Актуальность и цели. Технологическое противостояние XXI в. представляет собой полноценную войну нового типа, которая несет в себе ряд беспрецедентных антропологических рисков. Полному пересмотру подлежат способы идентичности человека, построения его карьерной, социальной и личной жизни, хранения и защиты персональных данных и многие другие параметры, которые в совокупности полноценно определяют человека в социуме. Цель исследования - раскрытие и анализ антропологических рисков, обусловленных технологической войной как перспективным направлением межгосударственного противоборства в рамках войны нового поколения.
Материалы и методы. В основу настоящего исследования был положен антропологический анализ. С его помощью были рассмотрены антропологические риски, которые порождает технологическая война в цифровом пространстве, а также изучены их последствия, уже наступившие и предполагаемые в будущем. Также были использованы философско-культурологический метод и сетевой подход.
Результаты. Рассмотрено антропологическое измерение технологической войны, т. е. ее гуманитарное, а не сугубо техническое, измерение. Отмечены характеристики новой идентичности современного человека, в которой обязательным элементом становится цифровой аспект. Раскрыты новые критерии неравенства, усугубляющим фактором становится технологическая отсталость, которую человек не сможет преодолеть, находясь на «цифровой периферии».
Выводы. Технологическая война поднимает сразу несколько вопросов, поиск ответов на которые позволит современному человеку успешно адаптироваться к происходящим в цифровую эпоху изменениям. Новая этика, цифровая и культурная гигиена помогут человеку найти сбалансированный вариант адаптации. Человек - продукт независимого развития национального государства, именно поэтому в первую очередь ориентированность на привычные (культурно обусловленные) модели поведения и вместе с тем повышение цифровой вовлеченности и грамотности позволят повысить адаптационный потенциал личности в эпоху тотальной цифровизации.
В статье анализируются социальные факторы, детерминирующие девиантное поведение. Приводятся результаты прикладного сравнительного социологического исследования негативных девиаций среди учащихся в средних общеобразовательных организациях Республики Башкортостан. Отмечается, что девиантное поведение выполняет и позитивные социальные функции, а нормативное поведение может быть дисфункциональным и негативным. С позиции системного подхода профилактика деструктивной девиации предполагает согласованное функционирование политичеcкой, экономической, социальной, личностной, культурной и экологической подсистем общества. Структура социальных факторов девиации представлена следующими компонентами: социальные институты, групповые общности, малые социальные группы. Фактор социальных систем доминирует и реально функционирует во взаимодействии с другими факторами – личностными, культурными и генетическими
В рецензии обсуждаются основные достоинства коллективного монографического труда «Трансформация кочевых обществ Юга России в контексте природно-климатических факторов (XIX–середина XX в.)» путем анализа его содержания, свидетельствующее об актуальности и дискуссионности заявленной проблематики, а также практической ценности работы (исторический опыт и современность). Рассмотрены и проанализированы степень соответствия содержания поставленным целям и задачам, а также полнота и способы их решения. Отмечена обширная база источников, введенных в научный оборот и используемых авторами для сопоставительного анализа статистических сведений, раскрывающих динамику трансформации кочевых обществ Юга России. Показана определяющая роль изменения среды обитания, погодно-климатических факторов, состояния почвы, растительного покрова и ландшафта в целом, оказавшего, безусловно, огромное влияние на хозяйственную деятельность кочевых обществ южно-российского региона и постепенный переход номадов к оседлости. Рецензент приходит к выводу о научной значимости данного труда для развития отечественной номадологии, для более углубленного понимания механизмов преобразований на различных этапах трансформации кочевых обществ юга России, а также системного переосмысления мотивации политики властей, проводившейся в имперский и советский периоды, и ее эффективности. В рецензии также высказан ряд рекомендаций и пожеланий.
Парк рассматривается как результат диалога человека с природой, такой же продукт урбанизации, как и город. Его природа амбивалентна и по отношению к городу, и в отношении стихии, что делает его инструментом коммуникации природы и культуры, средством их примирения. В настоящее время городские культура и образ жизни уходят в город-парк, сабербию, и идея города-сада становится доминантной идеей градостроительной практики. Мегасооружение и город-сад создают сбалансированную систему, которая является образцом архитектуры будущего.
В серии заметок автор рассуждает о взаимоотношении архитектуры, природы, ландшафта, пейзажа и искусственной среды городов. Архитектура мыслится как продолжение ландшафта. В городах природа утрачивает свои естественных качества и в виде парков и газонов попадает в разряд организованных удобств. Искусственная среда городов, претендующая на роль второй природы, пока является лишь неуклюжим подражанием естественной среде. Однако и в искусственной среде, созданной человеком, он не ощущает себя комфортно.
Цель – раскрыть влияние антропоцентризма на постколониальную Индонезию на материале романа Ратны Индрасвари Ибрахим «Лема Танджун». В повествовании ярко изображены последствия модернизации, результатом которой стали вырубки лесов и потери зеленых зон, что вызывает чувство утраты эмоциональной привязанности к родным местам, показана борьба за сохранение зеленых насаждений в урбанистических капиталистических условиях. Используя постколониальные экокритические подходы, подвергаются анализу западные парадигмы развития, где приоритет отводится экономическому росту, а экологическая безопасность и социальная справедливость отодвигаются на задний план.
Предмет исследования – экокритическая позиция, заявленная в романе «Лема Танджун», где поднимаются вопросы владения землей, сопротивления прогрессу и межпоколенческих противоречий, своих корней и места проживания. В заключении делается вывод, что произведение Ибрахим контекстуализирует диалектику владения землей и представляет противоположные точки зрения на идею прогресса и естественного консерватизма.
