Научный архив: статьи

В статье исследуются геоклиматические проблемы как комплексный вызов современному мировому сообществу, оказывающий существенное влияние на экономическое развитие государств.

Цель работы — проанализировать ключевые геоклиматические риски, оценить их потенциальный экономический ущерб для ряда ведущих стран (России, США, Китая) и выявить специфику проявления климатических угроз в разных регионах. В ходе исследования представлена многомерная классификация геоклиматических проблем (на основе подходов Банка России и С. Б. Кузьмина); рассмотрены основные типы рисков: физические и переходные климатические, геофизические, геологические, метеорологические, агрометеорологические, гидрологические и др.; проанализированы наиболее острые геоклиматические вызовы для мирового сообщества (глобальное потепление, повышение уровня Мирового океана, экстремальные погодные явления, лесные пожары, опустынивание); детально изучены приоритетные риски для России (таяние вечной мерзлоты, лесные пожары, засухи, наводнения, тепловой стресс в городах, уязвимость инфраструктуры); проведено межстрановое сопоставление масштаба угроз и потенциального ущерба с использованием табличной модели.

Методология включает сравнительный анализ, систематизацию данных международных организаций (ВМО, IPCC, UNEP), статистики МЧС РФ и научных исследований.

Основные выводы: геоклиматические проблемы приобретают системный характер и формируют новую «климатическую экономику», где адаптационные меры становятся условием устойчивого развития; ни одно государство не способно в одиночку противостоять современным климатическим вызовам — требуется международное сотрудничество; для России особую значимость имеют риски, связанные с деградацией криолитозоны, лесными пожарами и водным стрессом в аграрных регионах; сопоставление трех стран показывает: наибольший потенциальный ущерб от метеорологических ЧС — в США, от сейсмических угроз — в Китае, а для России характерен локальный, но критический характер рисков в отдельных регионах.

Практическая значимость работы заключается в возможности использования полученных результатов для разработки национальных стратегий адаптации к климатическим изменениям и совершенствования механизмов управления экологическими рисками.

В статье рассматриваются назначение и применение уголовного наказания в виде принудительных работ без содержания под стражей в Советском государстве в период 1920-х гг. На основе анализа нормативных правовых актов, других официальных материалов, научной литературы и периодических изданий показаны развитие этой меры уголовной репрессии и эволюция отношения законодателя к институту принудительных работ без лишения свободы. Особое внимание обращено на проблемы, возникавшие при реализации данного вида наказания на практике, а также поиск способов их решения. Показано, что переход от новой экономической политики к усиленным темпам индустриализации в конце 1920-х гг., связанный со стремлением руководства СССР ускорить строительство социализма в условиях капиталистического окружения, обусловил признание государством принудительных работ без содержания под стражей как по идеологическим, так и практическим соображениям одним из основных видов наказания.

Статья посвящена внешнеэкономическим аспектам проведения денежной реформы 1839-1843 гг. К указанному времени российское правительство в течение нескольких лет не заключало новых внешних займов и поначалу попыталось ввести размен кредитных билетов на серебро без формирования разменного фонда за счет зарубежных заимствований. Однако в 1840 г. было решено заключить внешний займ, условия которого были относительно благоприятны. Посредником в заключении займа стал амстердамский банкирский дом «Hope & Co». Размещение займа столкнулось с определенными проблемами на европейских финансовых рынках, но в конце концов было осуществлено. Первоначальными владельцами облигаций данного займа стали преимущественно голландские капиталисты, традиционно являвшиеся основными кредиторами российского правительства. Вырученные средства пошли на финансирование дефицита государственного бюджета, тем самым способствуя успеху денежной реформы 1839-1843 гг.

