Научный архив: статьи

Постоянно усложняющаяся структура современного мира неразрывно связана со стремительным прогрессом науки и техники. Цифровая революция влияет не только на материальную составляющую нашей жизни, но и на наше понимание реальности. Изменение этого понимания произошло в русле осознания того факта, что сегодня отношения человека с миром и с другими людьми находятся почти в полной зависимости от материальных искусственных посредников. Все, созданное в лаборатории, рано или поздно покидает ее стены, населяя тем самым планету разного рода гибридами, которые объединяют в себе разнородные человеческие и не-человеческие объекты. В статье представлено переосмысление одной из ключевых категорий классической гносеологии, - субъектности, авторы проводят экспозицию ее новой формы, обладающей такими атрибутами, как гибридность и распределенность

В статье обосновывается концепция искусства как фундаментального инструмента сохранения человечности и субъектности в условиях среды учреждений пенитенциарного типа. Исходной предпосылкой выступает статистическая закономерность, согласно которой подавляющее большинство лиц, проходящих через систему исполнения наказаний, возвращаются в общество, что делает вопрос о качественных характеристиках их реинтеграции критически значимым. На основе анализа институционального, социального и личностного уровней воздействия художественных практик демонстрируется их способность формировать особое семиотическое пространство, где индивид восстанавливает ощущение собственной субъектности, развивает эмпатию и рефлексию, а также приобретает устойчивые навыки саморегуляции. Показано, что интеграция искусства в повседневную жизнь учреждений способствует снижению напряженности, оптимизации административных ресурсов и снижению вероятности рецидивного поведения. Отдельное внимание уделяется этической корректности присутствия художника, а также проведена параллель с образовательной сферой, где искусство выступает превентивной мерой, предотвращающей отчуждение личности от общества.

Делается вывод о том, что искусство в местах лишения свободы представляет собой стратегию, трансформирующую систему наказания из института воспроизводства рецидивной преступности в институт ресоциализации.

В статье предлагается радикальное переосмысление феномена немощи, традиционно воспринимаемого как проявление слабости, упадка и утраты достоинства. Авторы критикуют доминирующие в научном и социальном дискурсе подходы, сводящие немощь либо к медицинским диагнозам, либо к нравственному недостатку, и аргументируют необходимость рассмотрения немощи как социально сконструированного, экзистенциального и этического феномена. На основе качественного исследования, проведенного в 2025 году в шести регионах России (более 200 интервью с участниками системы долговременного ухода), показано, что страх перед немощью часто превышает страх смерти и связан с представлением о себе как об «обузе». Однако жизненные нарративы людей с тяжелыми физическими ограничениями (включая получателей ухода с инвалидностью) демонстрируют иной путь: немощь может стать основой для выстраивания реципрокных, взаимообогащающих отношений заботы, а не одностороннего «обслуживания». Авторы выделяют три ключевых аспекта: 1) взаимозависимость и реципрокность как основа ухода; 2) социальное конструирование немощи через восприятие и институциональные рамки; 3) изоморфность немощи самой жизни - ее хрупкости, уязвимости и подлинности. В этом свете немощь перестает быть дефицитом и обретает ценность как форма проявления человечности, способствующая укреплению социальных связей и утверждению достоинства даже в условиях полной зависимости. Это позволяет переосмыслить не только практики ухода, но и саму этику взаимодействия с уязвимыми членами общества, утверждая ценность жизни во всех ее проявлениях - даже в условиях глубокой зависимости и хрупкости. Авторы призывают перейти от парадигмы автономии к парадигме встречи, где уход - это совместное пребывание в пространстве взаимного признания.

Статья посвящена философско-антропологическому анализу трансформации фигуры военного специалиста в условиях тотальной цифровизации и культуры постмодерна. Автор утверждает, что классическая модель субъекта с суверенной волей уступает место гибридной субъектности, распределённой между человеком и алгоритмическими системами. В работе детально рассматривается редукция и «дробление» субъектности, формирование «кибернетической телесности» за счёт технологических расширений, а также пластичность профессиональной идентичности, конструируемой через техническую компетенцию. Делается вывод о глубокой трансформации основ военной культуры - иерархии, дисциплины, личной ответственности и сакрализации подвига - под влиянием технократических ценностей, что порождает внутренние противоречия и экзистенциальные кризисы. Фигура военного анализируется как рельефный пример общих процессов гибридизации, виртуализации и пересмотра онтологических границ в современном мире.

