Научный архив: статьи

Статья посвящена проблеме сотрудничества США, Великобритании и Австралии в ядерной сфере. Актуальность темы обусловлена ростом количества угроз международному режиму нераспространения ядерного оружия, которые исходят не только от неофициальных ядерных держав, но и от официальных. Особое внимание уделено рассмотрению эволюции форм взаимодействия государств со времён начала «холодной войны», что объясняется важностью этапа в формировании основных принципов сотрудничества стран в ядерном измерении. Помимо этого, определено место альянса AUKUS в западной архитектуре безопасности, охарактеризованы угрозы, которые заключение соглашения несёт для режима ядерного нераспространения. Рассмотрение обеих тем — британско-американского ядерного взаимодействия в ХХ веке и современного сотрудничества в рамках AUKUS — позволит определить трансформацию подходов англосаксонских стран по отношению к передаче ядерных технологий другим странам. В связи с этим в основе методологии, используемой автором, лежит историко-генетический подход. Автор отмечает, что во второй половине ХХ века США создали механизм передачи ядерных материалов и информации в области атома другой ядерной державе — Великобритании, и с тех пор британские силы ядерного сдерживания находятся в зависимости от партнёра. В настоящее время связь в этой области укрепляется, показателем чего является решение о бессрочном продлении Договора о взаимной обороне 1958 г. В 20-х годах XXI века с созданием альянса AUKUS более ярким участником англосаксонского сотрудничества в ядерной сфере стала Австралия. Идёт работа над созданием нового механизма по передаче ей — стране, не обладающей ядерным оружием — атомных подводных лодок на ядерном топливе, не предполагающих размещения на них ядерных взрывных устройств. Таким образом, сделан вывод о том, что сотрудничество англосаксонских стран в данной области сопровождается созданием опасного для режима нераспространения ядерного оружия прецедента, а также создаёт риски распространения практики среди других игроков и дискредитации существующих международных институтов, прежде всего МАГАТЭ.

Статья посвящена развитию англоведческой школы МГИМО с ее основания д. ист. н., академиком РАН В. Г. Трухановским до наших дней. Под термином «научная школа» понимается научный коллектив, объединенный разработкой обширной проблемы под руководством опытного исследователя, который оказывает значительное влияние на формирование школы. Возникающий отсюда воспитательный аспект отличает институт научной школы от других социальных феноменов в академической сфере, таких как проекты или направления, позволяет использовать в науке механизмы накопления знания и опыта. Соответственно, авторы уделяют особое внимание роли профессорско-преподавательского состава МГИМО МИД России в формировании школы англоведения, рассматривают наиболее значимые монографии, подготовленные по этому предмету в Университете. Выделены особенности школы, обуславливающие место, которое она занимает в отечественном регионоведении: в частности, внимание к биографическому жанру, а также углубленное изучение международных и внешнеполитических процессов в их взаимосвязи с внутренней политикой. Отмечен высокий уровень включенности англоведов МГИМО МИД России в международную исследовательскую деятельность, взаимодействие с институтами и аналитическими центрами Соединенного Королевства и других государств. Подчеркнута вовлеченность начинающих исследователей в развитие школы британских исследований посредством таких организаций, как Научное студенческое общество МГИМО. Авторы приходят к заключению, что школа англоведения МГИМО МИД России, будучи на современном этапе активно занятой в политической экспертизе, сохраняет преемственность традиций, заложенных в ее первые годы, совпавшие со становлением Университета 80 лет назад.

Распространение российского суверенитета на туркменские земли вступило в завершающую фазу после присоединения к империи Мерва. Движение русских развивалось по двум последовательным направлениям. Первое вело к оазису Атека у персидской границы. В нем был установлен переходный режим, по окончании которого оазис должен был перейти к России. А до того времени персидские приграничные начальники предпринимали явно антироссийские шаги. Они ограничивали подачу воды местным туркменам, переселяли на их земли своих соотечественников. Это не устраивало имперского пограничного комиссара, который инициировал обсуждение вопроса об ускорении введения в Атеке российской администрации. Но, несмотря на это, утверждение русской власти в Атекском оазисе все-таки произошло в срок. В 1886 г. в нем было учреждено приставство на общих для Закаспийской области основаниях. Иначе развивалась ситуация со спорной территорией оазиса Пенде, на который претендовала афганская сторона. Начало Афганскому (Пендинскому) кризису 1885 г. положило занятие оазиса российскими войсками. Обмен Пендинского оазиса на Зульфакарский проход, в котором была заинтересована Великобритания, позволил обеим сторонам прийти к компромиссу. Так закончилась острая фаза Большой игры. Отличительной чертой укрепления российского присутствия в регионе было создание местной администрации, ориентированной на побуждение коренного населения к лояльности новой власти.

