Научный архив: статьи

В статье представлены результаты исследования биоразнообразия жужелиц (Coleoptera, Carabidae) на территории памятника природы в урочище «Дубовый рынок». Оценена роль различных функциональных групп жужелиц в поддержании устойчивости естественных экосистем. Рассмотрен эколого-фаунистический состав семейства. Всего обнаружено 39 видов Carabidae, относящихся 20 родам и 12 трибам. Среди них виды ранжированы по частоте встречаемости: регулярно встречаемы виды в биотопах, эпизодически и крайне редко. Выявлены 12 доминирующих видов, определяющие структуру и функционирование сообществ жесткокрылых ( Calathus fuscipes Goeze, 1777; C. melanocephalus Linnaeus, 1758; C. distinguendus Chaudoir, 1846; Chlaenius aeneocephalus Dejean, 1826; Harpalus distinguendus Duftschmid, 1812; H. affinis Schrank, 1781; H. caspius Steven, 1806; H. rufipes DeGeer, 1774; Brachinus crepitans Linnaeus, 1758; B. explodens Duftschmid, 1812; Carabus granulatus Linnaeus, 1758; Amara aenea DeGeer, 1774). С точки зрения эколого-трофической классификации биоты, можно выделить два основных класса: зоофаги, представленные 7 группами (28 видов) и миксофитофаги - 3 группы (11 видов). По степени адаптации к влажности жужелицы исследованной местности представлены мезофилами, гигрофилами, мезоксерофилами и мезогигрофилами. Среди указанных категорий доля мезофильных видов оказалась максимальной. Карабидокомплекс включает представителей пяти экологических групп, образованных согласно их биотопическим предпочтениям: степные, лесные, луговые, болотные и солончаковые виды. В составе выявленной карабидофауны впервые отмечено присутствие жужелицы золотистоямчатой ( Carabus clathratus Linnaeus, 1761), вида, охраняемого в ряде регионов Российской Федерации.

В прибрежных районах восточной части Финского залива в последнее десятилетие XX века и в первое десятилетие XXI века стали встречаться небольшие группы из 3–15 лебедей-кликунов. Первая территориальная пара наблюдалась в течение 25 дней в мае 2008 года на западном побережье полуострова Кургальский. В последующие годы на разных островах появилось ещё несколько территориальных пар. В 2020–2024 годах пара успешно гнездилась на небольшом безымянном острове архипелага Долгий Камень. Ещё одна попытка гнездования, хоть и неудачная, была зафиксирована в 2024 году на небольшом острове в 3 км от острова с успешным гнездом. В Финляндии гнездование лебедей-кликунов на островах Балтийского моря известно с 1973 года; в 2021–2024 годах количество таких случаев значительно возросло. Анализ долгосрочных данных о динамике численности вида в Балтийском регионе и Северной Европе позволяет предположить, что лебеди-кликуны были вынуждены расширить ареал гнездования за счёт морских островов из-за нехватки подходящих мест для гнездования на материке, что привело к быстрому росту популяции и её расселению по всей территории Финляндии. При этом в Швеции и других странах Балтийского региона и Северной Европы, где плотность популяции лебедей-кликунов гораздо ниже, гнездование этого вида на морских островах до сих пор не было зафиксировано. Тщательный анализ множества материалов, опубликованных в XIX и XX веках, позволяет предположить, что сообщения М. А. Мензбира о том, что лебеди-кликуны гнездились вместе с лебедями-шипунами (Cygnus olor) вдоль северо-восточного побережья Каспийского моря во второй половине XIX века, скорее всего, были ошибочными. Опубликованные данные свидетельствуют о том, что лебеди-шипуны никогда не гнездились в прибрежных районах в пределах своего нынешнего ареала. Этот вид, скорее всего, гнездился на прибрежных эвтрофных озёрах, которых было много на Прикаспийской низменности в период холодного климата.

