Научный архив: статьи

Быстро развивавшаяся Батумская подсистема в августе–сентябре 1918 г. вступила в стадию открытого столкновения имперских претендентов на гегемонию в макрорегионе. Масштабы и значение военных действий приобрели новое измерение, ведь решался вопрос о контроле над крупнейшим нефтеносным районом, а также просматривались широкие перспективы дальнейшей экспансии Центральных держав на Среднем Востоке и в Центральной Азии. От исхода боев за Баку зависело не только снабжение топливом нескольких великих держав, но и баланс сил на османских фронтах Первой мировой войны, а также судьба целого ряда государственных проектов, положенных в основу переустройства южной периферии бывшей Российской империи. Военно-политические возможности Германии, Советской России, Британской и Османской империй значительно осложнялись серией конфликтов между силами, действующими в регионе, а также рядом инфраструктурных и технических трудностей. Это отложило реализацию имперских проектов, стало катализатором острого кризиса на других фронтах Первой мировой и Гражданской войн. Поступательный процесс оформления германской гегемонии и включения Батумской подсистемы в более масштабную структуру Брестской системы был приостановлен до перехода Первой мировой войны в стадию крушения Центральных держав. Битва за Баку обозначила не только потенциал, но и пределы возможных межимперских компромиссов. Сложность дипломатического противостояния вокруг трансформации Закавказья зачастую недооценивается при рассмотрении его на локальном уровне, однако обращение к архивным источникам и мемуаристике, в том числе неопубликованной, позволяет встроить многие региональные конфликты в глобальный имперский контекст, обнаружить закономерности в развитии военно-политической обстановки далеко за пределами рассматриваемого макрорегиона

Имплементация Батумских договоров от 4 июня 1918 г. означала установление гегемонии Османской империи в макрорегионе между Черным и Каспийским морями. С первых же дней это вызвало противодействие других имперских акторов, включая союзную Турции Германию. В июне–июле 1918 г. все претенденты на контроль над постимперскими пространствами бывшей Османской империи были вынуждены сочетать силовые и дипломатические средства для укрепления своих позиций, подбирая союзников и накапливая силы. По ряду объективных причин ни одна из держав не обладала необходимыми для реализации своих целей ресурсами, сталкиваясь с дефицитом не только военных средств, но и необходимых технических условий. Заинтересованность в трансформации региона была крайне высока: Германия и Советская Россия стремились включить Закавказье в пространство более крупной Брестской системы, Антанта и Центральные державы продолжали решающую кампанию Великой войны, младотурки видели единственный шанс в реализации своих националистических проектов. Заложниками этих устремлений становились только что появившиеся и находившиеся на разных стадиях оформления государства-лимитрофы по обе стороны Кавказского хребта. Определяющую роль в их судьбе играли германская миссия в Грузии, содействие Османской империи Азербайджану и Горской республике, а также стремление Армении получить помощь от Великобритании, Советской России или Австро-Венгрии. Политика великих держав осложнялась проблемами коалиционного взаимодействия и системными тенденциями к оформлению целостного геополитического пространства на основе победы Центральных держав над распавшейся Российской империей и Румынией. Решить эту проблему с помощью мирной конференции в Константинополе не удалось, а усилия Антанты, направленные на восстановление Восточного фронта в тех или иных регионах бывшей Российской империи, нарастали. Взаимодействие и конкуренция различных акторов приводили к активному вовлечению макрорегиона в логику Великой войны, так что попытки дипломатического оформления или ревизии Батумской подсистемы вскоре сменились военным противостоянием всех имперских претендентов вокруг Баку. В статье на основе дипломатических архивов бывших Центральных держав реконструируются процессы становления новой подсистемы международных отношений.

