Научный архив: статьи

ВВЕДЕНИЕ. Согласно Венской декларации и программе действий 1993 г., в ходе международного сотрудничества в области защиты и поощрения прав человека необходимо иметь в виду значение национальной и региональной специфики и различных исторических, культурных и религиозных особенностей государств. Принятые под эгидой Организации исламского сотрудничества (далее – ОИС, Организация) международно-правовые акты закрепляют взаимосвязь между защитой и поощрением прав человека и охраной социальных систем государств – членов Организации. Цель данной статьи – выявить влияние исторических, культурных и религиозных особенностей государств – членов ОИС, лежащих в основе «права на родословную», закрепленного в решениях данной Организации, на международную защиту прав ребенка и применение механизмов замены ухода за детьми, лишенными семейного окружения, данными государствами.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. Автор применяет системный и сравнительный метод к исследованию положений универсальных международноправовых актов, решений ОИС и национального законодательства государств-членов Организации. Предметом исследования являются международные отношения государств – членов ОИС, связанные с защитой права ребенка на родословную и применением механизмов замены ухода за детьми, лишенными семейного окружения. В результате исследования установлено влияние национального и международно-правового регулирования защиты родословной ребенка на толкование и применение универсальных норм о защите и поощрении прав ребенка. РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. Исламское право закрепляет правовые основы защиты родословной ребенка, под которой понимается его постоянная правовая связь с биологическими родителями. Государства – члены ОИС применяют доктринальную концепцию «родословной» при помощи нормативных терминов “ ” и “ ”, которые переводятся на английский язык при помощи понятий “lineage”, “descent”, “filiation” и “parentage”. Государства – члены ОИС указывают на необходимость защиты родословной ребенка в своих международно правовых позициях, однако недостаточная координация их внешней политики в сфере защиты прав ребенка не позволяет государствам эффективно защищать данные позиции в международных организациях и органах системы ООН. Термин «право на родословную», закрепленный в Декларации о правах и заботе о ребенке в исламе 1994 г. и проекте Джиддской Конвенции ОИС о правах ребенка, означает право на постоянную правовую связь ребенка с его биологическим отцом. Данное право неизвестно Конвенции о правах ребенка 1989 г. и не совпадает по содержанию ни с одним из закрепленных в ней прав.

ОБСУЖДЕНИЕ И ВЫВОДЫ. Защиту родословной ребенка следует считать исторической, культурной и религиозной особенностью некоторых, но не всех государств – членов ОИС. Не существует единого подхода к имплементации права ребенка на родословную. Позиции государств – членов ОИС по вопросам защиты родословной ребенка влияют на правовое регулирование механизмов замены ухода за детьми, временно или постоянно лишенных семейного окружения. Следует различать государства, допускающие полное усыновление, простое усыновление или несколько форм усыновления, а также государства, запрещающие усыновление. Государства – члены ОИС придерживаются различных международно-правовых позиций по вопросам толкования и применения универсальных норм международного права о защите права ребенка, насколько это возможно, знать своих родителей и получать их заботу, а также права ребенка, лишенного семейного окружения, на замену ухода. Поскольку подходы государств к толкованию и применению положений универсальных международных договоров о защите прав ребенка, касающихся института усыновления, различны, их имплементацию следует считать делом, по существу относящимся к внутренней компетенции государства.

ВВЕДЕНИЕ. Настоящая статья посвящена анализу комплекса политико-правовых причин закрепления запрета занятия евгеникой в европейском праве. В статье рассматриваются современный запрет евгеники в Хартии Европейского союза об основных правах 2000 г., запрет в международном уголовном праве, исторический опыт регулирования евгенических практик в странах Европы, а также новые вызовы в рассматриваемой сфере.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. В научном исследовании рассмотрены международные договоры, конвенции, а также судебная практика. При подготовке исследования использовались общенаучные и частнонаучные методы познания (методы анализа и синтеза, дедукции, индукции, сравнительно-правовой и формальноюридический методы).