Прослеживается процесс постепенной трансформации англо-арабских и англо-еврейских отношений в Палестине в период мандатного управления. Значительное внимание в работе уделено анализу национального движения палестинских арабов в 30-е годы, которое имело антиеврейскую и антибританскую направленность. Была исследована ситуация в арабской и еврейской общинах Палестины, рассмотрены причины, ход и последствия арабского восстания 1936 - 1939 годов. Раскрыты идеологические установки арабских и еврейских партий и организаций в Палестине в период мандатного управления, их практическая деятельность. Освещается деятельность королевских комиссий в Палестине в 30-е годы ХХ века. Рассмотрены их рекомендации по разделу Палестины на арабское и еврейское государства, при контроле Великобританией части страны. Эти планы не были претворены в жизнь. Белая книга 1939 года рекомендовала на 10 лет «заморозить» ситуацию в Палестине. Всё это свидетельствовало о кризисе мандатной системы в Палестине и неспособности страны-мандатария контролировать ситуацию в стране в рамках мандата.

В статье исследуется сложный общественно-политический процесс, связанный с попытками британского правительства использовать регулярные войска для обеспечения выполнения требований Акта о гербовом сборе 1765 года в американских колониях. Основная цель исследования заключается в комплексном анализе стратегий и действий, предпринятых британскими властями для реализации нового налогового законодательства, а также в изучении причин, которые привели к пересмотру политики и последующей отмене этого закона. В работе применяются историко-сравнительный и системный методы исследования, необходимые для комплексного анализа документов и историографии, позволяющие в данном контексте детально изучить действия главнокомандующего британскими войсками Генри Конуэя. Особое внимание уделяется мерам, предпринятым центральным правительством для обеспечения беспрепятственного сбора налога, а также реакции высших британских чиновников, в частности маркиза Рокингема, на сопротивление американских колоний. Результаты свидетельствуют, что внутренние разногласия в правительстве, а также растущее давление со стороны американских колоний сыграли ключевую роль в отмене закона, что действия Генри Конуэя и его подход к управлению военными силами были важным фактором, повлиявшим на изменение политики. Выводы наглядно демонстрируют, как внутренние и внешние факторы взаимодействовали комплексно, формируя решение о пересмотре и отмене Акта о гербовом сборе.

В статье исследуется современная политика Великобритании в Центральной Азии. В последние годы официальный Лондон усилил интерес к Центральной Азии, которая рассматривается в качестве важного направления английской внешней политики. Курс Великобритании реализуется в контексте политики коллективного Запада в отношении центральноазиатских государств. В ее основе ослабление политических и торгово-экономических отношений России со странами Центральной Азии, оказание на них давления с целью изменения внешнеполитического курса. Для Лондона важно добиться переориентации политических и экономических связей Центральной Азии с Москвой и Пекином на интересы коллективного Запада. Вовлеченность Лондона в Центральную Азию определяется наличием в регионе энергетических ресурсов, а также долгосрочными планами получения доступа к месторождениям редкоземельных металлов. В статье рассматриваются основные итоги английской политики в Центральной Азии. В статье делается вывод, что можно проводить лишь условные сравнения с «Большой игрой», которая разворачивалась между Российской империей и Великобританией в середине XIX века на просторах среднеазиатских ханств. Кардинально изменились геополитические условия и кроме того, Лондон следует в русле общей политики Запада. Тем не менее, цели Лондона в Центральной Азии практически не претерпели изменений — борьба за ресурсы и ограничение влияния России.

После распада СССР политика Запада в отношении стран Центральной Азии концентрировалась на вопросах, связанных с расширением торгово-экономических отношений, получением доступа к углеводородным ресурсам центральноазиатским государств и организации надежного их экспорта на внешние рынки. В последние годы, в связи с изменениями в технологическом развитии, у стран Запада возрос интерес к месторождениям редкоземельных металлов. Контроль за разведанными и перспективными месторождениями разворачивается в разных регионах мира. Одним из перспективных регионов, на территории которого находятся значительные запасы редкоземельных металлов является Центральная Азия. По этой причине в последние несколько лет США, ЕС, Великобритания и другие страны стали проявлять к региону повышенный интерес. Запад проводит в отношении центральноазиатских государств активную политику, которая направлена не столько на развитие стран региона, сколько на расширение своего присутствия, переориентацию внешнеполитического курса стран региона на интересы внерегиональных акторов. Конечной целью западных государств является получение контроля над месторождениями редкоземельных металлов, которые находятся в Центральной Азии. В статье рассматриваются основные направления политики западных государств в отношении Центральной Азии, анализ механизмов, которые они используют для продвижения своих интересов при получении доступа к перспективным месторождениям редкоземельных металлов. При этом страны региона в целом приветствуют политику Запада, считая, что это привлечет дополнительные инвестиции в их экономики. В свою очередь, западные государства и компании, которые они поддерживают, оказывают давление на страны Центральной Азии, добиваясь наиболее выгодных для себя условий при разработке месторождений и контроле над получаемыми ресурсами. В статье сделан вывод, что в Центральной Азии разворачивается борьба между западными государствами, с одной стороны и Россией и Китаем за доступ и контроль над месторождениями редкоземельных металлов.

