Научный архив: статьи

Статья посвящена творчеству Джорджа Рюде, видного британского и австралийского историка Французской революции. Джордж Рюде, родившийся в Осло в 1910 г., переехал в Лондон со своим отцом - норвежским инженером и с матерью-англичанкой в 1919 г. В 1931 г. он окончил Кембриджский университет по специальности «языки» и, заняв политически активную позицию, вступил в Коммунистическую партию Великобритании в 1935 г. Он преподавал языки в частных школах, пока в 1949 г. его не уволили из-за его коммунистических взглядов. Он отправился в Париж для продолжения учебы в аспирантуре. Его докторская диссертация, защищенная в 1950 г. в Лондоне, в конечном счете вылилась в его первую книгу «Толпа во Французской революции» (1959). В 1959 году Рюде предложили работу в Университете Аделаиды (Австралия), и там он, наконец, получил академическую должность. Десятилетие, проведенное им в Аделаиде с 1960 г., стало самым продуктивным в его жизни. Он опубликовал или завершил большую серию книг по французской, британской и европейской истории. Как историк-марксист, Рюде в первую очередь интересовался тем, как два потрясения конца XVIII века - промышленная революция в Англии и Французская революция - радикально изменили социально-экономические структуры, характер правящей элиты, социальный состав городских толп и формы их коллективного протеста. Великие книги Рюде оказали огромное влияние не только благодаря сочетанию в них глубокой эрудиции и концептуального размаха, но и благодаря его способности к ясным и последовательным рассуждениям о великих преобразованиях в Западной Европе в столетие после 1750 г. У него были прочные политические убеждения, но он спокойно относился к своей партийной принадлежности, хотя порой она навлекала на него тяжелые последствия. Его личное влияние на историографию в Австралии и других странах было огромным.

В статье анализируются предпосылки возникновения чилийского Левого революционного движения (Movimiento de Izquierda Revolucionaria - MIR) и его деятельность от Учредительного съезда в августе 1965 года до переворота 11 сентября 1973 года, рассматриваются формы деятельности MIR в период Народного Единства и структура организации. MIR возник после поражения кандидата левых С. Альенде на выборах 1964 года в результате объединения групп, стоявших левее ведущих партий чилийского рабочего движения - коммунистов и социалистов. Главной идеей MIR было отрицание возможности мирного пути к социализму. Стремясь стать партией революционной войны, миристы в годы правительства Народного Единства наибольших успехов достигли в массовой легальной работе и сумели обрести социальную опору среди таких народных групп, как жители трущоб и крестьяне - мапуче южного Чили. Отстаивая идею «народной власти» и «прямой пролетарской демократии», MIR после 1969 года был организован иерархически - вертикально, съезды партии проводиться перестали. В итоге противоречия внутри организации накапливались и не решались. Активисты, не согласные с триумфалистскими настроениями руководства партии, отходили от деятельности или продолжали заниматься ею без энтузиазма. 11 сентября показало, что представления друзей и врагов о военных способностях MIR оказались преувеличены. Организация так же не смогла оказать сопротивление военному перевороту, как это не смогли сделать и партии Народного Единства.

В статье предлагается исследование траектории перуанского историка-марксиста, партийного и общественного деятеля, интеллектуала Рикардо Мартинеса де ла Торре (1904-1968). В первой части основное внимание уделяется его биографическим данным, во второй - вкладу в марксизм, а в третьей - комментарии к основным произведениям автора. Эта работа является частью модели, разработанной Núcleo Praxis для словаря марксистов в Северной и Южной Америке, стремящейся выделить поразительные элементы отдельных траекторий. Мартинес де ла Торре выделяется своей уникальной работой по документированию и составлению архивов перуанского рабочего и коммунистического движения в период с 1918 по 1948 год, а также своими теоретическими и политическими текстами, претендующими на продолжение традиции великого перуанского мыслителя и лидера Хосе Карлоса Мариатеги в коммунистическом и левом движении.

Политик, писатель, путешественник, Либорио Хусто был одним из первых троцкистов в Аргентине, в молодости примкнул к реформистскому движению, критиковал структуру латифундий и защищал борьбу коренных народов и континентальную интеграцию. Большой импульс к его политической ориентации он получил от процесса Университетской реформы 1918 г. и Российской революции. В его политической эволюции он углубил свой критический взгляд на собственное происхождение и социальные условия своей страны и континента. Он определил ядро экономических интересов аргентинской олигархии и подчиненные ей связи с империализмом, проанализировав экономическую и социальную структуру страны. Данная статья посвящена его политическому пути и формированию его концепции революции и национального освобождения.

