этот политический Восток, хотя и воплощает антигегемонистские настроения, сохраняет консервативную позицию в рамках международной системы Устава ООН. В заключение в статье подчеркивается фундаментальная трансформация международной политики в многополярный ландшафт. Хотя и политический Запад, и Восток продолжают поддерживать принципы Устава ООН, интенсификация военных действий чревата дестабилизацией международного порядка. В условиях непрекращающейся динамики холодной войны и вызовов, связанных с глобальными изменениями окружающей среды, будущее человечества становится все более неопределенным.

В последние годы исследователи правого радикализма проявляют интерес к вкладу радикальных консерваторов в современную теорию международных отношений. В центре предлагаемого исследования находятся концепции немецкого интеллектуального течения «новых правых» в ФРГ применительно к вызовам мировой политики. Цель исследования состоит в анализе эволюции политического языка представителей движения на этапе холодной войны и на современном этапе - с 2013 г. по настоящее время. Методологической основой работы выступает анализ политических текстов в рамках Кембриджской школы истории идей. Обращение к данному методу позволяет определить политические проблемы и оппонентов «новых правых», воспроизвести политические контексты, в которых действовали теоретики, а также идентифицировать культурный ресурс политического языка идеологов. Результаты исследования демонстрируют, что основной целью «новых правых» является обеспечение национальной безопасности и роста политической мощи ФРГ. Ее достижение требовало разработки внешнеполитической концепции, обеспечивающей доминирующее положение ФРГ в континентальной Европе. Хотя интеллектуальные источники идеологии «новых правых» не имели прямого отношения к теории международных отношений, тезисы их теоретиков наиболее близки школе политического реализма. При этом проевропейские идеологические позиции «новых правых» оказываются ограниченными и, как следствие, невостребованными среди правых популистов Европы и США. Данный вывод позволяет опровергнуть утверждение, что цель «новых правых» состоит в революционном переустройстве существующей системы международных отношений.

В статье с помощью методов анализа больших массивов информации исследуется, как современные американские СМИ используют символы Холодной войны в репрезентациях китайско-американских отношений. Материалами послужили публикации в ведущих СМИ США различной политической направленности; хронологическими рамками исследования стали 2021- 2024 гг.

Авторы отмечают, что использование символов Холодной войны современными СМИ призвано, во-первых, предложить аудитории понятную объяснительную модель; во-вторых, обосновать неизбежность победы Соединенных Штатов: подобно тому, как Америка одержала верх над СССР, она победит и КНР, используя опыт Холодной войны для сдерживания нового соперника.

Авторы констатируют активное использование символов Холодной войны американскими СМИ для объяснения текущих международных отношений. Помимо российско-американских отношений, эти символы привлекаются для репрезентаций отношений США с Китаем, который рассматривается в качестве потенциального соперника, способного бросить вызов гегемонии США. Анализ эмпирических данных показывает, что наиболее вос-требованным маркером современного Китая в тематических контекстах Холодной войны стал «коммунизм». При этом, как показано в статье, СМИ США ассоциируют с коммунизмом, прежде всего, нынешний Китай, а их аудитория все еще увязывает данный термин с нынешней Россией. Отождествление КНР с коммунизмом происходит с помощью проведения аналогий между Китаем и СССР; между политиками Китая и деятелями советской истории, а также через акцентирование названия крупнейшей партии страны – Коммунистической партии Китая. Среди других популярных символов, используемых в контексте Холодной войны в отношении Китая, – «экспансионизм», «ядерное оружие», «Империя Зла».

Как главный агрессор во Второй мировой войне Германия обязана бессрочно соблюдать комплекс строгих ограничений при развитии и использовании своего военного потенциала. Рассмотрена эволюция наблюдения за страной этой фундаментальной основы до начала 2020-х гг. Внимание уделяется кейсам пересмотру Германией условий, которые ограничивают строительство военной страны радиальных державных амбиций. ФРГ заявила, что «российская (советская) угроза» стала основным поводом для ремилитаризации. Однако в действительности Германия уделяла внимание своей особой ответственности перед СССР и РФ. В данном двадцати показаны рамочные условия развития «военной машины» ФРГ, заданные канцлером К. Аденауэром. Прослежена направленность ремилитаризации ФРГ в период с конца 2010-х гг. Изучены особенности использования Бундесвера внутри и за пределами зоны безопасности НАТО, как шаги по отходу от «стратегической сдержанности».

