Научный архив: статьи

Потребление нутриентов, способствующих нормализации липидного обмена, позволяет корригировать дислипидемию, что актуально для лиц умственного труда.

Цель — оценка липидов крови у лиц, занимающихся вредным по напряжённости трудового процесса умственным трудом, при включении в рацион продукта из растительного сырья.

Материалы и методы. Обследовали мужчин в возрасте 35,7 ± 4,9 года, занимающихся умственным трудом в течение 10,6 ± 0,9 года. Оценили условия труда по показателям напряжённости трудового процесса. Обследуемые 1-й группы (n = 30) в течение 21 сут принимали многокомпонентный растительный продукт, произведённый по криотехнологии; 2-я группа (n = 30) служила группой сравнения. Рассчитывали суточное потребление микронутриентов. Исходно, на 22-й и 32-й дни определяли уровень липидов крови и кортизола.

Результаты. По напряжённости трудового процесса труд вредный (степень 3.3). При приёме продукта определено снижение уровня общего холестерина с 5,0 ± 0,75 до 4,78 ± 0,63 ммоль/л (р = 0,003), увеличение на 13,4% доли лиц с нормальным уровнем холестерина и снижение на 10,0% доли лиц с высоким уровнем холестерина, увеличение на 4,1% доли лиц с высоким уровнем липопротеидов высокой плотности, снижение на 11,9% доли лиц с высоким уровнем липопротеидов низкой плотности; атерогенность липидов снизилась на 15,5%. Во 2-й группе высокий уровень липопротеидов высокой плотности имел тенденцию к снижению, липопротеидов низкой плотности — к росту. Коэффициент атерогенности крови в 1-й группе исходно превышал норму у 22,2% лиц, в конце наблюдения — у 6,7%, во 2-й группе — у 36,7 и 53,3% соответственно. О влиянии на уровень стресса свидетельствовал гормон кортизол: в 1-й группе отмечено снижение его уровня у 66,7% обследованных, во 2-й группе — рост у 43,3% лиц.

Ограничения исследования. Мужчины до 40 лет, профессионально занимающиеся умственным трудом, оцениваемым по степени вредности и опасности как вредный, степени 3.3.

Заключение. Оптимизация питания натуральным многокомпонентным продуктом из растительного сырья является методом профилактики дислипидемии и стресса при длительном напряжённом вредном умственном труде.

Оценка резервных возможностей организма актуализируется для повышения эффективности превентивной и персонализированной медицины, обеспечивающих здоровое долголетие населения.

Цель исследования — разработка способа оценки резервных возможностей организма детей и подростков.

Материалы и методы. Обследовали учащихся 1–11-х классов (n = 5034). Анализировали показатели массы тела, жизненной ёмкости лёгких, силы правой и левой кистей, проб Штанге и Генчи в 3 возрастных группах: 7–10, 11–14, 15–17 лет. Рассчитывали жизненный и силовой индексы; распределяли соответственно центильным интервалам по региональным нормам. Создали математическую модель расчёта индекса резервных возможностей организма (РВО) для определения РВО.

Результаты. РВО дифференцировали по индексам: > 0,81 — отличные; ≤ 0,81–> 0,6 — хорошие; > 0,4–≤ 0,6 — удовлетворительные; < 0,43 — неудовлетворительные. В группе 15–17 лет по сравнению с школьниками 7–10 лет нарастали доли лиц с неудовлетворительными и удовлетворительными РВО за счёт снижения долей с хорошими и отличными РВО — на 6,26%; наиболее значимо за счёт отличных. При незначительных долевых различиях в оценочных значениях критериев «неудовлетворительные» и «удовлетворительные» РВО, а также «хорошие» и «отличные» у лиц мужского пола они снижались в группе 11–14 лет на 4,2%, а в группе 15–17 лет — на 5,6% относительно группы 7–10 лет; у лиц женского пола в группе 15–17 лет они были выше, чем в группе 7–10 лет, на 11,4%, чем в группе 11–14 лет — на 14,7%, что обусловливает изучение данного явления.

Ограничения исследования. Школьники 7–17 лет, I–II группы здоровья, отсутствие острых в течение 1 мес до начала осмотра заболеваний.

Заключение. Расширен арсенал способов оценки резервных возможностей организма человека при безопасном проведении исследований в скрининговых популяционных исследованиях.

Основной целью исследования является рассмотрение повышения туристской привлекательности российских регионов на основе использования кластерного подхода с учетом формирования персонализированных технологий сервиса. Для выполнения поставленной цели приводится определение структурных компонентов туристских кластеров региона с учетом специфики предоставления туристских, рекреационных услуг, видов и факторов интеграционных процессов системы организации туристских кластеров. Результатом исследования является определение макроэкономического туристского кластера, позволяющего путем объединения последовательно или параллельно производимых технологических процессов профильных специализированных предприятий туристской территории или трансграничных территорий осуществлять создание, продвижение и предоставление кластерного турпродукта с учетом потребительских предпочтений. Макроэкономический туристский кластер отражает экономическую парадигму туристско-рекреационного комплекса, включающую системность, синергизм и институционализм, а также другие признаки организации функционирования комплексообразующих структур в туристской индустрии. В ходе исследования были уточнены виды и факторы интеграционных процессов системы организации туристских кластеров, проведено обоснование содержания системы стратегического планирования макроэкономических туристских кластеров, приведена оценка состояния российского рынка туристских услуг с учетом формирования персонифицированных технологий сервиса в условиях кластеризации, определены научно-прикладные аспекты диагностики и мониторинга функционирования туристских кластеров в условиях ограничения использования финансовых ресурсов, предложены рекомендации по важнейшим проблемам использования ресурсного обеспечения, ориентированных на максимальное предпочтение интересов и потребностей туристов в современный период развития кластеризации в туристской индустрии, а также развития интеграционно-производственных, координационных отношений деятельности профильных предприятий туристских кластеров. Отмечаются процессы, сдерживающие динамичное развитие кластерообразования в туристской индустрии, к которым следует отнести отсутствие организации по взаимодействию органов исполнительной власти трансграничных регионов, ограниченные возможности применения адаптированной методологической базы, позволяющей использовать кластерные технологии, недостаток подготовленных управленческих кадров и специалистов по вопросам формирования и использования туристских кластеров трансграничных регионов.