Научный архив: статьи

В статье анализируется причины усиления частоты возникновения тевожных и депрессивных расстройств в современном обществе риска. Рассматриваются неоднозначные взаимосвязи указанных патологий с уровнем двигательной активности, информационными нагрузками, темпом и ритмом современной жизни. Приводятся данные литературы и результаты собственных исследований о значительном влиянии особенностей учебной и профессиональной деятельности на адаптационные возможности организма и скорость старения. Обсуждаются возможности повышения эффективности профилактики и коррекции тревожных и депрессивных расстройств у спортсменов и представителей других групп населения.

В статье рассматриваются особенности применения схема-терапии при лечении депрессивных расстройств. Схема-терапия является одним из направлений «третьей волны» когнитивно-поведенческой терапии, демонстрирующим значительную эффективность в лечении хронических аффективных расстройств, включая депрессию. Систематический обзор литературы позволяет осветить теоретическую базу схема-терапии, включая понятия ранних дезадаптивных схем и режимов, а также методы работы с ними для устранения симптомов депрессии. В статье синтезированы данные о эффективности схема-терапии в уменьшении проявлений депрессии, улучшении эмоциональной регуляции и повышении устойчивости лиц, страдающих этим заболеванием. Также описаны потенциальные преимущества и ограничения данного метода. В заключении изложены практические аспекты применения схема-терапии, подходящие категории пациентов и перспективы будущих исследований в контексте повышения ее эффективности и адаптации в клинической практик.

Введение. Для изучения механизмов развития депрессии и оценки антидепрессивного эффекта новых соединений используют разные животные модели, среди которых модели социального взаимодействия, основанные на действии эмоциональных стрессоров, характеризуются наиболее высокой конструктивной, наглядной и предиктивной валидностью. Модель депрессии у крыс, базирующаяся на повторяющемся опыте социальных поражений, позволяет индуцировать депрессивноподобное состояние, максимально приближенное к депрессии у человека, и оценивать эффект новых веществ с антидепрессивной активностью.

Цель. Исследовать антидепрессивный эффект 3-этокситиетан-1,1-диоксида (3ЭТД) на модели зоосоциального взаимодействия у крыс.

Материалы и методы. Белые неинбредные крысы-самцы массой 200–250 г (интрудеры) ежедневно на протяжении 24 дней получали 3ЭТД (2 мг/кг, группы «3ЭТД» и «Стресс + 3ЭТД») или физиологический раствор (группы «Контроль» и «Стресс») в/б. Через 30 минут после введения животные групп «Стресс» и «Стресс + 3ЭТД» подвергались 10-минутным конфронтациям с резидентами (неинбредными крысами-самцами массой 350–400 г). На +23 сутки оценивали развитие депрессивноподобного состояния у интрудеров всех групп в тесте «принудительное плавание», на +24 проводили тесты «открытое поле» и «приподнятый крестообразный лабиринт». Ежедневно регистрировали массу тела интрудеров и количество потребленного корма, по окончании эксперимента – весовые коэффициенты их внутренних органов.

Результаты и обсуждение. Длительная повторяющаяся конфронтация с резидентами приводила к развитию депрессивноподобного состояния у интрудеров к +23 суткам. 3ЭТД проявлял антидепрессивные свойства, устраняя последствия социального стресса у интрудеров: статистически значимо снижал поведение отчаяния в тесте «принудительное плавание», повышал исследовательскую, социальную и двигательную активность животных, долю активных форм защитного поведения, снижая долю пассивных форм, в ходе взаимодействия с резидентами и не влиял на прирост массы тела и потребление пищи.

Заключение. 3ЭТД при ежедневном внутрибрюшинном введении в дозе 2 мг/кг на протяжении 24 суток эффективно корректирует последствия зоосоциального взаимодействия, оказывая антидепрессивное действие.

