Научный архив: статьи

Статья посвящена пониманию природы гибридной войны, собирательный термин которой описывает ее как агрессию, находящуюся в серой зоне между войной и миром, сочетание военных и невоенных способов ведения войны с целью достижения определенных политических, экономических или иных целей. Автор утверждает, что избежать или преодолеть нормативные и стратегические дилеммы, которые несет с собой «война без границ», вряд ли возможно без пересмотра исторически сложившегося понимания войны. Поэтому фокус исследования смещается на рассмотрение традиционного понимания войны как симметричного и регулируемого на международном уровне противостояния двух противников, а также сложной взаимосвязи между историческим военным опытом и вытекающими из него идеями войны. Подводя итоги, автор отмечает, что гибридная сущность войны не поддается четкому концептуальному определению, но, тем не менее, может быть понята в своих разнородных элементах и характеристиках, являясь полезным средством для размышлений о прошлом, настоящем и будущем войны.

Введение. Война как социальный феномен во все времена была объектом философской рефлексии, так как её результаты во многом определяют дальнейшее развитие общества, оказывают глубокое влияние на все сферы социальной жизни. В связи с продолжающейся так называемой специальной военной операцией, которую проводит Россия на Украине и которая одновременно является прокси-войной коллективного Запада против нашей страны, идёт уточнение современного философского дискурса войны [14]. Одним из важных аспектов онтологии войны является рассмотрение её хронотопа. Пространственно-временной фактор оказывает значительное влияние на ход и результат боевых действий в современной войне, что делает его исследование весьма актуальным.

Цель. Дать характеристику хронотопа современной войны. Показать влияние пространственно-временного фактора на ход и результат боевых действий.

Методы. Являясь сторонниками реляционной концепции пространства и времени, авторы рассматривают хронотоп войны как её внутреннее атрибутивное свойство. Кроме того, мы опираемся на методологию синергетики, которая позволяет помимо внешнего универсального пространства-времени выделять внутреннее пространство-время открытых сложных неравновесных систем. Мы применили структурно-функциональный анализ для исследования материальных и идеальных объектов, влияющих на характеристики пространства и времени современной войны. Нами также использованы общенаучные методы: абстрагирование, сравнение, описание и объяснение. Научная новизна. Дана характеристика хронотопа войны начала XXI века, рассмотрены тенденции его изменений. Обосновывается необходимость учёта пространственно-временных изменений при планировании и ведении боевых действий в современной войне.

Результаты. Новые средства ведения боевых действий, а также соответствующие им изменения в тактике, оперативном искусстве и стратегии существенным образом переформатируют хронотоп войны. Пространство современной войны коренным образом трансформируется за счёт того, что противоборство одновременно происходит не только на плоскости, но и в воздухе, в космосе, под водой и даже в социальных сетях. Новые возможности ударных систем меняют представления о таких характеристиках пространства войны, как фронт и тыл. То, что ранее считалось глубоким безопасным тылом, в эпоху использования ракет и боевых дронов таковым уже не является. Время войны также меняется. Возрастание скорости полёта боеприпасов, самолётов, ракет повышает динамику сражений, интенсифицирует все процессы на поле боя. Гиперзвуковые системы меняют темпоритм войны, космические спутники, разведывательные дроны и новые технологии позволяют командиру, управляющему сражением, видеть всё происходящее на поле боя в режиме реального времени, независимо от удалённости от объектов. Каждая новая война ведётся в присущем ей пространственно-временном континууме. Для победы в войне необходимо всё это учитывать.

Выводы. Хронотоп войны в рамках преобладающей в современной философии реляционной концепции пространства и времени меняется в связи с появлением принципиально новых средств ведения боевых действий, обладающих новыми возможностями. Это требует существенной корректировки управления боем, обеспечения адекватности поведения человека на войне, подготовки войск с учётом характеристик пространственно-временного континуума конкретной войны, понимания со стороны командного состава сути изменений в пространстве и времени современной войны. Старые шаблонные представления о хронотопе войны могут стать причиной дезориентации человека на поле боя. Это требует не только философской рефлексии происходящих пространственно-временных изменений, но и практического учёта новых знаний при подготовке войск, при планировании и ведении боевых действий.

Введение. В статье анализируется проблема памяти о Великой Отечественной войне в повести «Карьер» белорусского писателя Василя Быкова. Память о войне, как демонстрируют авторы статьи, обладает особыми качествами и характеристиками для тех, кто в ней участвовал, для тех, кто действительно хочет помнить войну и реально её помнит.

