Научный архив: статьи

В статье рассматривается комплекс свинцовых грибовидных грузиков, найденных в разное время на территории Селитренного городища (город Сарай ал-Джедида). Коллекция представлена 296 экземплярами изделий разных форм и размеров. В статье проводится метрологический анализ изделий, выявляются конструктивные особенности грузиков, позволяющие произвести выделение типов и предложить их классификацию. При сравнении имеющихся типов высказывается возможность их разделения по месту производства (местные и привезённые). Кроме того, в данной работе поднимается вопрос о функциональном назначении этих предметов; рассматриваются версии, высказанные коллегами по этому поводу ранее. Материалы, изученные в статье, позволяют поддержать мнение коллег о функциональном назначении свинцовых грибовидных грузиков, а именно использование их в качестве грузов в ткацком производстве.

Работа посвящена процессам урбанизации, протекавшим на территории низовий Волги в золотоордынский период. На основании появившихся в последние десятилетия археологических материалов опровергается сформулированное в 1960-х гг. мнение о том, что до эпохи Золотой Орды в низовьях Волги не существовало развитой поселенческой структуры, а урбанизация этого пространства началась только с приходом монголов. В процессе урбанизации нижневолжских земель условно выделены три этапа, каждому из которых предложена характеристика. Приводятся данные о количестве археологических объектов домонгольского времени и золотоордынской эпохи. Рассматриваются версии о месторасположении двух столичных городов - Сарая и Сарая ал-Джедида, названиях и времени появления других населенных пунктов.

Большинство источников, повествующих о начальном этапе монгольского проникновения на Крымский полуостров, относятся к более позднему времени (после XIV в.). Сообщения, относящиеся к 20-м - 40-м годам XIII в. единичны и потому особенно ценны. Среди них почти не замеченным осталось свидетельство папских послов Иоанна де Плано Карпини и Бенедикта Поляка, ездивших в Монголию в 1245-1247 гг., о народе саксов, страна которых находилась к югу от Половецкой степи. Первый автор сообщает об удачной защите «саксами» своего города от монгольской осады, а второй прямо отождествляет этот народ с готами. Это дает основания связывать данные сообщения с одним из ранних монгольским набегов на крымскую Готию (в 1223 или 1238 г.). В этой связи любопытны сведения авторов XVI в. (О. де Бусбек, Г. Торкват), которые сопоставляли язык крымских готов именно с саксонским (нижненемецким) диалектом немецкого языка.

Работа направлена на решение проблемы выделения в орудийных комплексах поселений позднего бронзового века Зауралья инструментов для переработки медной руды. В статье представлены результаты серии из 11 экспериментов по дроблению и растиранию медьсодержащей породы. В качестве орудий использованы гальки и плитки из разных пород камня (диорит, кремень, силицит, порфирит, кварцит, гранит, кварцевый песчаник). В результате получены, детально описаны и проанализированы следы сработанности на экспериментальных орудиях. Установлено, что признаки износа зависят от конкретной операции, физических свойств породы, размера заготовки, твердости обрабатываемого сырья. Сравнение полученных данных с археологическим материалом эпохи бронзы Зауралья (пос. Устье I, Кулевчи III, Камышное I) показало, что орудия для переработки руды представлены в незначительном количестве (10 экз.), что может свидетельствовать о подготовке руды для плавки, преимущественно за пределами поселений.

Применение геохимических методов (анализ стабильных изотопов (δ13C, δ15N), определение химического элементного состава и радиоуглеродное датирование костей человека и животных из погребений и культурных слоев археологических памятников Крыма) позволило охарактеризовать диету человека в позднем бронзовом - раннем железном веке в контексте развития земледелия и скотоводства. На основе полученных данных по материалам нескольких проанализированных поселений выделены различные группы людей, для которых характерны разные системы питания, прежде всего связанные со спецификой их хозяйственной деятельности. Жители прибрежных районов имели доступ к морской пище. Для постоянных жителей поселения Бай-Кият I в рационе питания отмечено преобладание рыбы, морепродуктов, молока и мяса. В их рацион также входили растения с C4 типом фотосинтеза. Другая группа обитателей поселения Бай-Кият I была ориентирована на выпас скота. В их рацион входило больше мясных и молочных продуктов, а также растительная пища из растений с фотосинтезом С3. Полученные данные позволяют предположить на поселениях позднего бронзового века Бай-Кият I и Бурун-Эли 1 культивацию проса, наличие полукочевого скотоводства у сообществ поздней сабатиновской и ранней белозерской культур. На поселении Долгий Бугор существовало отгонно-пастбищное животноводство у носителей кизил-кобинской культуры раннего железного века.

