Научный архив: статьи

Введение. В современном научном знании спектр дисциплин, изучающих проблемы института семьи, достаточно широк. Включенная в перечень научных специальностей православная теология также предполагает в своем предметном поле исследование семьи и брака, но в особом, неповторимом богословском аспекте. Применение теологического подхода к изучению указанных феноменов позволяет сформировать более полную картину об этом явлении в системе социально-гуманитарного знания. Однако на данном этапе развития теологии как науки она требует научных исследований, направленных на систематизацию и развитие своего предметного поля, категориального и методологического аппарата, адаптированных к условиям и специфике современной цифровой культуры.

Материалы и методы. Статья является продолжением исследований вопросов духовно-нравственного и гражданско-патриотического воспитания на основе ценностей православия в условиях современной культуры и специфики ее развития, проводимых в рамках философской научной школы, существующей на базе НГПУ им. К. Минина. В работе используются такие методы исследования, как аналитический обзор, анализ, обобщение. Результаты исследования. Обосновано положение о том, что теологический анализ института семьи на современном этапе развития культуры необходимо выделить в отдельное научное направление, содержащее исторические, теоретико-методологические и практические материалы. Это позволит на единых системных основаниях проводить исследование существующих проблем в сохранении традиционных семейных ценностей, направленных на духовное возрождение России.

Обсуждение и заключения. Анализ и обобщение результатов развития православной теологии в исследовании института семьи показал, что на современном этапе отсутствует их выделение в особую область теологического знания. В настоящей статье были разработаны предложения по развитию теоретических, методологических и практических направлений в православной теологии, которые позволят на единых системных основаниях проводить исследование существующих проблем в сохранении традиционных семейных ценностей в России.

Статья посвящена такой форме новых религиозных движений (также «вымышленных религий») как «культ Альяха» (автор использует также термины «лавкрафтианская магия» и «лавкрафтианство»), преимущественно в отечественном пространстве. В ходе исследования был выявлен стихийный характер формирования данного культа (посредством сновидчества) и описаны некоторые элементы «Священного Писания/Предания» «культа Альяха». Данное обзорное исследование приводит к следующим результатам:
1. Религиизация литературного наследия Г. Ф. Лавкрафта началась приблизительно в 1960-е гг. и продолжается по сей день как за рубежом, так и на территории России.
2. Сам Г. Ф. Лавкрафт был максимально далек от буквального восприятия описанных в своих произведениях потусторонних реалий. 3. Сердцем лавкрафтианства являются искусственно созданные вымышленные книги из произведений Лавкрафта и его последователей, зачастую написанные анонимно.
4. Основным методом формирования Предания в лавкрафтианской магии является онейрический метод – обращение к сновидениям, который и объясняет неясный туманный характер данного учения.
5. Само учение представляет собой мешанину идей, заимствованных из Телемы, различных форм сатанизма, мейнстримового оккультизма и неоязычества.
6. Влияние Лавкрафта заметно также в крупных нарративах современной философии: спекулятивном реализме, объектно-ориентированной онтологии и киберфеминизме.

В статье на материале опубликованных работ и архивных документов анализируется интерпретация эвгемерической теории в работах В. Рожицына 1920–1930-х гг. Советский ученый писал публицистические труды, находившиеся в русле антирелигиозной пропаганды того времени. Критикуя христианский культ святых в соответствии с социально-политическими запросами, автор затрагивал в своих работах ряд важных теоретических и методологических проблем, актуальных для современного религиоведения. В своих работах В. Рожицын пришел к разделению научного и наивного эвгемеризма. Научный эвгемеризм, по мнению автора, был научно-критическим инструментом, который использовали ученые разных эпох, включая самого В. Рожицына. Этот метод позволял находить прототипы мифологических сюжетов в исторических событиях прошлого, за божественным основателем той или иной религии видеть жившего некогда человека. Наивный эвгемеризм, с точки зрения автора, был мыслительным механизмом, характерным для религиозного сознания. Пик наивного эвгемеризма, по мнению В. Рожицына, приходился на II–III вв. Несмотря на то, что с помощью такого разделения автор решал собственные задачи, его интерпретация эвгемеризма помогает поновому взглянуть на современные методологические и терминологические трудности.

Статья посвящена нарративам о богослужениях под открытым небом (прежде всего, возле святых источников) в Тамбовской области в послевоенные годы. Эти богослужения имели для Тамбовщины особое значение: во-первых, из-за того, что в результате сталинских репрессий практически все церкви остались без духовенства и были закрыты – следовательно, верующим нужно было искать другие места для богослужения, во вторых, из-за того, что в этом регионе было много истинно-православных христиан, никогда не молившихся в церквях Москов­ского Патриархата – и в их среде возник обычай совершать альтернативные богослужения у святых источников. Нарративы о таких богослужениях в настоящее время бытуют в православных внехрамовых сообществах Тамбовщины.