Цель. В работе показано, как возможно на основе материала повести В. Быкова «Карьер» истолковать феномен памяти в мифологическом и религиозном модусах.

Методы. В статье используется феноменологический метод А. Августина и М. Хайдеггера, выводящий к экзистенциальным временным рядам «внутреннего человека », а также метод креативной герменевтики, позволяющий за художественным полотном текста В. Быкова проследить устойчивые смысловые структуры. Научная новизна исследования. Мифологический аспект памяти возвращает героев в точку и событие «начала», в котором произошло формирование целостной само осознающей личности, в онтологическое событие, конституирующее фундамент идентификации человека. Таким событием является событие трагическое, экзистенциальное. Это событие остаётся в памяти актуальным, не преходящим, не исчезнувшим и, определяет характеристики субъекта-памяти всю жизнь. Этот аспект памяти противостоит «историческому времени », согласно которому прошлое в памяти уже ушло; следует жить и думать сегодняшним-настоящим и будущим. Религиозный аспект памяти повести в истолковании авторов статьи заключён в том значении памяти, которое она имеет в деле преодоления власти времени. Опираясь на аналитику Августина, предложенную им в «Исповеди», авторы сближают логику исследования памяти В. Быковым в этой повести и рассуждения епископа Гиппонского.

Результаты. Память наделяет события прошлого живыми качествами настоящего времени и, тем самым, память как «память о жертве-выкупе», с одной стороны, постоянно призывает верующего христианина думать о смерти, а с другой стороны - она же является инструментом победы над ней. В деле спасения религиозный человек должен помнить себя, свои поступки/проступки, своих близких, жертву тех и Того, кто выкупил своей смертью эту жизнь и жизнь вообще. В массовой культуре, в нерелигиозном мировосприятии, в историческом отношении к жизни такое отношение к памяти отрицается и вызывает непонимание. Отсюда - отношение к памяти о войне в творчестве В. Быкова кажется устаревшим, архаическим и неактуальным, с чем авторы данной статьи не соглашаются.

Выводы. Авторы статьи делают вывод о том, что позиция писателя фронтовика В. Быкова в отношении памяти о войне является позицией «парадоксального свидетельства » и эта позиция позволяет автору действительно максимально достоверно и психологически точно описывать из «мира неживого» ту область мёртвого, ужасного, нечеловеческого, которые война создаёт и производит. И, оказывается, что помнить об этом и думать про это необходимо, чтобы быть подлинно живым.

Уже давно ученые пытаются найти ответ на вопрос о причинах насилия и конфликтов в отношениях между людьми и сообществами. Одной из последних таких попыток стала опубликованная в 2024 г. работа британского историка Р. Дж. Овери с характерным названием «Почему война?», которой и посвящена настоящая рецензия. Опираясь на междисциплинарный подход, автор анализирует широкий спектр предпосылок, обусловливающих войны, — от биологических факторов и психологических особенностей принятия индивидуальных и групповых решений до стремления к доминированию и контролю над ресурсами. Р. Дж. Овери делает вывод, что ни один из этих факторов не стоит абсолютизировать; скорее следует говорить о сложной комбинации различных социально-экономических, политических, психологических и иных причин, подталкивающих государство к ведению войн. Рецензент заключает, что, хотя монография и не лишена ряда недостатков, связанных, в частности, с некоторой поверхностностью рассуждений автора в разделах, затрагивающих проблематику естественных наук, ее можно рекомендовать политологам, историкам и экспертам-международникам в качестве отправной точки для дальнейшего, более глубокого исследования этой, к сожалению, по-прежнему актуальной темы.

Предметом настоящего исследования является рассмотрение запрета на ведение войны в разных религиозных течениях в период Средневековья. Автор выбрал для анализа такие конфессиональные течения, как Христианство и Ислам. Отдельно внимание посвящено изучению теологической литературы для обоснования позиции о различиях между войной и агрессией. Так автор отмечает, что на всех этапах исторического развития люди стремились ограничить насилие, включая такую его узаконенную форму, как война, потому что насилие противоречит природе человеческой цивилизации. При этом, в рассматриваемых религиозных течениях всегда присутствовали черты, которые характеризуют войну как обоснованную и справедливую. Новизна настоящего исследования заключается в том, что для правильного толкования термина «война» и «агрессия» в настоящее время, а также определения эволюции запрета на ведение войн проводится комплексный обзор становления института войны в религиозных течениях Средневековья. Автором использовались такие методы как исторический, формально-догматический, сравнительный, а также методы анализа и индукции. Основными выводами настоящего исследования является то, что справедливая война и агрессивная война являются противоположными понятиями, представляющими собой важный аспект международных отношений и правопорядка. В рамках моральных основ и принципов справедливой войны, существует определенная система оценки законности и моральной допустимости военных действий. Важным аспектом здесь является соответствие войны определенным критериям, таким как необходимость, пропорциональность, недопустимость нарушения прав человека и принципов гуманности. Все конфессии выступали против агрессивных войн, и с особым вниманием относились к классификациям причин войн для установления их справедливости. Особым вкладом автора в настоящее исследование является обращение к зарубежным теологическим источникам, а также к философии канонического права для более подробного рассмотрения соответствующей темы.