Хосе Карлос Мариатеги - перуанский писатель, журналист, редактор, социолог, философ и коммунистический лидер, он был пионером американского марксизма, поставившим в центр марксистских дебатов такие вопросы, как коммунистическая организация уклада индейских (коренных) народов Америки и необходимое соотношение между реалистическими и романтическими (утопическими) элементами в революционном строительстве. Его тяга к марксизму родилась из поиска объяснения исторических процессов долгого времени в Перу, а также под влиянием происходивших революционных процессов, которые диалектически связало бы местные традиции и особенности с современной наукой и философией. Мариатеги посвятил себя изучению автохтонной андской цивилизации, подавленной колонизацией, и размышлениям о возможностях разрыва с этой внешней по отношению к коренной культуре и обществе структурой. Его политическая практика отличалась вниманием к индейской культуре, к индеанизму, которые он воспринимал как революционный элемент, порождавший ту атмосферу, которая была возникла во всем мире благодаря русской революцией, которая в среде, системе политического и экзистенциального отчуждения, присущего капитализму, сумела пробудить те силы, которые устремились к созданию нового человека, нового общества. В статье предлагается очерк жизни и теоретический вклад Мариатеги в марксистскую науку, что стало своего рода первым проявлением «латиноамериканизированого» марксизма.

Основываясь на концепции роли социально-психологического «портрета» ученого, выдвинутой известным ученым-экономистом Н. Д. Кондратьевым (1892—1938), в предлагаемой статье рассматриваются основные этапы жизненного пути выдающегося отечественного экономиста, одного из основателей профсоюзного движения в России — Владимира Владимировича Святловского (1871— 1927); раскрывается становление Святловского как российского поэта серебряного века, подвергшегося довольно жесткой критике А. Блока. В статье дается описание участия В. В. Святловского в рабочем движении до и после революции 1905 г., раскрывается его роль в становлении российского профсоюзного движения, показывается развитие в его трудах проблематики неприглядного повседневного быта широких народных масс и их материального состояния как центральной темы политэкономических работ ученого, а также освещается «поэтическая» составляющая социально-экономических тезисов Святловского-марксиста.

И. Кант является одним из тех философов, чьи идеи были интересны и востребованы отечественной философией, начиная с первоначального знакомства с ними ещё при его жизни, и до сегодняшнего дня. Анализ кантианства поэтому выступает как необходимая составная часть интеллектуальной истории России. Однако в настоящий момент в наибольшей степени его значимость и влияние раскрыто применительно к дореволюционному периоду. Отсюда цель статьи заключена в выявлении основных этапов анализа кантианства в рамках советской философии и специфики оценивания учения Канта в этот период. Исследование этого вопроса обладает достаточной историко-философской актуальностью, как ввиду значимости фигуры Канта и диалогичности русско-немецких философских связей, так и диалогичности внутри самой отечественной философии. Решение поставленной цели осуществлено посредством обзорно-аналитической работы. Основные результаты предпринятого исследования выражаются в следующих утверждениях. Первое - интерес к кантовской философии в советское время носил некоторый «волнообразный» характер, но идеи Канта были предметом рассмотрения на всём протяжении существования и развития советской философии. Второе - в анализе кантовской философии можно выделить четыре основных периода: 20-е годы; 30-е - 40-е годы; 50-е - начало 80-х годов; середина 80-х - начало 90-х годов ХХ века. Третье - оценивание идей Канта в эти периоды характеризуется как общностью, так и различием. Общность заключается в базовых положениях, исходящих из классического марксистского истолкования немецкого философа как диалектического идеалиста, основоположника немецкой классической философии, создателя определённой формы агностицизма. Различие обусловливается рядом внешних по отношению интеллектуальной жизни обстоятельств и также «волнообразно», от объективности к выраженной идеологизации и возвращению к объективности. Четвёртое - советской философии удалось достичь ряда значимых результатов в осмыслении Канта, ставших фундаментом дальнейших исследований в условиях возвращения к философскому плюрализму в постсоветской России.

В статье собраны тексты, написанные Вадимом Михайловичем Межуевым в разные годы. В них представлено видение автором фундаментальных философских проблем - таких как свобода, культура, история, цивилизация, марксизм, «русская идея». В статью включены фрагменты интервью и выступлений В. М. Межуева.