В статье исследуется трансформирующее воздействие искусственного интеллекта (ИИ) на архитектуру глобальной геополитики, где традиционное соперничество великих держав обретает новое технологическое измерение. Центральным фокусом анализа выступает стратегическая конкуренция между Соединенными Штатами и Китаем, которая рассматривается как определяющий фактор формирования будущего цифрового ландшафта. Автор последовательно анализирует две доминирующие модели развития ИИ: американскую, опирающуюся на частную инициативу и венчурное финансирование, и китайскую, характеризующуюся централизованным государственным планированием и целевыми инвестициями. Особое внимание уделяется военному измерению этой гонки, где ИИ становится ключевым элементом «жесткой силы», что порождает серьезные вызовы международной стабильности, включая классическую дилемму безопасности. Ключевой тезис работы заключается в том, что будущее глобального управления ИИ не сводится к биполярной модели. Автор доказывает, что крупные развивающиеся рынки — Россия, Индия и Бразилия — обладают значительным потенциалом для того, чтобы оказать решающее влияние на траекторию технологического развития. На основе сравнительного анализа их национальных стратегий, уникальных стартовых условий и конкурентных преимуществ автор обосновывает возможность формирования многополярной цифровой архитектуры. Подчеркивается, что эти страны не обязаны делать однозначный выбор в пользу одной из противоборствующих сторон, а могут разрабатывать собственные, суверенные подходы к развитию ИИ, соответствующие их национальным интересам и культурным особенностям. В заключении делается вывод о том, что активное участие таких игроков, как Россия, Индия и Бразилия, в гонке искусственного интеллекта способствует становлению более диверсифицированного, справедливого и устойчивого мирового порядка. Вместо пассивного следования за технологическими гигантами эти страны способны инициировать создание новых международных партнерств и альтернативных стандартов, которые учитывают интересы более широкого круга участников мирового сообщества. Таким образом, статья вносит вклад в дискуссию о будущем глобального управления технологиями, обосновывая переход от биполярной конфронтации к многополярной кооперации в цифровую эпоху.

В 2025 г. отмечаются 145-летие со дня рождения выдающегося знатока древнетюркских рунических и уйгурских памятников, истории, языка и культуры тюркоязычных народов и педагога-тюрколога, биография и наследие которого связаны с двумя научными путешествиями в Западный Китай (1909-1911 и 1913-1915 гг.), С. Е. Малова, а также 110-летие со дня завершения его туркестанской экспедиции. Научные путешествия С. Е. Малова внесли большой вклад в изучение важного геополитического и историко-культурного пространства Центральной Азии конца XIX - первых десятилетий XX в. Отмечается, что бесценной научной «находкой» исследователя по итогам путешествий стали приобретение, а в дальнейшем и публикация (совместно с академиком В. В. Радловым) буддийского памятника в уйгурском переводе «Сутра золотого блеска» (буддийский священный текст махаяны). Это событие остается значимым для отечественной и зарубежной тюркологии и уйгуристики новейшего времени. В фокусе настоящей статьи находится эпистолярное наследие востоковеда-тюрколога, представлен краткий обзор пяти писем С. Е. Малова своему учителю академику В. В. Радлову из личного фонда ученого в Санкт-Петербургском филиале архива РАН (четыре были написаны во время научной командировки в Цинский Китай, а одно отправлено из Казани 17 января 1917 г.). В приложении опубликованы первые два письма периода экспедиции и казанское письмо.

В статье рассматривается актуальный вариант развития российского общества в современных политических реалиях. Приведен краткий анализ некоторых содержательных моментов и тенденций развития России в контексте социально-исторических событий конца XX - первой четверти XXI в. Приводятся факты и примеры проявления и сохранения идеологии государственного патриотизма в целях преодоления современных противоречий и конфликтов.

Настоящая статья посвящена комплексному анализу социальных и экономических эффектов феномена экоиндустриальных парков (ЭИП) как одного из ключевых инструментов реализации концепции циркулярной экономики. На основе системного анализа отечественной и зарубежной литературы, официальной статистики и нормативных документов в статье рассматривается опыт Китайской Народной Республики - мирового лидера по числу функционирующих экоиндустриальных парков. Выявлено противоречие между высоким экономическим и экологическим потенциалом данных объектов и недостаточной изученностью их социального измерения. Особое внимание уделяется анализу проблемы социального дефицита в исследованиях эффективности экоиндустриальных парков, неполноте законодательной базы и трудностям масштабирования подобных проектов. Сформулированы рекомендации по применению китайского опыта в российских условиях с учетом институциональных, экономических и социокультурных особенностей страны.