Введение. Статья посвящена анализу социальных оснований войны в условиях возникновения и развития капитализма. Рассматриваются исторические, политические, этические и антропологические основания войны как способа социального человеческого бытия. Теоретический анализ. Предлагается рассмотреть соотношение войны и революции через историческую трансформацию методологического концепта «свобода» (Ханна Арендт). Определяется темпоральный вектор войны и революции в бинарной оппозиции «прошлое – будущее». Анализируется отношение милитаризма и капитализма в социальной антропологии Вернера Зомбарта. Показано, что cтановление милитаризма является необходимым условием капитализма. Выявлены основные характеристики современной армии: экономическая основа, непрерывность, государственное управление, дифференциация руководящей и исполняющей функций. Отмечается двойная сущность войны: она разрушает старое, чтобы создать новое. Эмпирический анализ. Философско-политическое осмысление конкретного социально-исторического опыта Германии в 30–40-хгг. XX вв. позволило выявить генезис национал-социализма, определить причины его возникновения и развития. Раскрываются антропологические начала национал-социализма через оппозицию «мы – они», «своё – чужое», «друг – враг».

Заключение. Делается вывод о том, что милитаризм и капитализм являются по своей сути тождественными понятиями. Сущность империализма заключается в расовой политике и бесконечной экспансии.

Предметом исследования теория «новых войн», выдвинутая в конце 1990-х гг. британским конфликтологом Мэри Калдор. Данная концепция стала значительным шагом для смены парадигмы мышления о войне в социальных и политических науках. Несмотря на критику, теория приобрела значительное количество сторонников во многих странах мира и стала вдохновением для множества родственных концепций. Но, нельзя забывать, что любая теория может потерять свою актуальность с течением времени. В связи с этим мы формулируем цель данной статьи как осмысление достижений и возможных ограничениях теории «новых войн». Для этого проведён анализ наиболее важных положений этой теории, таких как изменение роли государств в военных конфликтах и переход многих войн в привычное социальное состояние обществ. Основной методологией исследования служит концептуальный анализ работ теоретиков традиции «новых войн» и системный подход, позволяющий сопоставить результаты концептуального анализа с меняющейся конкретно-исторической ситуацией XXI века. Значимым является включение нами в состав теоретиков “новых войн” таких авторов как Герфрид Мюнклер и Мартин ван Кревельд. Основными выводами нашего исследования является определение наиболее важных достижений и потенциальных пределов «теории новых войн», таких как отход от понимания войн сквозь призму государства и переход к «мышлению о войне» при помощи широкого контекста социальных наук. Война стала пониматься как определённое социальное состояние общества, где множество акторов, которые могут не иметь какой-либо прямой связи с государством. В связи с этим необходимо использовать широкий спектр социальных наук для действительного понимания военных конфликтов XXI века. Однако, этот анализ позволяет нам сделать вывод о главном ограничении объяснительного потенциала теории «новых войн» - о конкретно-исторических условиях, породившие такие войны. В этом и заключается научная новизна данной работы - к «новым войнам» следует относится как неизбежно временному явлению, трансформация которых неизбежна в ближайшие десятилетия. Таким образом, для правильного осмысления окружающего нас мира, нам необходимо относится к господствующим в данный момент теориям как к чему-то временному.