Введение. Статья посвящена исследованию европейского опыта государственно-частного партнерства в условиях цифровизации общественной инфраструктуры (на примере Великобритании). В статье рассмотрены основные направления государственно-частного партнерства, достижения и недоработки в данной области взаимодействия. Британский опыт государственно-частного партнерства в условиях цифровизации общественной инфраструктуры показал, что данное государство заинтересовано в инвестициях, поскольку при этом снижается нагрузка на государственный бюджет. Подобные инициативы со стороны бизнеса поддерживаются со стороны государства при условии софинансирования. Проектные, строительные и пуско-наладочные работы ложатся на частных подрядчиков, а государство контролирует соблюдение частным сектором законодательства и правил строительства.

Материалы и методы. В исследовании был применен информационно-аналитический метод, который позволил изучить опыт государственно-частного партнерства в условиях цифровизации общественной инфраструктуры Великобритании.

Результаты исследования. Использование государственных средств вместе с частной инициативой представляется особенно важным в условиях цифровизации, поскольку позволяет населению получить новые условия для комфортного проживания. Основной акцент при цифровизации общественной инфраструктуры Великобритании делается на системах искусственного интеллекта, новых информационных трендов и прогрессивных технологий, сочетающих человеческие возможности и систему информационного контроля, мониторинга.

Обсуждение и заключение. Опыт Британии по формированию ГЧП ведет свой отсчет с 1970-х годов, поэтому его можно назвать существенным, применимым в других государствах мира.

Рассматривается процесс формирования оценок арабского восстания в периодической печати США. Материалы периодической печати позволяют установить, как в информационном дискурсе США менялись представления о причинах восстания; как шел процесс эволюции образа Великобритании как союзника и Великобритании как конкурента. Публикации американских газет позволяют определить оценки британских мер по урегулированию кризиса 1936 г. Анализ газет США демонстрирует особенности формирования образа еврейского и арабского населения Палестины и категории «Свой». Период 1936–1937 гг. стал определяющим для общественного мнения США в выборе приоритетов в ближневосточном конфликте. Материал статьи наглядно иллюстрирует этапы эволюции оценок арабского восстания 1936 г.

Характеризуются основные позиции общества Великобритании в отношении СССР накануне и в начальный период Второй мировой войны. На основе опросов общественного мнения, материалов британской прессы, свидетельств современников и других источников реконструируется картина представлений о роли и значении советского государства в международной политике, его воздействии на европейские и мировые процессы, последствиях принимаемых советским руководством решений. Прослеживается динамика отношения к СССР на фоне происходивших в самой Великобритании и в мире событий и процессов.

Современную политику Великобритании отличает умелая адаптация к меняющимся условиям, гибкость и тактическое лавирование, что определяет успешность стратегии присутствия на Балканах. Достигается это в том числе при помощи манипулятивных технологий по формированию общественных настроений. Изменение баланса сил в регионе после Брекзита не отразилось на статусе Великобритании как главного адвоката расширения ЕС, но невзирая на официальную приверженность единой линии с Брюсселем, расставшийся с ним Лондон формирует собственную систему влияния на балканские процессы.

В статье анализируется эволюция стратегических взглядов президента США Ф. Рузвельта и премьер-министра Великобритании У. Черчилля в декабре 1943 — апреле 1945 гг., т. е. от последствий Тегеранской конференции «большой тройки» до смерти американского президента и завершения войны с Германией. Особое внимание уделяется анализу роли западных лидеров в эволюции отношений с СССР и влияния проблем выработки основ послевоенного мироустройства на решение военных вопросов. На основе проанализированного материала отмечается, что их взгляды имели важное, часто определяющее значение в формировании национальных и коалиционной стратегий на завершающем этапе войны. Идеи и решения британского лидера и к концу войны базировались на традиционной британской имперской стратегии и концепции «баланса сил»; с этих же позиций он оценивал действия Сталина как политику резко усилившейся великой державы, желающей активно участвовать в послевоенном «разделе мира». Стратегическое мышление президента базировалось на стремлении к созданию глобальной американоцентристской политико-экономической системы; оно опиралось на адекватные оценки соотношения потенциалов великих держав и понимание необходимости для реализации его планов сохранения «политики партнерства» с Москвой, в том числе на послевоенный период. Эти взгляды Рузвельта стали определяющими для эволюции военно-политической коалиционной стратегии и отношений западных держав и СССР на завершающем этапе войны с Германией.