Научный архив: статьи

Настоящее исследование представляет собой комплексный анализ генезиса и трансформации системы духовного образования России на протяжении Синодального периода. На основе системного изучения нормативно-правовых актов, опубликованных источников и архивных материалов реконструирована целостная картина ее становления и развития. Зародившись вместе с первыми просветительскими организациями, духовные учебные заведения изначально выполняли ключевую функцию подготовки кадров для Русской православной церкви. Принципиальный этап их институционализации связан с царствованием Петра I, законодательно закрепившего основы государственной политики в данной сфере. Принятый «Духовный регламент» (1721 г.) определил порядок создания и содержания духовных школ при архиерейских домах и монастырях, которые, будучи ориентированы на детей церковнослужителей, имели закрытый характер. Заложенные Петром I основы в последующий период получили последовательное развитие: наблюдался количественный рост духовных учебных заведений, а их выпускники получили приоритет при замещении вакансий в Синоде. Важнейшей вехой стала реформа 1808 г., законодательно оформившая многоуровневую структуру духовного образования. На протяжении XIX в. уставы духовно-учебных заведений неоднократно пересматривались. Целями этих корректировок являлись: расширение социального состава учащихся, диверсификация карьерных траекторий выпускников, а также усиление административного контроля, что было реакцией на распространение революционных настроений в студенческой среде. Финальной значимой новацией стал Устав православных духовных академий 1910 г., направленный на повышение образовательного уровня воспитанников путем расширения учебных программ. Однако системная реформа так и не была реализована.

Статья посвящена анализу библейского термина «Сын человеческий», прослеживая его эволюцию в иудейской и раннехристианской традициях. Исследуется употребление этого выражения в книге пророка Даниила, апокалиптических текстах эпохи Второго Храма (1 Енох, 4 Ездры, Прем, 2 Вар) и евангельском корпусе. Основной тезис статьи заключается в том, что термин «Сын человеческий» задолго до возникновения христианства был глубоко укоренён в иудейской апокалиптической традиции как мессианский образ, связанный с эсхатологическим судом, наказанием нечестивых и спасением праведных. В Дан 7:13 «Сын человеческий» предста- ёт как небесная фигура, получающая власть от Бога, которая более поздней апокалиптической иудейской традиции наделяется функциями Божественного суда и избавления верных. В Евангелиях Иисус использует этот термин для указания на Свое мессианство, обращаясь к существующей традиции, известной Его слушателям. В статье критикуется теория, согласно которой «Сын человеческий» в Евангелиях является лишь арамейской идиомой, и утверждается, что этот термин во время проповеди Иисуса имел устойчивые мессианские коннотации. Тем самым, в статье предлагается комплексный взгляд на историческое и богословское значение этого термина в ветхозаветной, иудейской апокалиптической и новозаветной традициях.

Несмотря на то, что Кавказская Албанская церковь является одной из древнейших христианских церквей мира, основанной по преданию в результате проповеди апостолов и их учеников и оформившейся как автокефальный, т. е. вполне самостоятельный, религиозный институт в IV в., ее история в период после арабских завоеваний Южного Кавказа вплоть до нового времени мало изучена. Скрупулёзная работа с разрозненными сведениями и отрывочными сообщениями источников позволяет вписывать страницу за страницей в историческую летопись христианского прошлого Азербайджана. Одним из новых источников по данной теме стала обнаруженная в 1991 г. в библиотечных архивах Болонского Университета топографическая карта из коллекции восточных рукописей графа Луиджи Фердинандо Марсильи, изготовленная в Константинополе в 1691 г. Автор документа — интеллектуал, дипломат, исследователь и путешественник XVII в. Иеремия Челеби сообщает ценнейшие сведения о структурах католикосатов Эчмиадзина, Гянджасара, Киликии и Ахтамара, обозначив на своей карте важнейшие города, географические объекты, епархиальные центры, монашеские обители, святилища и паломнические места. Благодаря четко очерченным границам и цветовым меткам мы в точности идентифицируем объекты, обозначенные на карте, принадлежностью к тому или иному религиозному центру. Карта содержит информацию о епископских кафедрах, монастырях, скитах и паломнических маршрутах на территории исторического Азербайджана, находившегося в то время в составе Сефевидской империи. В данной статье мы классифицируем данные источника, касающиеся основных паломнических маршрутов и мест поклонений Гянджасарского католикосата в XVII в.