Создание Зангезурского коридора представляет собой сложный геополитический процесс, который выходит за рамки простого инфраструктурного проекта и является отражением геополитической конкуренции Ирана и стран НАТО на Кавказе. На протяжении многих лет Турция стремится изменить баланс сил на Кавказе, продвигая политику блока НАТО в регионе. Страны военно-политического блока не хотят учитывать важный факт, что государства Южного Кавказа являются постсоветским пространством, и данный регион граничит с Российской Федерацией. Азербайджан и Турция рассматривают коридор как стратегический инструмент для региональной интеграции и укрепления своих геополитических позиций. Армения, напротив, воспринимает данный проект как угрозу территориальной целостности, что еще больше обостряет конфликтную динамику в двусторонних отношениях с Азербайджаном. В свою очередь, Иран находится в оппозиции по отношению к геополитическим планам Азербайджана и Турции, т. к. опасается изменения регионального транзитного порядка и ослабления собственных позиций на Южном Кавказе. И тут важно обозначить, что Российская Федерация является единственной страной, которая имеет моральные и политические основания участвовать в региональных процессах Южного Кавказа: Россия стремится сохранить стратегическое равновесие на Южном Кавказе, минимизируя уровень эскалации в регионе, а также является единственной страной, которая обладает высоким уровнем профессионализма в ведении миротворческих миссий и поиске путей по стабилизации политических процессов в регионах.

В условиях проведения специальной военной операции обострились вопросы, связанные с попытками отдельных иностранных акторов оказать деструктивное воздействие на внутриполитические процессы в субъектах Российской Федерации в целях организации масштабных протестных акций. В этой связи заинтересованные иностранные акторы осуществляют ряд мероприятий, направленных на стимулирование такой протестной активности, в том числе посредством организации работы с релокантами из числа российских граждан в странах их временного пребывания. В настоящей статье рассматриваются вопросы, связанные с отдельными формами и методами работы иностранных акторов с российскими релокантами по стимулированию протестной активности в зарубежных странах на примере Республики Армения, а также возможные перспективные направления использования таких лиц после их возвращения в Российскую Федерацию со стороны и в интересах иностранных государств.

Цель исследования состоит в изучении феномена личностно-профессиональной устойчивости учителей школ. Особое внимание уделено возрасту как фундаменту устойчивости в педагогической профессии. В работе представлен анализ данных социологического опроса, проведенного по единому инструментарию среди учителей, работающих в Российской Федерации (РФ) и Республике Армения (РА). В рамках исследования определены признаки устойчивости в профессии у педагогов, проанализированы их проявления в изучаемых странах. С помощью авторского инструментария проведена оценка профессионально-личностной устойчивости на примере данных социологического опроса. Составлены выводы о проявлении в учительской среде профессионально-личностной неустойчивости (прекариатизации) и роли возраста педагога в преодолении соответствующих признаков. Уровень профессионально-личностной устойчивости педагогов указал на то, что в изучаемых странах еще достаточно рано говорить о массовом распространении признаков прекариатизации в профессии учителя (скорее можно говорить о превращении учителей в «потенциальных прекариев»). В выборке лишь незначительная часть наблюдений обладает слабым уровнем профессионально-личностной устойчивости. Однако процесс утраты учителями с возрастом устойчивости в своей профессии (что особенно заметно на примере России) несет с собой значительные риски прекариатизации. Новизна исследования состоит в разработке подхода к подбору признаков и оценке профессионально-личностной устойчивости, применение которого позволяет формировать новые гипотезы в отношении прекариатизации учительского труда.

Сосредоточение на внутреннем регулировании того или иного правового института зачастую не позволяет абстрагироваться от сиюминутных местных потребностей и посмотреть на проблему более отвлеченно, что приводит к «замыливанию» взгляда, многократным обсуждениям одних и тех же проблем без какого-либо продвижения в направлении их решения. Одним из способов преодоления такой ситуации является обращение к иным правопорядкам. Применительно к косвенным искам исследователи преимущественно обращаются к опыту США, в меньшей степени — стран Западной Европы, в то время как изучению почти не подвергаются доктрина, законодательство и практика бывших советских республик, где, несмотря на очевидные в ряде случаев параллели, в регулировании права на косвенный иск присутствует своя национальная специфика, представляющая значительный интерес.

