Научный архив: статьи

Работа Маттео Пасквинелли «Измерять и навязывать. Социальная история искусственного интеллекта» в современном теоретическом ландшафте может показаться анахронизмом. Действительно, в последние десятилетия философская и социологическая концептуализация техники оказалась в ситуации, где техника никак не может считаться «просто техникой», то есть некоторым необязательным дополнением, приемом или кунштюком, который можно было бы вывести за скобки. С одной стороны, техника представляется особым, независимым «слоем» реальности или отдельной эволюционной линией, развивающейся по собственной логике, — в том смысле, что предшественниками одних технологических форм могут быть только другие технологические формы

В статье рассматриваются условия воспроизводства самого концепта кризиса знания в ситуации, созданной революцией Иммануила Канта. Последняя понимается как жест радикального отстранения от той онтологии, в которой знание могло бы существовать как часть мира, часть наиболее привилегированная и могущественная. Тезис Канта о невозможности согласовывать наше знание с вещами скрывает в себе память о знании как уже выполненной в мире инстанции или «светиле», которое объединяло в себе три фигуры отождествления: самопознание с познанием мира, познание с основанием или фундаментом и познание с могуществом. Расщепление этих тождеств задало направления «кризисов знания» как исторически известных, так и возможных в будущем. Самопознание и данность любого интеллекта для самого себя перестали сходиться с познанием мира. Познание мира, в том числе научное, перестало совпадать с действенностью этого мира или логикой оснований. Наконец, знание как таковое перестало быть наиболее реальной частью этого мира. Кризис, определяемый невозможностью схождения познания и основания, стал выполняться в виде отказа от традиционной формулы «интеллект становится тем, что познает». Сегодня знание реализуется в формах, не позволяющих интеллекту становиться вещью, и именно этот запрет прочерчивает границы современного региона знания, который не может претендовать на онтологическую завершенность или даже локализуемость. Знание, как и некогда бытие, попало в зону омонимии, в которой размножение знаний уже не обещает решения принципиальных проблем его обоснования, поставленных философией Нового времени