Научный архив: статьи

Актуальность и цели. Актуальность предложенной к обсуждению темы обусловлена необходимостью научного осмысления цикличности постсекулярного общества и возрождения религиозного сознания в современном мире. Цель исследования заключается в изучении исторического опыта разработки стратегии государственно-конфессионального взаимодействия для обеспечения устойчивого развития и мобилизации ресурсов духовной сферы (на материалах Советской России / СССР в 1920-х - начале 1930-х гг.). Материалы и методы. Основу доказательной базы исследования составили документы, раскрывающие специфику государственной политики в отношении ислама и мусульманской уммы в 1920-х гг. и представленные в фондах Российского государственного архива новейшей истории и Государственного архива Российской Федерации. Выбор методологического инструментария связан с теорией социального конструкционизма П. Бергмана и Т. Лукмана, рассматривающей процесс формирования и институционализации социальных феноменов посредством социальных же интеракций, а также новой культурной истории, акцентирующей проблемы формирования идентичности и социальных представлений. Результаты. Проанализированы результаты разработки истории мусульманской уммы в советский период в отечественной историографии, выявлены основные циклы эволюции государственно-конфессиональной политики в Советской России / СССР. Важнейшим аспектом проблемы стала реконструкция движения религиозной самоорганизации мусульманских общин в условиях крушения империи и становления сепарационной парадигмы религиозной политики. Выводы. На рубеже XIX-ХХ вв. мусульманская умма России, будучи вовлеченной в процессы либерализации и формирования гражданского общества, вступает в период активных поисков новых форм самоорганизации и самоопределения. Факторами модернизации выступили становление парламентаризма и крушение империи, а ресурсами - развитие просвещения, печати и формирование политических объединений. Захват власти большевиками радикально изменил характер сепарационной модели. Коммунистическое богоборчество («воинствующий атеизм») рассматривалось инструментом мобилизационной парадигмы, что обеспечило утверждение авторитарно-репрессивного характера отношений власти и церкви в СССР. Вместе с тем активное и пассивное массовое сопротивление мусульман (сохранение и деятельность незарегистрированных общин, религиозных школ, петиционное движение в защиту вероучения, проведение съездов мусульманского духовенства, соблюдение обрядов, сохранение традиций организации религиозной жизни) вынуждало власти идти на временные уступки и исподволь ограничивало административный нажим. Выбор стратегии государственно-конфессиональной политики, кризисно-циклический каркас которой сложился в 1920-1930-е гг., доказал свою историческую несостоятельность к концу ХХ в.