В данной статье рассматриваются анализ конкретных интересов КНР в регионе Южного Кавказа в контексте реализации инициативы «Один пояс, один путь» (ОПОП). Актуальность темы исследования обусловлена экономическом присутствием Китая на Южном Кавказе вслед за продвижение инициативы ОПОП, анализированием историческими поведениями Китая в регионе, можно заглянуть в будущее и определить направления китайской политики в данном регионе. И особое внимание уделяется комплексному уровню интересов Китая на Южном Кавказе. И основные интересы Китая на Южном Кавказе заключаются в таких аспектах, как геоэкономические, геополитические и безопасные. И Китай углубляет дифференцированное сотрудничество с тремя странами Южного Кавказа: Азербайджан, Армения и Грузия. Научная новизна исследования заключается в том, что автор с позиции Китая анализирует как региональный уровень, так и ситуацию в конкретной стране с учетом последних исторических событий в рамках инициативы «Один пояс, один путь». Методология исследования опирается на системный и сравнительно-исторический подход, включает анализ и обобщение исторических событий между Китаем и странами Южного Кавказа в контексте реализации «ОПОП», официальных программ и инфраструктурных проектов для выявления интересов КНР в регионе. Основными выводами исследования является то, что Китай использует экономическое и технологическое сотрудничество как способ усиления своего присутствия в регионе Южного Кавказа, тем самым балансируя геополитическую игру крупных держав в регионе; В обозримом будущем, по мере взаимодействия инициативы «ОПОП» Южный Кавказ может стать для Китая «стратегическим перекрестком», соединяющим континент Евразии с Африкой. И в то же время Китай углубляет дифференцированное сотрудничество с тремя странами: сотрудничество с Азербайджаном должно быть направлено на параллельное развитие традиционных и новых источников энергии при одновременном укреплении роли Азербайджана как логистического центра, сотрудничество с Арменией - на поддержание регионального мирного процесса и сотрудничество в области коммуникационных технологий, сотрудничество с Грузией - на открытие ворот для экспорта китайских товаров в Европу при содействии ЗСТ, а также на модернизацию инфраструктуры страны и укрепление функции Грузии как коридора на Черноморское море.

На протяжении позднеантичной и средневековой эпох на христианском Востоке изредка строились церкви, преимущественно соборы, в которых внутренняя поверхность апсиды оформлялась вереницей или вереницами ниш. Исследование раскрывает очаги начального развития и важнейшие модификации этого архитектурного мотива, связанного с античным наследием. Впервые прослеживается путь изменения формы и ее роли в композиции апсиды, от Египта на юге до Грузии на севере. Фиксируются и подробно анализируются два выдающихся произведения, зодчие которых внесли существенные изменения в адаптацию мотива к эстетике определенной эпохи. Это ранне­христианская церковь Эль-Адра (Богородицы, Йолдат Алохо) в Хахе в северо-месопотамской провинции Тур-Абдин и кафедральный собор конца X в. в столице Армении Ани архитектора Трдата, в которых происходит органичное соединения данного мотива с пристенной аркатурой. В Ани данная тема могла появиться вслед за ее воплощением в главной церкви Санаинского монастыря, но именно мастерам анийской школы принадлежит авторство четырех известных нам церквей с нишами в апсиде. В количестве считанных единиц мотив получает распространение и в Грузии. Выдвигается предположение об ориентации зодчих больших грузинских соборов первой половины XI в. на Анийский собор в вопросе создания композиции апсиды. Анализируются особенности других оригинальных композиций вереницы ниш в апсидах, не получивших дальнейшего развития, а также декорирование ниш рельефной раковиной.

Статья представляет собой первое развернутое научное исследование поэтики цикла стихов Р. Гамзатова об Армении. На примере наиболее ярких произведений определены методы, приемы и средства выразительности, использованные автором для создания образа Армении. Поэт описывает природу этой страны, ее песенные традиции, социально-политические события, воссоздает образы друзей-армян, священных и знаковых для Армении символов, ее культурных объектов и географических топосов.

Цель статьи - установить, какие произведения входят в цикл стихов Р. Гамзатова об Армении, провести филологический анализ текстов, выявить их жанровую специфику, определить основные мотивы и образы. Задачи работы - выявление тематики и проблематики стихов об Армении; анализ их образного и эмоционально-стилевого сходства и отличий друг от друга: определение приемов и методов, а также средств выразительности при реализации образа Армении.