В статье представлены результаты металлографического анализа кузнечных изделий, обнаруженных при раскопках селища Подгоры V, расположенного на Самарской Луке. Материалы раскопок 1999-2001 гг. представлены вещами и комплексами (в том числе и погребальными), относящимися к периоду с эпохи раннего железного века до Средневековья. Наиболее представительные материалы связаны с именьковской культурой IV-VII вв. Выборка предметов из черного металла, подвергшихся металлографическому изучению, составила 21 экземпляр. В их число вошли ножи, шилья, серп, наконечник стрелы, серьга с многогранником, крепежное кольцо, кресало, пластина. В составе металлографической коллекции присутствовали стержневидные предметы, некоторые из которых были по итогам исследования определены как полуфабрикаты (металлосырьё). Было выяснено, что основным материалом для большинства изделий служила малоуглеродистая сталь. Часто использовалось пакетование заготовок и применялась локальная цементация. Велика доля термообработанных изделий, зафиксированы признаки высокотемпературного режима ковки. Выявленные характеристики поковок из Подгор V в целом соответствуют уровню развития и технологическому облику восточноевропейской раннесредневековой железообработки. Однако были обнаружены и такие черты, которые выделяют «подгорскую» выборку из числа археометаллографических коллекций других средневолжских памятников раннего Средневековья. Особенность проявилась в использовании характерного приёма скручивания двух- или многослойной заготовки.

Статья посвящена анализу интерпретации культурной принадлежности населения в современных антропологических публикациях материалов обширного некрополя в Искитимском районе НСО (Быстровка-1, 2, 3). Длительность и комплексность (археологические, антропологические и естественно-научные исследования) изучения этого объекта археологического наследия позволяет рассматривать его в качестве реперного памятника по древней истории населения Верхней Оби эпохи раннего железа. Сложная организация некросферы Быстровского некрополя, относительная длительность функционирования и поликультурность погребальных практик (населения березовского исторического этапа раннего железного века Верхней Оби, а также представителей кулайской и саргатской культурной традиций) позволяют детально рассмотреть вопросы корреляции в формате «археологическая культура и антропологическая атрибуция».

Народный костюм любой этнической группы выступает значимым рефлектором ее социокультурной природы (ценностей, нормативных установок, символической картины мира и пр.). В этом смысле народный костюм довольно жестко детерминирован целым рядом факторов - от природно-климатических и территориальных до историко-генетических и ценностно-символических.

Однако при этом народный костюм обладает рядом универсальных (или почти универсальных) черт, которые позволяют рассматривать его как феномен культуры как таковой, вне жестких рамок его локализации.

В настоящей статье среди подобных черт народного костюма были выделены: 1) смысло-ценностная и символическая комплексность и завершенность; 2) амбивалентность; 3) практичность; 4) семиотичность; 5) социальный детерминизм (корреляция народного костюма с определенной социальной группой - крестьянством); 6) природоцентризм.

В контексте настоящего исследования под народным костюмом понимается традиционный комплекс одежды и иных элементов (аксессуары, обувь, прическа и пр.) определенной социальной группы, как правило, связанной с конкретным географическим районом, способом хозяйствования (чаще всего, сельское хозяйство), этнической принадлежностью, социально-структурным статусом (крестьянство как сословие/класс) и обладающей специфическим культурным укладом.