Введение. Космическая гонка играет важную роль в конструировании современного нарратива, обосновывающего политические амбиции, технический прогресс и положение статус-кво. В связи с этим целью статьи является анализ образа противостояния двух сверхдержав в период космической гонки. Методология и источники. В статье используется сравнительный анализ различных нарративных моделей и образно-визуального ряда отечественных и зарубежных фильмов. Для понимания особенностей формирования образа противостояния при меняется междисциплинарный подход. Основными источниками исследования вы ступают как работы теоретиков «memory studies» П. Хаттона, Яна Ассмана, М. Хальб вакса, П. Нора, так и современных исследователей отечественного кинематографа О. Ю. Малиновой, А. Е. Пискуновой, Н. А. Лысовой, Д. В. Мдянец, Е. Ю. Перовой, а также концепция миметического желания Р. Жерара. Временные рамки для отбора матери ала определялись с опорой на периодизацию, предложенную коллективом авторов под руководством В. С. Авдонина, и ограничиваются современным этапом «селектив ного использования истории». Материалом для анализа выступили отечественные и зарубежные фильмы о космической гонке: «Время первых», «Покажи мне луну», «Темные фигуры», «Салют-7». Результаты и обсуждение. Современные отечественные фильмы, посвященные освоению космоса, конструируют образ вневременного противостояния между Россией и Западом. Этот нарратив пронизывает имперское и советское прошлое и находит отражение в современной политической риторике. В основе сюжета лежит идея миметического соперничества двух сверхдержав. Мотивации героев отечественных и зарубежных фильмов пересекаются. Однако если отечественный нарратив обращается к ностальгии по прошлому, то зарубежный выстраивается на оппозиции с прошлым по вопросам гендерной, расовой и национальной дискриминации. Заключение. Делается вывод, о доминирующей роли достижений прошлого в кон струировании коллективной памяти. Героизм демонстрируется через мобилизацию внутренних ресурсов в «мирное» время и очеловечивание мифологизированных ра нее героических образов.

Начало 1980-х гг. характеризовалось мощным скачком международной напряженности в отношениях между Западом и Востоком. Данные события получили свое отражение в запоминающихся образах массовой культуры, которые использовались не только для информационного давления на противника, но и для обеспечения собственного морального тыла. «Холодная война» была особенно широко представлена в советском и западном кинематографе. При этом СССР критиковал правящие круги США, но подчеркивал доброжелательное отношение к простым американцам. Исторический опыт конфликтного взаимодействия в медийном пространстве 1980-х гг., наиболее яркие образы которого прочно закрепились в массовом сознании, имеет особую актуальность для лучшего понимания гуманитарных аспектов информационной безопасности и рефлексии в современных условиях.

Авторы статьи проанализировали, как менялось восприятие в среде русской диаспоры в США советской молодёжи в контексте представлений о Советском Союзе в период конца 1940-х - 1991 гг. Источниковую базу исследования составили публикации крупных русскоязычных изданий в США разной политической окраски. В целом журналисты эмиграции воспринимали советскую молодёжь искаженно, не отражая многие внутренние процессы, переживаемые социумом СССР. Антикоммунистические издания отводили молодому поколению важную роль в деле свержения режима большевиков. Иных взглядов придерживались в период “холодной войны” авторы просоветской газеты “Русский голос”.

Выявляется специфика репрезентации кубинской темы в официальной пропаганде СССР и определяется характер ее отражения в советском массовом сознании в условиях холодной войны. Особое внимание уделяется содержанию плакатов и карикатур начала 1960-х гг. как наиболее яркой, устойчивой и доходчивой формы выражения ключевых политических метафор и образов и «письмам во власть» из фондов Государственного архива РФ, основное число которых относится к периоду Карибского кризиса. Делается вывод о месте и роли революционной Кубы в советском информационном поле. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.

