Научный архив: статьи

Цель статьи – выявление этнокультурной семантики зоонимов, обозначающих представителей семейства беличьих, в алтайском языке. В анализе лексических единиц применялись сравнительно-сопоставительный метод, а также методики семантического, компонентного и контекстуального анализа. Материал для анализа зоонимов извлекался из словарей, фольклорных, художественных текстов, а также из речи носителей алтайского языка. Новизна исследования заключается в рассмотрении семантических и мотивировочных признаков зоолексем, обозначающих представителей семейства беличьих, а также в выявлении принципов их номинаций.

Метафоры и метонимии, связанные с беличьими, возникли в охотничьем лексиконе для косвенной номинации животных на основе определенных денотативных признаков их внешности и стереотипов поведения, местообитания, а также на основе метафоризации и коннотации. Одним из способов репрезентации зоонимов является образная номинация животных по звукам, издаваемым ими. Для номинации животных используются эвфемизмы, звукоподражательные глаголы и междометия. Другим способом номинации животных является их наименование по окрасу, обладающее метафорической образностью и эмоциональной оценочностью. Метафорическое отождествление животных из семейства беличьих с другими представителями животного мира придают яркую образность этим эвфемизмам.

В контексте антропоцентризма языка в функционировании зоонимов-беличьих наблюдается, с одной стороны, явная зооморфизация человека, с другой – антропоморфизация и мифологизация животных. При антропоморфизации образа животного перенос происходит на основе семантических признаков – морально-этических, эмоционально-психических, социальных: «жадный» (о бурундуке), «обидчивый» и «хитрый» (о суслике). Социальные метафоры возникли на основе отождествления белки с «собирателем дани», сурка с «хозяином» степи, имеющим «слуг».

При зооморфизации перенос признаков животного на человека основывается на оценке его морально-этических, физических и интеллектуальных качеств. Метафорические номинации белки и суслика обозначают быстрого, шустрого, трудолюбивого человека, метафорические номинации сурка – ленивого. Образу суслика уподобляется хитрый, глупый, вороватый человек, захватывающий чужое; образу бурундука – жадный, а также наивный, доверчивый человек; с бобром отожествляется мудрец, уважаемый старец.

Можно сделать вывод, что зоонимы, обозначающие отдельные виды семейства беличьих, широко представлены в алтайском языке, о чем свидетельствуют материалы различных текстов. Они образуют особое лексико-семантическое пространство и составляют важный фрагмент языковой картины мира алтайцев со всей совокупностью приобретенных ими ассоциаций и оценочных коннотаций.

В статье рассматривается возможность трансформации мифологизированных языковых единиц семиотической системы, отраженной в тексте олонхо П. П. Ядрихинского-Бэдьээлэ «Девушка-богатырь Джырыбына Джырылыатта». Данное олонхо сохранило в себе многие утерянные фрагменты культуры народа саха. Выявлены вербальные и невербальные символы, отражающие традиционную картину мира. Установлено, что акциональный код олонхо разворачивается вокруг основного сакрального действия – поклонения божествам айыы. При этом особое место занимают последовательные действия при совершении родильного обряда, связанные с почитанием покровительницы родов – богини Айыысыт. Даются четкие пространственно-структурные локусы якутского пантеона божеств. Магическое почитание природы представлено зооморфными архетипными символами. Ландшафты Верхнего, Срединного и Нижнего мира представляют структурирующий звуковой код в олонхо. Поведение в срединном мире регламентируется следующими ключевыми понятиями: верхнее/нижнее, правое/левое, западное/восточное, благородное/неблагородное, мужское/женское, жизнь/смерть. Темпоритм олонхо задается эпическим хронотопом «сжатого» и социального времени. Строго придерживаются коллективные предпочтения цветообозначений, числовая символика.