Актуальность и цели. Актуальное значение избранной темы определяется необходимостью всестороннего изучения различных вопросов и форм взаимоотношений власти и общества российской провинции в моменты коренных исторических изменений, одним из которых был период осуществления новой экономической политики, когда происходило изменение всех подсистем общества, трансформировались мировоззренческие установки населения. Аналогичные процессы происходили совсем недавно: смена представлений о месте и роли различных социальных групп в российском обществе как основание заново формирующихся настроений. Цель исследования заключается в комплексном рассмотрении проблемы взаимоотношений власти и общества в годы новой экономической политики на материалах Пензенской губернии для поиска эффективного опыта устойчивого развития регионов. Отдельное внимание уделено вопросам взаимодействия власти и населения в решении проблемы беспризорности и безнадзорности, поскольку отношение к несовершеннолетним определяет будущее развитие любого общества. Материалы и методы. Использованы различные материалы: архивные, результаты исследований взаимоотношений власти и населения в отечественной историографии, правовые источники (законодательные и другие официальные акты). Методологические подходы, основанные на принципах научной системности, объективности и историзма, определили предмет исследования. Результаты. Всестороннее исследование явлений и фактов реальной действительности базировалось на объективном и беспристрастном истолковании и оценивании. Проанализирован характер взаимодействия власти и общества в исследуемый период. Рассмотрена проблема отношений с властью в Пензенской губернии в кризисных социально-экономических и политических условиях. Отражены особенности восприятия населением губернии проводимых властью мероприятий, выявлены противоречия во взаимоотношениях пензенской общественности с властью, а также отражены особенности существования общества в данных исторических условиях. Исследовано влияние государственной политики на отношения внутри общества и преодоление одной из важнейших проблем - беспризорности и безнадзорности детей. Выводы. На всем протяжении новой экономической политики взаимоотношения общества и власти носили противоречивый характер. Проблемы в реализации новой эконмической политики непосредственно отражались на отношениях местных партийно-государственных органов и пензенской общественности. Создание низовых структур советской власти фактически было навязано крестьянству как враждебное общине образование. Волостные и сельские советы действовали в сфере административного управления, учета и контроля, другие вопросы были отнесены к полномочиям схода, что укрепляло контркультурный по отношению к общине характер советской власти. Во второй половине 1920-х гг. новая власть поглотила общину, реальной полнотой власти обладали местные структуры большевистской партии. На протяжении всех 1920-х гг. фиксировался рост социальной напряженности. Остро стояла проблема беспризорности и безнадзорности несовершеннолетних. На начальном этапе новой экономической политики слаженных институтов и действий, направленных на преодоление исследуемых социальных явлений, не было. Перед обществом и государством стояли другие проблемы: все усилия в это время были направлены на восстановление экономики страны (ликвидировались последствия голода и недорода, шла борьба за жизнь детей). Только к середине 1920-х гг. были определены основы для будущей борьбы с беспризорностью: действовали все основные организации, ведущие борьбу с беспризорностью, законодательно были закреплены меры, позволявшие решать данную проблему более эффективно и с меньшими затратами

Необходимость изучения социальной роли Русской православной церкви и духовенства в эпоху позднего СССР отражает социальный запрос на научное осмысление феномена религиозного возрождения, сформировавшегося вопреки насаждению атеистического мировоззрения. Эффективным методологическим инструментарием для решения данной проблемы выступает антропологический подход, ориентирующий исследователя на изучение социально-психологических аспектов, анализ практик духовно-нравственного служения. Аргументированность выводов дополняет применение историко-биографического метода как в отношении «главного», так и «коллективного» героев повествования, а также новой локальной истории, опирающейся на такие конструкты, как социальная роль, социальное взаимодействие в пределах определенного жизненного пространства. Корпус источников сформирован материалами личного происхождения, делопроизводственной документацией уполномоченных Совета по делам РПЦ при Совете министров СССР и Совета по делам религиозных культов при СМ СССР, представленной в фондах Государственного архива Пензенской области. В ходе источниковедческого анализа удалось выявить широкий спектр информационного потенциала документов. Несмотря на формальную установку на поиск доказательств нисходящего развития церкви и победу секуляризированного сознания, отчеты уполномоченных периода «оттепели» фиксируют плохо скрываемую констатацию торжества православной идентичности. При этом маркерами укрепления «церковного влияния» выступают: рост доходов религиозных общин, масштабов исполнения треб (прежде всего, крещений), посещаемости храмов, развитие паломничества к «святым местам», масштабирование практик социального служения духовенства. Сохранение и воспроизводство православной идентичности объясняется необходимостью адаптации, усвоения населением ценностных ориентаций нового индустриального общества посредством обращения к духовным истокам православной цивилизации и переживанием прежнего опыта. С другой стороны, происходила эволюция конфессиональной политики, что выразилось в либерализации политических реалий. Несмотря на ужесточение налоговой политики в отношении РПЦ, бюрократизацию процедуры исполнения религиозных обрядов, административное рвение блокировалось появлением малейшей угрозы массовых беспорядков. Феномен осознанного выбора стези духовно-нравственного служения рассматривается на примере жизненного пути известного пензенского педагога, историка, музейного работника и священнослужителя Михаила Анатольевича Лебедева (1889-1879).