Статья отведена под обстоятельный обзор основных направлений религиозно-философской мысли самаритян, оформившихся под непосредственным влиянием арабоязычной философии в XI– XVIII вв. Анализируя доступные ему рукописные памятники самарян (в частности, ʼАбу ал-Хасана ас-Сури, XI в.; Мунаджжи ибн Садаки, Садаки ал-Хакима, XII–XIII вв.; Ибрахима ал-Кабаси, XV–XVI вв.; ал-Газзала ал-Газзи и Ибрахима ал-ʻАййи, XVIII в.), автор приходит к выводу о зарождении в их среде четырех несамостоятельных богословских школ – самаритянских калама (спекулятивной теологии), перипатетизма (арабского неоплатонизма), суфизма и ишракизма («философии озарения»). В пределах общей доктрины, предусматривающей верность единому правовому дискурсу, веру в исключительность храма на горе Гризим, Самаритянского Пятикнижия, общую эсхатологию и учение о божественных атрибутах, ас-Сури и ал-ʻАййа развивали собственный вариант мутазилитского и матуридитского калама соответственно, Мунаджжа и Садака – перипатетико-исмаилитское учение о Мировой Душе, ал-Кабаси – суфийскую концепцию духовной иерархии, а ал-Газзи – теорию световой природы движения, предложенную иллюминационистами (ишракитами). Исследованию предпосылается введение, освещающее историю богословия самаритян в IV–XI вв., а также связь последнего с иудейским дискурсом.

На протяжении своего апостольского служения Павел вынужден был объяснять смысл распятия Мессии. Другой проблемой для него было обрезание язычников. Павел не только выступал против принуждения неевреев к обрезанию, но и против добровольного обрезания язычников. Вероятно, за этим стояла вера в существование жесткого барьера между народами. В статье исследуются возможные еврейские корни Павловой аргументации. Показано, что в еврейской традиции существовала связь между кровью обрезания и кровью жертвоприношения. Опираясь на это, Павел описывает распятие Мессии как коллективное обрезание обращенных язычников. Павел рассматривает общину последователей Иисуса как иерусалимский храм, где происходит актуализация распятия и вкушение Христа как пасхального агнца. Попытка языческого обрезания рассматривается им как отрицание того, что язычники уже обрезаны в Мессии на кресте. Статья написана в свете новой парадигмы «Павел в рамках иудаизма». В рамках этой парадигмы послания Павла рассматриваются как обращенные преимущественно к неевреям и не подвергаются универсализации. Весть Павла является формой «иудаизма для язычников» и не является отступлением от Торы. Распятый Мессия-моэль является еврейским героем для язычников, присоединяющим их к семье Авраама. Результатом креста стала возможность приблизиться к богу Израилеву и получить эсхатологическое спасение. Храмовый же культ в Иерусалиме является даром Бога еврейскому народу и путем спасения для Израиля. Для Павла распятие Христа не отменяет и не заменяет его.

В статье представлены результаты исследования проблемы изучения православия в России китайскими учеными. Определено, что одно из направлений деятельности научных центров Шанхайского университета международных исследований и Хэйлунцзянского университета - это изучение русской православной культуры, отношений государства к Церкви, современного национального развития российского общества. Выявлено, что, начиная с конца 90-х гг. ХХ в. в научных журналах превалируют аналитические, обзорные, сопоставительные статьи, посвященные изучению темы православия в России.

Это позволило обосновать цель исследования - выявить значимость национально-специфических подходов к исследованию православия в России китайскими философами. Показано, что в начале XXI в. в Китае идет целенаправленное исследование православной культуры, деятельности Русской православной церкви в России.

Заключается, что для научной среды Китая это является средством понимания национальной политики, отношения государства к религии в РФ.

В настоящей статье проводится системный анализ трансформации и функционирования религиозных традиций авраамических религий в парадигме обыденности. Автором рассмотрен процесс интеграции религиозных норм в повседневную жизнь человека с сохранением ими своего практического и экзистенциального значения. Акцент в работе сделан на механизмах адаптации религиозных постулатов к реалиям секулярного общества посредством личного опыта каждого отдельно взятого человека. В статье отмечается, что именно в сфере обыденности религиозная традиция не только сохраняется, но и преобразуется, становясь гибким инструментом для осмысления повседневности и конструирования личной и коллективной идентичности. Данное утверждение подкрепляется рядом примеров повседневных практик верующих, воплощающих в себе следование религиозным нормам, несмотря на внешние обстоятельства. Таким образом, демонстрируется формирование уникального религиозного ландшафта.