Статья посвящена определению роли нарративной и литературно-риторической стратегии автора Послания к Евреям в исследовании паренетических текстов, играющих важное, а порой и ключевое значение в богословии этой книги. Особое внимание обращено на отрывок Евр. 6:4–6, являющийся фундаментом для доктрины спасения разных христианских деноминаций и, как следствие, предметом богословских баталий на протяжении многих веков. Анализ существующих источников, посвященных изучению Послания к Евреям в целом, а также паренетических отрывков в отдельности, показал, что выводы исследователей в отношении главной темы, структуры, отдельных дискурсов и текстов зачастую сильно отличаются. Выявлено множество разных подходов и методов, используемых различными авторами в работе над Посланием и паренетическими текстами. Показано, что оценке влияния роли нарративов и литературно-риторических методов толкования не было уделено пристального внимания. Предлагается при работе с Посланием учитывать нарративы как больших, так и встроенных дискурсов, а также литературно-риторические приемы, в совокупности со структурным и грамматико-лексическим анализом, что позволит более точно понять эти тексты и в отдельности, и в контексте всего Послания. Исследование текста Евр. 6:4–6 предложенным методом позволило получить более точные результаты и получить ответы на вопросы: кому адресован этот паренетический текст; кто есть отпадшие; почему их нельзя обновлять покаянием?

В статье рассматривается вопрос о времени литературной деятельности значительного христианского богослова Леонтия Иерусалимского, который известен как автор двух полемических трактатов «Против монофизитов» и «Против несториан». Вопрос точной датировки сочинений Леонтия имеет существенное значение для понимания логики христологических дискуссий в Византии в VI–VII столетиях. До недавнего времени в патрологической науке существовал консенсус относительно времени жизни Леонтия Иерусалимского, считавшегося автором эпохи св. императора Юстиниана I Великого. Однако в 2001 г. немецкий исследователь Дирк Краусмюллер предложил гипотезу, согласно которой Леонтий был автором более позднего времени, литературную активность которого следует отнести к началу VII в. Гипотеза Д. Краусмюллера нашла своих сторонников, но не получила всеобщего признания. В статье предпринята попытка проверки гипотезы немецкого патролога. Автор исходит из убеждения, что при датировке древних текстов богословского содержания, особенно поврежденных и интерполированных, каковыми являются христологические трактаты Леонтия Иерусалимского, богословские аргументы безусловно должны иметь преимущество перед аргументами стилистического и исторического характера, поскольку путем умышленных или неумышленных интерполяций можно внести в текст произведения те или иные анахронизмы, затрудняющие его точную датировку, однако практически невозможно фальсифицировать культурно-исторический, в том числе и богословский контекст, в котором произведение создавалось. В статье приводятся семь богословских аргументов (не считая ряда косвенных доводов исторического характера), свидетельствующих в пользу традиционной датировки литературной деятельности Леонтия Иерусалимского второй четвертью VI в. В то же время нет ни одного собственно богословского аргумента, подтверждающего точку зрения Д. Краусмюллера. Таким образом, гипотеза последнего не выдерживает богословской проверки. В результате автор приходит к выводу, что богословское содержание трактатов Леонтия Иерусалимского свидетельствует, скорее, в пользу их традиционной датировки, то есть отнесением их ко второй четверти VI в.

Данная статья посвящена событиям 1832 года и неудавшейся миссии митавского протоиерея Михаила Кунинского, направленного к рижским старообрядцам в качестве миссионера по обращению их в единоверие. О своей деятельности в Риге Кунинский оставил подробные «Дневные записки» — по-своему уникальный документ по истории рижского староверия. Эти «Записки» были обнаружены нами в Российском государственном историческом архиве в двух фондах: в фонде Канцелярии Синода (№ 796) и в фонде Секретного совещательного комитета по делам раскола (№ 1473), а само дело «Об отправлении в Ригу миссионера для обращения тамошних раскольников в Православие» — в фонде Александро-Невской лавры Синода (№ 815). К «Дневным запискам» приложены также секретные рапорты, которые Михаил Кунинский отправлял архиепископу Псковскому, Лифляндскому и Курляндскому Мефодию. Все эти документы представляют несомненную ценность для истории рижского староверия как свидетельство очень важного ее этапа, предшествовавшего началу репрессий времен правления императора Николая I. Вместе с тем в них отражается неповторимая атмосфера старообрядческого мира Риги 1830-х гг.

Статья представляет собой источниковедческий анализ и академический перевод анонимного сочинения «Le Raskol» (Париж, 1859 г.), вводя в научный оборот практически неизвестный отечественной историографии текст. Исследование решает задачу по реконструкции биографии и социально-политических взглядов его загадочного автора — русского эмигранта, поборника консервативных ценностей и знатока административной истории России. Центральное место в работе занимает деконструкция сложной идеологической позиции автора, которую можно охарактеризовать как гибрид имперского этатизма и просвещенного консерватизма. Делается вывод, что книга «Le Raskol», несмотря на заявленную ее автором объективность, представляет собой ангажированный политический манифест, отражающий специфический тип мышления николаевской бюрократии. Ценность сочинения заключается не в его фактологической достоверности (в действительности книга изобилует множеством грубых ошибок и тенденциозных клише), а в уникальной возможности наблюдать трансформацию охранительной идеологии, вынужденной заимствовать отдельные либеральные нарративы в преддверии масштабных преобразований Александра II. Ключевым результатом работы является демонстрация кризиса охранительного дискурса в середине XIX в. Нами выявляются механизмы, посредством которых консервативные мыслители стремились адаптироваться к вызовам новой эпохи, частично заимствуя язык и аргументы своих оппонентов, что привело к возникновению весьма любопытной синкретичной идеологической модели.

