Научный архив: статьи

Любой театр, имеющий национальную культуру, формирует и развивает ту или иную традицию. Традицию можно декларировать, но от этого она не станет воплощать художественное содержание произведения. Общий уровень культуры всегда напрямую связан с использованием традиций.

Рецепт режиссерского успеха может звучать так: как ты относишься к своим героям, так отнесется зритель к твоему спектаклю. Когда на рубеже 1990–2000-х гг. Дмитрий Белов только начинал постановками опер в Саратовском театре оперы и балета, он умел заглушать избранный им же постмодернистский говор «режиссерской оперы» правдивым драматизмом. Постановщик выводил душевные переживания героев на передний план внешне радикальных, эпатировавших публику спектаклей: чрезмерно фантазируя на сцене, он не переставал слышать музыку, откликался на сюжет произведения и всерьез принимал то, что хотел сказать автор.

История спектакля «Сашашишин», выпущенного в прошедшем сезоне Гариком (Игорем) Сукачевым на основной сцене «Современника», началась еще при жизни Галины Волчек и разворачивалась достаточно драматично. Сложносочиненный роман Александры Николаенко «Убить Бобрыкина, или История одного убийства» представить воплощенным на сцене мог только очень отважный человек.

Но шумная и яростная «Анархия» в режиссуре Сукачева давала основания доверять его вкусу. Через четыре года после смерти Галины Борисовны в театре на Чистых прудах сыграли премьеру, которую постановщик посвятил памяти легендарного художественного руководителя.

В апреле на сцене МТЮЗа состоялась премьера «Собачьего сердца» Антона Федорова по булгаковской повести. В спектакле нет дидактики и морализаторства, нет сатиры на большевизм или либералов. Вместо этого – неподдельная горечь, абсурдистская постирония и искреннее сострадание ко всем «человекам».

Валерий Фокин поставил спектакль «Мейерхольд. Чужой театр». Премьеру приурочили к сто пятидесятому дню рождения Мастера. Отправной точкой действа стало последнее общее собрание работников ГосТИМа, на котором обсуждалась печально знаменитая статья П. М. Керженцева в газете «Правда», объявившая театр Мейерхольда чужим для советского народа. Спектакль, однако, не инсценирует стенограмму собрания – документ служит лишь рамкой (пусть и вполне объемной) к выраженному в сценических картинах размышлению о судьбе Мастера.

Всеволод Мейерхольд родился 9 февраля 1874 г. 150 лет спустя февральские дни в петербургской Александринке, где он работал, были посвящены ему.

Деятельность «Театра дю Солей» А. Мнушкин впервые рассматривается в качестве театральной лаборатории. Характерные черты лабораторности стали предметом изучения. В статье анализируются этапы постановочного процесса, формы взаимодействия с пространством и публикой, поиск выразительных средств на стыке традиций Востока и Запада, семантический потенциал спектаклей. В результате в экспериментальном творчестве «Театра дю Сол ей» выявлены стратегические и тактические признаки театра-лаборатории

Работа посвящена изучению проблем возрождения буддизма в тувинском обществе в конце XX века, нашедших отражение в спектакле Тувинского музыкальнодраматического театра «В объятиях искушений» по пьесе драматурга Нины Даш-ооловны Серенот. Пьеса изучает причинно-следственные связи духовно-нравственного кризиса тувинского общества в конце 20-го столетия. Произведение прошло определенный путь к сценической постановке. «В объятиях искушений» занимает особое место в тувинском театре и драматургии – представитель буддийской религии впервые показан главным и положительным героем. В основе спектакля лежит столкновение героя с обществом, родными людьми, утратившими особенности национальной культуры, традиции и религиозные воззрения. Спектакль заостряет внимание на том, что массовый запрет религии в советский период, отстранение от основ буддизма и народной этики приводит общество к моральному разложению, и напоминает о приходе времени восстанавливать разрушенные морально-этические составляющие, поднимать духовное величие народа.

В рецензии рассматривается книга немецкого исследователя Вольфганга Штефана Кисселя «Космос Чехова. Театр, пространство и время». Показывается важность и перспективность данной монографии как для изучения драматургического наследия Чехова, так и для исследования драматургического рода литературы и театральных практик.