Проблемы войны и мира на протяжении всей истории человечества остаются наиболее обсуждаемыми вопросами. Их решение имеет не только сугубо теоретический интерес, но и оказывает влияние на развитие международного права и отношений между государствами. Современная мировая политика значительно обогатила представления о диалектике войны и мира, расширив знание о возможных взаимных трансформациях войны и мира, расширении акторов применения военной силы, постановкой проблемы о рассмотрении войны как средства принуждения к миру. Целью статьи является прослеживание диалектики войны и мира на различных этапах всемирной истории, раскрытие характера трансформаций войны и мира, установление условий, при которых война становится средством принуждения к миру. Методология исследования основана на анализе обширной историографии по проблеме войны и мира, применении сравнительно-исторического метода в изучении природы и характера таких состояний общества, как война и мир, использовании диалектического принципа в рассмотрении места и роли насилия и ненасилия в обществе, применении военной силы в качестве средства принуждения к миру. Результаты, полученные в исследовании, позволяют расширить знание о природе и характере современных войн, условиях при которых военная сила является средством принуждения к миру, указывают на необходимость поддержания вооруженных сил государства адекватной существующим угрозам для обеспечения национальной безопасности и суверенитета, в готовности к применению в качестве средства принуждения к миру. Выводы. Результаты исследования позволяют заключить, что в современных международных отношениях целью войны может быть принуждение к миру. Справедливый характер вооруженной борьбы народа Новороссии, как и проводимая Российской Федерацией специальная военная операция, являются вынужденной и крайней мерой, направленной на сохранение национально-культурной идентичности жителей Донбасса, ликвидации возникающих военных угроз на южных рубежах России посредством принуждения к миру.

В статье представлен анализ политики Арабской Республики Египет (АРЕ) в восточно-средиземноморском регионе. Автор исследует споры за газовые месторождения на морском шельфе, которые порождают конфликт между странами региона. Исследуется роль Египта в урегулировании конфликта в секторе Газа, так как достижение мира и стабильности в регионе необходимо для национальной безопасности АРЕ. В статье анализируются египетско-израильские отношения. Исследуется роль Египта и Турции в разрешении ливийского кризиса, которые прикладывают усилия в разрешении борьбы за власть в стране. Работа прослеживает исторический контекст египетско-турецких отношений, выявляя сценарии их развития. Объектом исследования является внешняя политика Египта. Предметом исследования является восточно-средиземноморское направление во внешней политике Египта. В исследовании был использован структурно-функциональный метод для изучения феномена внешней политики АРЕ. Системный подход позволяет выявить матрицу внешней политики и хронологический анализ предмета исследования. Был использован метод сопоставительного анализа для выявления общего и особенного в концепциях внешней политики Египта. В последние годы АРЕ стала более активной в регионе, укрепила свои военные возможности в регионе. Новизна предлагаемой работы также состоит в попытке выделить то, на что направлена внешняя политика Египта, с какими странами у него есть конфликт интересов и какие меры предпринимаются для решения тех или иных споров, которые возникают между Египтом и государствами Средиземноморья. Исследовательский вопрос сформулирован следующим образом: какую внешнюю политику проводит Египет в Восточном Средиземноморье и как это влияет на ход событий данного региона? Цель научного исследования состоит в том, чтобы проанализировать внешнюю политику Египта в Восточном Средиземноморье и объяснить позицию Арабской Республики Египет в конфликтах данного региона. Основная гипотеза статьи: Египет стремится играть ключевую роль в Восточном Средиземноморье, используя свое географическое положение, военную мощь и экономические ресурсы, чтобы укрепить свое региональное влияние и защитить свои национальные интересы. Автор приходит к выводу, что политика Египта в Восточном Средиземноморье имеет большое значение для региона и за его пределами. Она оказывает влияние на безопасность и развитие региона.

Проведена оценка последствий и перспектив восстановления экосистемы новых территорий Российской Федерации в зонах ведения боевых действий, определено их влияние на углеродный баланс в пределах региона и сформулировать статус карбоновых полигонов. Исследование построено на основе научно-теоретического анализа результатов и положений, посвященных формированию и функционированию карбоновых полигонов как элемента экологической стабилизации регионов, пострадавших вследствие боевых действий.

The article reveals the reasons and prerequisites for the development of automobile transportation in the USSR and in the Kemerovo region in the late XIX century - early 1940-s. The article does not provide a historiographical review, as there are practically no works on this topic. Recently, there have been defended several PhD theses on the history of motor transportation, but almost all of them are devoted to the post-war period. This article shows mainly the reasons and prerequisites for the emergence and development of road transport in the interwar period. The main reason for the development of road transport was the development of industry, industrialization. Therefore, freight transportation was developed first of all.

The article aims to reveal the understanding of war in Russian religious philosophical thought by Solovyov V., Dostoevsky F., Tolstoy L., Ern V., and others. It shows the contrasting views of Russian thinkers on war and its significance for the individual and society. War is a complex moral problem in Russian philosophy, and its very emergence coincided with a period of armed confrontation with Western European powers. Experiencing wars, Russian thinkers reflected on the historical destiny of Russia, on the moral preaching of the necessity of armed defense of the Motherland, on the Christian meaning of war, and on its dialectical contradictions.