Актуальность исследования. Получение высшего медицинского образования оказывает значительное влияние на жизнь будущих врачей и, по их словам, является одним из наиболее сложных этапов в жизни. Из-за недостатка свободного времени у студентов могут возникать различные физиологические и психологические проблемы, такие как ухудшение работы иммунной системы, хроническая усталость, различные когнитивные нарушения, а также тревога и депрессия [5, 9]. В настоящее время существуют достаточно исследований, посвященных конкретным стрессорам и способам снижения их воздействия на организм человека [12]. Mohammad A. Aloufi et al. в своей работе пришли к выводу, что наилучшим методом, направленным на устранение стресса, тревоги и депрессии являются мероприятия по улучшению навыков повышения концентрации внимания и совладания с собой [9]. Часть студентов подвержена феномену анозогнозии, который заключается в отрицании, игнорировании или недооценке пациентом своего заболевания. В этом случае возможные проблемы выявляются с помощью психологических тестов. Цель работы: выявить и сравнить актуальные стрессовые факторы у студентов медицинского вуза на разных этапах обучения.

Материалы и методы. Анализировали отечественные и зарубежные статьи за 20162023 гг., используя следующие научные электронные библиотеки: Cyberleninka, PubMed; использовали авторский анонимный опросник, батарею тестов: стресс-тест В. Ю. Щербатых, тест функциональности поведенческой стратегии, госпитальную шкалу тревоги и депрессии (HADS), шкалу депрессии Бека. Результаты и их анализ. Исследование показало, что наиболее актуальным стрессом у 84,73 % студентов 1-го курса и 79,78 % студентов 6-го курса является учебная нагрузка, а на 3-м курсе доля таких студентов составляет 91,37 %; обнаружены статистически значимые различия (р = 0,008). Вредные привычки отмечались у 61,45 % студентов 1-го курса, 65,1 % студентов 3-го курса и 69,15 % студентов 6-го курса; статистически достоверных различий среди студентов разных курсов не выявлено (р > 0,05). По данным стресс-теста Щербатых на 3-м курсе статистически достоверно меньше обучающихся, у которых отсутствует симптомы стресса (р = 0,0108), а среди студентов 6-го курса статистически достоверно чаще встречаются лица, находящиеся в состоянии сильного стресса (р = 0,039). По данным теста поведенческой стратегии у студентов 1-го (35,92 %), 3-го (34,21 %) и 6-го (28,9 %) курсов доминирующей поведенческой стратегией стал оптимизм во всех ситуациях, включая неопределенные. По данным теста HADS на 1-м, 3-м и 6-м курсах по показателям субклинически и клинически выраженной тревоги статистически достоверных различий не обнаружено (p > 0,05). По данным теста Бека явно выраженная депрессивная симптоматика в меньшей степени проявляется у студентов 3-го курса (p = 0,0101).

Актуальность. Неуклонное ухудшение психологического состояния человека в современном мире представляет собой очевидную проблему для специалистов различного профиля. Одним из факторов, определяющих психологическое состояние, называют уровень физической активности человека. Имеющиеся результаты исследований свидетельствуют о положительном влиянии регулярных занятий спортом на психологическую устойчивость человека. Однако при этом остается малоизученным вопрос, насколько любая - не только интенсивная, но и минимальная, при этом регулярная - физическая активность человека может оказывать влияние на его психологическое состояние Цель исследования - определить степень взаимовлияния регулярной физической активности человека и уровня его тревожно-депрессивного состояния.

Материалы и методы. Проведено исследование взаимовлияния уровня физической активности и уровней тревожности, стресса, депрессии, соматизации и вегетативных нарушений с участием 106 человек: мужчин и женщин в возрасте от 18 до 56 лет. Уровень физической активности участников исследования определялся путем снятия показаний с приложений, установленных у участников исследования на телефонах и фитнес-браслетах; подсчитывалось среднее количество пройденных шагов в день за последнюю неделю перед началом исследования. Психологическое состояние респондентов оценивалось с применением следующих методик: интегративного теста тревожности (ИТТ) (для выявления скрытой, маскированной тревоги и тревожности); четырехмерного опросника для оценки дистресса, депрессии, тревоги и соматизации (Dutch Four-Dimensional Symptoms Questionnaire, 4DSQ) (для выявления психогенных факторов нервной системы - оценки дистресса, депрессии, тревоги и соматоформных нарушений); клинического опросника невротических состояний (для выявления основных синдромов невротических состояний). Наличие взаимосвязи между показателями оценивалось с применением метода ранговой корреляции Спирмена.