Начиная с середины XX века численность лебедя-шипуна значительно возросла, а его ареал расширился в северном направлении. К 1990-м годам ареал этого вида в Западной Евразии превратился из цепочки рефугиумов в преимущественно непрерывную полосу, охватывающую почти все страны Западной и Центральной Европы, северную часть Причерноморья и Северного Каспия, Северный Казахстан и юг Западной Сибири. К настоящему времени северная граница ареала гнездования сместилась в южную часть Норвегии, северную часть Ботнического залива, западную часть Ленинградской области, юго-западную часть Новгородской, Псковской и Тверской областей, а также в Московскую область. Область распространения лебедей-шипунов, не участвующих в размножении, в Западной Евразии теперь простирается до субтропических и арктических побережий и островов. Невозможность провести непрерывную северную границу ареала значительно усложняет определение ключевых факторов окружающей среды и их пороговых значений, которые определяют как ход экспансии вида, так и границы его распространения во всей западно-палеарктической части ареала. Современных данных о таких ключевых репродуктивных параметрах, как дата начала гнездования, размер кладки и репродуктивный успех в различных районах российской части ареала, недостаточно. Информация о возможных изменениях в предпочтениях среды обитания, сопровождающих экспансию вида на север, также скудна. В 1974, 1978 и 1987 годах были проведены три крупномасштабных исследования лебедя-шипуна на всей территории Советского Союза. Что касается лебедя-шипуна в России, то давно пора провести комплексное исследование, которое должно включать не только подсчёт численности, но и подробное описание мест обитания, распределения и доли птиц с разным репродуктивным статусом, размеров кладки и выводка, успешности размножения, а также продолжительности периодов инкубации и оперения.

Белое озеро является частью Шекснинского водохранилища и входит в состав Волго-Балтийского водного пути. Озеро имеет блюдцевидную форму, около 90% дна озера покрыто илами, глубина 4-6 м. Исследования макрозообентоса в профундали Белого озера проводили в 2010-2020 гг. в конце сентября-начале октября и спорадически в другие сезоны. Сообщества зообентоса в профундали однотипны и представлены исключительно мелкими двустворчатыми моллюсками, олигохетами и хирономидами. Из 107 видов зообентоса, отмеченных для озера, только 10 постоянно встречаются в центральной части. Биомасса зообентоса в период 2010-2020 гг. в составила от 2.8 до 19.3 г/м2. По сравнению с исследованиями второй половины XX в., значения биомассы в 2010-2020 гг. укладываются в диапазон колебаний биомассы. В 2010-2020 гг. наблюдается перестройка доминирующего комплекса зообентоса: замена Tubifex newaensis на Limnodrilus hoffmeisteri. Также наблюдается увеличение размеров осенней генерации Chironomus plumosus и выпадение Stictochironomus.

Вид плей Plea cryptica Raupach, Charzinski & Hendrich, 2024 впервые указан для фауны России из Европейской части (Ярославская, Липецкая, Курская и Воронежская области) и Западной Сибири (Тюменская область) на основании переизучения материала, ранее определенного как Plea minutissima Leach, 1817. Предположено, что все указания последнего вида с территории России относятся к Plea cryptica. Приводятся оригинальные фотографии диагностических признаков Plea cryptica.

Обновленный список водных жуков окрестностей пос. Борок (Некоузский р-н, Ярославская обл.), площадью около 50 км², включает 175 видов из 14 семейств, что составляет 68.9% видов известной фауны водных жуков области. Впервые для Ярославской обл. указаны Helophorus redtenbacheri Kuwert, 1885 (Helophoridae), Hydrobius rottenbergii Gerhardt, 1872, Cryptopleurum subtile Sharp, 1884, Megasternum concinnum (Marsham, 1802) (Hydrophilidae) и Dryops anglicanus Edwards, 1909 (Dryopidae). Применение различных методов сборов позволило увеличить список на 45 видов по сравнению с 2013 г. В то же время 10 видов остаются известными лишь по сборам 1955-1973 гг.: Nebrioporus depressus (Fabricius, 1775), Hydroporus obscurus Sturm, 1835, Agabus bifarius (Kirby, 1837), A. labiatus (Brahm, 1790), Dytiscus lapponicus Gyllenhal, 1808 (Dytiscidae), Helophorus flavipes Fabricius, 1792 (Helophoridae), Anacaena limbata (Fabricius, 1792), Berosus signaticollis Charpentier, 1825, Enochrus bicolor (Fabricius, 1792) (Hydrophilidae) и Limnebius crinifer Rey, 1885. Вид Berosus geminus Reiche & Saulcy, 1856 (Hydrophilidae), впервые указанный для России из Западной Сибири по материалу 2003 г., обнаружен в сборах, начиная с 1956 г.

С помощью сканирующей электронной микроскопии проведено изучение морфологических особенностей панциря диатомовой водоросли Semiorbis hemicyclus из оз. Пизанец (республика Карелия). Исследованы количественные (длина и ширина створки, число штрихов) и качественные (форма створки, расположение и строение штрихов и шва) признаки. Оригинальные и литературные данные позволили расширить диагноз этого вида.

Изучение фитопланктона 11 разнотипных водоемов междуречья Лены и Вилюя выявило диатомовые водоросли новые для флоры Якутии (17) и России (8), что позволило расширить таксономический спектр Bacillariophyta республики Якутия. Ряд форм (22) из родов Cymbella, Fragilaria, Gomphonema, Luticola, Mastogloia, Mastogloia, Neidium, Nitzschia, Pantocsekiella, Pinnularia определены до рода.