Рецепция системомыследеятельностной (СМД) методологии Г. П. Щедровицкого в современной академической литературе противоречива. Большинство авторов расходятся во взглядах на то, какое отношение методология имеет к научному и философскому мейнстриму, а также высказывают полярные мнения относительно ее социально-политического смысла. Исследование направлено на то, чтобы предложить вариант непротиворечивого представления о СМД-методологии, проследив за развитием этого похода в культурно-историческом контексте. Во введении проведен краткий обзор литературы с выявлением точек расхождений. Затем реконструировано философское и социально-политическое содержание СМД-методологии. СМД-методология рассматривается как одна из веток развития марксизма, испытавшая влияние кибернетики в 1960-е годы. Проанализированы контекст возникновения и структура организационно-деятельностных игр. Показано, что в основе СМД-методологии лежит идея самоорганизующейся машины, которая противопоставляется ригидной организации бюрократизованного советского общества и направлена на неопосредованное управление коллективами людей производством. СМД-методология возникает как реакция на застой, который критикуется с марксистских позиций. Проект Щедровицкого должен был восприниматься в СССР в общих рамках социалистического проекта и подразумевал движение к «безгосударственному» обществу без централизованного управления и разделения труда.

В статье представлен подробный разбор появления понятия «социальная инфраструктура», а также предпринят политологический анализ, направленный на изучение роли инфраструктуры в жизни современного общества.

В первой части статьи говорится о зарождении понятия «социальная инфраструктура», начиная с конца 40-х годов ХХ века. Рассматриваются исследования иностранных ученых – таких, как Розенштейн-Родан, а также труды и отечественных специалистов – таких, как С. А. Хейман и др.

Далее описываются изменения, произошедшие в понятийном поле «социальной инфраструктуры» по мере ее эволюции. Подробно рассматриваются различные аспекты, которые повлияли на видоизменение данного общественно-политического феномена.

Вместе с тем, в статье отдельно рассматривается роль социаль-ной инфраструктуры на примере сельского хозяйства. Приводятся мысли автора о проблемах и перспективах в данной сфере, решение которых напрямую зависит от развития инфраструктурных проектов.

В завершении статьи делается вывод о взаимосвязи между экономическим положением, социальной инфраструктурой и нацио-нальной безопасностью государства. Отдельно автор подчеркивает важность развития транспортной инфраструктуры государства, особенно, в условиях глобальных вызовов и угроз.

Личность И. Сталина в истории России является спорной и неоднозначной, политические и социально-экономические преобразования в Советском Союзе 30-х гг. персонифицировались в образе вождя и характеризуются по праву как сталинский период правления страной, которые вызывают интерес в науке и имеют также противоречивую оценку. Анализируя советскую эпоху необходимо руководствоваться событиями, которые могли повлиять на ее политику. В данной статье рассмотрены различные мнения исследователей на причины сталинских репрессий в 1937-1938 гг., при этом охарактеризована советская политика и сложная общественно-политическая ситуация, которая сложилась к началу Великой Отечественной войны. Среди основных причин развязывания карательной кампании против мирных граждан страны можно назвать военную угрозу извне, ускоренное развитие экономики и становление нового строя. Массовые репрессии привели к невосполнимым людским потерям, но истинные причины, масштабы и последствия этого феномена не нашли однозначного и обоснованного ответа в современной историографии. При написании статьи автор руководствовался общенаучными методами: анализ, синтез, комплексность, сравнительный подход к изучаемому материалу и его обобщение, а также принципами историзма, объективности и научности. Такой подход не только предоставил возможность объективно рассмотреть историческое прошлое и выработать на этой основе некоторые положения, но и избежать идеологизации исследования. Статистический метод позволил установить причинно-следственную связь событий и их динамичность во времени. Использование автором аналитического метода позволило придать работе уровень теоретических обобщений.

В статье рассматривается процесс теоретического развития японского коммунистического движения. Основное внимание уделено появлению внутри движения различных течений и фракций, кот орые вступали в противоречие как с руководством Коммунистической партии Японии (КПЯ), так и с линией Коминтерна. За всю довоенную историю Японии внутренние расколы оставались одной из самых основных проблем японского коммунистического движения наравне с по стоянными правительственными репрессиями. Степень ожесточенности последних также оказывала влияние на возникновение и идейное содержание внутрипартийных группировок КПЯ. Тяжесть положения японских коммунистов способствовала росту как легалистских, так и кр айне радикальных тенденций. В первом случае выдвигались требования ограничения деятельности КПЯ парламентской борьбой и исключения из партийной программы всяких революционных положений. Во втором случае же было характерно возникновение откровенно террорист ических настроений, что лишь ещё больше отталкивало рабочий класс от партии. Автором выделяются основные теоретические и практические расхождения между различными фракциями КПЯ, а также предпринимается попытка определить причины их возникновения.