Геопарки представляют собой особые территории, на которых геологические и геоморфологические объекты сочетаются с культурными и экологическими компонентами: геотуризмом, научно-просветительской деятельностью и развитием местной экономики. В ходе проведенного исследования был применен метод сравнительного анализа структур управления, стратегий геотуризма и результатов создания геопарков в Китае и России – двух странах с контрастными политическими, культурными и экологическими контекстами. На основе изучения исторических траекторий, политической и социально-экономической динамики в статье определены системные сходства, такие как интеграция геопарков в глобальные сети геопарков ЮНЕСКО, и ключевые различия, включающие централизованную государственную модель управления Китая по сравнению с децентрализованным регионально-адаптивным подходом России. Хотя нисходящая система управления Китая обеспечивает быстрое развитие инфраструктуры и стандартизацию природоохранных методов, она подразумевает наличие таких проблем, как чрезмерная коммерциализация и интенсивная антропогенная нагрузка на окружающую среду. Локализованное принятие решений в России, напротив, подразумевает выгоду в отношении развития геопарков, но в то же время влечет за собой непоследовательность финансирования. В представленной работе на примере сравнения геотуризма и системы геопарков в Китае и России освещен передовой опыт и извлеченные уроки, которые могут быть применены для развития геотуризма и природоохранных систем в обеих странах.

В условиях многополярного мира постимперские державы воспроизводят схожий геополитический цикл: потеря стратегически значимых территорий провоцирует кризис идентичности, разрешаемый через рационализацию утрат и реваншистские нарративы. Продажа Русской Америки выступает в качестве точки бифуркации такого цикла для России. Анализ документов отечественных элит XIX в. и доктрины Монро показывает, как дискурс рационализации запустил трансформацию имперской идентичности России в континентальную державу, подчиненную правилам Другого и заложил основу для повторяемости сюжета.

Цель исследования - определить элементы дискурс-конструктивистской модели геополитических кризисов идентичности на примере продажи Русской Америки. Обнаружено расхождение между реактивным реваншизмом и стратегией суверенитета, основанного на переосмыслении кризиса как точки бифуркации.

По итогам работы создана операционализированная аналитическая модель, представляющая собой пятишаговый алгоритм. Предложен альтернативный сценарий: выход из цикла через стратегическую автономию - суверенитет, предполагающий отказ от исправления исторических ошибок в пользу устойчивого самоопределения в геополитическом поле, не зависящего от признания Другого.

В статье с помощью неоинституционального, сравнительного, а также качественного контент-анализа определяются особенности современной трансформации регионализма. Отмечается, что политические системы административно-территориальных образований подвержены влиянию цифрового преобразования общественных систем.

Делаются два основных вывода. Во-первых, в реальной мировой политике прослеживается усиление влияния региональных политических систем, что находит выражение, в частности, в практике «глобальных» городов. Во-вторых, для российского регионализма эта тенденция пока не является определяющей в силу централизации государственного управления и вертикали власти. В то же время в последние годы под воздействием внешних вызовов - таких как пандемия COVID-19 и санкционное давление - наблюдается определенная активизация возможностей региональных политических систем в сфере самостоятельного реагирования на возникающие социально-экономические проблемы.

В статье исследуется возрастающая роль минеральных ресурсов в контексте обеспечения национальной безопасности ведущих мировых держав. Сегодня устойчивое использование критически важных и редкоземельных минералов становится ключевым фактором геополитического влияния, экономического суверенитета и технологического превосходства в XXI в. В качестве примера анализируются стратегические меры, принимаемые США и Россией для снижения рисков, связанных с поставками важных для оборонной промышленности материалов, обеспечения долгосрочного доступа к этим ресурсам, минимизации сырьевой зависимости и укрепления своих позиций на мировом рынке в условиях развития военных технологий. Автором отмечается, что обеспечение доступа к критически важным минералам создает новую реальность, в которой технологическое лидерство и военная мощь напрямую зависят от надежности сырьевого обеспечения. В конечном счете безопасность поставок критических материалов становится неотъемлемой частью фундамента государственного суверенитета в XXI в.

Статья представляет собой сравнительно-правовое исследование функциональной эволюции административного права в Российской Федерации и Китайской Народной Республике. В центре внимания находится анализ перехода от классической «контрольной парадигмы» к современным моделям. Автор выявляет и сопоставляет ключевые характеристики формирующейся в России модели «сервисного государства», ориентированной на оптимизацию предоставления услуг и повышение эффективности публичной администрации, и китайской модели «развитийно-ориентированного административного права», в рамках которой право становится инструментом стратегического управления социально-экономическим развитием. На основе анализа доктринальных источников и законодательных практик двух стран демонстрируются принципиальные различия в целеполагании, концепции роли государства, функциональной переориентации и иерархии правовых ценностей.

Делается вывод о том, что данные модели отражают различные ответы на вызовы современности и соответствуют разным национальным траекториям развития.

Результаты исследования вносят вклад в компаративистику административного права и углубляют понимание современных трансформаций публичного управления.