Научный архив: статьи

Цель исследования: на основе документальных материалов казахско-русских посольств 1590-х годов, рассмотреть какое место в двусторонних отношениях занимали вопросы, связанные с Сибирским и Бухарским ханствами. Материалы исследования: в исследовании привлечены архивные и опубликованные материалы взаимных казахских и русских посольств, которые отложились в РГАДА в фонде № 122 «Киргиз-кайсацкие дела». Как показывает история изучения казахско-русских связей в конце XVI столетия в историографии большинство оценок, мнений и выводов были сделаны на основе опубликованного еще в 1961 году сборника документов, в котором были представлены некоторые материалы посольств 1594-1595 годов. Документы из данного сборника в части связанной с казахско-русскими посольствами довольно часто переиздавались, при этом неучитывалось что публикация 1961 года содержала некоторые неточности и ошибки. Результаты и научная новизна исследования: документальные материалы взаимных посольств Казахского ханства и Русского государства позволяют ясно понять внешнеполитические приоритеты каждого из них и объясняют, роль и место в двусторонних отношениях, которое занимали Сибирское государство во главе с ханом Кучумом и Бухарское ханство во главе с Абдаллахом II. Для казахского хана Таваккула который инициировал посольские контакты с Русским царством главной целью стало получение военной помощи царя для борьбы с Бухарой. При этом вопрос об «освобождении» ханского племянника Ураз-Мухаммеда был не основным как это часто считается в историографии. Для русского правительства актуальным вопросом в восточном направлении внешней политики оставалось противостояние Кучуму, в связи с чем Москва увязывала помощь Казахскому ханству против Бухары с ответной помощью казахов против сибирского правителя.

Цель исследования: рассмотреть конкретные примеры обоснования прошибанидской направленности сочинения Утемиша-хаджи, сформировавшиеся в исследовательской литературе. Провести анализ этих примеров в сравнительно-историческом ключе с использованием широкого круга письменных источников, и на этом основании отметить некоторые стилистические особенности письменного наследия хивинского историка. В заключительной части дается краткий анализ работ тех средневековых авторов, основной акцент в которых действительно идет вокруг династии Шибанидов. Материалы исследования: основным источников для настоящей статьи выступили две опубликованные на русский язык рукописи сочинения Утемиша-хаджи - «Чингиз-наме» и «Кара таварих». Также использованы синхронные арабские и персидские историки XV-XVII вв., материалы русских летописей. Результаты исследования. Определено, что представленные в историографии аргументы прошибанидской позиции автора не совсем корректны, что демонстрируется соответствующими отрывками из работы Утемиша-хаджи. В обеих рукописях сочинения династия Шибанидов действительно занимает немаловажное значение, но в политическом плане она не выделяется на фоне остальных потомков Джучи. Исключением становится лишь основатель династии Шибан, военные подвиги которого выделяются автором. Помимо этого отмечается слабое знание Утемишем-хаджи генеалогии правящей династии, что косвенно свидетельствует о том, что цели и задачи выполняемой им работы были направлены на выстраивание собственной версии истории Золотой Орды. Отчасти такой подход был вызван источниками получаемой информации. Сюжет сочинения сильно контрастирует с работами, которые можно причислить к шибанидской историографии. Характерным примером здесь может служить сочинение Масуда Кухистани, строившего свой труд вокруг личности Абу-л-Хайра. Отдельно стоит отметить ряд эпизодов, рассмотренных в статье (правление и смерть Хызра, прекращение династии Батуидов), информация о которых могла быть почерпнута из письменных источников. Все вышесказанное поднимает актуальные вопросы исследования целей и задач, поставленных перед хронистом, а также выяснение конкретной идеологической направленности труда.

Цель исследования: выявление общих и отличительных признаков в постзолотоордынской историографии. Материалы исследования: для анализа привлечены три произведения: «Таварих-и гузида Нусрат-наме» анонимного автора, «Джами ат-таварих» Кадыр Али-бека и «Умдет ал-ахбар» Абдулгаффара Кырыми. Результаты и научная новизна: постзолотоордынская историография развивалась учитывая традиции написания мусульманских исторических сочинений. Указанные выше произведения, созданные в разных государствах и в разные временные периоды, объединяет в первую очередь, стремление показать историю Чингиз-хана и его потомков, поскольку на вновь образованных территориях исторические произведения с их чингизидской родословной служили определенным доказательством легитимности правления. Общность также придают такие элементы как выбор автора, ведение канвы событий вокруг главного героя.