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. Автор приходит к выводу о нескольких блоках причин современного запрета применения евгенических практик. Первый блок связан с криминализацией ряда евгенических практик, включая целенаправленную селекцию людей, на международном уровне после Второй мировой войны. Второй блок причин запрета евгеники обусловлен провалом политико-правового курса в ряде стран Европы (прежде всего, Скандинавии), связанного с ущемлением в репродуктивных правах определенных уязвимых социальных групп. Третий блок причин вызван попытками внедрения современных достижений биомедицины и генетики, затрагивающих репродукцию и геном человека, и способных негативным образом повлиять на интересы будущих поколений человечества.

ОБСУЖДЕНИЯ И ВЫВОДЫ. Новые вызовы евгеники сложно поддаются регулированию и зачастую не охватываются каким-либо запретом или правовым регулированием в целом. Очевидной угрозой является то, что занятия евгеникой в целях селекции людей, чему способствует развитие новейших биотехнологий, может стать инициативой гражданского общества без каких-либо государственных программ и политических курсов и основываться на деятельности негосударственных акторов или убеждениях частных лиц.

ВВЕДЕНИЕ. Академическая ценность данной статьи выражается в дополнении научных знаний о роли интеграционных объединений в здравоохранении, о методах и средствах борьбы с пандемиями и эпидемиями на интеграционном уровне. Достигнуто это за счет выполнения цели исследования: указать, какие именно правовые и институциональные структуры и механизмы существуют на уровне интеграционных объединений для борьбы с пандемиями и их последствиями, насколько они эффективны. Целью были определены задачи исследования: рассмотреть действия интеграционных объединений в ходе борьбы с пандемией в правовом и материально-экономическом аспектах; определить реальную роль интеграционных объединений в борьбе с пандемиями и сходными угрозами здоровью населения для дальнейшего совершенствования международного сотрудничества и евразийской интеграции; оценить соответствие действий институтов интеграционных объединений учредительным документам; построить пути совершенствования интеграций в сфере охраны здоровья, исходя из полученного опыта.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. Методологическая основа исследования базируется на общефилософском методе диалектики. Из специальных и частнонаучных применены: сравнительно-правовой метод (сопоставление правовых систем и регулирования разных интеграционных объединений, а также мер, которые принимались в ответ на пандемию), социологический метод (влияние условий пандемии на общество в разных средах интеграции), аксиологический метод (изучение ценностей как основы интеграционных объединений, их отражение и влияние на принятие международно-значимых решений).

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. В ходе определения эффективности институтов, структур и механизмов интеграционных объединений в обеспечении эпидемиологического благополучия выявлена их значительная роль в противодействии пандемическим и эпидемиологическим угрозам здоровью. Это отмечено действиями и мерами, принятыми Европейским союзом (ЕС) и Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС) в ходе пандемии COVID-19. Аспекты сотрудничества между странами-участницами (транспортное сообщение, координация санитарных мер, поддержка экономики и социальной сферы, обмен информацией и опытом) и институтами этих интеграционных объединений (Еврокомиссия, Европарламент, Евразийская экономическая комиссия) были продиктованы их учредительными актами (Договором о Европейском Союзе (ДЕС), Договором о функционировании Европейского союза (ДФЕС), Договором о ЕАЭС) и иными документами.

ОБСУЖДЕНИЕ И ВЫВОДЫ. В ходе кризиса проявились не только вызовы, требующие решений в процессе обеспечения благополучия (баланс свобод и ограничений, рациональное распоряжение ресурсами, равновесие национальных и интеграционных интересов), но и перспективы развития интеграций в будущем (План NextGenerationEU, возникновение Глобальной сети цифровой сертификации в области здравоохранения), сформирована судебная практика (иски Еврокомиссии, работа Суда ЕАЭС). В рамках выводов отмечена как необходимость повышения устойчивости систем здравоохранения ЕС и их централизации, подготовки бюджета к потенциальным угрозам в будущем, что является полезным опытом для евразийской интеграции, так и важность углубления интеграции, реформ существующих институтов и налаживание межгосударственного диалога для ЕАЭС. Кризис стал катализатором развития интеграций, причиной появления новых конфликтов и противоречий, решения которых определили направления эволюции в дальнейшем. Основные катализаторы кризиса были не медицинского, а организационного и экономического характера.