В статье представлены краниологические материалы эпохи раннего железного века (VII-IV вв. до н. э.) из Мингечаура. В ходе исследования был изучен череп женщины (2488) в возрасте 20-30 лет со следами травматического повреждения. Череп мезокранный, европеоидный. Он происходит из погребения с вытянутым костяком (№ 137). Погребения с вытянутыми костяками соотносятся с пребыванием на территории Азербайджана скифов. На верхней части лобной кости черепа женщины, слева, имеется вдавленный компрессионный перелом диаметром 0,9 см, от которого отходят трещины. Следов заживления и воспалительного процесса не наблюдается. Орудием преступления послужил твердый тупой предмет, который проломил и вдавил кость, после чего образовалась вмятина округлой формы, а от нее пошли трещины, что свидетельствует о значительной силе удара, приведшего к смерти женщины. В случае из Мингечаура мы наблюдаем так называемую perimortem trauma - травму, полученную во время или около момента смерти. Удар был нанесен, предположительно, справа и сверху, жертва находилась ниже убийцы, который мог быть верхом на коне, а также на удалении от погибшей. Случай из Мингечаура в настоящее время является пока единственной подобного рода антропологической находкой - смертельным компрессионным переломом свода черепа с территории Азербайджана периода раннего железа.

Статья анализирует сарматскую культуру на востоке Карпат в период с I по III века н. э., освещая их практику захоронений, артефакты и социо-экономические взаимодействия. Термин «сарматы» охватывает несколько кочевых групп с общими генетическими, языковыми или территориальными связями, включая языгов, роксолан, аланов, сираков и аорсов. Археологические находки свидетельствуют о значительных культурных изменениях в среднесарматском и начале позднесарматского периодов, отмеченных богатыми погребениями, импортными товарами и оружием. Исследование сосредоточено на некрополях, которые отражают обычаи захоронений, погребальный инвентарь и антропологические аспекты, такие как намеренная модификация черепа. Наиболее информативными артефактами являются бусы, зеркала и мечи, поскольку они отражают социальный статус и культурные связи сарматской элиты. Торговые пути использовались для обмена лошадей на товары роскоши, подчеркивая экономическую значимость сарматов в Евразии. Несмотря на их взаимодействие с соседними регионами, сарматы сохранили консервативную культурную идентичность, отличную от римской. Это исследование подчеркивает многокомпонентность сарматского общества и его долговременное наследие между Карпатами и рекой Прут.

В последние годы в исследованиях по скифо-сарматской археологии все больше внимания уделяется совместным погребениям людей с лошадьми (т. н. «всаднических»). В связи с этим, актуально исследование статуса таких захоронений «варваров» эпохи раннего железа Западного Предкавказья. Исследование массива, состоящего из 1771 погребения второй пол. IX в. до н. э. – IV в. н. э., позволило выявить различные варианты «всаднических» захоронений. Изучение динамики развития этих погребальных практик в рамках периодизации, предложенной для меотской культуры Н. В. Анфимовым, позволяет утверждать, что обряды «всаднических» погребений у синдов и меотов являлись более сложными, чем традиции захоронения их сородичей. Сопоставление материалов из синдских и меотских могильников с погребальными памятниками других культур позволяет утверждать, что традиция совместного захоронения лошади и человека в регионе имела автохтонное происхождение. Можно предположить, что так называемые «всаднические погребения» были оставлены представителями варварского общества, основным занятием которых были грабительские набеги («балцы» Нартовского эпоса).

На основании результатов карпологического и антракологического анализов макроостатков и угольных фрагментов проведена реконструкция природного окружения и сельскохозяйственных занятий средневековых обитателей Усть-Терсюкского городища. Рассматриваемое городище, представляющее собой мощную крепость, расположено в лесостепном Приисетье (Западная Сибирь). Культурные напластования памятника отражают длительный период существования укрепленного поселения. В рамках IV-XIII вв. выделяются две фазы (IV-IX вв. и IX-XIII вв.), сопоставимые с материалами бакальской и юдинской археологических культур. Анализ образцов макроостатков, отобранных из заполнений хозяйственных ям, котлованов сооружений, а также из тела вала оборонительной линии, показал, что угольные остатки раннего (бакальского) периода принадлежат древесным растениям, среди которых - лиственница, береза и сосна. Образцы из объектов юдинской культуры характеризуются наличием склероций микоризных грибов, свидетельствующих о сведении леса в начале юдинского периода. Кроме того, зафиксированы рудеральные сорняки, такие как белая марь, горец птичий, щавель, а также культурные остатки мягкой пшеницы и производственного мусора в виде вилочек от колосьев пшеницы и ее стеблей. Присутствие остатков культурных злаковых в выборке начала II тыс. н. э. позволяет предполагать зачатки земледельческой традиции в хозяйственном комплексе зауральского населения.