Цель исследования: на основании сравнения письменных и нумизматических источников восстановить факты из жизни и правления двух разных ханов, носивших имя Гийас ад-Дин. Материалы исследования: в статье использованы как ранее опубликованные материалы письменных источников, так и недавно обнаруженные нумизматические данные (некоторые публикуются впервые). Среди письменных источников привлечены тексты напрямую не содержащие имени Гийас ад-Дин, однако, по мнению автора, описывающие некоторые моменты жизни персонажей с этим именем. Научная новизна и результаты исследования: установлено, что предложенная А. Л. Пономаревым версия о происхождении хана Бек-Суфи не нашла подтверждения. В бухгалтерских текстах Каффы под обозначением императора, брата «Тавлатберди», следует воспринимать Гийас ад-Дина сына Таштимура. Этот хан, представитель крымской линии Тукайтимуридов, взошел на трон в 819 г. х. В следующем десятилетии он отказался от власти, но остался жить в Крыму и сохранил титул. Был убит в 838 г. х. по приказу Сайид-Ахмада II. Был отцом Хаджи-Гирея. Другой правитель - Гийас ад-Дин сын Шадибека - в конце 828 - нач. 829 гг. х. захватил Сарайский престол, восстановив власть Нумаганов в Большой Орде. Умер в 831 г. х. Его сын Мустафа некоторое время также был ханом Большой Орды, затем несколько лет был правителем Хорезма.

Цель исследования: атрибуция и датировка узорных тканей Белореченского могильника (Северный Кавказ), изучение техники изготовления, восстановление орнаментов тканей и исследование исторических вопросов, связанных с проблемой поступления и бытования тканей в регионе. Материалы исследования: 22 узорные ткани из коллекции Отдела Востока Государственного Эрмитажа (52 инв. №); ткани коллекций других учреждений (Музей Метрополитен, музей Виктории и Альберта, музей искусств Кливленда и др.); коллекция археологических материалов Белореченского могильника (собрание Отдела Востока Государственного Эрмитажа). Результаты и научная новизна: Из 87 образцов тканей, вышивки, рукоделия и нитей 22 примера относятся к шелковым узорным тканям, которые по технике делятся на бархаты, дамаски, лампасы и тафту с дополнительным утком лансе. Большая часть тканей может быть связана с сиро-египетской ткаческой традицией XIV-XV вв., однако, выделяются примеры китайского и итальянского производства, а также один дамаск, технические черты которого роднят его не только с итальянскими и сиро-египетскими, но и сефевидскими тканями начала XVI в. В этой связи рассмотрена и уточнена датировка курганов, из которых эти ткани происходят, затронуты вопросы торговли в Северном Причерноморье, а также внеэкономические пути появления статусных импортных изделий.

Цель исследования: определить происхождение и содержание термина «данщики» в тексте ярлыка Менгу-Тимура. Материалы исследования: грамоты, выданные ордынскими правителями русским митрополитам, ярлыки Токтамыша и Тимур-Кутлуга, ярлыки ильханов и императоров Юань, жалованные и договорные грамоты русских князей, русские летописи. Результаты и научная новизна исследования: в статье рассмотрен термин «данщики», зафиксированный в самом раннем документе краткого собрания грамот, выданных правителями Золотой Орды русским митрополитам. Этот термин не встречается в более поздних документах Золотой Орды, а также в ярлыках монгольских правителей второй половины XIII в. - Хубилая и Абаги. Анализ совокупности монгольских и русских источников показал вставной характер термина «данщики» в ярлыке Менгу-Тимура. Представляется, что это слово было внесено в текст документа русским переводчиком ярлыков. В ярлыке Менгу-Тимура термин «данщики» заменяет слова «таможники» и «побережники» других ханских ярлыков, выданных русским митрополитам.