Статья посвящена анализу того, как принципы гештальт-терапии помогают формировать осознанную саморегуляцию личности в условиях «общества риска», где усиливаются неопределённость, тревожность и информационное давление. Автор исходит из тезиса У. Бека о распаде традиционных институтов, из-за чего индивид лишается внешних опор и вынужден самостоятельно справляться с лавиной стрессоров. Ключевым ресурсом выживания оказывается способность замечать и ответственно выражать собственные эмоции, что предупреждает панический или агрессивный «автопилот» и снижает подверженность массовым манипуляциям. Методология носит качественнотеоретический характер: сопоставляются социофилософские концепции риска (Бек, Бауман) с феноменологическими и диалогическими установками гештальта. Контентанализ описаний терапевтических кейсов показывает, что практика «здесь и теперь», отказ от защитных механизмов и формат «Я-Ты» создают пространство ко-регуляции, где участники учатся распознавать ранние сигналы напряжения и проговаривать их без взаимных обвинений. Полученные результаты демонстрируют три эффекта: 1) раннее обнаружение и переработка эмоций предотвращают эскалацию конфликта; 2) возрастает личная ответственность - человек перестаёт видеть себя жертвой обстоятельств; 3) групповая поддержка переводит индивидуальную саморегуляцию в культурную норму, снижая коллективную тревожность. В обсуждении подчёркивается, что гештальт-подход не замыкается на индивидуальной психотехнике, а предлагает социально-этическую модель общения, способную укреплять доверие и солидарность в нестабильных средах. Таким образом, авторы делают вывод: феноменологическая осознанность и диалогическая ответственность, развиваемые в гештальт-терапии, представляют собой действенный механизм адаптации к глобальным рискам, сохраняя свободу и целостность личности и поддерживая конструктивные формы коллективного взаимодействия.

Цель настоящего исследования состоит в определении последствий цифровой трансформации в контексте распознавания актуальной структуры политического господства, выявления рисков для государственного суверенитета и субъектности индивидов. Методологической основой исследования выступает парадигма социального конструктивизма. Основным методом — метод сравнительного анализа. Основными выводами проведенного исследования выступают следующие положения: а) цифровые платформы, изначально рассматриваемые как инструменты повышения качества управления, фактически превратились в автономные субъекты, дублирующие функции государства в цифровом пространстве, что приводит к конфликту с традиционными структурами, не желающими уступать свое монопольное право в структуре управления; б) благодаря алгоритмам цифровые платформы создают дискурсивные матрицы контролируемого пространства, задающие смыслы и модели поведения индивидов, осуществляя таким образом символическое господство. Являясь модераторами навязывания новых социальных практик, они выступают в качестве оппонентов легитимных институтов государства, используя ресурсы контроля общественного мнения; в) отсутствие базового дискурса в условиях множества дифференцированных «производителей реальности» (СМИ), действующих в цифровом пространстве, приводит к формированию специфической реципрокности и отсутствию общей картины мира. Возможной панацеей в этой ситуации выступает использование инструментов алгоритмизации с целью достижения общей реципрокности и общей картины мира. Множественность источников сигнала, быть может, и не поддается навязыванию базового дискурса напрямую, однако все они действуют в рамках цифрового пространства, где возможно навязывание базового алгоритма, который будет основан на необходимом государству дискурсе и который будет задавать определенные направления и рамки для остальных «производителей реальности». Теоретическая значимость исследования заключается в выявлении последствий цифровизации для конфигурации структуры господства, размывания государственного суверенитета и субъектности индивидов.

Проблема и цель. Статья посвящена анализу концептуальных вызовов для дидактики высшей школы, связанных с профессиональным развитием университетских преподавателей в контексте программы «Приоритет-2030».

Цель исследования: выявить ключевые вызовы для развития дидактики профессионального образования, наметить ориентиры профессионального развития преподавателей российских университетов.