В статье на основании многочисленных архивных источников, выявленных в украинских и российских архивах, а также полученного в ходе полевых исследований историко-археографического и этнографического материала, исследуются вопросы, аффилированные с основанием, внутренним состоянием и хозяйственной деятельностью Куренёвских старообрядческих монастырей в конце ХVIII — начале ХХ вв. Отдельное внимание обращено на взаимоотношения старообрядцев с. Куренёвки с местными помещиками, графами Гудовичами и князьями Орловыми, закончившиеся уступками староверам в определении их социального статуса. Исследуется внутренне устройство и многопрофильное хозяйство Никольского мужского монастыря, а также средства, получаемые на его содержание, духовное состояние и религиозность куренёвских иноков, их питание и пищевые запреты, способы содержания монашеского тела, взаимоотношения местных русских с украинским населением, посредством частых контактов, в результате поддержания разнообразных деловых и житейских отношений. Отмечается, что преследования господствующей Церкви наложили особый отпечаток на насельников Куренёвских монастырей, которые из личной практики исключили открытую миссионерскую деятельность, пытаясь скрыть или сделать незамеченным свое богослужение из-за опасения осквернить принадлежавшую им святыню. В конце 1920-х — начале 1930-х гг. по распоряжению украинского большевистского правительства все принадлежащие монастырям храмы, жилые и хозяйственные здания, земля и лес были национализированы в пользу государства, местного колхоза и лесничества. Изучается хозяйственное положение староженского и новоженского монастырей.

Для комплексного изучения деятельности освященных соборов старообрядческой церкви Белокриницкой иерархии на рубеже XIX–XX вв. необходим анализ разнообразных источников. Для адекватной оценки восприятия соборной деятельности как внутри старообрядческого сообщества, так и внешним, общероссийским наблюдателем, были изучены материалы духовной и светской прессы 1905–1917 гг. В вводной статье к указателю приведен исторический обзор основных старообрядческих изданий исследуемого периода, что позволило раскрыть их вклад в формирование дискурса о церковном управлении. Массовый выпуск старообрядческих периодических изданий стал возможен после принятия Именного Высочайшего указа «Об укреплении начал веротерпимости» (17 апреля 1905 г.), легализовавшего издательскую деятельность старообрядцев. Этот законодательный акт, приведший к новому уровню дискуссий со старообрядцами в синодальной и светской прессе, породил уникальный корпус источников для изучения «золотого века» старообрядчества. Настоящий указатель представляет собой аннотированный библиографический список публикаций, освещающих деятельность освященных соборов и тем, опосредованно связанных с соборной деятельностью, а также включает материалы о соборах других старообрядческих согласий, если они содержат ценный материал для сравнительного изучения Белокриницкой традиции. Цель создания указателя — систематизация максимально полного массива материалов из периодики указанного периода. Выводы о характере и динамике освещения вопросов церковного управления в прессе сформулированы на основе работы с указателем с применением компьютерных методов, что обеспечило точность количественного и качественного анализа. Хронологические рамки указателя (1905–1917 гг.) обусловлены как изменением правового статуса старообрядчества, так и интенсивностью соборной практики в эти годы. В перспективе планируется расширение базы за счет более ранних и поздних источников, а также детализация аннотаций. Публикации в указателе расположены в хронологическом порядке (по годам выхода). Внутри каждого года издания упорядочены по алфавиту. Каждая запись содержит краткую аннотацию и перечисление упомянутых в публикации лиц. При публикации сохранены орфоэпические описки, указания несуществующих кафедр, упоминание епископов с неясной идентификацией, а также несоответствия в инициалах или титулах. Эти ошибки не исправлялись в целях сохранения аутентичности источников.

