Научный архив: статьи

Цель исследования - сопоставительное изучение творчества русского и китайского писателей Максима Горького и Ай У (1904-1992), в равной мере уделявших внимание изображению людей, которые по разным обстоятельствам оказались «на дне» жизни. Задача - выяснить, что конкретно стоит за высказываниями Ай У о своем «ученичестве» у Максима Горького. Оба автора, Горький в России, Ай У в Китае, выступали художниками людей маргинальных, лишенных крова, и, что особенно важно, не только отвергнутых, но и отвергающих. Анализ большого ряда рассказов русского и китайского прозаиков выявляет множество творческих схождений в тематике, проблематике, поэтике, тождество их социально-философских взглядов. Горький и Ай У в схожей манере украшают повествования о невзрачной текущей жизни обращениями к ярким картинам природы, музыкально-песенным началам. Проведенное исследование, сделанное на основании учения А. Веселовского о сопоставительном изучении литератур, доказывает основательные генетические и типологические связи двух художников слова.

В статье рассматривается творчество К. К. Случевского последних лет его жизни, когда он значительное время проводил на приобретенной и обустроенной им даче Уголок на Нарвском взморье, в Гунгербурге. Поэт стремился обустроить дом и сад, сам высаживал растения и ухаживал за ними. Переписка Случевского и воспоминания его дочери А. К. Случевской-Коростовец позволяют очертить круг дачного общения поэта, занятия его и членов семьи в период проживания в Уголке. Кратко прослеживается история дачи Уголок в XX в. Отмечается, что к настоящему времени все постройки полностью утрачены. Рассматривается поэтическая книга Случевского «Песни из Уголка» (1902), некоторые лирические сюжеты и образы которой вызваны жизнью на лоне природы. Наиболее важны для поэта обнесенный забором сад, пруд, а также берег моря с песчаными пляжами и реки Нарова (Нарва) и Россонь. Также в работе анализируется рассказ Случевского «Две бабушки и странница Акинфия» (1903), действие которого происходит в Гунгербурге и Санкт-Петербурге.

Творчество Кохановской (Н. С. Соханской) дает богатый материал, дополняющий представление о раскрытии семейной темы в русской литературе XIX в. Под этим углом зрения в статье рассматриваются повести 1840–1860-х гг. и одно из драматических произведений писательницы-славянофилки. Оставив в стороне изображения идеальных семей, которые тоже имеются в прозе Кохановской, автор статьи сосредотачивается на том, каким образом в этих произведениях показано многообразие семейных конфликтов — то в трагическом, то в комическом ключе, то в виде мелодрамы, то в традиции реалистической прозы. При многообразии сюжетных коллизий и использованных жанров писательница сохраняет верность своему христианскому мировоззрению. Все конфликтные ситуации ее герои разрешают терпением, памятью о Боге, умением преодолеть собственное своеволие и сделать шаг навстречу другому. Это служит лучшим подтверждением правильности отнесения Кохановской к редкому в русской литературе XIX в. «положительному направлению».

Статья посвящена роли северо-востока как географического направления в истории русского фронтира и символике ветра норд-оста. Эти геопоэтические мотивы сополагаются в стихотворении М. Волошина «Северовосток», в романе «Два капитана» В. Каверина, в паратексте и тексте либретто современного российского мюзикла «Норд-Ост», созданного на основе романа. Анализируются контексты мотива норд-оста в русской поэзии первой половины ХХ в., прежде всего в творчестве поэтов Причерноморья, севера Прибалтики и Сибири, которые обусловили семантику экстремальности и локальной эсхатологии, присущие этому ветру. В свою очередь, мотивы ветра и вьюги значимы для сюжетов русского первопроходчества и для зоны контакта с инфернальным пространством или диким раем Сибири.