ВВЕДЕНИЕ. Статья исследует мониторинг соблюдения прав человека в рамках Всеобщей системы преференций (далее – ВСП) Европейского союза (далее – ЕС). Цель работы – проанализировать, как ЕС использует торговые преференции для продвижения прав человека в развивающихся странах, уделяя особое внимание эффективности механизмов мониторинга и процедур отмены преференций. Задачи исследования включают: изучение этапов развития программ ВСП ЕС; анализ нынешней системы мониторинга; оценку недавнего случая частичного отзыва преференций у Камбоджи; а также выявление сильных и слабых сторон системы с предложениями по ее улучшению.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. Исследование основано на комбинации методов, включая анализ документов ЕС, таких как Регламент (ЕС) № 978/2012 (основа текущих программ ВСП) и Делегированный регламент Комиссии (ЕС) № 1083/2013 (детализация процедуры отмены преференций). В рамках кейс-стади был изучен недавний отзыв части торговых преференций у Камбоджи в связи с массовыми нарушениями прав человека в стране, в частности, роспуском Партии национального спасения и арестом ее лидера Кем Сокха. Дополнительно изучены доклады мониторинговых органов Организации Объединенных Наций (далее – ООН), Международной Организации Труда (далее – МОТ) и институтов ЕС в целях оценки эффективности мониторинга. Такой подход позволяет системно оценить как формальные процедуры, так и практическую реализацию обусловленности (кондициональности) прав человека в торговой политике ЕС.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. Исследование показало, что система мониторинга ЕС использует многоуровневый подход: от усиленного политического диалога до формальной процедуры отмены преференций. Случай Камбоджи продемонстрировал как сильные стороны, так и ограничения системы мониторинга. Несмотря на многолетние усилия Европейской комиссии, ситуация с правами человека в стране не улучшилась, что привело к частичной отмене преференций в рамках программы «Все, кроме оружия» (далее – EBA), затронувшей около 20% экспорта Камбоджи в ЕС. Сильные стороны системы: поэтапный подход дает странам время на исправление нарушений; оценка на основе данных из широкого круга источников повышает объективность; экономические стимулы способствуют соблюдению прав человека. Однако выявлены и ключевые недостатки: неполная прозрачность, централизованное принятие решений, непропорциональное воздействие на уязвимые группы и ограниченное влияние при наличии у стран-бенефициаров доступа к альтернативным рынкам.

ОБСУЖДЕНИЕ И ВЫВОДЫ. Проведенный анализ позволяет утверждать, что, хотя система мониторинга ВСП ЕС создает основу для продвижения прав человека через торговую политику, для большей эффективности необходимы существенные улучшения. Рекомендации включают: установление четких ожиданий по проведению реформ, направленных на улучшение ситуации с правами человека, для стран с учетом их экономической и социальной ситуации, повышение прозрачности через проведение публичных слушаний и раскрытие «списков проблем»; проведение оценок социальных последствий до отмены преференций; координацию с другими развитыми странами для выработки единого подхода. Программа ВСП+ выделяется использованием подхода кнута и пряника, однако ЕС необходимо балансировать между чрезмерным давлением и минимизацией негативных последствий для уязвимых групп в странахбенефициарах.

ВВЕДЕНИЕ. В статье рассматривается эволюция концепции целостности личности в международном праве. Анализ международно-правовых актов универсального и регионального характера, а также дел, рассмотренных в международных судебных и квазисудебных инстанциях, подтверждает двуединую природу этой концепции, которая состоит из права на физическую целостность и права на психическую целостность личности. Особое внимание в статье уделяется вызовам, создаваемым стремительным развитием нейротехнологий, которые требуют переосмысления содержания концепции целостности личности, в частности ее психической составляющей. В доктрине рассматриваются подходы, предлагающие либо сформировать новые, так называемые «нейроправа», либо включить их в уже существующее право на психическую целостность личности и защищать по аналогии с опытом защиты права на физическую целостность личности.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. Исследование основано на комплексном анализе международно-правовых актов и прецедентной практики международных судебных органов. Методологическую основу составили общенаучные методы (анализ, синтез, индукция, дедукция, системный подход) и специальные юридические методы (формально-логический, структурноюридический, сравнительно-правовой). Акцент сделан на сочетании сравнительно-правового метода и системного подхода при изучении и проведении анализа особенностей закрепления права на целостность личности среди фундаментальных прав человека на международном универсальном и региональном уровнях. Также дополнительно автор использует метод «лестничного исследования» при рассмотрении практики международных судебных органов в исследуемой сфере.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. Установлено, что концепция целостности личности, закрепленная в международном праве, носит двуединый характер, охватывая физическую и психическую целостность. Показано, что если физический аспект разработан достаточно детально, то психическая составляющая долгое время оставалась в тени и лишь недавно стала предметом активных дискуссий. Выявлено, что развитие нейротехнологий (нейростимуляция, нейрохакинг, манипуляции с памятью) создает угрозы психической автономии и когнитивной свободе человека, что актуализирует вопрос о необходимости новой системы гарантий.