Статья посвящена научным связям профессора МГУ Ирины Васильевны Поздеевой, крупнейшего специалиста по старообрядческой книжности, со староверами Орегона. Описываются ее приезды в Орегон, впечатления и наблюдения. Рассматривается тематика лекций перед староверами и в университете; круг проблем, обсуждаемых со староверами, вопросы от них. Представлены размышления проф. Поздеевой над изменениями, произошедшими со староверами за более чем полвека их проживания в США. Особое внимание уделяется расколу в общинах староверов-беспоповцев Орегона в 2010-е гг., который касался сложения трех нижних перстов, символизирующих Троицу, на благословляющей деснице на иконах. Приводятся мысли проф. И. В. Поздеевой о перспективах исследования староверов Орегона. В статье также упоминается о работе проф. Поздеевой над описанием кириллических рукописных и старопечатных книг из собрания Публичной библиотеки Нью-Йорка и об ее участии в научных конференциях в США. Особо подчеркивается ее знакомство с проф. Ричардом Моррисом, который ввел ее в старообрядческие общины Орегона, и их многолетняя дружба.

Целью статьи является обзор докладов, выводов и вопросов III Международной научной конференции «Святая Земля: факты, мифы, мечты (из ХІХ столетия — в ХХІ)», состоявшейся на базе Тюменского государственного университета 14 ноября 2024 г. и организованной в рамках научного проекта № 24-28-01063 «Провинциальное паломничество на Святую Землю: база данных, исследование, библиографический указатель», финансируемого Российским научным фондом. Данная конференция, ставшая третьей по счету в 2024 г., продолжила традицию междисциплинарного изучения Святой земли. С 2020 г., выступая в качестве научной площадки, аккумулировала ключевые направления современных исследований о Святой земле в разных аспектах. Святая земля как хронотоп в литературе и документах, как пространство деятельности Русской духовной миссии и ИППО, как объект иеротопии и как территория современных израильско-палестинских отношений. В рамках конференции выступили более двадцати участников из России, Беларуси и США. Были представлены исследования в области истории, филологии, культурологии, политологии, иеротопии, иудаики и израилеведения, которые взаимодополняли друг друга, способствовали комплексному осмыслению темы Святой земли в религиозной, культурной и исторической перспективах и расширили методологические горизонты изучения. Наиболее масштабной стала дискуссионная панель «Святая Земля в русской литературе и паломнических текстах», в докладах которой подчеркивалась важность культурно-исторического подхода. Панель «Иерусалим в истории и культуре: образы, символы и художественные интерпретации», в отличие от первой, сосредоточенной на русских паломниках и источниках, делала акцент на международных, кросскультурных и исторических трансформациях Иерусалима. Она объединила доклады по теме истории символа в мировой культуре с использованием различных научных подходов. Также были представлены две дискуссионные площадки об истории и личностях Русской духовной миссии в период с XIX по XX вв. В заключение конференции был проведен круглый стол «Паломнические практики рубежа веков: экономика, транспорт и повседневность», на котором участниками были актуализированы такие вопросы, как портретирование паломника; сохранность документов в регионах; тенденции изменения паломничества, связанные с развитием социокультурных и экономических условий; роль транспорта в изменении традиционных представлений о паломничестве. Конференция подтвердила устойчивую тенденцию к углублению междисциплинарного диалога и расширению нарративного спектра в изучении Святой земли.

Статья с публикацией источников посвящена реконструкции обстоятельств и хода одного из первых «паломничеств» в Святую землю и на Афон представителей Московского патриархата Русской православной церкви. После возобновления контактов со Святой землей, произошедшего после первого посещения христианских святынь и восточных патриархов патриархом Алексием (Симанским) в мае-июне 1945 г. начались периодические контакты и ежегодные миссии, носившие официальное именование паломничества. Разумеется, это традиционное в христианском мире выражение религиозного чувства в условиях советской действительности и полного государственного контроля за контактами с заграницей претерпевало решительные изменения. Документы свидетельствуют, что отправлявшиеся в Иерусалим и на Афон православные переживали религиозный опыт, запечатленный в их сознании (и в очень редких случаях в личных записях — антропологически насыщенных источниках), но в гораздо более явленной форме такое паломничество представляло миссию, в которой сочетались как церковные мотивы (поддержание молитвенного общения, исторических и действительных современных контактов, расширение юрисдикции и канонического влияния), так и государственные дипломатические задачи (установление контактов и расширение круга лояльных и готовых ко взаимодействую с советскими церковными и государственными — политико-дипломатическими структурами и представителями). Само паломничество — миссия сопровождалось большим количеством формальностей, от паспортно-визового и финансового (валютного) обеспечения до многоступенчатой отчетности. Одним из принятых жанров была подготовка обстоятельного отчета по итогам поездки. Такие отчеты откладывались на хранение в Отделе внешних церковных сношений, направлялись в Совет по делам Русской православной церкви при Совете министров СССР. Несмотря на очевидное влияние самоцензуры авторов такие отчеты являются уникальными по полноте фактологической фиксации и фактически единственными источниками, позволяющими воссоздать историю особых паломничеств советской эпохи.