В статье анализируется рассказ И. А. Новикова «Юда разбойник» (1912) в сопоставлении с фольклорным первоисточником - белорусской сказкой, опубликованной Е. Р. Романовым. Поставлена цель выявить авторскую стратегию переработки фольклорного материала. Решены следующие задачи: охарактеризовать фольклорный сюжет и его отражение в художественной литературе; выявить отступления Новикова от первоисточника и соотнести с литературным контекстом; определить художественный и содержательный вектор авторских изменений. Установлено, что положенный в основу произведения сюжет является вариантом народной легенды о двух великих грешниках. Новиков следовал сюжету первоисточника, но дополнил его отдельными этнографическими и художественными деталями, авторскими описаниями и отступлениями. Живописные и сатирические элементы перекликаются с традициями Н. В. Гоголя и В. И. Даля. Также Новиков создал в произведении образ повествователя, речь которого близка к народно-поэтическому сказу и отражает современную писателю тенденцию к формированию орнаментальной прозы. Это сближает художественные поиски Новикова с экспериментами А. Белого, А. М. Ремизова и Е. И. Замятина. В рассказе Новикова выявлены черты сходства с предшествующим и современным литературным контекстом, а также отражение идей Серебряного века, в том числе неортодоксальное понимание религиозной веры.

В последние десятилетия оживился интерес к Восточному вопросу, в том числе и к темам «К. Н. Леонтьев и Болгария», «Леонтьев и Болгарский вопрос». В статье рассматривается несколько «подразделов» этой научной проблемы: биографические связи Леонтьева с Болгарией и болгарскими общественными и политическими деятелями, представления о болгарском национальном характере, образ Фракии в его творчестве. Предложенная мыслителем формула «тяготение на почтительном расстоянии» может быть отнесена не только к геополитическим прогнозам, но и к его личному отношению к славянскому миру.

В рецензии дается обзор двух книг, посвященных юбилярам филологического факультета и представляющих собой в одном случае подборку личных воспоминаний о юбиляре (А. Б. Ботниковой) и посвященных ее памяти статей, а в другом случае - сборник статей самого юбиляра (Б. Т. Удодова), связанных единой историко-литературной проблематикой. Обе книги дают представление о творческом пути ученых и их вкладе в филологическую науку.

В статье проводится литературоведческий анализ образа греков в русской литературе с XVIII до XX века. Исследуются специфические черты и функции персонажей греческого происхождения в произведениях разных эпох. Основное внимание уделено анализу визуального и поведенческого портрета греческого персонажа, а также выявлению устойчивых стереотипов, связанных с их внешностью, характером и социальным статусом. Рассматриваются произведения русских писателей конца XVII – ХХ вв различной жанровой принадлежности. Особое внимание уделено имагологическому аспекту изображения иностранцев в литературном тексте, который позволяет выявить роль греков как культурного маркера и средства противопоставления русской самобытности в условиях глобального культурного взаимодействия.

В статье рассматривается специфика восприятия русской литературы в творчестве В. В. Бибихина. В своей оригинальной философии В. В. Бибихин нередко обращался к русской литературной традиции, которая для него почти так же значима, как западноевропейская или древнегреческая философская мысль. Русская классическая литература была для него носителем универсальных смыслов, а не локальной национальной традицией. В то же время именно здесь наиболее остро был поставлен вопрос о России и ее положении в мире.

В статье рассматриваются различные этапы осмысления наследия Н. В. Гоголя китайским литературоведением. Установлено, что интерпретация наследия Гоголя китайскими исследователями детерминирована комплексом факторов, включая внутрилитературные, эстетические, социокультурные и политические, актуализирующих в произведениях писателя разные смысловые аспекты. Сделан вывод о том, что проблемы периодизации рецепции творчества Гоголя китайскими учеными связаны с динамикой политических изменений в стране, идеологическими установками и эволюцией академических подходов. Выделены существенные особенности и тенденции осмысления произведений классика русской литературы на протяжении ХХ-ХХI вв.: на первом этапе (до 1930-х гг.) формируется редуцированный образ писателя, соответствующий задачам национального культурного проекта; в 1930-1940-е гг. обозначился переход от фрагментарного освоения Гоголя к системной переводческой практике, однако доминирование геополитического кризиса и зависимость от иностранных (преимущественно японских) источников ограничили развитие автохтонной исследовательской школы; в 1950-1970-е гг. при формальном расширении исследований их содержательная глубина ограничивалась рамками политической конъюнктуры; наконец, изучение Гоголя после 1980-х годов продемонстрировало переход от анализа одного текста к многомерным и кросс-культурным исследованиям. Китайские ученые не только углубили свое понимание творческой онтологии Гоголя, но и поместили ее в широкий контекст сравнительного изучения китайской и русской литературы, истории идей и культурной коммуникации, сформировав исследовательский путь, отражающий процессы национально-культурной идентификации китайской исследовательской мысли.