Результаты. В ходе исследования выявлена статистически значимая (р < 0,01) отрицательная корреляция между уровнем физической нагрузки человека и уровнем ситуативной и личностной тревожности, стрессом, уровнем соматизации и вегетативными нарушениями, а также значимая (р < 0,05) отрицательная корреляционная связь уровня регулярной физической нагрузки и уровня депрессии. Данная закономерность актуальна для любых уровней регулярной физической нагрузки, для лиц любого возраста и пола.

Заключение. Выявленная статистически значимая (р < 0,01) отрицательная корреляция между уровнем физической нагрузки человека и уровнем ситуативной и личностной тревожности, стрессом, уровнем соматизации и вегетативными нарушениями, а также значимая (р < 0,05) отрицательная корреляционная связь уровня регулярной физической нагрузки и уровня депрессии показывают, что чем ниже у человека уровень регулярной физической активности, тем более вероятно у него повышение уровня тревожности, развитие стрессовой реакции, вегетативных нарушений, соматизации и депрессии. Данная закономерность актуальна для любых уровней регулярной физической нагрузки. При средней регулярной физической нагрузке (в пределах 7 500-10 000 шагов в день) отмечается отсутствие повышения исследуемых параметров до высоких значений либо уровней болезненного состояния.

Обоснование. Депрессия и тревожные расстройства - распространенные психические заболевания, требующие поиска новых, немедикаментозных методов лечения. Транскраниальная магнитная стимуляция (ТМС) - неинвазивный метод, показывающий многообещающие результаты в терапии данных расстройств.

Цель: оценить эффективность ТМС дорсолатеральной префронтальной коры (ДЛПК) в снижении симптомов тревоги и депрессии у пациентов отделения медицинской реабилитации.

Материалы и методы. В исследовании приняли участие 20 пациентов Сибирского клинического центра ФМБА России, отделения медицинской реабилитации № 1, в возрасте от 50 до 80 лет, разделенные на контрольную (n = 10) и экспериментальную (n = 10) группы. Уровень тревоги и депрессии оценивался с помощью шкал Бека до и после вмешательства. Пациенты экспериментальной группы получали 10 ежедневных сеансов ТМС левой ДЛПК (10 Гц, 120 % от моторного порога, 3000 импульсов).

Результаты. В экспериментальной группе наблюдалось статистически значимое снижение показателей тревоги и депрессии после курса ТМС по сравнению с контрольной группой.

Заключение. ТМС ДЛПК - перспективный метод лечения тревожно-депрессивных расстройств. Необходимы дальнейшие исследования с большими выборками для оптимизации протоколов лечения и изучения долгосрочных эффектов.

в данной работе рассмотрена история эволюции напряженно-деформированного состояния группы зданий, которые расположены над строящимся Главным разгрузочным коллектором г. Перми. История наблюдений включает в себя математическое моделирование деформационного поведения всей группы зданий и близлежащего грунтового массива, а также данные мониторинга за период более четырнадцати лет. Созданы и верифицированы конечно-элементные модели группы зданий, на основе которых осуществляется прогнозирование деформационных параметров сооружений. В работе также освещен опыт проектирования, внедрения и использования систем интеллектуального мониторинга на этом объекте. Численное моделирование осуществлено с помощью CAE ANSYS и PLAXIS.

В данной статье рассматривается проблема использования медитативных практик в практической психологии и психотерапии. Особое внимание уделено феномену концентрации как неотъемлемой части медитативного процесса.

Рассмотрены четыре типа концентрации в процессе медитации: концентрация на мантре, которая представляет собой набор звуков, выстроенных в определенной последовательности, или стих, который следует произносить с определенной интонацией; концентрация на визуализации, когда в процессе медитации выбирается объект представления, на котором и концентрируется внимание; концентрация внимания на тратаке, то есть на определенном объекте действительности, и телесно-ориентированная концентрация, которая представляет собой сосредоточение на внутренних процессах, в частности на дыхании.

Описаны различные типы дыхания и их влияние на организм. Кроме того, рассмотрены два таких наиболее изученных вида медитации, как медитация осознанности и трансцендентальная медитация.

Благодаря Джону Кабат-Зинну, который одним из первых заинтересовался медитацией с точки зрения научного подхода, медитация осознанности получила научное обоснование и легла в основу различных методик, в частности Mindfulnes Based Stress Reduction и Mindfulness-based cognitive therapy, которые активно используются на Западе.

Описаны результаты исследований Элизабет Ходж и Сары Лазар, показывающие влияние трансцендентной медитации на снижение стресса.

