Научный архив: статьи

Изучается сюжет, не освещенный в историографии, — о декабристах, признанных на следственном процессе непричастными к тайным обществам. Статья продолжает цикл публикаций о неизученных и «незамеченных» участниках декабристского движения. Проведен критический анализ содержащихся в следственных материалах данных, включая неопубликованное дело А. М. Голицына. Дана оценка достоверности показаний свидетелей. Автор останавливается на тактике защиты обвиняемого, роли родственных связей в вынесении оправдательного решения. Проанализированы сведения из мемуарных источников, указывающие на участие офицера в тайном обществе и событиях 14 декабря 1825 года. Осуществлена реконструкция участия А. М. Голицына в деятельности декабристской конспирации. Анализ документов и неучтенных свидетельств показывает, что следствие не только не учитывало в полном объеме имевшиеся показания, но и не располагало всей информацией об участии этого офицера в декабристской организации. Выдвигается предположение о том, что значительное воздействие на оправдательный вердикт следствия оказали родственные связи подозреваемого, которые представлены фигурой А. Н. Голицына — близкого к императорской семье сановника и члена Следственного комитета. Автор статьи приходит к выводу о принадлежности А. М. Голицына к участникам декабристского движения, избежавшим наказания.

Статья посвящена декабристам, оправданным в ходе следствия и признанным непричастными к тайным обществам. Данная проблематика практически не разработана в историографии. Подчеркивается, что научное значение разработки темы связано с изучением истории выступления Черниговского полка. В отношении оправданных декабристов ставится вопрос выбора, а именно — что считать достоверным: уличающие показания, доказывающие принадлежность к тайным обществам, или оправдания подозреваемых и итоговый вердикт следствия? Отмечается, что традиционный взгляд отдает предпочтение официальным выводам следствия. Автор статьи предлагает альтернативную точку зрения, доказывая справедливость свидетельских показаний по делу одного из оправданных лиц — подполковника И. А. Арсеньева. Проводится обстоятельный сопоставительный анализ следственных материалов, в том числе привлекается неопубликованное дело И. А. Арсеньева. Уделяется внимание тактике защиты оправданного лица. Актуальность исследования обусловлена значимым для историографии декабризма анализом достоверности содержащихся в следственных показаниях данных, учетом стратегий защиты обвиняемых. Автор приходит к выводу о принадлежности И. А. Арсеньева к участникам декабристского движения.

История декабризма – одно из плодотворно развивающихся в течение многих десятилетий направлений в изучении российских политических движений и общественно-политической мысли. Широкий фронт научных работ в этой тематической области, начиная со второй половины XIX в. и до настоящего времени, привлечение к нему интереса специалистов, представляющих различные гуманитарные науки – историков, филологов, правоведов, экономистов, философов, культурологов, искусствоведов, привели к формированию значительной научной традиции, появлению большого массива исследовательских трудов, документальных публикаций, источниковедческих, текстологических и археографических разработок, историографических обзоров и т. д. Тематическое поле декабристоведческих исследований привлекло к себе особое внимание библиографов: на протяжении 1920–1990-х гг. вышли в свет четыре основополагающих и несколько дополнительных библиографических указателей, содержащих практически полную информацию о вышедших в свет научных, научнопопулярных и прочих трудах, вплоть до начала 1990-х гг.1

В статье собраны данные о влиянии на ход и результаты следствия по делу декабристов родственных связей привлеченных к расследованию лиц. В центре внимания находятся декабристы, избежавшие суда и оказавшиеся в числе административно наказанных, прощенных и освобожденных от наказания или признанных непричастными к делу, несмотря на имевшиеся показания о членстве в тайных обществах (М. Ф. Орлов, П. П. Лопухин, Л. П. Витгенштейн, А. А. Суворов и др.). Опираясь на конкретные случаи расследования и решения участи подследственных, имевших родственников – крупных государственных и военных деятелей, автор выясняет, насколько существенным было вмешательство родственных связей в работу следствия, воздействие влиятельных заступников на его исход. Сопоставление «степени вины» и итогового вердикта следствия позволяет ответить на вопрос о значении внешнего влияния на решение участи обвиняемых. По сравнению с предшествующей историографией привлеченные данные отличаются большей полнотой и детализацией.