Статья посвящена изучению рационалистических сект протестантского типа, которые получили распространение на территории Тобольской губернии в конце XIX — начале XX веков. Проанализированы документы фондов Тобольского государственного архива, публикации в газете «Тобольские епархиальные ведомости», труды представителей православного духовенства. Анализ источников позволил авторам сделать вывод о том, что протестантские секты (штундизм, баптизм, меннонитство и адвентизм) появляются на территории губернии с конца XIX века, а рост числа сектантов в регионе обусловлен изданием законов о началах веротерпимости 1905—1906 годов. Подчеркивается, что распространение рационалистических учений иностранного происхождения было важной тенденцией в развитии религиозного сектантства России в рассматриваемый период. Сделан вывод о том, что губернские и епархиальные представители власти испытывали сложности в отнесении религиозных общин к определенным направлением рационалистических сект, что можно объяснить как многочисленностью толков, так и распространенной среди штундистов, баптистов, меннонитов практики переходов из одного направления в другое. Авторы отмечают, что в целом для местных сибиряков новые учения редко становились привлекательными, а численность сектантов в Тобольской губернии увеличивалась в основном за счет переселенцев из европейской и южной частей России.

Процесс научного перевода Буддийского канона на русский язык начат во второй половине XIX — начале ХХ в., однако продвижение идет не так быстро, и причин для этого много. Во-первых, колоссальный объем Буддийского канона, освоение его у всех народов занимало многие сотни лет (в Китае — 800 лет, в Тибете — 600, в Монголии — около 400). Во-вторых, адекватность перевода требует не только хороших лингвистических знаний, но и глубокой специализации в разных сферах буддийских наук, в которых эпистемология отличается от современной, европейской. Сегодня рост интереса россиян к Учению Будды и укрепление его влияния в мировом масштабе ставит перед нами задачи углубления и расширения буддологических исследований как на академическом научном, так и на практическом уровнях и прежде всего — ускорения процесса переводов буддийских канонических текстов на русский язык. Развитие современных технологий, цифровых методов хранения, распространения и обработки информации позволяет переложить рутинные процессы переводческой работы на автоматизированные системы, использование ИИ должно интенсифицировать процессы перевода буддийских текстов. Автор обращает внимание читателя на многообразие форм передачи Святого писания буддистов, которые зависят от исторических условий и специфики культурного багажа в каждом из регионов мира, где адаптировался буддизм. Однако формальные признаки носителя письменной информации — от пальмовых листьев до цифрового формата — не изменяют философского содержания и сути буддизма.

Настоящее исследование является частью изучения гомилетического наследия архимандрита Феофана (Александрова): уделяется внимание его слову, которое он произнес на отпевании Е.В. Салтыкова, отца русского писателя М.Е. Салтыкова-Щедрина. Исследование актуально в контексте малоизученности фигуры отца Феофана и его наследия. Обзорно рассматривается биография гомилета, а затем, на основе упомянутого слова, отмечаются характерные черты его проповеди: выводится схема произнесенного слова, выявляются приведенные примеры. В приложении помещена сама проповедь, которая публикуется для читателя впервые после ее выпуска в 1852 г.

Изучение жанров религиозного дискурса в аксиологическом аспекте - важное направление современной лингвистики. Актуальность темы обусловлена как собственно лингвистическими аспектами (исследование способов экспликации ценностей в религиозных текстах, изучение жанра проповеди), так и теолингвистическими (выявление взаимосвязи между каноническими требованиями конкретной конфессии и их языковым воплощением в тексте). Проповедь как жанр задает критерии аксиологического идеала, под которым понимаются догматически обусловленные представления о норме, должном поведении, которыми должны руководствоваться верующие. Материалом исследования послужили тексты современных католических и православных венчальных проповедей. Целью является выявление и сопоставление аксиологических предпочтений в каждой конфессии. В католической церкви догматически приняты компоненты, характеризующие семью, каждый из которых, кроме «гражданское воспитание детей, которое осуществляют родители», отражен в анализируемых текстах. Ценности «таинства брака» и «взаимная любовь супругов» связаны с любовью к Богу. «Плодотворная любовь супругов, которая открыта для принятия детей» фиксирует христианское представление о детях как благословении Божьем. В текстах православных проповедей на первое место выходят взаимоотношения супругов, идея тяжести брака, роль терпения и смирения в семейной жизни, неразрушимость брачных уз. Выделяются семейные роли: власть мужа и послушание жены. Акцент делается на необходимости сохранения света и радости, полученных во время таинства венчания. Католические и православные проповеди опираются на прототекст Священного Писания, на первое место ставится божественная природа брака, его роль в достижении цели христианской жизни. В католических проповедях существенное место занимает воспитание детей, в православных делается акцент на роли мужа и жены в браке.