Статья посвящена репрезентации языковой картины мира через призму фразеологии на примере фразеологических единиц с компонентами, входящими в лексико-семантическое поле «Еда». Предметом исследования является обширный фрагмент общего фразеологического гнезда с вершиной соль: культурно значимой, востребованной носителями языка реалией. Исследуемый фрагмент частного фразеологического гнезда, образованный в национальном русском языке на базе первичного лексико-семантического варианта полисеманта соль «белое кристаллическое вещество с острым характерным вкусом, употребляемое как приправа к пище», пересекается с фрагментом фразеологического гнезда с вершиной хлеб «пищевой продукт, выпекаемый из муки».

Целью статьи является выявление и описание семантических особенностей фразеологических единиц с компонентами - номинациями пищевых продуктов (хлеб, соль), которые представляют собой ключевые концептуальные доминанты пищевого кода в языковой картине мира, формируют устойчивое единство и покрывают объемное семантическое поле. Анализ фразеологизмов с данными компонентами позволяет выявить оригинальные ассоциации, а также важные для носителей языка свойства хлеба и соли. Эти свойства переосмысливаются носителями языка и приобретают роли символов, что становится основой для формирования фразеологизмов.

Материалом статьи послужили фразеологические единицы различных типов, включая пословицы и поговорки, которые были извлечены методом сплошной выборки из различных словарей: русского литературного языка, словарей народных говоров, а также вебсайтов, форумов, отражающих разговорную речь носителей языка. В качестве основного использовался структурно-описательный метод, а также применялись методы семантического и компонентного анализа.

В статье выявлены и описаны единицы, которые отражают важность хлеба и соли как символа гостеприимства, доверия, дружбы, благодарности, благословения, взаимности как в дружеских, так и во враждебных отношениях, а также те, в которых единство хлеба и соли мыслится как нечто важное, ценное, первостепенное, является объектом почитания и сакрализации. Отмечено, что единство хлеба и соли, представляя собой культурологически и духовно значимую ценность, является многомерным и многофункциональным символом.

Полученные в ходе исследования результаты могут быть использованы при проведении занятий по лексикологии русского языка, межкультурной коммуникации, при разработке курсов, связанных с изучением фразеологизмов русского языка, при написании выпускных квалификационных работ, а также научных статей.

Введение. Статья посвящена понятийной концептуализации удовольствия в английском и русском языках. Основной целью работы является описание лексических единиц, обозначающих удовольствие, и анализ их семантической структуры, результаты которого могут использоваться в сентимент-анализе, новом методе прикладной лингвистики, направленном на выявление эмотивной лексики в текстах. Исследование основано на методах дефиниционного, понятийного и интерпретативного анализа, а также на материалах толковых, синонимических и фразеологических словарей, включая определения, сгенерированные с помощью нейросети. Результаты исследования показывают, что в английском языке концепт «pleasure» охватывает широкий спектр значений, включая положительные эмоции и источники удовольствия. Анализ фразеологии показывает, что получение удовольствия для носителя английского языка может быть связано с потерей контроля над собой и имеет тесную связь с молодостью. Установлено, что концепты, входящие в тематическое поле «pleasure», могут отличаться по интенсивности и степени выраженности эмоций, по продолжительности и уровню субъектности лица, получающего удовольствие. Более детальная концептуализация этой сферы в английском языке указывает на большую важность идеи удовольствия для носителей этого языка. В русском языке удовольствие связано с радостью и удовлетворением, при этом акцент делается на компенсации за пережитые страдания. Соотношение синонимов и оттенки значения настолько различаются в двух изучаемых языках, что полностью эквивалентные концепты установить невозможно.

Заключение. Эти выводы имеют значение для прикладных лингвистических исследований, в частности, при проведении сентимент-анализа. Различия в концептуализации удовольствия могут существенно повлиять на точность сентимент-анализа и, следовательно, должны учитываться при составлении тональных лексиконов и их переводе.