Предметом исследования в статье является историко-литературная модификация различных вариантов образа «проклятой вещи» в отечественной словесности (демонический портрет, черная перчатка, денежный купон, оккультная книга-гримуар, видеопленка, грампластинка), начиная с XIX в. (творчество Антония Погорельского и Н. В. Гоголя) и заканчивая современными опытами русских писателей в рамках многочисленных субжанров литературного хоррора (тексты Э. Н. Успенского, А. П. Владимирова и А. Г. Атеева). Работа выполнена на материале исключительно прозаических текстов, что обусловливает ее локальный исследовательский характер и заявляет проблему, вынесенную в заглавии, в качестве перспектив для дальнейшего изучения (применимо уже к текстам иной родовой принадлежности - лирической, лиро-эпической и драматической). Методология работы опирается на структурно-семиотический метод в научной интерпретации Московско-Тартуской школы, в частности - на работы Ю. М. Лотмана и В. Н. Топорова. Применяются герменевтический, мотивный и интертекстуальный типы анализа. Для проведения компаративной аналитики художественного образа привлекается контекстуальный анализ и методика философско-онтологического анализа А. Э. Еремеева. Научную новизну статьи определяет, во-первых, сам факт недостаточной изученности феномена «страшного» и «ужасного» («жуткого») в русской литературной традиции в целом, а также важность («инвариантный» характер, сюжетологическая роль и пр.) образа «проклятой вещи» в этико-эстетической перспективе бытования художественного концепта в отечественной словесности. По наблюдениям автора исследования, образы вещей и артефактов, которых коснулось какое-либо проклятие (родовое, внешнее и т. д.), в пространстве русской прозы XIX-XXI вв. характеризуются, с одной стороны, определенной преемственностью с западноевропейской культурой (в части «иконического» изображения «страшного»), а, с другой стороны, приобретают философско-символическое значение, при котором усиливается этико-религиозная аксиология и намечаются тенденции к многовариантным моделям интерпретации текстов.

Статья посвящена осмыслению китайскими критиками новеллистики В. Брюсова и выявлению факторов, влияющих на их взгляды. Объектом исследования являются работы китайских литературоведов по изучению новелл В. Брюсова. В результате проведенного анализа определено, что раннее знакомство с новеллами В. Брюсова в Китае началось в 1920-е гг. благодаря влиянию «Движения 4 мая». Однако с середины 1930-х и до конца 1980-х гг. изучение новелл В. Брюсова в Китае не получило развития. С начала 1990-х гг. китайские критики вновь обратили внимание на произведения В. Брюсова, и появилось много новых направлений исследований. В соответствии с этой особенностью в изучении восприятия новелл В. Брюсова в Китае принято разделять на два периода: ранняя критика (1920-1940-х) и современная критика (1990-х-до настоящего времени). Цель работы - дать обобщающее рассмотрение китайского восприятия малой прозы В. Брюсова с учетом изменений социально-политической среды. Для решения поставленной задачи применяются следующие методы исследования: культурно-исторический и сравнительно-сопоставительный. Изучение произведений В. Брюсова в Китае в разные периоды времени отличалось своими особенностями. На раннем этапе восприятия новелл В. Брюсова китайская литературная критика характеризовалась сильным влиянием политических и социальных факторов, что проявилось и в критической оценке его произведений. Современные китайские исследователи, изучающие новеллы В. Брюсова, в основном сосредоточены на поэтических принципах символизма и антиутопической теме его произведений. В последние два года стали развиваться новые направления исследований, такие как анализ описания катастроф, женского сознания в произведениях В. Брюсова, а также сопоставительные исследования. Научная новизна заключается в определении китайской специфики восприятия творчества В. Брюсова на основе привлечения критических и литературоведческих работ на китайском языке.