ОБСУЖДЕНИЕ И ВЫВОДЫ. В статье обсуждаются различные доктринальные подходы к защите психической целостности: от расширения толкования существующих прав (права на уважение частной жизни, достоинство человека, свободы мысли) до создания новых специальных прав (право на психическую неприкосновенность, право на когнитивную свободу, право на психическое самоопределение). Автор присоединяется к преобладающей точке зрения, согласно которой «нейроправа» целесообразно рассматривать не как абсолютно новые права, а как логическое развитие существующих прав, в частности права на психическую целостность личности. Делается вывод о необходимости нормативного закрепления и конкретизации содержания психической целостности по аналогии с физической, с учетом современных нейротехнологических рисков, для обеспечения эффективной защиты фундаментальных прав и достоинства человека.

ВВЕДЕНИЕ. В условиях неуклонного роста числа мигрантов и вынужденно перемещенных лиц миграция имеет потенциал как для содействия развитию государств, так и для создания проблем для всех задействованных сторон. Соединенные Штаты Америки (далее – США) – государство, созданное мигрантами и длительное время занимающее первую строчку в списке стран мира по числу находящихся на их территории лиц, не обладающих гражданством государства пребывания. Отмеченное определяет особый интерес к опыту миграционной политики и законодательного регулирования миграции в США. В статье представлен анализ развития миграционной политики и миграционного законодательства США в XVII–XXI вв., особое внимание уделено использованию таких мер ограничения и контроля миграции, как задержание мигрантов и беженцев, а действующие нормы сопоставлены с международно-правовыми обязательствами государства.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. Работа базируется на исследовании законодательства США в сфере миграции и вынужденного перемещения, анализе международно-правовых актов касательно миграции, вынужденного перемещения и защиты прав человека, использовании научной литературы на русском и английском языках, а также статистических и иных источников по теме исследования. Применены общенаучные и частно-научные методы познания: системный подход, анализ, синтез, формально-юридический, историко-правовой, а также сравнительно-правовой методы.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. По итогам проведенного исследования сделан вывод, что миграционная политика и законодательство США прошли в своем развитии ряд этапов, в ходе которых отношение к иммигрантам изменялось в диапазоне от поощрения миграции до введения жестких ограничений. Сформированные на сегодняшний день международно-правовые основы в сфере миграции и вынужденного перемещения не в полной мере связывают США по причине участия государства в малом числе применимых международных договоров, а действующие для США обязательства не в полной мере выполняются.

ОБСУЖДЕНИЕ И ВЫВОДЫ. Инструментарий реализации миграционной политики США характеризовался значительным разнообразием и включал в себя как допустимые с точки зрения современного международного права методы, так и не вполне ему корреспондирующие, включая задержание и последующую депортацию мигрантов, беженцев и лиц, ищущих убежище, о чем свидетельствует мониторинг уставными (через процедуру Универсального периодического обзора) и договорными (прежде всего, через рассмотрение периодических докладов) органами реализации международно-правовых обязательств США. При этом крайне жесткие меры, анонсированные и уже предпринятые Д. Трампом в 2025 г., не являются радикально меняющими вектор развития миграционной политики, права и практики США, давно отошедших от либеральности и мягкости в установлении условий въезда на свою территорию и пребывания на ней мигрантов и беженцев.