Введение. Ветераны Афганской войны спустя десятилетия продолжают страдать отдельными симптомами посттравматического стрессового расстройства (ПТСР), которые осложняют идентификацию и диагностику течения основного соматического заболевания с коморбидными психическими расстройствами. В данном исследовании изучали психоэмоциональное состояние ветеранов войны как последствие перенесенного боевого стресса, сопряженного с ПТСР.

Материалы и методы. Всего в исследовании приняло участие 58 ветеранов Афганской войны. Средний возраст участников составил 57,5 лет. Методология исследования включала использование четырех стандартизированных опросников: Миссисипская шкала ПТСР (военный вариант); шкала депрессии А. Т. Бека; шкала тревожности Спилбергера - Ханина; опросник выраженности психопатологической симптоматики (SCL-90-R).

Результаты исследования. Полученные результаты свидетельствуют о коморбидности психических и соматических заболеваний (32,1 %), а также подтверждают, что постстрессовое расстройство выступает как один из факторов риска развития и прогрессирования соматических (у 87,8 %) заболеваний у ветеранов Афганской войны.

Заключение. В целом полученные результаты подтверждают, что длительные реакции на перенесенный стресс связаны с усилением соматической симптоматики. Также многофакторные стрессовые воздействия продолжают проявляться в виде тревожных и депрессивных расстройств.

Введение. Актуальность исследования обусловлена значительным ростом показателей уровня и распространенности перфекционизма среди молодого населения и его связью с различными показателями психического неблагополучия. Врачи-ординаторы психиатрического и неврологического профилей могут быть подвержены развитию негативных психоэмоциональных состояний под влиянием характерных для студентов трудностей и профессиональных дистресс-факторов и рисков, а также в связи со специфическими трудностями, обусловленными особенностями специальности. Цель исследования заключается в изучении перфекционизма и невротических состояний у врачей-ординаторов психиатрического и неврологического профилей.

Материалы и методы. Выборка состояла из врачей-ординаторов (N = 100) по специальностям «Психиатрия» и «Неврология» в возрасте от 22 до 29 лет (М = 25; SD = 1,3). Для сбора эмпирических данных использованы «Трехфакторный опросник перфекционизма» Н. Г. Гаранян и А. Б. Холмогоровой, «Клинический опросник для выявления и оценки невротических состояний» К. К. Яхина и Д. М. Менделевича. Статистическая обработка данных проводилась с использованием непараметрического критерия Манна - Уитни и корреляционного анализа Спирмена (SPSS-26). Выборка была поделена на группы: с высоким (n = 37), средним (n = 33) и низким (n = 30) уровнем перфекционизма.

Результаты. У врачей-ординаторов с высоким уровнем перфекционизма значимо более выражены невротические состояния (тревога, невротическая депрессия, астения, истерический тип реагирования, обсессивно-фобические и вегетативные нарушения) в сравнении с врачами-ординаторами со средним (p≤0,001) и низким (p < 0,001) уровнем перфекционизма. У врачей-ординаторов с низким уровнем перфекционизма социально предписываемый перфекционизм связан с тревогой, астенией и истерическим типом реагирования, Я-адресованный перфекционизм связан с меньшим уровнем тревоги и истерического типа реагирования. У врачей-ординаторов со средним уровнем перфекционизма перфекционистский когнитивный стиль связан с большей выраженностью невротической депрессии, при этом Я-адресованный перфекционизм - с меньшей. У врачей-ординаторов с высоким уровнем перфекционизма общая выраженность перфекционизма связана с тревогой и обсессивно-фобическими нарушениями, перфекционистский когнитивный стиль и Я-адресованный перфекционизм - с тревогой, Я-адресованный перфекционизм - с истерическим типом реагирования и обсессивно-фобическими нарушениями.

Заключение. Результаты могут быть положены в основу разработки программ психологической профилактики для молодых врачей с учетом выраженности дезадаптивного перфекционизма и риска возникновения негативных психоэмоциональных состояний.