Выполненное на основе сравнительного метода и метода филологического анализа текста исследование привело к следующим выводам: 1) в цикле стихов Р. Гамзатова об Армении использована типичная атрибутика, встречающаяся в аналогичных стихах об Армении у других авторов (Арарат, Севан, Матенадаран, Сарьян); 2) отличительной особенностью чувств автора является восхищение природой, национальными памятниками культуры и творчеством деятелей литературы и искусства армянского народа; 3) в зависимости от объекта и предмета авторского внимания настроение и эмоциональный тон произведений меняется от оживленного, уважительного, влюбленного в песни, музыку, природу Армении до грустного, сочувствующего судьбе этой страны и ее многострадального народа.

Результаты исследования могут быть использованы при дальнейшем изучении творчества Р. Гамзатова. Кроме того, статья может вызвать интерес в широких кругах, в частности в дагестанско-армянских литературных взаимоотношениях. Данную работу можно использовать в преподавании курсов по истории аварской, дагестанской и армянской литературы.

Редакция представляет краткий отчет о проведении научно-практического семинара совместной серии Российского совета по международным делам (РСМД), Института мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) им Е. М. Примакова РАН и журнала “Мировая экономика и международные отношения”, посвященного экономическим аспектам развития евразийской интеграции. В дискуссии приняли участие заместитель директора по научной работе ИМЭМО им. Е. М. Примакова РАН, член-корреспондент РАН С. А. Афонцев, программный директор РСМД И. Н. Тимофеев, заместитель директора Департамента развития интеграции Евразийской экономической комиссии Е. В. Данилова, директор Института торговой политики НИУ ВШЭ А. В. Данильцев, директор Института развития интеграционных процессов Всероссийской академии внешней торговли (ИРИП ВАВТ) А. В. Точин, заведующая Сектором Беларуси, Молдовы и Украины Центра постсоветских исследований ИМЭМО им. Е. М. Примакова РАН Е. М. Кузьмина, ведущий научный сотрудник Сектора Кавказа Центра постсоветских исследований ИМЭМО им. Е. М. Примакова РАН А. А. Мигранян и доцент Департамента международных отношений Факультета мировой экономики и международных отношений, заместитель директора ЦКЕМИ НИУ ВШЭ А. С. Королев.

Исследуется влияние геополитических процессов на развитие армянского “мирного атома”. В контексте обеспечения международной безопасности изучается соотношение геополитических и геоэкономических интересов глобальных и региональных акторов с развитием атомной отрасли Армении. Подчеркивается важность строительства нового атомного энергоблока в Армении с учетом основных тенденций развития атомной энергетики в Южно-Кавказском регионе. Представлены и разъяснены мотивы участия отдельных геополитических игроков в процессе развития атомной энергетики в Армении.

Статья посвящена рассмотрению феномена Нагорного Карабаха для национально-государственного проекта постсоветской Армении, ее внутри- и внешнеполитического позиционирования. Автор рассматривает это явление в двух исторических плоскостях: генезис современного армянского государства в период распада Советского Союза и в первые годы после него, а также актуальная общественно-политическая конъюнктура. В статье предпринимается попыткаобъяснения, почему фактор Нагорного Карабаха, ставший триггером борьбы позднесоветскогоармянства за “миацум” (объединение Армянской ССР и Нагорно-Карабахской автономной области), перестал быть цементирующим элементом для элит и общества сегодняшней Армении. Автор рассматривает эти трансформации с помощью обновленного методологического инструментария, отказываясь от “геополитического детерминизма” и связывая принципиальные трансформации в армянской актуальной повестке не только с радикальным изменением военного статус -кво в зоне конфликта, но прежде всего с ценностным и поколенческим сдвигом внутри Армении. С помощью теории “смены парадигм” Т. Куна и “метода поколений” Х. Ортеги-и-Гассета обосновывается вывод о том, что нынешние беспрецедентные уступки Баку со стороны официального Еревана не являются исключительно проявлением слабости, волюнтаризмаи внешнеполитического разворота действующего армянского руководства на Запад. Во многомони детерминированы трансформациями настроений элит и общества Армении на протяжениивсего постсоветского периода. Данный подход позволяет объяснить, как и почему республика, конституирующая в процессе национального самоопределения свою государственность вокруг “карабахской идеи”, пошла по пути ревизии изначального целеполагания.