Цель исследования: Статья посвящена анализу текста поэмы Абу Бакра Каландара Руми «Каландар-наме» на наличие сведений по музыкальной составляющей суфийского зикра - обряду слушания сама`, его жанрам, музыкальным инструментам. Материалы исследования: Сам автор поэмы, являясь практикующим суфийский метод духовного совершенствования, признает дозволенность музыкальных инструментов и пения только в целях достижения божественной истины. По всей поэме рассыпаны свидетельства музыкальных радений дервишей разных тарикатов, даны отсылки к текстам известных суфийских теоретиков и поэтов. Автор показывает суфийскую культуру своего времени, как устоявшееся, широко распространенное по исламскому миру культурное явление, постоянно напоминая слушателю поэмы разные суфийские имена, знакомые образы и факты. Результаты и научная новизна исследования: В результате исследования раскрыты типичные для того времени музыкальные жанры (кавал, мулемма и илахи) и музыкальные инструменты, которые применялись во время суфийского обряда слушания сама. Дается краткая характеристика самого обряда сама` и терминологические разъяснения по поводу «сема» и «само». Выявлен малоизученный в отечественной науке музыкальный инструмент - арганун или органон, поданный в контексте поэмы совместно с образом бессмертной птицы Кукнус/Феникс. Проведен анализ других источников по средневековым суфийским музыкальным инструментам. Статья будет полезна широкому кругу интересующихся средневековой исламской культурой регионов Золотой Орды.

Цель: исследовать проблему терминологического определения наиболее выразительных качеств космополиса эпохи премодерна, где на равных действовали представители западных и восточных конфессий, пользовавшиеся различными письменными и разговорными языками. Материалы исследования: «Куманский кодекс», составленный в Каффе на рубеже XIII-XIV вв.; выделенный из него массив лексики средневекового урбанизма на трех языках (латинском, персидском и татарском); «Книжица о познании мира» Иоанна Галонифонтского с описанием многоязычия Каффы начала XV в. Результаты и научная новизна: из «Куманского кодекса» впервые была выделена лексика средневекового урбанизма, она была распределена по четырем семантическим полям: репрезентация космополиса в физической, правовой и социокультурной данностях, а также как этической общины. Репрезентация космополиса в физической данности обнаружила непереводимость на восточные языки таких латинских терминов, как “murus” и “vacuum”, указывавших на значимые атрибуты городского фюзиса - каменные стены и публичные пространства. Репрезентация космополиса в правовой данности выявила невозможность передачи такого понятия, как “libertas”, фундаментального признака свободного самоуправлявшегося города; латинский термин “civitas”, сообщество граждан, оказался адаптированным в татарском наречии только через согдийский аналог “känd”; понятие “lex”, закон, было воспринято лишь через еврейское сближение “ˈtorə”. Репрезентация космополиса в социокультурной данности отразила широкую палитру терминов, обозначавших купцов, торговцев, банкиров, ремесленников, воинов, представителей сферы услуг, образования, индустрии развлечений; большинство из них вошли в татарский язык в качестве заимствований из персидского и арабского лингвистических фондов. Репрезентация космополиса как этической общины показала механизмы переосмысления в монотеистические понятия архаичных мыслеобразов предшествующего политеистического сознания; центральное понятие западной культуры “Deus”, Бог, было переосмыслено в самых отдаленных восточных культурах как “Tengri”, как прежде обозначалось верховное божество неба у всех азиатских номадов; универсальные для Запада и Востока представления о четырех первоэлементах мироздания и четырех жизненных соках человеческого организма отразили соотношение мира и человека как макрокосма и микрокосма, реально объединяли в единую этическую общину горожан разного исповедания и языковой принадлежности. В исследовании используются методы когнитологии и ментального картирования. Первый позволяет сконцентрировать познавательные усилия на терминах, понятиях, единицах языка, вербальных кодах, в которых осмыслялся космополис эпохи премодерна. Второй дает возможность визуализировать распределение лексических триад по степени позитивности / негативности, близости / отдаленности трансляции смыслов с латинского языка на восточные*.

25-26 апреля 2024 г. в духовной столице тюркского мира - г. Туркестан прошла международная конференция «Золотая Орда и ее наследие», приуроченная 800-летию образования Улуса Джучи и председательствованию Республики Казахстан в Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Организаторами мероприятия выступили Министерство науки и высшего образования Республики Казахстан, секретариат ШОС, Научный институт изучения Улуса Джучи, акимат Туркестанской области и Международный казахско-турецкий университет им. Х. А. Ясави. В конференции приняли участие более 40 ведущих ученых, экспертов и исследователей из Казахстана, России, Узбекистана, Египта, Катара, Кувейта и Турции. Основной целью конференции было создание площадки, на которой представители академического и современного научно-образовательного сообществ смогли бы обсудить роль и значение Золотой Орды в мировой истории, обменяться мнениями по новым концептуальным подходам и тенденциям изучения данной весьма актуальной и вместе с тем противоречивой и недостаточно глубоко изученной темы на национальном и региональном уровнях, а также разработать стратегии будущих совместных научных исследований.