Отключение интернета в Западном Папуа и Новой Гвинее рассматривается как пример неспособности министерства связи и информатизации Республики Индонезия сбалансировать национальную безопасность и цифровые свободы. Отключение интернета подверглось критике как авторитарная стратегия, которая подрывает права человека и цифровые свободы, создавая и углубляя недоверие между государством и гражданами. Государству (в данном случае министерству) необходимо воздержаться от злоупотребления своими полномочиями и гарантировать, что правила кибербезопасности не нарушат гражданские свободы, поскольку чрезмерные ограничения ослабляют демократические ценности. Показывается несоблюдение государством (министерством) стандартов кибербезопасности, что привело к нарушениям прав человека и манипулированию восприятием национальной безопасности, а в конечном итоге нанесло ущерб репутации Индонезии. Подчеркивается ценность долгосрочных отношений в переходном правосудии, обосновывается необходимость подхода, ориентированного на человека, институциональной транс формации в рамках национальных инициатив по кибербезопасности, важность прозрачности, подотчетности и защиты в предотвращении будущих злоупотреблений. Авторы призывают к переоценке практик кибербезопасности для цифровых свобод, указывая на необходимость прозрачной и инклюзивной политики, отражающей демократические принципы.

В условиях глубокого кризиса межгосударственных отношений, негативно влияющих на ключевые составляющие системы коллективной безопасности на основе Устава ООН, включая универсальные правозащитные механизмы, все более актуальным и востребованным становится обоснованная дискуссия о новой международной архитектуре защиты прав человека, как важная сфера международного и национального правопорядка. Целью предлагаемой работы является спрогнозировать в какой степени для новой международной архитектуры защиты прав человека будут востребованы концептуальные, нормативные и институциональные основы ныне функционирующей межгосударственной системы защиты прав человека с её сильными и слабыми сторонами какие факторы и обстоятельства могут сыграть в этом деле решающую роль. В результате анализа и учета ключевых моментов и закономерностей, присущих международной политической системе, где главенствующую роль продолжают играть суверенные государства, сформулированы выводы, имеющие концептуальное и прикладное значение, которое могут и должны быть учтены при формировании новой архитектуры защиты пра человека, претендующей адекватно заменить действующую систему защиты прав человека. Эти выводы и вытекающие из них рекомендации основываются на положениях Устава ООН и Всеобщей декларации прав человека, утверждающих необходимость совместного действия государств и институтов глобального управления на основе международного сотрудничества, а также общего понимания характера прав и свобод человека. Только при наличии таких условий возможно конструктивное сотрудничество суверенных государств в сфере прав человека, что в свою очередь будет служить условием всеобщего благосостояния. При отсутствии этих же условий, права человека, наоборот, становятся орудием борьбы, объектом двойных стандартов в международных отношениях и в деятельности международных правозащитных органов.

В статье рассматривается развитие института ответственности бизнеса за нарушение прав человека. Отмечается, что защита прав человека являлась одним из основных направлений развития международного права в XX в., что привело в том числе к расширению состава субъектов, которые несут ответственность за соблюдение прав человека. Упоминается деятельность Центра по транснациональным корпорациям ООН, основная задача которого заключалась в разработке Кодекса поведения для ТНК, который предлагал уважать права человека и основные свободы. Дальнейшее развитие института ответственности бизнеса за соблюдение прав человека связывается с принятием Руководящих принципов для многонациональных предприятий ОЭСР, Глобального договора ООН, а также Норм, касающихся ответственности транснациональных корпораций и других предприятий в области прав человека, на основе которых позже предполагалось принять юридически обязательный документ. Деятельность Специального представителя Генерального секретаря по вопросу о правах человека и транснациональных корпорациях и других предприятиях, кульминацией работы которого стала разработка Руководящих принципов предпринимательской деятельности в аспекте прав человека ООН, оказала большое влияние на развитие института ответственности бизнеса за соблюдение прав человека. Среди других ключевых событий можно назвать борьбу народа Огони с корпорацией «Shell», а также создание Принципов Салливана. Деятельность судей в США и Европе и нормотворчество на уровне ЕС также развивает и расширяет ответственность ТНК. Автор подчеркивает ключевую тенденцию нормотворчества в сфере ответственности бизнеса за нарушение прав человека - борьбу юридически обязательных и необязательных подходов, которая каждый раз приводит к отказу от принятия юридически обязательного международного акта в данной сфере.