Вербальное отражение этнокультурной стереотипизации представляет собой выражение социально-культурных особенностей этносов и исторически сформированных межэтнических и межкультурных отношений. В частности, тенденции функционирования этнокультурных стереотипов в обществе отчетливо проявляются в юмористическом дискурсе. Современная американская Stand-up комедия, сочетающая в себе черты личного разговора, социально-политического комментария и актерского представления, является ярким отражением общественных процессов взаимодействия этносов и культур в обществе США как поликультурного государства. Статья посвящена исследованию способов вербализации этнокультурных стереотипов в современной американской Stand-up комедии. Понятие “стереотип” рассматривается как этнокультурное явление с точки зрения лингвистики, что позволяет осветить способы его отражения в языке. На основе материала выступлений современных артистов индийского происхождения в американской Stand-up комедии проводится контекстуальный анализ с целью выделить и охарактеризовать общие черты вербализации этнокультурных стереотипов.

В статье рассматривается репрезентация концепта «ветер» в современной русской публицистике и художественной литературе. Материал исследования определен методом выборки на основе Национального корпуса русского языка. Сделан вывод о смещении смысловых приоритетов при общем сохранении ядра семантической структуры концепта. Полученные в ходе анализа результаты сопоставлены с выводами других исследователей.

Рассмотрено функционирование милитарной метафоры как одного из ведущих видов концептуальных метафор в текстах кинофильмов Э. Рязанова. В современной лингвистике все больше внимания уделяется изучению когнитивной метафоры, служащей основополагающим инструментом интерпретации креолизованного текста, в частности кинотекста. Однако работ, исследующих реализацию военной метафорики в кинотексте, практически не представлено. В данной статье впервые предпринята попытка выделить и проанализировать метафорические модели, структурирующие тематические группы военной лексики: «наименования военных действий и способов ведения войны», «наименования результатов ведения военных действий», «наименования лиц, имеющих прямое и косвенное отношение к военным действиям», «наименования видов оружия и его элементов», «наименования войсковых групп, подразделений». В результате исследования раскрыты их лексико-семантические, категориально-грамматические, функциональные, стилистические и лингвокультурные особенности в киноязыке. Показано национально-культурное своеобразие метафорического осмысления лексики семантической сферы «война», тем самым отражен фрагмент русской языковой картины мира путем выявления основных случаев использования милитарной метафоры в повседневной речи. Результаты проведенного анализа могут быть использованы в практике обучения русскому языку как иностранному, при подготовке учебных пособий по метафорологии и лингвистике кинотекста.

Статья посвящена изучению структурно-семантических и лингвокультурологических особенностей диминутивных наименований лица по возрасту в англоязычной картине мира. На основе отобранного эмпирического материала осуществлена его семантическая классификация, выявлена гендерная и культурная специфика, установлены разноуровневые средства выражения диминутивной семантики. В основе понимания возраста в англоязычной картине мира лежит линейная концепция времени, приоритет которой определяется ее культурной значимостью для носителей английского языка. В статье выявлены наименования лица следующих возрастных групп: детство, молодость, взрослость, старость. Указанные диминутивные словоформы по возрасту представлены в английском языке асимметрично. Преобладание диминутивных обозначений ребенка обусловлено рядом факторов, ключевым из которых выступает значение «малый размер / ребенок» как ядерное значение категории диминутивности. Семантическая структура рассматриваемых наименований лица не ограничивается компонентом возраста и включает семы пола, внешности, поведения и другие, что способствует определению границ референтной группы. Диминутивные наименования лица по возрасту имеют уменьшительное, ласкательное, уничижительное, уменьшительно-ласкательное и уменьшительно-уничижительное значение, которое может выражаться на морфологическом, синтаксическом и лексико-семантическом уровне.