Цель исследования — изучить ассоциации типа личности Д и уровня депрессии с копинг-стратегиями преодоления стресса у больных ишемической болезнью сердца (ИБС). Материалы и методы. В исследование включены 112 пациентов (68 мужчин и 45 женщин) в возрасте от 25 до 81 года, поступивших на плановое чрескожное коронарное вмешательство в ФГБНУ «НИИ КПССЗ». Для определения типа личности Д использовали опросник DS‑14. Для определения уровня тревоги и депрессии использовали госпитальную шкалу HADS (Hospital Anxiety and Depression Scale). Для оценки копинг-стратегий использовали опросники «Способы совладающего поведения» (Ways of Coping Questionnaire, WCQ) и «Индикатор стратегий преодоления стресса» (The Coping Strategy Indication, CSI). Больных разделили на группы в двух вариантах: 1) с наличием или отсутствием типа личности Д и 2) с наличием субклинической или клинической депрессии и ее отсутствием. Результаты. Наличие типа личности Д выявлено у 35,4 % больных, отсутствие — у 64,6 % пациентов. Наличие депрессии выявлено у 25,5 % больных, от- сутствие депрессии — у 74,5 % больных. Больные с типом не-Д чаще применяли редкое использование стратегий «Самоконтроль» (р = 0,04) и «Бегство-избегание» по сравнению с типом Д (р = 0,05). Больные с депрессией чаще использовали стратегии «Разрешение проблем» (43 % и 11 %, р = 0,020), «Поиск социальной поддержки» (43 % и 5 %, р = 0,001) и «Избегание» (21 % и 2 %, р = 0,012), редко использовали «Конфронтационный копинг» (36 % против 9 %, р = 0,001), без депрессии — умеренное использование данной стратегии (66 % против 43 %, р = 0,033). Независимыми факторами, ассоциированными с типом Д, оказались уровень тревожности (р = 0,022), наличие депрессии (р = 0,044) и умеренное предпочтение копинг-стратегии «Принятие ответственности» (р = 0,019). Модель бинарной логистической регрессии была статистически значимой (χ2(3) = 19,3, p < 0,001). Независимыми факторами, ассоциированными с депрессией, были уровень негативной возбудимости (р = 0,001) и редкое использование стратегии «Конфронтационный копинг» (р = 0,001). Модель бинарной логистической регрессии была статистически значимой (χ2(2) = 21,9, p < 0,001). Заключение. У больных ИБС с депрессией выявлено преобладание копинг-стратегий: «Стратегия поиска социальной поддержки», «Стратегия избегания», «Стратегия разрешения проблем» и реже — «Конфронтационный копинг». При типе личности Д реже использовали копинг-стратегию «Самоконтроль» и чаще — стратегию «Бегство-избегание».

Тревожные расстройства (ТР) являются одной из основных проблем здравоохранения. Эпидемиологические исследования показывают, что ТР встречаются у 21–30% населения в течение жизни. Годовая распространенность ТР в США составляет 18,1%, а пожизненная – 28,2%. В Европе годовая распространенность ТР колеблется от 12 до 27%, а пожизненная – около 21–30%. В России частота ТР варьируется от 16 до 31%, они чаще встречаются у женщин и начинаются в молодом возрасте. Лечение ТР сложно из-за потенциального негативного влияния лекарств на психофизиологические функции. Важно подбирать терапию с учетом эффективности, безопасности и доступности, особенно после пандемии COVID-19. Лечение ТР включает психотерапию и психофармакотерапию. В норме нейроны, ограничивающие и реализующие тревогу, находятся в равновесии. При тревоге активность нейронов, лимитирующих тревогу, снижается, а активность нейронов, реализующих тревогу, увеличивается. Цель терапии – активизировать ГАМК-ергические и серотониновые нейроны для снижения тревоги. В последние несколько лет в ведении пациентов с ТР используется комплексная терапия, состоящая из двух типов препаратов: селективные ингибиторы обратного захвата серотонина и С-транквилизатор (серотониновый транквилизатор). К последним относится буспирон – небензодиазепиновый анксиолитик, показанный для лечения ТР. Он имеет меньше побочных эффектов по сравнению с бензодиазепинами. Буспирон действует на серотониновые рецепторы 1А-типа, обеспечивая постепенное снижение тревоги. Может также использоваться в качестве аугментации с антидепрессантами для усиления антидепрессивной терапии. Препарат имеет большой терапевтический потенциал, достаточно малый профиль побочных реакций и хорошую переносимость. Статья проиллюстрирована клиническим случаем успешного применения буспирона.