Значение адаптации и интеграции мигрантов многогранно как для принимающего общества, государств, так и для самих мигрантов. В статье раскрывается потенциал, роль, возможные угрозы, связанные с адаптацией и интеграцией мигрантов или отсутствием таковых, через стратегические подходы, обозначенные в концепциях РФ по различным вопросам, и через документы ООН, отражающие понимание, достигнутое на универсальном уровне сотрудничества государств. Авторы выявляют международно-правовые основы адаптации и интеграции мигрантов, отсутствующие как договорные обязательства государств, но выводимые из имеющихся международных договоров по правам человека, в которых участвует и Россия, и демонстрируют внимание международного сообщества к вопросам адаптации и интеграции мигрантов в связи с проблематикой устойчивого развития и широких, юридически необязательных, но согласованных подходов к международно-правовому регулированию миграции. Отсутствие четкого категориального аппарата по рассматриваемой теме в международном праве усиливает фокус на опыт отдельных государств, включивших понятия адаптации и интеграции мигрантов в свое законодательство (Австрия, Молдова, Финляндия), а также на доктрину. Авторы обращают внимание на нередкое в научной среде отождествление исследуемых терминов, приводящее к подмене понятий и потенциально усложняющее правовое регулирование, выявляют содержательное наполнение понятий адаптации и интеграции мигрантов, предлагают авторские определения, учитывающие междисциплинарные наработки, нетождественность понятий и их связь с интересами субъектов различного порядка.

Технологическая революция привела к переосмыслению роли инфор мации и персональных данных, которые ныне рассматриваются как самостоятельный объект гражданских прав, обладающий экономической ценностью и активно вовлеченный в гражданский оборот. Такое положение вещей порождает новые риски и угрозы для основных прав человека, включая право на неприкосновенность частной жизни, защиту личной тайны и сохранение идентичности. В связи с этим возникает необходимость в эффективных правовых механизмах, обеспечивающих защиту указанных прав в условиях стремительного технологического развития. В статье подробно рассматривается институт Хабеас дата, закрепленный в Конституции Аргентины, обеспечивающий оперативную и доступную судебную защиту персональных данных, включая возможность их получения, исправления, удаления или установления режима конфиденциальности. Особое внимание уделено анализу закона, регулирующего порядок сбора, хранения, обработки и передачи персональной информации, а также чувствительных данных. Представлен обзор судебной практики, иллюстрирующей применение данного института. Методологическая основа исследования включает аналитико-описательный подход с использованием нормативных и доктринальных источников, а также решений судов, что позволяет глубоко раскрыть затронутую проблематику и продемонстрировать значимость Хабеас дата в современной правовой системе.

В статье проводится анализ правового статуса осужденных с учетом ключевых положений общей теории правового статуса личности. Автором рассматриваются элементы данного статуса, такие как субъективные права, юридические обязанности и законные интересы, их соотношение и специфика реализации в условиях уголовно-исполнительной системы. В рамках исследования рассматривается общий, специальный и индивидуальный правовой статус осужденного. Особое внимание уделено современным теоретическим подходам к определению и содержанию правового статуса осужденных, включая концепции М. В. Щербаковой, С. В. Михеевой и В. И. Селиверстова. В статье отмечается динамическая природа правового статуса, зависящая от поведения осужденных, изменений их социального положения и влияния внешних факторов, таких как состояние здоровья или чрезвычайные обстоятельства, а также подчеркивается роль международных стандартов и норм в формировании правового положения осужденных, что определяет важность гуманизации уголовно-исполнительной политики. Опираясь на теоретический анализ позиций ведущих исследователей, автор предлагает собственное определение правового статуса осужденного, которое способствует оптимальному равновесию интересов личности, общества и задач уголовно-исполнительной системы. Для подтверждения своей позиции автором рассматриваются основные элементы правового статуса, которые качественно отличаются от позиций вышеупомянутых исследователей, что позволяет сделать выводы о необходимости разработки более гибкой и всесторонней модели правового положения осужденных.