Научный архив: статьи

В данной статье ключевой для китайской духовной культуры символ дракона рассмотрен в переходный период от рода к государству. Автор анализирует процессы трансформации мифологического символа дракона в генезисе китайской философии, демонстрирует, что наряду с процессами эвгемеризации, антропоморфизма и десакрализации символа дракона происходило одновременное закрепление его в письменной традиции, встраивание в философские категориальные схемы. В статье подробно рассмотрен архетипический мотив битвы Героя и Дракона: делается вывод о том, что этот мотив может указывать на утрату человеком внутриродового единства и целостности с природным окружением, на изменение самого человеческого сознания – отделение рационального (логического) сознания от магического. В статье также анализируется символ дракона в космогонических мифах древнего Китая. Автор полагает, что в космогонических мифах переосмысляется цикл «жизни–смерти–возрождения» в новом качестве «бытия-космоса – небытия-хаоса – порождения космоса». Образ змеи или дракона при этом проявляется на всех уровнях: он предстает одновременно как бесконечно-становящееся (мир бытия), бескрайне-пустотное
(мир инобытия, небытия или хаоса) и постоянно-порождающее (творческая сила); как пребывающее в самом себе и постоянно проявляющее себя, то сворачиваясь, то распрямляясь.

Переизбыток визуальной информации в современной медиакультуре совершенно обесценил телесное бытие человека, сакральных зон и запретных тем практически не осталось. Еще одна тенденция - ограничение территории существования человека монитором смартфона или компьютера. Пользователь социальных сетей осознанно или нет дистанцируется от реальности, создавая нового себя и свой, отличный от существующего, мир. Автор статьи, используя методы психологии и культурологии, пытается найти ответ: что происходит с телесно-пространственными ощущениями в условиях медиакоммуникаций.

Ставится вопрос о мифологическом субстрате «Оды греческой вазе» Дж. Китса. Показывается, что мотивная структура произведения определяется архетипической семантикой образа вазы и скрытыми реминисценциями, отсылающими к комплексу мифов об Аполлоне. На основании анализа рецепции оды Китса в русской поэзии XX-XXI вв. делается вывод о редукции мифологической составляющей культуры, усилении субъективной интерпретации образно-мотивного комплекса вазы и изображения на ней. Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.

Цель статьи – анализ особенностей влияния культуры образа жизни сообществ Ставрополья и Кубани на трансформацию лингвоментального комплекса казаков в конце XIX в.

Использованы функциональный, структурный, стилистический и сравнительный методы, построенные на сочетании методов лингвистики и исторической науки в рамках диахронического подхода.

В ходе исследования анализируется проблема мозаичность сообществ кубанцев и малой части представителей первых казачьих общин Ставрополья при формировании особой языковой культуры и образа мышления, а также прямая взаимосвязь комплиментарности и лингвоментального комплекса казаков на примере песенных традиций.

Песенно-обрядовая черта и фольклор исследуемой группы были проникнуты полубродячим образом жизни и военной повседневностью, что повлияло на тягу в песнях к «старому доброму времени». Данный гиперсимволизм заменил исходный культурный код, по которому казачьи сообщества существовали вплоть до заселения территории Ставропольской губернии. Перспектива дальнейших исследований по данной тематике выражена в потенциале данного исследования как в лингвистическом, так и диахроническом направлении: большая часть этнических систем народов Кавказа совпадают с их языковыми общностями, что заметно облегчает диахронный анализ для лингвиста.