Статья посвящена образу усадьбы и дома в наследии Л. Н. Толстого, особенно в его позднем творчестве. Отмечается, что на рубеже веков и в первое десятилетие XX в. Толстой становится яростным сторонником защиты простого народа и фактически отрицателем прежней усадебной культуры, невозможной без барских домов с садами и парками, дополнительными постройками, содержащимися усилиями крестьян и дворовых, обеспечивавших всю бытовую сторону жизни. В восприятии Толстым усадеб и формировании в его наследии образа частного дома с небольшим хозяйством немаловажное значение играла идея опрощения. В статье показано сложное отношение писателя к усадьбам: при любви к Ясной Поляне и понимании ценности усадебной жизни, отрицалась Толстым чрезмерная роскошь, свойственная городским и загородным усадьбам дворян и людей властных структур. Анализируется обращение Толстого к философии Востока и образу бытия восточных народов, который, по мнению писателя, хранил забытые европейской цивилизацией ключевые основы жизни.
Ранний русский символизм, как в целом искусство последней четверти XIX в., характеризуется процессом своего рода «модернизации», в ходе которой пласты культуры начала века, в первую очередь романтизма, вновь возвращаются в искусство на новых онтологических основаниях. Благодаря романтическому наследию искусство символизма как «переходное» получает в свое распоряжение символический инструментарий, который соответствует мифотворческому способу организации социокультурного пространства. В статье на примере творчества М. В. Нестерова показано, как внутренняя концепция символизма выражается через романтическую аллегорию, игравшую заметную роль при переходе художников конца XIX столетия от реалистических задач к метафорическим
Актуальность темы обусловлена необходимостью предварительного рассмотрения вопросов, связанных с отсутствием научных методик и оснований изучения традиционного искусства Китая в вопросах понимания, систематизации и реставрации искусства мебели, в частности на материале наследия в Юго-Западном регионе Китая. Этот аспект обусловлен особой типологической спецификой времени, когда предметно-пространственная среда формировалась соприродными факторами: на ранних этапах истории деятельность мастера по формированию предметно-пространственной среды была предопределена во многом природными условиями как факторами материального оснащения ручных технологий и, в то же время, представлениями о космическом универсуме. Специфика искусства Китая и его научная презентация обусловлена обстоятельствами иной, нежели в западноевропейской исторической периодизации. В Китае сложилась иная историческая шкала культуры – по династиям. Кроме того, суть идейных оснований искусства связана с представлениями о родовых аутентичных корнях культуры, историей философии и религиозными положениями буддизма. В связи с этим, идейно-образная сторона художественного сознания в китайской культуре предполагает уточнение методологические аспектов исследования, которые обусловлены необходимостью раскрытия специфики функциональных законов формообразования, связанных с одной стороны с традиционными природосообразными видами хозяйственного уклада, в другой проблема тезауруса традиционной культуры, в частности в соотношении понятий «традиционное искусство» и «народное искусство». Важно оценить их взаимосвязь в ракурсе их идентичности. Указанные обстоятельства сохраняются и сегодня ввиду устойчивой культурно-архетипической ментальности, рассмотрение которой должно способствовать уточнению специфики процессов формирования предметно-пространственной среды
Рассматривается проблема экологического воспитания в аспекте эстетического восприятия природных и искусственных объектов. Отмечается, что формирование и воспитание экологического сознания, адекватного потребностям современного общества — одна из важнейших и сложнейших задач. Анализируются два подхода к пониманию предметного поля эстетики, вытекающих из концепций А. Баумгартена и Г. Гегеля. В свете глобальных экологических угроз констатируется актуальность концепции А. Баумгартена. Обосновываются выводы о том, что критерии эстетической оценки природных и технических объектов в условиях глобального экологического кризиса вытекают из принципов экологической целесообразности и оптимальности. В этой ситуации субъектами эстетической экспертизы и эстетического воспитания в сфере экологии могут быть лишь компетентные личности и группы из числа ученых, политиков, общественных активистов. В качестве цели и объекта воспитательного воздействия, направленного на эстетические аспекты экологического сознания, выступают как дети, так и взрослые, проявляющие незрелое экологическое сознание и поведение. Методы подобного воздействия могут быть эффективными только если они соответствуют индивидуальным особенностям воспитуемых. На макросоциальном уровне эти методы должны сочетать в себе принуждение и поощрение, включать механизмы общественного мнения, социального престижа, моды.
В статье с концептуальной позиции цивилизационного подхода анализируется концепция ноосферы как перспективного ориентира, стратегии и виртуального кода глобализирующегося развития современной цивилизации в условиях модернизации на (научно-технической) основе НТП и НТР. Глобализация рассмотрена как возможность и предпосылка ноосферной трансформации современной цивилизации. Предложена конкретизирующая цивилизационное понимание ноосферы коэволюционная ее экспликация
В статье анализируется экопоэзия Анны Родионовой, лауреатки Премии Аркадия Драгомощенко (2020). Под экопоэзией понимается особая поэтическая оптика, при которой природа воспринимается как самоценная система, а проблематизация включает как современные экологические теории, так и трансформацию структуры текста. Сам анализ будет построен на рассмотрении различных аспектов поэтики стихотворений Родионовой из книги «Климат»: выявлении логики концептуализации; анализе медиа-специфики текста, языка, объектов; рассмотрении ключевого для организации книги образа миража. Иными словами, будет рассмотрено соотношение медиалогической и экологической проблематики ее поэзии.