Актуальность темы обусловлена большими возможностями использования библиотечных фондов не только для образования и воспитания личности, но и для организации и проведения досуга, в том числе путем предоставления пьес для устройства любительских спектаклей и соответствующей литературы в помощь для их постановки. В некоторых библиотеках для облегчения поиска таких изданий формировали специальные «театральные отделы». Их изучение является одним из направлений исследования трансформации книжной культуры в социальных коммуникациях XIX– XXI вв. Цель статьи – представить результаты анализа выявленных в дореволюционных библиотеках Сибири «театральных отделов». Исследование базируется на просмотре более 200 каталогов сибирских библиотек XIX – начала XX в. Шесть из этих библиотек имели в указанный период такие отделы, четыре являлись городскими общественными библиотеками. Впервые подсчитаны количественные показатели театральных отделов: количество наименований книг и томов в них, и по этим критериям определено их место среди других отделов. Самые крупные по количественным показателям театральные отделы сформировались в Барнаульской и Нерчинской общественных библиотеках, наименьший – в Курганской. Фонды театральных отделов комплектовались преимущественно драматическими произведениями российских и зарубежных авторов, при этом сочинений отечественных драматургов значилось намного больше, чем пьес иностранных писателей. Наиболее широко было представлено творчество А. Н. Островского. Перечислены выписываемые сибирскими библиотеками театральные периодические издания, среди которых чаще остальных встречались журналы «Артист» и «Театр и искусство». Установлены основные направления взаимодействия библиотек и устроителей любительских спектаклей, которые могут быть взаимовыгодны и современным учреждениям культуры.

В статье анализируется современный театральный синтез, основанный на многозадачности творчества и технологической части постановочного процесса. Автор описывает основные аспекты деятельности режиссера и художника-сценографа. Осуществляя профессиональную деятельность, режиссер сталкивается с множеством разнохарактерных обязательств перед театром. Как руководителю творческого коллектива ему необходимо, в строго определенной последовательности, решить все задачи постановки: от идеи спектакля до премьеры. Сценограф, отвечая за зрелищную составляющую, реализует материально-вещественное оформление спектакля, организует деятельность художников-технологов, вводит в театральное произведение инновационные средства усиления художественной выразительности режиссерского замысла - компьютерные технологии и мультимедийные эффекты. Театральный зритель, осваивающий коммуникативный потенциал мультимедиа, перевоплощается из «наблюдателя» в «сотворца», созидая уникальный творческий синтез.

После просмотра в Национальном театре Республики Карелия спектакля «Нора» по пьесе норвежского драматурга Генрика Ибсена «Кукольный дом» мне захотелось рассмотреть достоинства и недостатки этой постановки и понять, насколько точно её создателям удалось перенести идеи Ибсена на сцену. К несомненным достоинствам спектакля следует отнести его художественное оформление. Декорации заслуживают всяческой похвалы: простая белая платформа, имитирующая квартиру Хельмеров с минимумом мебели (несколько стульев, стол, диван) и парой игрушек на полу, по окончании какой-либо сцены вращалась, и на её белые стены проецировались картины норвежских художников-импрессионистов. Этот лаконизм интерьера придаёт пьесе новое прочтение и вневременной характер (разрыв с конкретной социально-исторической средой -норвежским обществом второй половины XIX века). Некоторые опрошенные мною однокурсники также одобрительно отозвались о музыкальном оформлении спектакля: музыка, оставаясь как бы фоном, тем не менее хорошо дополняла происходящее на сцене. Игрой актёров также можно восхититься, видно, что все они профессионалы, способные глубоко вжиться в образ своего героя и удивительно точно воспроизвести любые эмоции -радость, горе, тревогу, страх. Так, в финальной сцене мы видим в игре Андрея Горшкова (Торвальд) и Юлии Куйкка (Нора) всю тяжесть испытываемых их героями чувств: вспотевшее лицо Торвальда показывает его напряжение, а из глаз Норы проступают горькие слезы. Вместе с тем некоторые режиссёрские новации вызывают вопросы, например об уместности чрезмерной иногда экзальтированности главной героини и соответствии поведения героев нормам и ценностям общества, описанного Ибсеном. Гримасы, странные жесты и вульгарное поведение в отдельных сценах кажутся странными и ненужными для раскрытия основных мыслей произведения. В обществе владычества строгой протестантской морали (каким и была Норвегия в XIX веке) вульгарное поведение жены по отношению к другим мужчинам и даже к собственному мужу выглядит весьма странным. Сюда можно отнести поцелуй Крогстадтом Норы или периодическое ползание супругов по полу и мебели. Преувеличенные порой до гротеска жесты (танцевальные па, прыжки, хлопанье руками по столу в сценах общения Норы с доктором Ранком) противоречат самому норвежскому менталитету: строгости, сдержанности чувств и их проявлению через конкретные поступки. Скупость в проявлении ярких эмоций делает эти поступки более весомыми, поскольку мотивированы они скрытыми или подавленными чувствами