Методология. Методологическая основа: системный, андрагогический и контекстный подходы. Использованы методы контент-анализа источников за 2021-2025 годы, критического анализа результатов подготовки педагогов в университетах, сравнительного анализа отечественного и зарубежного опыта организации непрерывного образования научно-педагогических кадров.

Результаты. Выявлены концептуальные вызовы: отсутствие проблематики профессионального развития ППС в поле зрения дидактики профессионального образования; отсутствие андрагогической модели обучения преподавателей; недостаточная разработанность дидактических основ развития ППС; отсутствие междисциплинарного подхода. Показано, что андрагогика концептуально не исследует специфику ППС, сочетающих роли обучающих и обучающихся со специфическими образовательными потребностями.

Сделан вывод об актуальности создания системы профессионального развития ППС, интегрированной в деятельность университетов - участников программы «Приоритет-2030». Архитектура системы должна включать диапазон форматов сопровождения и поддержки: профессиональную адаптацию, внутренние курсы повышения квалификации, краткосрочные практикумы и тренинги, длительные программы профессиональной переподготовки, наставничество, индивидуальное консультирование, создание формальных и неформальных сообществ, профессиональной интервизии и супервизии.

Заключение. Обоснована необходимость разработки специализированной андрагогической модели профессионального развития ППС. Предложена архитектура системы непрерывного профессионального развития с опорой на принципы субъектности, развивающей обратной связи, контекстности и добровольности.

В данной статье подробно рассматривается концепция феминистской онтологической безопасности, которая имеет свои особенности в контексте Китая, сформировавшемся в результате уникальных исторических и политических обстоятельств. На основе анализа эволюции нарратива гендерного равенства (от «дегендеризации» через «равенство в различии» к «автономному равенству») и механизмов взаимодействия институтов и повседневных практик автор показывает, как китайские женщины обретают субъектность в сложном поле власти. Важным элементом исследования является изучение механизмов взаимодействия между различными институтами и повседневными практиками, которые влияют на жизнь китайских женщин. Особое внимание уделяется роли государственного феминизма, интерсекциональным неравенствам и теоретическому вкладу китайского опыта в развитие феминистского институционализма. Логика онтологической безопасности предстает как результат постоянных переговоров, сопротивления и творческого присвоения институциональных ресурсов.

«Законы робототехники» Айзека Азимова пользуются исключительным авторитетом и являются своего рода заповедями для многих сторон этически-философского дискурса вокруг искусственного интеллекта. Практическое применение этих «законов», однако, сталкивается с принципиальными трудностями, причины которых исследованы в этой статье. В частности, первый «закон» о недопущении вреда человеку не уточняет, об ущербе кому идёт речь; второй «закон» о подчинении робота человеку не уточняет, кому из претендентов на управление роботом следует отдать предпочтение. На элементарных примерах показано, что при наличии конфликта интересов оба этих абстрактно-гуманистических «закона» теряют смысл и являются жизненно несостоятельными. Кроме того, даже в отсутствие такого конфликта «недопущение вреда» требует от робота предвидения последствий тех или иных действий в сколь угодно далёком будущем, однако возможность такого прогноза противоречит законам физики и биологии. Наконец, показано, что формулировки всех трёх «законов», очевидно абсурдные для неодушевлённых инструментов, предполагают наличие у роботов свободы действия, ошибочно наделяя их субъектностью. Этот ложный антропоморфизм, характерный для современных обсуждений искусственного интеллекта, закрепился в устойчивых языковых формах. Система выявленных искажений представляет собой чуждую традиционным культурам когнитивно-мировоззренческую матрицу, угрожающую безопасности общества на переходе к новым техноукладам.

В 2022-2025 годах в Ленинградской области открылись малые музеи, созданные в русле новых исследований по антропологическому, визуальному, пространственному, лингвистическому, аффективному и иным научным «поворотам». В статье представлены краткие описания упомянутых направлений и приведены варианты практического применения теоретических открытий в музейных экспозициях. На примерах шести музейных экспозиций (музеи Н. К. Рериха в Изваре, Н. А. Римского-Корсакова в Тихвине, «Дом станционного смотрителя» в деревне Выра, «Астрача, 1941», Сланцевского и Новоладожского краеведческого музеев) показаны практические приемы и технологии трансформаций музейных пространств. Среди них: использование инсталляций, обогащение сенсорной среды музея, акцент на личные истории, диалогичность (использование открытых вопросов). Новые музеи Ленинградской области строятся на основе теории субъектности и коммуникации, активно вовлекают посетителя в самостоятельное исследование. Главной задачей этих музеев становится создание условий для личностного роста посетителя, его субъектной рефлексии относительно связи прошлого и настоящего.