Представлены сведения о распространении, биоморфологии, эколого-фитоценотических особенностях, информация о сохранении Carex atherodes Spreng. в Вологодской обл. Выбор объекта исследования связан с его редкостью вида в регионе. Осока прямоколосая к настоящему времени известна из 34 локалитетов, находящихся в 13 административных районах. Вид не обнаружен в западных и юго-западных районах. Находки вида попадают в границы 21 квадрата сеточного картирования, принятого в Atlas Florae Europaeae. Жизненная форма вида определена как подземностолонная плотнокустовая обыкновенная многолетняя поликарпическая трава. В биотопическом плане C. atherodes предпочитает в основном облесенные местообитания, имеющие проточное увлажнение (ключевые болота, окрайки низинных и переходных болот, берега лесных и болотных рек и ручьев). Вид включен в Красную книгу Вологодской обл. со статусом категории охраны 2/У/II. Зафиксирован в границах восьми особо охраняемых природных территорий (национальный парк “Русский Север”, ландшафтные природные заказники “Атлека”, “Верденгский”, “Гладкий бор”, “Озеро Дружинное”, “Спасский бор”, “Сысоевский бор”, зоологический заказник “Усть-Рецкий”). Рекомендуется контроль и мониторинг состояния выявленных в регионе популяций, целена-правленный поиск новых мест его произрастания и продолжение проведения биоэкологических исследований вида.

Установлена зависимость биоразнообразия жужелиц агроландшафта от эдафических факторов: почвенного комплекса, степени засоленности, pH и содержания гумуса в почвах лиманно-плавневого природного комплекса Северо-Западного Кавказа, определено доминирование видов в эуценных сообществах, а также окружающих их участках с сорной и рудеральной растительностью, лесополосах и лесонасаждениях, агроценозах. На участках с более высоким процентом гумуса преимущественно наблюдалось меньшее биоразнообразие жужелиц. Участки, где почвы не содержат солей или содержат их в небольших количествах (менее 1%), преимущественно демонстрируют более разнообразный видовой состав в сравнении с участками, где степень засоленности выше. На слабокислых почвах у большинства групп карабидофауна отличается большим разнообразием. Наибольшее биоразнообразие жужелиц в наименее трансформируемых сообществах характерно для лугово-болотных солончаковатых и солонцеватых почвенных комплексов. Количество доминирующих видов жужелиц (общим числом) в различных растительных сообществах распределялось следующим образом: в эуценных сообществах - 33 вида; на участках сорной и рудеральной растительности - 11 видов; в лесополосах и лесонасаждениях - 10 видов; на полях сельскохозяйственных культур - 23 вида.

В статье приведены сведения о впервые наблюдающихся в регионе больших скоплениях листоеда азиатского Chrysochares asiaticus (Pallas, 1771) в окрестностях Кизилташского лимана Краснодарского края. Представлен подробный анализ указанного явления, направленный на комплексное изучение ключевых характеристик и причин его появления.

Целью настоящей работы являлось определение особенностей формирования трофических связей и пищевой специализации доминантных видов жужелиц агроценозов Славянского и части Темрюкского районов Краснодарского края, а также выявление основных повреждаемых культур и мест их локализации. Установлено, что среди массовых видов встречаются как зоофаги, так и миксофитофаги. Карабидокомплекс агроценозов лиманно-плавневой территории представлен 23 доминирующими видами, полностью реализующими свой жизненный цикл в исследуемых биотопах: Carabus cumanus, C. campestris, C. exaratus, Poecilus cupreus, Pterostichus niger, Сalathus distinguendus, C. fuscipes, C. erratus, C. melanocephalus, C. halensis, Amara aenea, A. lucida, Zabrus tenebrioides, Harpalus rufipes, H. tardus, H. affinis, H. distinguendus, Ophonus azureus, Callistus lunatus, Dinodes decipiens, Chlaenius aeneocephalus, Ch. nitidulus, Brachinus crepitans. Преобладали миксофитофаги геохортобионты гарпалоидные и зоофаги стратобионты скважники подстилочные. Тем не менее, из общего количества выявленных видов жужелиц доминируют зоофаги. Среди обнаруженных доминантных видов в агроценозах встречаются вредители сельскохозяйственных культур, требующие разработки защитных мероприятий. Зоогеографический анализ выявил широкие полисекторальные и полизональные, степные, европейско-скифские, широкотетийские, передне-среднеазиатские, европейско-туранские полисекторальные, широкосредиземноморские, европейско-средиземноморские и широкоэвксинские ареалы. По отношению к влажности карабидокомплекс представлен мезофилами, мезо-ксерофилами, гигрофилами.