Язык цветов издавна существует у разных народов и может служить ярким средством характеристики той или иной культуры. Рассматриваются фразеологизмы с компонентом цветы в русском, английском и китайском языках, определяется их роль в языковых картинах мира носителей данных языков. Цель - через анализ фреймовой организации фразеологизмов установить особенности категоризации действительности в разных языках. Фразеологизмы с компонентом цветы больше свойственны китайской и английской культурам, в русской культуре их значительно меньше, что связано с климатическими условиями и традициями земледелия на Руси. Применен метод фреймового анализа, с помощью которого исследуются фразеологизмы в последние десятилетия. Проведенный анализ показал, что во фразеологизмах анализируемых языков обнаруживаются сходства в организации мыслительных процессов представителей разных лингвокультур, что на уровне фреймов проявляется в наличии общих субфреймов. Во всех трех языках к ядерным субфреймам относятся субфреймы характеристика субъекта, действие, направленное на субъект, качественная оценка действительности, оценочная характеристика действия, носители языка сравнивают цветы с разными человеческими качествами, дают характеристику происходящему, оценивают действия, совершаемые субъектом. Различия проявляются в реализации субфреймов на уровне слотов, что проявляется в частично совпадающем перечне качеств, оценок, характеристик, действий и обусловлено спецификой национального мировидения и миропонимания, поэтому результаты исследования могут быть применены в межкультурной коммуникации носителей русского, английского и китайского языков.

Цель. Рассмотреть лингвокультурологический концепт «дуб» и исследовать содержание этого концепта в славянских мифах, поставив задачу произвести полиаспектный синхронно-диахронный анализ основных экспликаторов – дуб и дерево.
Процедура и методы. В исследовании применены: 1) описательный метод, заключающийся в представлении современных значений слов дуб и дерево, а также истории этих слов и их этимологии; 2) сопоставительный метод, связанный с установлением исторической синонимичности слов дуб и дерево; 3) методы структурного и семантического анализов фразеологических единиц, связанных с лексемой дуб.
Результаты. Проведённое исследование показало, что лексема дуб и устойчивое сочетание вечное/мировое древо для исследуемой в статье мифологической картины мира, т. е. дохристианского периода и начала христианского; дуб и вечное/мировое древо, а также фразеологизмы, связанные со словом дуб, отражают языческие, мифологические и христианские представления русского человека.
Теоретическая и/или практическая значимость заключается в трёхуровневом исследовании концепта «дуб» и связи репрезентирующей его лексемы со словосочетанием «вечное/мировое древо»: в речевом материале наблюдалось замещение лексемы дуб на вечное древо и наоборот. На основании рассмотрения современных значений слов дуб и дерево, изучения их этимологии и истории установлены основания для восприятия в мифологическом сознании русского человека (дописьменной эпохи, вероятно, во время распространения язычества, в дохристианский период) дерева дуб как вечного /мирового дерева, находящегося в центре мироздания.

Статья посвящена изучению категории пространства в рамках русской языковой картины мира. В работе рассматриваются понятия, связанные с пространственными отношениями, которые отражаются в русском языке. Кроме того, проводится анализ особенностей использования пространственной концепции в русском языке, а также обсуждаются культурные аспекты, связанные с изучением категории пространства в русской языковой картине мира. Авторы подчеркивают, что категория пространства имеет особое значение в русском языке. Цель статьи состоит в рассмотрении основных особенностей представления категории пространства в русской языковой картине мира. Новизна статьи заключается в ее особенном подходе к анализу представления пространства в русском языке и связи пространственной категории с культурой и мышлением. Русский язык, как и любой другой язык, отражает национальную культуру и менталитет, и изучение категории пространства может помочь лучше понять особенности восприятия мира русскими носителями. В статье рассматриваются теоретические и практические аспекты изучения категории пространства в рамках лингвистики. В заключение авторы отмечают, что изучение категории пространства в русской языковой картине мира имеет важное значение для дальнейших лингвистических исследований. Результаты статьи могут быть полезными для лингвистов, изучающих русский язык и его особенности в представлении пространства; для студентов и исследователей, изучающих русский язык как иностранный; для антропологов, культурологов и других специалистов, интересующихся категорией пространства в языке и его влиянием на культуру и мышление. Понимание особенностей представления пространства в русском языке поможет переводчикам точнее передать смысл и нюансы текста. Кроме того, данная информация может быть полезной при взаимодействии с русскоязычными людьми в межкультурной коммуникации.

Статья посвящена важности изучения политического дискурса при подготовке специалистов в области устного и письменного перевода. В статье рассматриваются основные аспекты, которые создают трудности при переводе политических текстов.