В данной статье подробно рассматривается концепция феминистской онтологической безопасности, которая имеет свои особенности в контексте Китая, сформировавшемся в результате уникальных исторических и политических обстоятельств. На основе анализа эволюции нарратива гендерного равенства (от «дегендеризации» через «равенство в различии» к «автономному равенству») и механизмов взаимодействия институтов и повседневных практик автор показывает, как китайские женщины обретают субъектность в сложном поле власти. Важным элементом исследования является изучение механизмов взаимодействия между различными институтами и повседневными практиками, которые влияют на жизнь китайских женщин. Особое внимание уделяется роли государственного феминизма, интерсекциональным неравенствам и теоретическому вкладу китайского опыта в развитие феминистского институционализма. Логика онтологической безопасности предстает как результат постоянных переговоров, сопротивления и творческого присвоения институциональных ресурсов.

Введение. За внешне простым представлением о нейроцифровой педагогике и нейроцифровом образовании на практике стоит система вопросов теоретико-методологического, культурно-политического, психолого-аксиологического, образовательно-методического и иного уровней. Постановка задачи. Цель исследования – анализ этических аспектов создания, применения и совершенствования нейроцифровых образовательных технологий в контексте современного образования как инклюзивной практики. Методика и методология исследования. Методы исследования – теоретические анализ и синтез этических аспектов нейроцифрового образования в современном вузе. Новизна исследования связана с попыткой интегративного осмысления этических аспектов нейроцифрового образования в контексте современного вузовского образования как инклюзивной практики. Результаты. Дисгармонии разных уровней разработки, внедрения и совершенствования современных нейроцифровых технологий в инклюзивном образовании в начальной, средней и высшей школах, мифологизация и почти полное отсутствие как самостоятельного раздела теории и практики нейроцифровой культуры, включая мифологизацию и намеренные искажения представлений о социальных и психофизиологических патологиях и нормальной работе мозга, человека, общества, приводят к разнообразным затруднениям, блокадам и барьерам нейроцифровизации образования. Особенно заметны эти проблемы в контексте принятия доказательных/обоснованных решений о принятии/отказе от принятия тех или иных новаций, квалифицированного исполнения таких решений на разных ступенях и разных ситуациях инклюзивно ориентированного образования. В современном среднем и высшем образовании нейроцифровым технологиям в образовании приписывается статус самостоятельного вида или формата образования, что не соответствует действительности и затрудняет разработку действительно результативных форматов их использования, в том числе на этапах разработки и совершенствования. Помимо непрозрачности выводов и процессов переработки информации ИИ и устройствами иных технологических типов, кроме того, что над разработкой, внедрением и улучшением технологий работают часто не команда, а отдельные специалисты, в том числе не имеющие развернутого и многоуровневого представления об ОВЗ, индвалидизации, особых образовательных потребностях и т. д., сами технологии могут содержать ряд проблем и ограничений, связанных с базовыми ошибками, включая нравственно-идеологические и процессуальные. Выводы. Перспективы исследований этических проблем нейроцифрового инклюзивно-ориентированного образования в вузе связаны с изучением процессов взаимодействия всех субъектов образовательного процесса по поводу и опосредованно нейроцифровыми устройствами и технологиями. В исследованиях проблем нейроцифровизации образования и жизни человека с ОВЗ отмечается важность профессиональной подготовки и формирования, развития компетенций в сфере нейроцифровой (цифровой и «мозговой») культуры у студентов и преподавателей как одного из наиболее важных концептов и подходов, позволяющих надеяться на продуктивное решение остальных проблем. По нашему мнению, правильным в стратегическом отношении путем является путь исследований возможностей поддержки развития человека с ОВЗ и без ОВЗ всей совокупностью средств и технологий, включая нейроцифровые, с опорой на ведущие ценности и смыслы человеческой жизни как жизни существа, осуществляющего и совершенствующего себя и мир вокруг себя.