Цель исследования: рассмотрение сведений о казахских ханах XV-XVII вв., которые содержатся в научном наследии Шихабутдина Марджани. Материалы исследования: труды Ш. Марджани, средневековые письменные исторические источники и историческая научная литература по истории Казахского ханства XV-XVII вв. Результаты и научная новизна: в результате изучения трудов Шихабутдина Марджани выяснено, что в его трудах «Мустафад ал-ахбар» и «Вафият ал-аслаф ва тахият ал-ахлаф» приведены небольшие материалы о казахских ханах XV-XVII вв., начиная от основателей государства джучидов Гирея и Джанибека до Тауке-хана, сына Жангир-хана, последнего правителя единого Казахского ханства. Установлено, что в качестве основных источников для его трудов послужили исследования таких историков предшествующего периода как А. И. Левшин, В. В. Вельяминов-Зернов, а также известные исторические сочинения мусульманских авторов средневековья, написанные на персидском и тюркском языках. Среди этих исторических сочинений можно отметить «Тарих-и Рашиди» Мирза Мухаммад Хайдара Дуглата, «Джами ат-таварих» Кадыр Али-бека (Кадыргали-бека Косумулы из рода жалаир), «Шаджара-йи тюрк» Абу-л-Гази-хана. Обращено внимание на то, что в своих работах Марджани использует терминологию, которая отличается от терминологии, принятой в российской литературе того времени. Это объясняется тем, что он был представителем мусульманского мира и писал свои труды, прежде всего, для мусульман. Поэтому в отличие от других российских историков ХIХ в. он не пишет «киргиз», а использует аутентичное название народа «казах» (қазақ), принятое среди мусульманских народов. Для обозначения владений казахских ханов Марджани применяет термин «Казахстан» который встречается в некоторых трудах мусульманских авторов средневековья. Также он использует тюркские названия (Улу[г] йуз, Орта йуз, Кичи йуз) для обозначения казахских жузов. В целом, научные труды Ш. Марджани представляют интерес для исторической науки Казахстана, прежде всего, наличием в них сведений по истории Казахского ханства и его правителям. Научная новизна исследована заключается в том, что в данной работе специально рассмотрены сведения о казахских ханах XV-XVII вв., которые содержатся в научных трудах Марджани и выявлены некоторые ошибки в их переводах на русский язык.

Цель исследования: проанализировать правовые нормы, по которым существовало ногайское общество до переселения на земли Османской империи. Материалы исследования: малоизвестный османский документ под номером BOA. A. MKT. UM.414-24, отложившийся в государственном архиве премьер-министра Республики Турция. Результаты и научная новизна исследования: вводится в научный оборот османский документ, в котором зафиксированы правовые нормы ногаев. Проблемы, возникшие при переселении ногаев на османские земли в XIX веке, стали темой официальной переписки провинциальных структур османского государства с центром, в ней были зафиксированы правовые нормы, по которым жили ногаи до переселения в Анатолию. Впервые публикуемый памятник представляет собой акт, адресованный меджлису Танзимата, составленный губернатором Аданы, столкнувшимся с необходимостью разрешения проблем, связанных с переселенцами-ногаями.

Цель статьи: Статья посвящена проблемам политической и этнической истории Шамхальства, пересмотру комплекса источников, проливает свет на историю этого политического образования и формирование ее социальных институтов под влиянием Золотой Орды и Крымского ханства. Материалы исследования: Новые, не публиковавшиеся ранее арабографичные материалы дагестанских частных и государственных рукописных собраний. Результаты и новизна: В статье дан новый взгляд на принятую в шамхальстве политонимию, его структуру, историю возникновения, отношений с Золотой Ордой и её преемниками, а также на происходившие внутри него этнические процессы. Исследование позволило сделать вывод о том, что социальная и политическая структура Шамхальства развивалась не изолировано, а под сильным влиянием Золотой Орды, Большой Орды и Крымского ханства. При этом многие институты социально-политической структуры шамхальства продолжают управленческие традиции государств, образовавшихся после распада Золотой Орды в середине XV века.