Статья посвящена деятельности Федерации русских канадцев (ФРК) - наиболее крупной организации, объединявшей представителей славянских трудовых иммигрантов в данной стране Северной Америки. В центре внимания автора - феномен русских школ, существовавших в Канаде в эпоху холодной войны. Источниковой базой данной статьи послужили материалы газеты «Вестник», которая выпускалась в Торонто. Показано, что ФРК являлась ключевой структурой, которая использовалась дипломатическими структурами СССР в Канаде в условиях холодной войны. Основу данной организации составляли представители трудовой эмиграции из Российской империи, а также Польши 1920-х - 1930-х гг. Большинство из них были белорусами и украинцами, которые не имели отчетливо выраженного этнического самосознания и идентифицировали себя с русской эмиграцией. Руководство ФРК стремилось бороться с растворением молодежи в канадском обществе, надеясь, что подрастающее поколение будет владеть русским языком и знать основы культуры родины предков. Однако исторические источники свидетельствуют о том, что процессы ассимиляции в полиэтничной среде Канады развивались достаточно быстро, чему способствовала, в том числе, недостаточная заинтересованность многих русских канадцев в функционировании русских школ.

Разрядка напряженности в советско-американских отношениях 1969-1979 гг. как особое явление в истории международных отношений второй половины ХХ в. до настоящего времени не получила однозначной историографической оценки. В статье предпринята попытка локализовать её как относительно автономный, хотя и связанный с более продолжительной по времени разрядкой в отношениях между Востоком и Западом («долгой разрядкой») процесс, отличавшийся особыми качественными характеристиками. Для него была характерна сложная структура, роль ключевого элемента в которой принадлежала программам научно-технического сотрудничества и технологического трансфера. Стороны планировали свое участие в этих программах, исходя из собственных приоритетов. Обосновывается вывод о том, что значимым фактором успешности американской стратегии на этом направлении стала продуманная информационная политика.

Противодействие попыткам искажения мировой истории, реабилитации нацизма, разжигания межнациональных конфликтов возможно путем усиления сплоченности российского общества, совершенствования обучения и воспитания подрастающего поколения. Изменения в школьном историческом образовании проявляются сегодня в постановке акцентов на развитие гражданского сознания и патриотическое воспитание учащихся. В статье с опорой на положения Стратегии национальной безопасности РФ и федеральных рабочих программ рассматривается содержательное построение единого учебника истории, в отличие от использовавшихся ранее. Проводится анализ методических аспектов изучения в средней школе проблемы политики сверхдержав на периферии холодной войны (1947-1991 гг.). Приводятся примеры заданий по углубленному изучению локальных конфликтов по всему миру как отражения глобального противостояния СССР и США. Раскрываются вопросы, побуждающие школьников задуматься и осмыслить истинные мотивы действий недружественных стран в отношении России. Оценивается роль учебника в развитии у школьников осознания важности личного вклада в безопасность и благополучие Отечества. Обосновываются рекомендации для углубленного изучения политики сверхдержав на периферии холодной войны.

История СССР после Второй мировой войны вызывает в настоящее время огромный интерес, так как начавшаяся холодная война развела бывших союзников «по разные стороны баррикад», и вплоть до настоящего времени о дружеских взаимоотношениях России и стран Запада, прежде всего США, можно только мечтать. История взаимоотношений СССР/России и США в различные исторические периоды показывает, что конфронтация обусловлена прежде всего стремлением США уничтожить СССР или Россию как государства-конкурента на политическом, экономическом и военном поле. Учебник истории России для 11-х классов (авторы: В. Р. Мединский, А. В. Торкунов) позволяет выделить схожие сюжеты во взаимоотношениях СССР и России с западными странами, прежде всего с США, в период холодной войны и в условиях новой России (1990-е - 2020-е гг.).